Приятно познакомиться вновь, или история забвения

Едва слышно, Цзян Чен поднялся с кровати и стал на цыпочках пробираться к выходу из комнаты. — Куда это вы собрались, глава Цзян? — произнесли у него за спиной. Развернувшись, Ваньинь поймал недовольный взгляд Бай Сиченя. — Вернитесь, пожалуйста, обратно в постель. И очень вас прошу — не выходить оттуда до утра. Но уснуть этой ночью они больше не смогли. Цзян Чен смотрел в потолок, занятый мыслями о предстоящем совете кланов, о Цзинь Лине, даже о Вэй Усяне. А Сичень пытался успокоить буйствующую душу, медитируя. Вновь всплывшие воспоминания охватили его. И почему ему не удаётся уйти в одиночество, обрести покой? Видно не судьба бродить по пыльным дорогам и высоким горам наедине с ветром… В семь часов Сичень сходил за завтраком, а в восемь они двинулись в путь. Пристань Лотоса уже «кипела». Старшие поспешно собирали отряды для поисков. И когда Цзян Чен и Бай Сичень появились у ворот Пристани, радости заклинателей не было конца. С десяток детей налетело на бедного главу Цзян с криками. Публично извинившись за задержку, Ваньинь улыбнулся, попросил успокоиться и разрешил сегодня отдохнуть.Ему же предстояло отправиться работать… Сичень планировал незаметно «исчезнуть», пока все расходятся, однако ему не удалось. Внимательный Цзян Чен выловил его из толпы. — Благодарю вас за помощь! Могу ли я вам чем-то помочь? — Глава Цзян, я виноват в ваших проблемах, поэтому прошу меня простить! Так что… Как вдруг вокруг потемнело и Ваньинь потерял сознание, но, к счастью, Сичень вовремя сориентировался и подхватил его. Повезло, что старший управляющий был неподалеку. — Извините, не могли бы вы провести меня до покоев главы Цзян? — Конечно, пойдёмте скорее! Обморок Цзян Чена вывел из равновесия старшего управляющего. — Не волнуйтесь, всё будет в порядке. Мы встретились во время ночной охоты, но это было не самым приятным событием. Я ранил главу клана случайно. Приношу свои извинения, могу ли я как-то помочь? — Господин Бай, вы должно быть устали, пока были в пути. Мы приготовим вам покои. Слуги позаботятся о главе Цзян. Будьте как дома! — Спасибо. Я бы хотел попросить не сообщать о состоянии главы клана Цзян, ведь скоро совет кланов… Адепты будут сильно волноваться… — Вы правы. Простите, мне пора!—Управляющий быстро удалился. Сичень находился в «сердце» Пристани Лотоса — в жилище главы. И раз выдалась такая возможность, он решил заглянуть в кабинет Цзян Ваньиня. Однако то, что он там обнаружил, вызвало недоумение и ужас. Горы запечатанных писем заполняли весь стол, множество бумаг и скомканных листков занимали почти всю поверхность комнаты. Было ощущение, будто здесь не убирались несколько лет. Но ещё больше поразило то, как клан Цзян остаётся на высоте, если Цзян Чен не занимается внешней политикой? Делать было нечего, поэтому Сичень, в каком-то смысле рискуя жизнью, решил разобраться. Собирая листки бумаги, он не обращал внимания на их содержимое. Однако несколько из них выделялись. Небольшая стопка хранилась на одной из полок. Красивые наброски начали выцветать, а каллиграфия была знакома, ведь этот же автор когда-то подарил рисунок брату. *Портрет, подаренный Вэй Усянем, и по сей день хранился у Ван Цзи. «Как забавно, — подумал Сичень. — Вечно с братом препирается, а всё также рад ему». Разбирать столетний хлам Цзян Чена оказалось увлекательным занятием… Разнообразные вещи способны рассказать о хозяине. И вот, когда Сичень закончил, уже близился обед. Его наверняка начнут искать, так что пора возвращаться. Довольно быстро, чтобы не привлекать внимания, Хуань тихо открыл двери, и также тихо закрыв их,развернулся и хотел пойти к себе. Но встретился взглядом с парой серых глаз… Выражение лица Ваньиня не предвещало ничего хорошего. «Вот невезение…», — думал Сичень. — Глава Цзян, извините, мне было скучно и я решил прогуляться. — В моём кабинете? Более чем час? — казалось возмущению и гневу нет предела, но к такому обстоятельству «бывший Лань» давно привык. — Мне было нечем заняться… А вы были без сознания… — К счастью, недолго! Похоже Цзян Чен слишком давно не вымещал свою злость на ком-то… Но на такой случай, как раз есть обездвиживающее заклятие. К тому же было ясно, что единственная ошибка способна сейчас же подвести главу ордена Цзян к боевым действиям. И вот, после резкого броска вперёд, Цзян Чен очередной раз оказался в руках Сиченя. На этот раз на Хуаня посыпалось огромное количество ругательств. — Господин Цзян, прошу ведите себя потише. Думаю, что данное представление может стать увлекательным для любопытных глаз. А слухи, как вы знаете расходятся быстро! — произнёс Сичень, хитро улыбаясь. Незаметно пробравшись в покои главы, Сичень оставил Цзян Чена, а после, ослабив заклинание, очень вовремя исчез из поля зрения разгневанного Ваньиня. Закрыв за собой дверь, он вскочил на меч и взлетел на крышу здания, после чего устроился поудобнее, понаблюдать отличное представление. Погода была ясная и теплая. Близилось лето… Цзян Чен никак не сдавался, разрушил заклинание и отправился на поиски. За час он обыскал каждый уголок Пристани. Но когда взялся за меч, Сичень решил показать себя. И не зря! Длительная активность вновь открыла рану, едва затянувшуюся рану. — Ну зачем же вы так!? Вам нельзя перенапрягаться! — аккуратно поставив на меч всё ещё не пришедшего в себя от испуга Цзян Чена, Сичень молнией оказался в комнате Ваньиня. Верхние одежды слетели за считанные секунды. — Как вы смеете! Господин Бай! — Вам лучше помолчать. И отпустите пожалуйста мою руку. В конце концов, можете полежать спокойно!? — Оставьте меня в покое! Да как вы можете!? — В конце концов, дайте осмотреть ранение! И не ведите себя, как трус! — эти слова оказали большое влияние. Ваньинь замолчал, хотя на лице играла гримаса злости. Рана не сильно кровоточила, но заживала медленно. Сичень сосредоточился и успокоился, дыхание выровнялось, после чего энергия неторопливо направилась к Ваньиню. Главе стало легче, атмосфера умиротворения охватила и его, погружая в сон. Когда Цзян Чен открыл глаза уже стемнело. Он осторожно сел на кровати. Сичень пил чай перед окном. Лёгкий ветерок развивал его длинные локоны. Как это было… знакомо… Но где он мог видеть Бай Сиченя раньше? Перед глазами на миг появилось изображение человека в белом и искрящейся улыбкой. Но оно погасло также, как вспыхнуло… «Глупости… Мне точно показалось!Как возможно, что это Бай Сичень!? Они просто очень похожи!» — странное видение вызвало активную мыслительную деятельность, и Цзян Чен погрузился в раздумья. — Наконец-то вы очнулись, — Сичень отвлёк Ваньиня от размышлений. — Не хотите чаю? — Спасибо, не откажусь, — ответил он. — Уже давно стемнело… Сейчас около полуночи, — немного помолчав, Сичень продолжил разговор. — Как вы себя чувствуете? — Благодарю вас, всё в порядке. Ночь была дивная. Небосвод был усыпан миллиардами звёзд, а спокойствие нарушал только лёгкий ветерок. — Время позднее, я пойду к себе. Отдыхайте, вам не желательно переутомляться. И прошу прощения за произошедшее днём. Доброй ночи, глава Цзян, — И подобно изящной бабочке Сичень скрылся. Тяжёлая ночь. Цзян Чену оставшееся время видимо снились странные кошмары. Человек, сильно похожий на господина Бая на «Низвержении солнца» с ним на поле боя. После он видит его на совете кланов в Ланьлин Цзинь, в клане Гу Су Лань. «Что вообще со мной происходит!? Чёрт!» — проснувшись очередной раз, А-Чен не мог понять причины столь реалистичных снов. Однако создавалось ощущение, будто он действительно всё это уже видел и теперь проживал заново! Так, не выспавшийся Цзян Чен, проснулся с ужасным настроением. Погода полностью отражала его состояние. Надвигающаяся грозовая туча не предвещала ничего хорошего. Дул сильный холодный ветер. И как прекрасный вечер мог превратиться в бурю? При таком раскладе, самым разумным было пройти разгребать очередной завал в кабинете... Однако, стоило лишь туда войти, его охватил ужас. «Мои документы! Что мне теперь делать!? Этот Бай Сичень! Мало ему мне проблем, так ещё и тут похозяйничал! — не прекращая осуждений, Цзян Чен ринулся к полкам с вещами Вэй Усяня. — Ничего не тронуто… Прекрасно,— облегчённо выдохнув, он опустился на подушку и начал обследование аккуратных пачек писем. В очередной раз он разочаровывался… Ведь глава клана, а с обязанностями справиться не может! Очередной листок бумаги был скомкан и отправлен в мусорку… Раздался стук. — Ну кто там опять! Вечно не дают покоя» — Войдите! — произнёс Ваньинь, не отрывая взгляд от бумаг. — Не желаете чаю, глава Цзян? — спросил Сичень. «И не надоело меня преследовать!? Чего он добивается!? Надо проследить за ним!» — Не откажусь. Проходите. — Я отвлекаю вас от работы… Прошу прощения. Ваньинь молчал. Мысли его были разбросаны. Сичень же тихонько, пока Цзян Чен витал в облаках, начал повторное разгребание бардака, возникшего в результате работы. — Извините, у вас ошибка. — Ошибка? Где ошибка? — Вот здесь. «Опять переписывать! Дурацкие бумаги, — с самым мрачным выражением лица Ваньинь вновь сел за стол. — Как же раздражает!» Сичень ушёл… Дождь хлестал без остановки… Черные тучи окутали пристань, не давая свету просочиться и осветить всё вокруг. Казалось, будто ночь наступила и никак не делала закончится. Вскоре, А-Чен обнаружил пропажу пачки писем. Вариант был только один… «Бай Сичень! Когда же ты оставишь меня в покое!?» После этих мыслей он добрался до покоев господина Бая. Ворвавшись внутрь, он не застал гостя, но обнаружил то, что искал в идеальном виде. Схватив несчастные письма, он почти вышел вон, чтобы найти «этого бессовестного», но его остановил бушующий ливень… «Выбора нет. Остаётся лишь ждать. И как посмел он стащить настолько важные документы!? Письма из Гу Су Лань, как можно было умудрился их увести, притом прямо у меня из под носа?» — как вдруг он заметил, что, в уже естественно распакованных письмах лежат аккуратно сложенные листки бумаги. Развернув один из них, он обнаружил идеально написанный его почерком ответ на просьбу Лань Ванцзи… — Кто же он такой? Скопировать почерк, видя его лишь один раз и ответить на вопрос, касающийся двух кланов, не зная обстановки. Все ответы были идеальны, в придачу полностью раскрывали проблемы и решали разногласия. Это просто гениально! — Ваньинь погрузился в раздумья…