Рожденная луной. Тернистый путь к счастью.

—Виктор, начну издалека. Вампиры бессмертны, но не вечны. Мы стареем, в сотни раз медленнее людей, но стареем. У тех, кто во время обращения был совсем юным, как ты, процесс некоторое время происходит быстро. Это ты знаешь и сам, став вампиром ты всё же повзрослел, твое тело продолжало меняться. У взрослых вампиров этот процесс значительно медленнее. Умеренность в пище, спокойная жизнь без физических травм позволяет сохранять тело почти неизменным сотни лет. Но частое использование Даров и регенерации быстрее истощает тело, и вампир со временем ослабевает и погибает. —Для чего ты рассказываешь мне это, отец? Вместо ответа Ноэль протянул Ван Арту книгу с аккуратно вложенным в неё листом. Виктор начал читать перевод:

«Кровь Стража, обращённого вампиром уникальна и бесценна. Она вернёт жизнь умершему телу. Даже в небольшом количестве она возвращает бессмертным способности живых: тепло тела, иммунитет к солнцу. В легендах даже упоминают о том, как вампирша питавшаяся кровью Стража родила ему сына. Подтверждения этой легенде мне не удалось найти.»

Князь прикрыл глаза. «Мой ребенок… Моё продолжение» эта мысль пульсировала, обретала цвет и форму. Новые ощущения, такие необычные, особенные. Никогда раньше он ничего подобного не чувствовал. Уголок губ дрогнул в улыбке. Ноэль смотрел на него с плохо скрываемым удивлением. Князь вновь открыл глаза и продолжил читать:

«Кровь стража, обращенного оборотнем крайне опасна, она разрушает тело вампира и приводит к быстрой смерти»

—Не улавливаю связи. — Вот это было дописано позже: Ноэль указал на оригинальный текст. Внизу приписано менее разборчиво 8 строк. Он протянул Виктору лист с переводом

«Трижды в ночь полной луны Ты до капли осуши Того, кто ночь от света охраняет, Того, кто свет от тьмы оберегает Душа бессмертна, только тело слабо Но молодость ему верни И обрети неведанную силу Которая не рушит изнутри.»

—Снова пророчество. Полагаю, это ещё один из кровавых ритуалов? —Виктор, все сведения о подобных пророчествах были уничтожены много сотен лет назад, задолго до моего рождения. Возможно, среди особо старых вампиров остались те, кто знает. —Один из таких мне знаком.—Виктор задумался — старый Князь, которого год назад очень сильно потрепал оборотень. Ноэль, думаешь Мора может использовать ритуал? —Сложно сказать, он никогда не был замечен в подобном, даже способствовал уничтожению всех упоминаний о таких ритуалах. Но он и правда очень стар, к тому же никогда не отличался человеколюбием. Но из записей следует что нужны три Стража. —Двое уже обескровлены, третий —оборотень,ещё об одном никто не знает. Значит Мия в опасности. Мысли Виктора снова и снова возвращались к Мии. «Мой ребенок! Невозможное стало возможным. Сейчас как никогда раньше я должен оберегать её… Оберегать их» Из размышлений его вырвал голос Ноэля  —Значит, два стража убиты? Виктор рассказал названному отцу всё, что знал. От разговора с Алэном Равелем и до увиденного в Австрии. — Без сомнения, кто-то ещё знает о ритуале. Возможно, это и правда Князь Мора… Он могущественный вампир, Виктор. Будь осторожен. — Думаю стоит пригласить его с визитом вежливости. На чужой территории он не будет так опасен. Ноэль молчал, задумавшись о чём-то. Виктор поколебавшись спросил —Когда ты был смертным, у тебя были дети? — Это было очень давно, не стоит ворошить прошлое. Почему ты спрашиваешь об этом сейчас? Виктор крутил бокал на кончиках пальцев. Он не знал, какой реакции ожидать от Ноэля. —Виктор, ты хочешь проверить, правдива ли легенда о крови Стража? Он подошёл к Ван Арту ближе, и положил руку ему на плечо: —Мальчик мой, тебе не стоит пить Её, чем чаще это будет происходить, тем больше будет потребность и когда-нибудь ты не сможешь остановиться. В словах вампира была горечь и старая печаль. Князь напрягся и напустил на себя обычную сдержанную холодность. -Я в состоянии контролировать себя, Ноэль. Старый вампир отошел к окну: — Я тоже был молод, и так же уверен в себе. Я дорого заплатил за это. Никогда не пей кровь тех, кого любишь. Это пьянит и лишает контроля… Занимается рассвет, если планируешь попасть домой до восхода солнца пора ехать. Уже у двери Виктор обернулся: -Отец, Мия… «Нет, слишком рано» -Мия очень дорога мне. Я не причиню ей вреда. Ноэль только кивнул.