Йерма в эпоху Brexit и ютьюб-тьюториалов

“Над берегом черные луны, и море в агатовом свете. Вдогонку мне плачут мои нерожденные дети..."

      Театральная биография “Йермы” испанского драматурга и поэта Федерико Гарсии Лорки насчитывает более десятка постановок и сценических адаптаций. Наряду с “Домом Бернарды Альбы” и “Кровавой свадьбой” она входит в так называемую “трилогию”, затрагивающую проблемы социального и морального характера в жизни женщин из испанской провинции конца XIX века. За 85 лет существования, “трагическая поэма” ставилась режиссерами по обе стороны Атлантики. В октябре 2017 года, благодаря проекту TheatreHD, у российского зрителя появилась возможность оценить её авторскую интерпретацию молодого австралийского режиссера Саймона Стоуна, выбравшего в качестве штаб-квартиры лондонский Young Vic Theatre. По признанию постановщика, главной его целью было актуализировать пьесу, “передать калейдоскоп чувств и эмоций оригинала так, чтобы он стал понятен каждому зрителю, пришедшему с улицы в пространство театра”.       Неисчерпаемая тема женского начала, продолжения рода, "тайны крови", как окрестил её сам автор - здесь преломляется историей о испанской крестьянке, безуспешно пытающейся зачать и выносить ребёнка. Сюжет, впрочем, далеко не новый. По задумке Стоуна жительница ортодоксальной Испании, которая кроме зова природы строго подчинена понятию "чести", в современных реалиях превращается в профеминистку, ведущую модный блог и не стесняющуюся в выражениях.       Язык постановки a priori заслуживает отдельного внимания. Разумеется, никто не ждал, что жители Лондона 2010-х заговорят слогом испанских классиков. Смотрелось бы, как минимум, гротескно. Вместо этого режиссер предположил, о чем могли разговаривать герои “Йермы” сегодня, и взамен выпаса волов вписал в повестку дня Brexit и рекламу кофемашины с Джорджем Клуни. Злободневно? Несомненно. Однако тем самым Саймон Стоун обрек на неизбежные потери яркий, метафорический язык Лорки, годами впитывавший в себя богатство народного фольклора. В итоге зрители, приходящие на спектакль по произведению одного из светочей испанской культуры, не в состоянии постичь его подлинную глубину и колорит. Федерико - не тот автор, которого можно ставить языком социальных сетей. Не тот автор, которого беспрепятственно удается пересадить в чужую почву. Как показала история и подтвердила жизнь, "испанец до мозга костей" не мыслил своего творчества вдалеке от родины. Мрачный, холодный, наполненный одиночеством сборник "Поэт в Нью-Йорке", написанный во время преподавания в Колумбийском университете - яркое тому доказательство. Это не значит, что Лорку нельзя ставить за пределами испаноязычного мира, просто стоит подходить к нему с бОльшей деликатностью и вниманием к деталям.       Как ни противился драматург железной поступи прогресса, она неумолимо наступала, и привела, в итоге, на подмостки театра Янг-Уик. За развитием технологий - показывает своей постановкой Саймон Стоун - будущее. Нельзя не согласиться, что для ценителей смелых режиссёрских ходов этот спектакль - настоящая находка. В стеклянном “аквариуме” сцены, окруженным со всех сторон зрительскими креслами, минимум декораций. Выбор площадок, на которых происходит действие, невелик: “дом”, “внутренний двор”, “офис”. Спектакль поделен на 7 глав, каждая из которых включает в себя несколько коротких эпизодов в одной из локаций. При помощи сценических механизмов и декораций режиссеру удается нивелировать границу между театральной постановкой и кинопоказом; настолько быстро и лаконично сменяются сцены спектакля, разделяемые проецирующимися “отбивками”, сопровождаемые атмосферным саундтреком. Таким образом, в течение четверти часа зритель “проживает” с героями сразу по нескольку лет.       Отражение изменений в поведении “Йермы”, с каждой сценой теряющей драгоценные годы, всё больше поддающейся отчаянию, требует недюжего актёрского мастерства. Его в полной мере демонстрирует британская актриса Билли Пайпер, известная по роли одной из спутниц Доктора Кто из одноимённого сериала. Заслуженная театральная награда им. Лоуренса Оливье за Лучшую женскую роль.       В итоге, спустя полтора часа душевных и физических страданий, (осторожно, спойлер!) Стоун на правах режиссера-постановщика, приводит главную героиню к самоубийству. Да, именно так. Знакомая с творчеством испанского драматурга аудитория знает, что в оригинале пьеса заканчивается несколько иначе. Своим решением Стоун, вероятно, стремится привнести в сюжет дополнительный, глубокий смысл, который - увы! - никак не сходится с видением автора. По замыслу Лорки, в развязке трагедии Йерма совершает преступление, лишая жизни собственного мужа. При этом она прекрасно осознает, что сама лишается единственной надежды на зачатие, которую видит в супруге.       В определенном смысле, драма Йермы - это драма самого Федерико. Возможно, что к моменту написания пьесы, не имея наследников, предчувствуя грозное дыхание войны, отравляющее Европу, он также испытывал глубокие внутренние переживания. Не стоит искать их в адаптации австралийского режиссёра. У Саймона Стоуна получился спектакль, бесспорно заслуживающий и свою порцию похвалы, и свою аудиторию. С одной только оговоркой: к творческому наследию Федерико Гарсиа Лорки он имеет весьма посредственное отношение.