bittersweet

Приходим в себя, Она любовь. Наши губы. Одна любовь. Один дом. Ни рубашки. Ни блузки. Только мы. Осознай это. Нам нечего скрывать, нечего. Сидя здесь, посреди комнаты отдыха, Теодор сам не заметил, как обычное раздражение от недавнего провала сменилось тем, что прямо сейчас он методично качал головой в ритм песни, стуча носком полицейского ботинка по полу. И где то время, когда ты слушал лишь джаз и рок, офицер Бросмер? Он не знал. Но знал точно, что ненавидит Дугласа всем сердцем. Их новый связующий – стажер Дуглас – практиковался у них всего вторую неделю и не успел до конца разобраться в имеющихся на данный момент расследованиях. Тот сигнал, который он получил у дома Джи, был, грубо говоря, ненастоящим. Если говорить точнее, то записи с камер, как человек заходит через окно, и впрямь были, только относились к ограблению в Западной части города, и нашла их не Рейчел, а Эллис, которая тоже ходила беременная, и Дуглас их путал. Чертов закон подлости. Здесь слишком холодно для тебя, Поэтому сейчас позволь мне укутать твои руки В рукава моего свитера.* - The Neighbourhood? – хмурится Майкл, садясь на соседний стул, - Уж не думал, что ты слушаешь такое. - Я не слушаю, - отмахивается шатен, - это всего лишь радио. - Всего лишь радио? – саркастично переспрашивает коллега, – Хорошо, хорошо. Тео на пару секунд закатывает глаза. В их комнате отдыха участка под потолком весели несколько колонок, из которых всегда разносились звуки какой-нибудь известной радиостанции. - Ты же знаешь, я очень редко слушаю радио, - продолжает парень, четким движением протыкая лист салата в своем контейнере. - Я понял, бро, спокойно, - Майкл кладет руку на плечо друга, - Аван как-то застал меня здесь за прослушиванием Леди Гаги. - Иу, - кривится Бросмер, закидывая в рот маленький помидор черри, - и что он сказал? - Он начал подпевать! – смеется тот, вскидывая руки вверх. - Аван это Аван, - улыбается шатен, - и откуда он знает песни из ее репертуара? - Без понятия, - усмехается Майкл, попутно открывая свой контейнер с обедом. Ремонт всего полицейского участка был выполнен в нейтральных цветах: белый, серый и темно-синий, местами черный. Однако именно комната отдыха была похожа на то, будто главный дизайнер нес открытые банки с красками и случайно споткнулся на банановой кожуре и одновременно чихнул. Помещение средних размеров было заставлено белыми столами и зелеными стульями, пуфиками и даже небольшой диван имел салатовый оттенок. Находиться здесь было больно глазами, особенно Бросмеру, предпочитающему минимализм во всем. Однако другого выхода не было – организм требовал пищу, особенно на дежурствах, а есть на рабочем месте было попросту некомфортно, к тому же неприлично. - Над чем смеетесь, офицер Бросмер? Парни одновременно поднимают головы вверх и замечают никого иного как Лалису. Она проходит вперед и садится на противоположную от них сторону. - Вообще-то, я тоже здесь, - хмыкает Майкл, складывая руки на груди. - Вообще-то, ты можешь просто дальше есть свою вредную пищу. - Пицца – это самое вкусное изобретение в мире, Лалиса, - продолжает полицейский, при этом успевая кусать тесто с начинкой. - И одно из самых вредных. Скажи же, Тео? – девушка вновь обращается к шатену. - Если это не вегетарианская пицца, то да, - пожимает плечами тот, даже не сводя взгляда со своей тарелки. - Вот именно, - хмыкает девушка, открывая свой бокс, - нет ничего лучше правильного питания. Оно придает ощущение легкости и дает много энергии на весь день. - М-м, в таком случае твоя еда тоже не полезная, - произносит Бросмер, вдруг решив выступить на защиту друга. - Почему? – хмурится Лалиса, тут же начиная тараторить, дабы оправдать себя, - Это ведь роллы из японского ресторана. Рис, рыба и овощи – все полезно. - Рис содержит рафинированные углеводы, а рыба – источник жирных кислот омега-3. Обычно калорийность роллов примерно равна бургеру. Лалиса поджимает губы, смотря на свой обед. Только что ей доказали, что пища, которую она считала достаточно диетической, оказалось совсем не той, за что себя выдавала. Видя то, как он расстроил человека, Теодор даже на секунду жалеет о сказанных словах, пока коллега по отделу в открытую усмехается, принимаясь за следующий кусок пиццы. - Пожалуй, не буду обедать сегодня, - произносит девушка, а затем рваным движением поднимается со стула. Схватив свою когда-то полезную еду, Лалиса выходит из комнаты отдыха, стуча каблуками, оставив парней вновь лишь вдвоем. - Вот же, - вздыхает шатен, - не следовало говорить ей этого. - Забей, - отмахивается Майкл, - это ведь Лалиса. Ее хобби – унижать людей, так что пусть хоть раз почувствует это на себе. - Она не унижает людей. Просто ведет себя немного высокомерно. - Немного? – саркастично усмехается коллега, - Тебе так кажется, потому что тебя она обожает и мечтает трахнуть на своем столе с кучей папок наших досье. - Не хочу говорить об этом, - тут же меняет тему Бросмер, протыкая лист салата. - Оу, посмотрите, сердцеед-Тео смущен своими поклонницами, - Майкл толкает друга в плечо. - Эй, вы двое, - неожиданно в проеме стеклянных дверей появляется Рэйчел, - быстрее заканчиваете тут со своей едой. - В чем проблема, мисс Беременная? – Майкл любил по-доброму шутить над положением коллеги. - Пока вы тут смеетесь я раскрываю дело девочек, - женщина складывает руки на груди, специально немного задрав подбородок. - Госпожа следователь, что случилось? – театральным тоном продолжает тот. - Тихо, - хмурится Теодор, - Рэйчел, говори конкретнее. Темнокожая вздыхает, а затем проходит вперед внутрь комнаты, усаживаясь на то место, где еще недавно сидела обидевшаяся на весь мир Лалиса. - Пришел результат на запрос поиска по преступнической базе данных ДНК, - Рэйчел закатывает рукава своего пиджака и выхватывает у Майкла кусок пиццы, - ничего. - Ничего? – с выдохом переспрашивает Бросмер. - Ничего, - также расстроенно отвечает та, - никакой зацепки. ДНК взломщика, отпечатки пальцев – никаких следов в базе. - Следовательно, среди раннее осужденных искать мы его не можем, - жуя пиццу, произносит Майкл. - Отличная работа, господин полицейский, садитесь, пять, - ироничная улыбка расцветает на лице женщины. - Вообще-то беременным нельзя жирную пищу, - парень был явно недоволен украденной едой. - Вообще-то вам для поддержания физической формы оперативников тоже нельзя жирное, вот, взгляни на Теодора, салат – залог его успеха. - Прекратите, - хмурится шатен, - у нас застой в важном расследовании, а вы спокойно сидите и шутите. - Важном? – переспрашивает Рэйчел, - Любое расследование является важным, Тео. - Это все из-за той девчонки, - Майкл наклоняется вперед, делая вид, что рассказывает секрет, говоря при этом так, чтобы и Бросмер слышал их. - Девчонки? – жадная до сплетен женская натура Рэйчел тут же включается, - Марта Ричи? Блондиночка? - Вообще-то я по-прежнему здесь, это раз, - Тео загибает палец, - а, во-вторых, это не совсем ваше дело, коллеги. - У-у-у, - протягивает Майкл, - кому-то похоже разбили сердечко. - Не наше так не наше, - специально пожимает плечами та, - тогда я не буду говорить о новых записях с камер. - Что? – в один голос восклицают шатен и коллега. - Я отправила повторную проверку наличия любых видеокамер в районе квартиры Марты и Роми, которые могли бы находиться у магазинов например. Оказалось, что один из владельцев парковочного места недалеко от въезда во двор каждое утро ставит любительскую камеру на дерево, потому что кто-то регулярно занимает его место. - Звучит как полный бред, - с полным ртом говорит Майкл. - Бред или не бред, но мистер Фату увидел полицейскую машину во дворе и поинтересовался происходящим. - И? – не сдерживается Теодор. - И поделился записями своей видеокамеры с того дня, - Рэйчел неспеша разжевывала свой кусочек, - ничего особенного я не заметила, кроме одного – из всех, кто зашел в тот вечер в дом, самым подозрительным был человек в черной толстовке, по телосложению мужчина. - Серьезно? – Бросмер отодвигается на стуле назад, при этом не сводя глаз с коллеги. - Да, и это значит, что… - У нас есть основания вызвать Тристана на допрос! – шатен вскакивает со своего места, перебив слова Рэйчел. - Именно это я и хотела сказать, - закатывает глаза темнокожая. - Идем отсматривать записи, - Теодор начинает стремительно закрывать бокс со своим салатом. - Надеюсь в этот раз это не очередная промашка тупого Дугласа! – Майкл тоже встает со стула. - Не называй его тупым, - вздыхает Рэйчел, довольная съеденным куском пиццы пепперони. Час. Целый час уходит на то, чтобы детально несколько раз пересмотреть записи с камеры во дворе и попытаться сопоставить их с другими записями, которые они обнаружили еще во время первой проверки ближайших магазинов и возможных мест нахождения камер. Каждая минута приносила им все больше информации, которую Бросмер впитывал, словно губка, сам не осознавая, что все новые факты расследования и впрямь доставляли ему непонятные ощущения. Он с нездоровым удовольствием разминает фаланги пальцев перед тем, как начать писать электронное письмо с повесткой на явку в полицейский участок на имя Тристана Эндлесса. Вкус приближающейся победы зародился где-то на кончике языка и распространился по телу с невероятной скоростью. Шестое «полицейское» чувство подсказывало, что он на правильном пути, оставалось только рассказать об этом ребятам. Почему-то лишь при одной мысли об этом ему не представлялась вся их дружная компания, в которой он занимал роль отшельника или кого-то вроде аутсайдера. Первое, что приходило ему в голову, или точнее кто, это Ричи, явная защитница Тристана, которая будет в бешенстве, узнав о скором допросе. Это заставляло кровь в венах бурлить. Предвещая бурю эмоций Марты, шатен нажимает кнопку «отправить», и электронное письмо от офицера полиции Теодора Бросмера улетает первому и самому главному подозреваемому всего расследования. Спеша поделиться радостью, парень даже поначалу принимается отыскивать диалог со светловолосой в мессенджере, но решает оставить эту новость для личной встречи, чтобы с удовольствием увидеть вживую всю палитру ее эмоций. Гнев и ярость, возбуждение и дикость – без разницы, что транслировала Марта, каждая ее эмоция заряжала его на тысячу процентов из ста возможных. Не имея возможности молчать, Тео все же решает поделиться новостями, только на этот раз для начала лишь с Дином. - Алло? – голос Бросмера разносится эхом по пустынному коридору. - Тео? – друг звучал обеспокоенно, - Что-то случилось? - М, не совсем, - парень чешет затылок, уставившись в панорамное окно, - у нас есть несколько новостей по делу квартиры девочек. - Новости? Пожалуйста, скажи, что они положительные! - Хоть какие-то новые подробности не могут быть плохими после такого долго затишья. - Ты прав, - вздыхает тот, - честно говоря, я сам хотел позвонить тебе. - Может все-таки выслушаешь, что произошло? – некое раздражение прокатывается по Бросмеру, когда он не видит такой же заинтересованности с чьей-то стороны относительно дела. - Выслушаю. Сегодня вечером. - Что? – хмурится шатен. - Я хотел тебе позвонить, чтобы позвать к себе сегодня. Мы с Роми устраиваем ужин. - А… - Марта придет, - Дин перебивает друга, пока тот не успел отказаться, - сто процентов. - Вообще-то я хотел спросить другое, но… благодарю за информацию. - Так ты придешь? Как раз расскажешь нам все новости. Бросмер выдыхает. Разве он мог не согласиться, когда все складывалось так, как он сам желал? - Да. Сто десять процентов. За эти четыре с половиной часа в участке Теодор обнаруживает в себе особенность, которую раньше не замечал – неумение ждать. Он всегда думал, что ожидание – не его проблема, спокойно проводил часы в машине оперативников, вылавливая преступников, да и рабочий день не казался ему таким бесконечным – он всегда проходил в заботах и делах. Сегодня будто все пошло наперекосяк с того самого момента, как обнаружились новые улики: все документы, которые нужно было заполнить, не заполнялись, а материалы дела по массовым беспорядкам у ночного клуба не читались – глаза Бросмера будто смотрели между строк, а мысли постоянно уходили в другую сторону. Решив больше не пытаться занять себя чем-то, так как это было бесполезно, последние полчаса рабочего дня шатен проводит рядом со стойкой Авана, попивая черный кофе с одной ложкой сахара и говоря о погоде, политике, обстановке в участке, да и вообще обо всем на свете. - Разве ты не на дежурстве сегодня? – спрашивает Аван, откусывая кусочек пончика. - Нет, не сегодня. - Как странно! За последний месяц я привык, что ты постоянно здесь ночью. - Да, я брал дополнительные смены, помнишь? – Тео относился к Авану с большим уважением. - Я старый, но не настолько, чтобы не помнить чьих-то слов, - смеется тот, заставляя улыбнуться и шатена, - помню-помню. А еще помню ту великолепной красоты блондиночку, что искала «офицера Бросмера», - Аван повышает тональность голоса, пытаясь сделать его похожим на женский. - Ты разговаривал с ней? – недоумение отражается на лице парня. - Еще бы! Неизвестная девушка заявляется сюда посреди ночи в шортах, странной кофте и на каблуках. - Это называется худи, - по-доброму усмехается Теодор. - Мне абсолютно без разницы, как это называется. Я здесь главный по пропускам, поэтому да, естественно я разговаривал с ней и попросил внести себя в журнал посещений. - Это хорошо, - прочищает горло тот, - кто-нибудь еще видел ее? - Лалиса, - кратко отвечает мужчина. Бросмер еле сдерживается от того, чтобы не закатить глаза. Он искренне надеялся, что в такое позднее время в участке никого кроме Авана особо не было, но по закону подлости, конечно же, вместе с дежурным Ричи увидела и его главная воздыхательница. - Так что там с твоей подругой? Кажется, Майя? - Марта, - поправляет его Бросмер, - с ней… Все сложно. - Все сложно? То есть она все-такие твоя подружка? - Подружка? Звучит отвратительно, Аван, - кривится шатен. - Ладно, девушка? Или как это сейчас называется? - Я в процессе, - флегматично пожимает плечами Тео, делая глоток кофе. - В процессе, - передразнивает его тот, - вообще-то твоя смена закончилась уже две минуты назад. - Правда? – Теодор ошеломленно смотрит на наручные часы, на которых стрелка и впрямь показывала семь часов вечера и две минуты, - Тогда допьешь кофе сам, ладно? - Беги, пока есть время, - усмехается мужчина. Смска от Дина, которую парень прислал еще днем, гласила, что ребята как раз-таки хотели собраться в семь вечера, но Теодор сразу предупредил о том, что работает до этого времени. И, даже несмотря на это, парень все равно торопился, желая обладать силой такой мысли, чтобы она в момент разгоняла все пробки на дорогах, желательно в час-пик. Небольшой супермаркет у дома друга так и тянет зайти туда, и Бросмер не сдерживается. Только здесь и еще в парочке мест города продавали его любимый коржевой торт с ванильным кремом и клубникой. Ужин с друзьями был прекрасным поводом, чтобы купить его. Дин Джеймс, по-прежнему не любивший, когда ему звонят в дверь, а не стучат, проклинает человечество, слыша звук своего звонка. Вздохнув, парень отодвигается на стуле, вставая изо стола: - Никто иной как офицер Бросмер, - усмехается хозяин. - Открой, - улыбается Роми, боковым зрением смотря на подругу – Марта нарочно утыкается взглядом в тарелку. - Клубничный торт, черт тебя дери! – слышится девушкам из коридора восторженный вскрик Дина, - Сколько лет мы его не ели? Фовэль невольно следит за поведением подруги, потому как интерес, что же происходит между этими двумя, бурлил с невероятной силой – Ричи рассказала о том, что произошло на хэллоуин, и теперь японка только сильнее желала увидеть продолжение истории. Марта вздыхает, кидает быстрый взгляд на настенные часы и прикусывает губу – Роми не могла понять, волновалась ли она от скорой встречи с Бросмером? Светлый локон слетает на лицо, и Ричи тут же заправляет его обратно, рваным движением приглаживая волосы. Не нарочно зеленоглазая автоматически поправляет свою футболку, сделанную из теплого материала, так, чтобы рисунок вишни не выглядел смятым. Фовэль усмехается – эта чертовка еще как нервничала. - Доброго вечера, - произносит Тео, как только они с другом появляются на кухне, - я принес очень вкусный торт, надеюсь, никто не против. - И тебе привет, - улыбается японка, - как мы можем быть против торта? Мы же не сумасшедшие. - Так, садись туда, где сидишь обычно, - маленькая хозяюшка тут же включилась внутри Дина, - я принесу тебе тарелку. - А где Джи? – спрашивает шатен, оглядывая присутствующих и задерживаясь взглядом на Ричи больше положенного. - Он просил передать, что очень хотел прийти, но не смог, - разводит в руки стороны друг. - Прям так и сказал? – на лице Марты появляется легкая насмешка. Парень кивает. – Поздравляю, Дин Джеймс, вас обвели вокруг пальца. - Эй-эй, вообще-то я – адвокат, обоснуй свои слова, - парень складывает руки на груди, а кухонное полотенце закидывает себе на плечо, что смотрится крайне комично. - У него марафон, - беспечно пожимает плечами та, будто все знали об этом. - Марафон? – переспрашивает Теодор, на пару секунд привлекая взгляд светловолосой. - У Джи есть два друга, с которыми он общается еще со школы. Так совпало, что у них между днями рождениями ровно неделя, поэтому каждый год они отмечают сначала праздник Кэмэрона, а затем Айзека. - Интересно, то есть он в двухнедельном запое? - Скорее, это две крупные пьянки за неделю. Они просто сходят с ума на этих днях рождениях, - рассказывает Марта, бегая глазами по ребятам, - в прошлом году на день Айзека они пьяные пошли гулять ночью, а утром проснулись в чьем-то загородном доме. - Звучит как сюжет «Мальчишника в Вегасе», - усмехается японка. - Да, - улыбается Дин, - но я не в праве нарушать такую милую традицию спонтанным ужином, так что… Пойду принесу тарелку. Хозяин квартиры скрывается в дверном проеме, и все трое оставшихся погружаются в тишину. Слышно тиканье часов. - Я думал, что опоздал, - разбавляя неловкую паузу, говорит Бросмер. - Совсем нет, - отвечает Фовэль, - мы только сели, решили дождаться тебя. - Очень мило, спасибо, - шатен дарит японке улыбку из вежливости, но это почему-то все равно запускает маленькую стрелу обиды в сердце Ричи. - У меня есть немного новостей о расследовании, - начинает Теодор. - Нет, погодите, я уже иду! -слышится голос Дина из кухни. Парень и впрямь забегает в столовую, быстро ставя перед другом тарелку для супа и усаживаясь обратно на свое место. - Рассказывай, - кивает брюнет, отчего хвостик на его голове забавно взлетает. Две пары глаз устремляются на офицера Бросмера, пока Марта все также делает вид, что черно-белые клеточки на собственных джинсах в сотню раз интересней. - В общем, если кратко, то в распоряжении полиции есть карта всех зарегистрированных видеокамер в городе. Мы взяли записи со всех ближайших к квартире камер в тот вечер, изучили, но не нашли ничего, что могло бы дать какую-то зацепку. - Это плохие новости, - не выдерживает Марта, поэтому сначала говорит, а лишь потом осознает, что вступила в прямой контакт с Теодором. - Не делай поспешных выводов, - хмыкает шатен, которому нетерпелось выложить все, - у нас есть карта зарегистрированных камер, но любительских – нет. Наша опергруппа в очередной раз изучала все там, потому что так положено – если долгое время нету никаких подвижок в деле, то начинают все заново. И, вы знаете некого мистера Фату? - Мистер Фату? – тут же переспрашивает Роми, - Он просит называть его дядей Гарри. - Это неважно, - отмахивается Тео, - вы знали, что он ставит любительскую камеру на дерево, чтобы знать, кто встает на его парковочное место? - Серьезно? – недоверчивым тоном переспрашивает Дин, вздергивая бровь. - Абсолютно. Он увидел парней в форме и подошел поинтересоваться происходящим. Лео – наш самый разговорчивый, выдал все чуть ли не с номером дела, а мистер Фату тут же вспомнил, что у него, возможно, есть чем помочь следствию. - Так-так, - произносит Фовэль, облокачиваясь вперед. - Он дал нам в пользование записи со своей камеры, Рэйчел отсмотрела все за ту неделю. - Рэйчел? – резко перебивает его Дин, - Я думал, что она уже родила. - Она на седьмом месяце, - закатывает глаза шатен, но тут же возвращается к повествованию, - так вот. На записи с того вечера почти ничего подозрительного кроме одного человека мужского телосложения. На нем темная толстовка и перчатки – уже знак, что что-то не так. Он идет таким образом, что его лица не видно, но при этом заходит внутрь подъезда с помощью ключа и плотно закрывает за собой дверь. Поздравляю, у нас есть подозреваемый. - Наконец-то! – Дин вскакивает со своего места. - Кто? – в один голос произносят девушки. - По базе ДНК-данных бывших преступников все пусто, значит ищем кого-то раннее несудимого. Пока среди всех у нас есть только один человек, которого мы можем подозревать – Тристан Эндлесс. - Тристан? – зачем-то повторяет вслух Фовэль. - Тристан, - шепотом отвечает Ричи. Она не знала, что и думать. С одной стороны, разум утверждал, что устраивать такое в квартире, которая принадлежит ему же, это полный бред и наживание проблем, однако на второй чаше весов был тот вечер, когда, выйдя из душа, светловолосая встретила сидящего на кухне Тристана с бокалом вина в руке. Вздохнув, девушка откидывается на мягкую спинку стула и смотрит куда-то в стол. - Вы уже вызвали его на допрос? – Дин в секунду из весельчака превращался в серьезного адвоката и обратно. - Я отправил повестку еще днем, - утвердительно кивает Тео, следя за реакцией Марты. - Не знаю, что и думать, - Фовэль задумчиво прикладывает руку к подбородку. - Почему? Наконец-то есть хоть какая-то зацепка, это безусловно хорошо, - убеждает ее брюнет. - Подозревать Тристана… - недоверчиво говорит японка. - Да, Роми, - вдруг произносит Теодор,- для следствия не имеет значения, кем приходится тебе человек – наша задача проработать все возможные варианты, чтобы докопаться до правды. - Поистине хорошие новости, - улыбка вновь возвращается на лицо Дина, - а теперь пора ужинать. Наш главный повар Роми Леонг Фовэль приготовила специально для нас сырный крем-суп и овощной салат по-венгерски. - Перестань, - улыбается девушка, смущенная такими словами. - Нужно, чтобы кто-то принес суп. Марта, ты сможешь? - Я? – удивленно переспрашивает зеленоглазая у Дина. - Ты, - кивает тот, - А Тео тебе поможет – кастрюля очень тяжелая. Ричи поджимает губы в тонкую полоску. Все ясно, Дин Джеймс решил, что может взять на себя роль купидона для своих друзей. Перечить и возмущаться было бы глупо и как-то по-детски, поэтому светловолосая вздыхает и встает со своего места. - Без проблем, - саркастично улыбается она. - И не забудьте про корзинку с хлебом, - кричит вдогонку уходящей парочке Дин. - Марта убьет тебя, - шепотом говорит Фовэль. - Ничего страшного, - подмигивает ей тот. Ричи проходит на кухню Дина, в которой уже неплохо ориентировалась из-за той пары дней, когда им пришлось остаться здесь после взлома квартиры. Девушка открывает верхний шкаф, берет специальную тарелку и кладет туда несколько кусочков заранее нарезанного Роми хлеба. Повернувшись, Марта видит, как шатен просто стоит недалеко от входа на кухню, облокотившись на тумбочку. - Может уже возьмешь кастрюлю? – раздражение слышится сквозь каждую букву, произнесенную зеленоглазой. Какая-то глупая обида с того раза до сих пор таилась в ней. - Нет, - спокойно произносит Бросмер, сложив руки на груди. - Почему? – за вздохом девушка старается скрыть ту нервозность, что зарождалась внутри. - Я хочу поговорить с тобой. - А я нет, - кратко отвечает та, тут же отворачиваясь обратно к тумбе. - Не хочешь разговаривать сейчас? – Марта слышит, как парень делает несколько маленьких шагов вперед, - Хорошо, тогда поговорим завтра. - С чего это? – едко выплевывает та. - С того, что завтра я приглашаю тебя на завтрак в «СиДжест». Ричи прикусывает губу, спиной ощущая, что их с Теодором разделяло меньше метра. Она буквально чувствовала его взгляд, упиравшийся ей в черепную коробку. - Кто сказал, что я соглашусь? – девушка упорно продолжала гнуть свою линию. - Я сказал. - Вот ты и будешь там, а я нет, - отмахивается светловолосая, снова делая вид, что раскладывает хлеб. - Ты уверена, что отказываешься от такого предложения? – голос Тео почему-то становится тише. Марта прикусывает внутреннюю сторону щеки. Маленькая девочка внутри нее ликовала и прыгала до потолка, потому что мальчик, который ей нравился, проявил внимание, однако вторая, уже не девочка, а состоявшаяся девушка, утверждала, что не стоит поддаваться таким провокациям со стороны Бросмера, который слишком поздно очнулся в реальности. - Да, - твердо отвечает светловолосая, и та самая мечтательница в ней накладывает на себя руки. Шатен тяжело вздыхает, а затем вдруг делает то, чего девушка совсем не ожидает – подходит к ней вплотную и прижимает так, что она очень сильно чувствует кухонный гарнитур перед собой. - Хорошо, - горячий шепот обжигает ухо Ричи, - ты не пойдешь со мной завтракать. Тогда я расскажу ребятам о твоем маленьком друге-вибраторе фиолетового цвета, ладно? Глаза Марты чуть ли не вылетают из орбит, когда она слышит это. Нет. Нетнетнет. Только не это. Девушка начинает лихорадочно вспоминать, когда последний раз пользовалась и вообще видела своего «друга», но отчаянно понимает, что не помнит. Вот черт. Сглотнув ком, собравшийся в горле, светловолосая сжимает руки в кулаки. - Так что? Завтра в девять? – вновь спрашивает тот. - Поговорим об этом в «СиДжест», а сейчас бери кастрюлю и иди к ребятам. - Я заеду за тобой, - отвечает Бросмер, все-таки подхватывая суп с плиты. - Нет уж, доеду сама, - закатывает глаза Ричи. - Как скажешь, - кивает Тео и выходит из кухни с кастрюлей в руках и довольной улыбкой на лице.