Сезон расплаты

В это время снаружи шел разговор на повышенных тонах. — Что ты делаешь? — к Люциферу подошёл Дино. Он подозрительно переводил взгляд с недовольного и напряжённого Люци на только что захлопнутую дверь, за который тут же послышался звон разбившегося стекла. — Устроил встречу Клаусу и Уокер, — Люцифер вызывающе посмотрел на друга. Тот смотрел ему в глаза, не до конца понимая происходящее. — Эй, Непризнанная! Хватит там шептаться с Клаусом. Я тут жду дальнейших рассуждений о своей горькой судьбе. Но Непризнанная молчала. Слышались только всхлипы и возня. — Ты там что, банку разбила? Решила поближе с ним познакомиться? — Мне кажется, она упала. Это опасно, если банка действительно разбилась, — слегка взволнованно заметил Дино. — Она ломает комедию. Хочет, чтоб её выпустили, — неуверенно возразил Люцифер, но подошел вплотную к двери и прислушался. — Эй, ты же там Клауса не убиваешь? Кроули тебя точно отчислит, когда узнает. А он узнает, я об этом позабочусь. Его напряжённый тон расходился со смыслом сказанного. Он очень озабоченно слушал и даже приложил руки к двери. — Открой, — подошёл ближе староста и положил руку на плечо Люциферу. Тот раздражённо дёрнул плечом, сбрасывая ее. — Отстань. — Вдруг она там кровью истекает! Это уже слишком даже для тебя! — вышел из себя Дино. — Что значит «даже»? — вскинулся Люцифер. — То, что ты заигрался! Это переходит все границы! Открывай! — Дино снова положил руку, отталкивая его. Люцифер скинул её, сверкнув глазами, огляделся на толпу зрителей и ничего не сказал в присутствии посторонних. Молча достал из кармана ключ, протянул Дино и отошёл на пару шагов. Тот быстро распахнул дверь. От увиденного оба вздрогнули. Люцифер стремительно побледнел и окаменел, а Дино наоборот кинулся в чулан. Вики сидела на коленях и бесконтрольно вздрагивала всем телом. С широко раскрытыми невидящими глазами, из них беспрерывно струились слезы по перекошенному паникой лицу, она судорожно шарила подергивающимися руками. Пол был в кровавых разводах, вокруг блестело стекло, лицо и руки были в крови, колени тоже, юбка, рукава, кровь была повсюду. Дино ринулся к ней и поднял с пола. Она вяло отмахивалась, пытаясь его оттолкнуть. — Успокойся, всё в порядке, всё кончилось, — попытался достучаться до неё Дино, стараясь удержать. — Люцифер! Демон вздрогнул и подскочил к нему, хватая её за руки. На мгновение её взгляд сфокусировался на нём. Уокер с омерзением скривилась и дёрнула от него руки, но он удержал. — Сдохни, — тихо, но твёрдо выдохнула Непризнанная и потеряла сознание. — Скорее, к Мисселине её, — приказал Люцифер. Его трясло, он не мог сообразить, что делать, поэтому Дино, ни секунды не медля, схватил Уокер на руки и побежал на выход. Люцифер расталкивал всех, кто стоял на пути, освобождая дорогу. Дино же, не снижая скорости, оглядывался вокруг, надеясь не увидеть среди удивлённых лиц учеников своего отца. Объяснить ему что-либо будет очень трудно. — Как она? — спросил Люци, как только они оказались в пустом коридоре, которое полностью служило в качестве лечебницы. — Без сознания. Твоими стараниями, — прорычал в ответ ангел в совершенно несвойственной ему манере. Люцифер пропустил ядовитую фразу мимо ушей. Он крепко сжимал кулаки, ежесекундно поглядывая на друга и девушку, которую он нёс на руках. — Какого чёрта там было стекло?! Убить её можно было более гуманным способом и без свидетелей! — взорвался всегда спокойный и отстранённый Дино. — Кто знал, что эта криворукая банку уронит? — огрызнулся Люцифер. — Я хотел просто сбить с неё спесь! Я не думал, что паук так сильно подействует на неё. — Он не думал, твою мать! А о чём ты думал, придурок? — Хватит орать! Я всё решу, как всегда, — Люцифер громко ударил по двери, ожидая, когда ему откроют. Непризнанная пошевелилась. — Ты стал беспечен. Знаешь ведь, чем грозит новый скандал. Почему ты так зациклился на этой девчонке? — Дино говорил спокойно, взгляд устремлён в окно. — Тебя она заботит гораздо больше, — холодным тоном парировал Люцифер. — Ты даже из раковины своей вылез. Что она для тебя? Люцифер глянул на друга, пока тот с задумчивым видом рассматривал происходящее за окном. Как всегда безучастное лицо. Но его теперь этим не проведёшь. Только не после того, как он только что кричал, и как подхватил её на руки ранее. Вот и сейчас заботливо придерживает её руку, которая до этого свободно свисала вниз. — Проблема. Твоя проблема, — подчеркнул он. «Он говорит неискренне. Как же это бесит!» Дверь приоткрылась и на пороге появилась голова какого-то ангела, находящегося здесь в качестве помощника. Он осмотрел всю собравшуюся компанию и нахмурился. Люцифера холодно и коротко спросил: — Мисселина здесь? Помощник кивнул и шире открыл двери, чтобы Дино было легче зайти. Люцифер метнулся к нему, намереваясь перехватить Уокер и самому её занести, но Ангел сделал шаг назад, не позволяя приблизиться. — Я понесу, — настоял Дино. — Лучше договорись с Мисселиной, чтобы это всё не выходило за пределы лечебницы. Люци нахмурился, но кивнул в знак согласия, и они быстро прошли во внутрь. Им навстречу вышла преподавательница. Молча оглядела ребят, и приказала своим подопечным перенести её на кровать. Её вид действительно пугает. Сколько же на ней крови… Дино хмуро посмотрел в след медперсоналу, забравшему Вики, и прошел к Люциферу, разговаривающему с Мисселиной. Женщина стояла бледная и испуганная. Она, словно няня, ругала парней за их безрассудство. Дино оскорблёно стоял рядом, выслушивая тираду, понимая, что здесь нет его вины, но из-за Люцифера его вновь отчитывают. Затем она отправилась к Непризнанной. Ангел и Демон остались сидеть, ожидая новостей. Они знали, что Непризнанная не умрёт, но такие травмы могли иметь последствия. Дино бросил короткий взгляд на друга, замечая, как он озабочен. Он впервые видел его таким волнующимся. И это так странно. — Почему она не приходит в себя? — спросил Люцифер, спустя время подходя к кровати, на которой лежала Вики. Её раны перевязали бинтами, но кровь быстро впитывалась в белые повязки, вызывая ужас. — Я дала ей успокоительное и анестезию. Пришлось наложить несколько швов на правой ноге. Остальные раны очистили от осколков, обработали и перевязали. Её психическое состояние вызывает гораздо большие опасения, — выдохнула женщина. — Она пережила сильнейшее потрясение. Постоянно повторяла два слова: «паук» и «сдохни», — Дино осуждающе посмотрел на Люцифера, тот помрачнел ещё больше. — Я думаю, её состояние связанно с тем, что у неё арахнофобия. — Что? — не понял Люцифер. — Паническая боязнь пауков, — объяснила Ангел. — Пауки имели место быть, когда она получила травмы? — Люцифер нахмурился, но кивнул. — Ей нужно отдохнуть. Она морально истощена. Демон больше не слушал Мисселину. Он подошёл ближе к кровати, смотрел на перемазанную кровью девушку. Он не хотел такого. Перегнул? Да. «Эта дура сама виновата! Как может иметь такую глупую фобию?! Пауки! Боится жалких пауков, но не боится меня! Ненормальная! Ну теперь-то она станет меня бояться и уважать. Не посмеет больше возражать мне… Не будет так нагло смотреть…» Вздох вырвался сам собой. «И вовсе меня это не печалит! Я просто не успел наиграться, поэтому мне жаль. И совесть меня не мучает!» Дино стоял и наблюдал за тем, как Люцифер сжимает и разжимает со злостью кулаки, возле постели пострадавшей. И ему совсем не нравилось то, что он видел. Потому что Дино лучше понимал своего друга и причины его злости. Невозможность всё исправить, вернуть время вспять. Вина гложет его. Наверное, впервые в жизни он жалеет о своем поступке. — Я доставлю её в комнату, а тебе лучше уйти. Уверен, она не будет рада тебя видеть. К тому же тебе надо решить проблему с отцом как можно быстрее. Люцифер оглянулся на него и вызывающе приподнял бровь. Дино и сам не понимал, почему выразился так, почему просто не напомнил об отце. Демон прошёл к выходу. В дверях он остановился на мгновение и заметил: — Только не говори, что тебя волнует только мой отец, — каким-то даже обвиняющим тоном произнёс он и вышел. — Не скажу, — тихо ответил сам себе Дино.

***

Просыпаться было тяжело. Веки отчаянно не хотели открываться, всё тело неприятно ныло, как после долгой тренировки. Вики приоткрыла глаза, замечая, что Мими уже ушла. Её освободили от занятий, поэтому Уокер могла с чистой совестью отдыхать дальше, что она и сделала, перевернувшись на бок. Сжатые кулаки отозвались резкой болью. Вспомнился вчерашний разговор с Дино. После того, как она очнулась, он пришёл к ней в лечебницу. Девушка стояла у окна и не сразу услышала тихие шаги за спиной. Дино осторожно прошёл вперёд, оставаясь на расстоянии. Вики на миг развернулась, взглянула на него и вновь уставилась на пейзаж за окном. — Отведи меня в башню справедливости, — произнесла она, бросив взгляд на перевязанные руки. Дино молчал. Вики развернулась, прошла вперёд и попыталась открыть дверь, но она оказалась закрыта. — И как это называется? — Уокер повысила голос. — Выпусти меня или веди в чёртову башню! Иначе я такой крик подниму, что в аду перекрестятся! Открывай двери! — Успокойся и послушай, — попытался перекричать девушку Дино. — Чёрта с два я успокоюсь! — не дала Непризнанная ему продолжить. — Только после того, как станцую на могиле этого ничтожества! Я костьми лягу, но заставлю его ответить! — Дино молча ждал, пока Вики перестанет вопить. — Эта тварь чуть не угробила меня, а ты просишь меня успокоиться? Да даже если бы я там кровью истекла, никто бы не ответил за это! Эти суки никогда не поймут, что надо нести ответственность за свои поступки! Но я покажу им, что бывает, когда коса натыкается на камень! Это всем аукнется! Нервы сдали и Уокер разрыдалась. Продолжая бессвязно сыпать обвинениями, она дёргала ангела за рубашку. Истерика долго не угасала. В конце она присела на кровать, подтянула к себе колени, обняла их, остро ощущая бессилие и отчаяние. — Он не знал о фобии. Ему жаль, — начал ангел, растирая глаза. Непонятно, что это было за чувство: усталость, раздражение, вина. — Я хочу рассказать, почему он такой. — решился Дино. — Всю свою жизнь он видел лишь подчинение. Безропотное выполнение всех прихотей, какими бы они ни были. Он получал всё и всегда…кроме любви родителей. Заботилась о нём лишь старшая сестра. Его родители не хотели второго ребенка. Для упрочнения положения нужна была только Лилит. А его появление пошатнуло это положение, потому что означало будущую борьбу между наследниками. Из-за этого им пришлось выдать Лилит замуж за одного из членов совета, едва той исполнилось восемнадцать. Её готовили к должности правительницы с пеленок, у неё блестящие способности и потенциал, которым восхищались абсолютно все. Она была окутана восхищением. В отличие от Люцифера. Он с детства привык делать всё, лишь бы завоевать внимание родителей. Но они были равнодушны к его успехам, принимая это как должное. Лилит идеал, и он тоже должен. Внимание уделяли лишь промахам. Отец чаще игнорировал, но несколько раз избивал его. Это то, что мне известно. Однажды я стал свидетелем того, как мать ругала его за пятно на брюках. Помимо прочего она обронила такую фразу: «Ты моя единственная ошибка». Нам тогда было по восемь лет. Думаю, он окончательно сломался именно тогда. С того времени он стал делать всё более ужасные вещи: портил произведения искусства, издевался над прислугой, скатился в оценках из принципа, хотя интеллект у него незаурядный. Стать не просто ошибкой, а самой большой и фатальной — это стало его целью. Его наказывали разными способами, но вскоре сдались и просто стали игнорировать. Это и стало самым жестоким наказанием для него. Тогда он перестал смеяться. Совсем. Даже любимой сестре лишь улыбался. Стал равнодушным ко всему. Никто и никогда не противоречил ему, это стало непреложной истиной. И он к этому привык — считать своё слово законом и истиной, но просто так он никогда никого не трогал. Каждый из…таких, как ты, заслуживал того, что с ними происходило. Просто в наказаниях он себя не ограничивал. Дино замолчал. Вики был любопытен этот рассказ, но она не пошевелилась, продолжая пялиться прямо перед собой. Парень присел рядом с ней, на край кровати и продолжил: — Из-за тебя был большой скандал. Отец сорвал свою злобу на нём. Он кричал, ударил его, а в конце заявил, что лучше бы он родился мертвым. И всё это при нас с Кайлом. Он действительно был совсем не в себе, его злость была неконтролируемой. И либо он сошёл с ума, либо произошло что-то серьезное, о чём мы не знаем. — Дино дернул головой, отгоняя воспоминания, и снова заговорил лишь спустя минуту. — А потом ещё ты оказалась такой… наглой. Прости. Ты стала первой, кто дерзил ему в лицо. Твоя искренняя ненависть шокировала его, а откровенный вызов проигнорировать он просто не мог. Я уже забыл, когда последний раз он так злился, как после вашей первой встречи. Ледяная маска дала трещину, чтоб вскоре разлететься на части. Он стал таким… — лёгкая улыбка пробежала по губам старосты, — живым. А совсем недавно я слышал, как он смеётся. Тринадцать лет я не слышал этого. Всё это благодаря тебе. — ангел повернулся к Непризнанной. — Он уважает тебя. Сам не понимает этого, но уважает. Больше, чем кого бы то ни было. Потому что ты искренне реагировала на каждое слово, причём не так, как он ожидал, не как все. То, что любое его действие и фраза имели отклик, возбудило в нем интерес и азарт. Может ты не заметила, но до этого он ходил по грани, был осторожен, с восхищением и даже трепетом наблюдая за твоими такими многогранными эмоциям. В его силах уничтожить тебя и всё, что с тобой связано: родителей, друзей, знакомых — щелчком пальцев. Но он играл, пробуя тебя на прочность, не желая ломать. И сегодня он понял, что перегнул палку. Он не ожидал, что всё сложится так. Впервые в жизни он пожалел о своём поступке. Я, его лучший друг, был уверен, что он не знает об этом чувстве ничего. Он всегда был уверен в правильности своих решений, потому что никогда не поступал бездумно. Каждое его слово и действие всегда было выверено и просчитано. До тебя. Из-за тебя он становится импульсивен, руководствуется обуревавшими чувствами. Снова повисла пауза. — Я хочу попросить прощения за него, — снова заговорил ангел. — Он никогда не сможет сказать этого, но ему действительно жаль. Я не прошу простить его, но прошу не поднимать шума. Взамен я обещаю впредь сдерживать его. Он прислушивается ко мне. Мы постараемся избегать тебя. Я обещаю тебе спокойную учёбу в обмен на молчание. Он говорил целую вечность. Уокер не хотела, но слушала. Рассказ был сбивчивым, но понятным. Сначала он вызывал лишь глухое раздражение, а потом усталость. «И что из того, что он рассказал, правда? По-моему, только часть о том, что Люцифер привык командовать и видеть подчинение. Ну, может и о неадекватном папаше тоже. Как правило, недолюбленные дети становятся такими уродами.» «Я устала это слушать. Всё равно я не собираюсь молча всё это проглотить. Почему я должна его жалеть и понимать? Я та, кого он только и делал, что публично унижал, травил, теперь ещё и чуть не убил! В его жизни есть всё, он просто бесится с жиру!» По поджатым губам Вики, Дино понял, что нет смысла больше что-либо говорить. Он поднялся на ноги. А затем, подойдя к двери, произнёс: — Если ты только попробуешь придать огласке эту историю, твоя жизнь рухнет. Его отец может организовать тебе несчастный случай, но до этого уничтожить твоего отца морально, лишить работы, дома, средств к существованию. Хорошо подумай, стоит ли оно того. Вики повернулась, злобно уставившись на него. — Ты такой предсказуемый. Как по сценарию: сначала давим на жалость, потом угрожаем, что дальше? Встреча в тёмной подворотне? Ты отвратителен! — Я просто предупреждаю, — произнёс он, прежде чем выйти, оставляя девушку наедине с собой.