Ты мой Лёд! Я твоё Пламя! И это не изменить!

— Чёрт тебя, — удивлялся Агацума, смотря на то, как Танджиро и Канао сражаются и пытаются схватить чашки.  — Ты только посмотри на него, — восхитился Иноске.  — Вот так, — вздохнула Канао, таки взяв чашку.  — Ты такая быстрая, Канао, — улыбаясь, вздохнул Танджиро.  — Сейчас на твоём счету десять побед и десять поражений, — проговорила Аой.  — Я ещё и близко не закончил, давай пробежимся, вы не против? — говорил Танджиро, в конце обращаясь к ребятам.  — С поддержкой постоянной полной концентрации дыхания? — поинтересовался Зеницу.  — Да! — воскликнул Камадо.  — Поддерживать её всё время… — проныл Агацума, когда Танджиро ударил его по животу.  — Монджиро! — воскликнул Иноске.  — Получай! — начиная бить Иноске по животу, восклицал Зеницу.  — Это ещё ничего, — воскликнул Хашибира.  — Сила есть — ума не надо, — фыркнул Зеницу, смотря на друга.  — Пойдёмте, — улыбнулся Тан. Несколько месяцев назад.  — Что это за место? — проговорила низшая Луна с четырьмя хвостами.  — Это искусство демонической крови той девушки? Кажется, будто всё пространство вокруг неё искажено, — говорил демон, смотря на девушку с бивом в руках. «Из Двенадцати Лун призвали лишь шесть низших, раньше такого никогда не было, пятой низшей Луны ещё нет, она двинулась! Снова искусство демонической крови! Да что такое с той женщиной? Кто она такая?» — ужасался демон.  — Приклоните головы и склонитесь, падите ниц, — проговорила женщина-демон, после чего все демоны низших Лун упали на колени кланяясь. «Это Господин Музан! Это голос Господина Музана! Я его узнал! Он изменил внешность и ауру! Точность его перевоплощений невероятна!» — содрогаясь, думал демон.  — Пожалуйста, простите нас! Поскольку у вас был другой вид и аура, — начала демон с рожками и двумя полосаками на щеках.  — Кто разрешил тебе говорить? Не смейте открывать рот, когда вздумается, отвечайте на мои вопросы и всё. Руи убили, я говорю о пятой низшей Луне, но у меня есть к вам один вопрос: почему демоны низших Лун настолько слабы? Если вы стали частью двенадцати Лун, не стоит на этом останавливаться, это только начало, чем больше людей вы едите, тем вы сильнее, тем полезнее вы становитесь для меня. Уже более сотни лет состав высших Лун остаётся неизменным, высшие Луны всегда были теми, кто убивал Хашира, охотников за демонами, но что насчёт вас? Демонов низших Лун, — говорил Музан. «Легко вам об этом говорить, но мы…» — думал тот демон с хвостиками.  — Легко вам об этом говорить, но мы… мы что? Ну давай, говори, — прищурив глаза, говорил Кибуцуджи. «Он умеет читать мысли! Вот чёрт!»  — Что-то не так? Говори же! — злился Музан.  — Пожалуйста, простите Господин Кибуцуджи! Прошу, проявите милосердие! Я сожалею! Мне очень жаль! Очень! — кричал демон. Кибуцуджи держал его одной большой рукой, если быть точнее, его держал монстр, которого отростил из своей же руки, а затем монстр просто съел его. «Почему это произошло?! Меня что, убьют? После всего что я пережил, чтобы стать членом Двенадцати Лун?! Но почему? Почему? С этого момента я должен больше! Больше стараться!» — думал демон с серьгами и шрамом на лбу.  — Ты боишься охотников за демонами больше, чем меня? — спрашивал Музан.  — Не-е-е-ет! — воскликнула та демон с рожками.  — Каждый раз, когда ты встречаешь Хашира, тебе всегда хочется сбежать, — говорил Музан, взглядом пожирая демона, что начинала плакать и бояться смерти.  — Нет! Я так не думаю! Я пожертвую своей жизнью ради вас! — кричала демон, уже входя в состояние истерики.  — Ты отрицаешь мои слова? — разозлился Кибуцуджи, и тот же монстр из его руки, что сжал предыдущего демона, съел девушку-демона. «Плохо дело! Это конец! Наши мысли прочтут! Хоть соглашайся, хоть отрицай, всё равно он нас убьёт! Мы даже победить его не в силах в таком случае! — с ужасом срываясь с места, думал демон со шрамом. — Только бежать! — уносясь дальше и дальше, думал демон. — Вот дурак. — Ухмыльнулся демон с иероглифом один, низшая первая Луна. — Нужно как-то выбраться! Выбраться! Раз уж я так далеко зашёл!»  — Я думаю, что Двенадцати Лунам состоять только из высших, я распускаю низшие Луны, — проговорил Музан, держа голову того демона. «Схватил меня, не может быть! Всё из-за бивы той девушки, нет! Я не слышал ни единого звука бивы, хн-н-н-н, почему! Я даже не могу восстановить тело!»  — Напоследок что скажете? — поинтересовался Кибуцуджи, выкидывая голову шрамистого демона к двум оставшимся.  — Я могу быть вам полезен! Если вы сделаете мне небольшую отсрочку, я докажу вам… — просил демон с волосами, собранными в хвост и бородой.  — На сколько долгой будет отсрочка? И как ты можешь быть мне полезен? На что ты способен со своей нынешней силой? — говорил Кибуцуджи.  — Ваша кровь! Если вы дадите ещё немного вашей крови, я достойно приму её! Я стану сильнее и буду сражаться за вас! — продолжал демон.  — Почему я должен давать тебе кровь по твоему приказу? Какое свинство, знай своё место! — злился Музан.  — Вы ошибаетесь! Ошибаетесь! Я лишь! — кричал демон  — Заткнись! Я не ошибаюсь! Я никогда не совершаю ошибок, у меня есть право решать! Мои слова сомнению не подлежат! У тебя нет права отвергать мои слова! Что я называю правильным и есть правильно. Ты пытался указывать мне, что делать, ты заслуживаешь смерти! — злился Музан. — Каковы твои последние слова? — спросил Музан, обращаясь к первой низшей Луне. «Значит, его тоже убьют? Всё, конечно, зависит от настроения Господина. Да и я тоже скоро умру», — думалось шрамистому демону, смотря на первую низшую Луну.  — Что ж, посмотрим! Такое чувство, будто я во сне. Умереть от вашей руки, здорово слышать предсмертные крики других демонов! Это великолепно! Поскольку я люблю смотреть на боль и страдания людей, для меня это словно сон наяву, спасибо, что оставили меня напоследок! — пропел низшая первая Луна, размахивая руками и с румянцем на щеках. Да-а-а-а уж, не хватало здесь ещё и садиста-мазохиста демона.  — Я рад это слышать, я дам тебе немного своей крови, ты можешь не выдержать такого количества и умереть, но если ты сможешь принять её — обретёшь ещё большую силу. Будь мне полезен, убей Хашира охотников за демонами. Если убьёшь охотника, который носит серьги Ханафуда, я дам тебе ещё больше своей крови, — говорил Музан, смотря на то, как демон, корчась от боли, лежит на полу, а затем, когда демон принял кровь, исчез вместе с ударами бивы, но вот он снова намеревается убить Танджиро, но знал бы он, что теперь на его стороне ещё больше защитников, чем было до их встречи. А демон был выброшен из дома на какой-то улочке. «Что это? Я что-то вижу! Это втекает в меня вместе с кровью Господина Музана!»  — Ах-ах-ах, если убью Хашира и этого ребенка, то получу ещё крови! Это похоже на сон, — смеялся демон, увидев Танджиро через видения Музана.

***

 — Уже утро! Ка-ар! Ка-ар! Просыпайтесь! — каракал Касугаи.  — Что? Что происходит?! — не понимали дети.  — Участились пропажи в бесконечном поезде, пропало больше сорока людей, вы присоединитесь к Ренгоку Кёджуро, отправляйтесь на запад, — сообщал Ворон.

***

 — Я решил отправить Танджиро и остальных на задание в бесконечном поезде. Я могу узнать, почему ты порекомендовала мне Танджиро, Шинобу? — мягко говорил Господин.  — Танджиро чист душой и очень старателен, и его сила воли, что он проявил, превзошла мои ожидания, и между прочим, он четко знает свою цель — одолеть Кибуцуджи, — ответила Шинобу с улыбкой.  — По правде говоря, я абсолютно согласен с тобой, — согласился Лидер охотников.  — А ещё Танджиро говорил мне, что его отец использовал Дыхание Огня, — продолжила Кочо.  — Вот как, — улыбнулся Господин.  — Без сомнений, ему ещё предстоит пройти длинный путь, но, возможно, Ренгоку, Хашира Пламени, сможет прояснить ситуацию, — продолжила Хашира Насекомого.  — Верно, учитывая, что его сестра и подруга не едят людей даже будучи демонами, его встреча с Кибуцуджи — это может быть вполне судьбой Танджиро, — улыбаясь, говорил Господин.

***

 — Отлично! Пора идти! — радостно проговорил Танджиро, идя по коридору. «Мм? Кажется кто-то идёт? Он задел меня, хоть я и отошёл в сторону. Аа! Этот парень, он был на финальном отборе! Он так быстро продвинулся за столь короткий срок. Интересно, почему его запах!» — вспоминая этого парня, что лез к той девочке на финальном отборе, думал Танджи.  — Давненько не виделись! Рад, что с тобой все в порядке! — проговорил Тан, смотря в след парню.

***

 — Вот как! Уже уходишь? Пусть и недолго, но мне было приятно провести это время с тобой! Удачи! Будь осторожен! — проговорила Аой, прощаясь с Танджиро.  — Спасибо тебе, что так заботилась о нас, хоть и была занята, благодаря тебе мы можем вернуться в строй, — улыбаясь говорил Тан.  — Не стоит благодарности, в конце концов на отборе мне повезло выжить, а ещё я боялась участвовать в битвах, я трусиха, — говорила Аой, опустив голову.  — Это совершенно неважно! Ты уже стала частью меня, поскольку помогла мне, Аой, и эти чувства отправятся в битву вместе со мной! Ладно, присмотри за мной, если я снова буду ранен! — улыбаясь, говорил Камадо и, помахав ладошкой, побежал дальше, оставляя Аой удивлённо смотреть в след.

***

 — Оо! Вот ты где, Канао! Мы уже уходим, спасибо тебе за всё! — говорил Танджиро. Цуюри молча сидела и смотрела на него улыбаясь. — Оо! Что это? — заинтересовался Тан, увидев, что Канао достает монетку и начинает кидать её.  — Я лишь следовала приказу учителя, не за что меня благодарить, пока, — спокойно говорила Канао.  — Ты заговорила со мной!!! Что ты сейчас подбросила?! — радовался Тан.  — Пока, — улыбалась Цуюри.  — Монетку? Написано орёл и решка? Почему ты подбросила её? — продолжал Тан.  — Пока, — снова повторилась Канао.  — Она много раз перевернулась, — говорил Тан.  — Я подбрасываю её каждый раз, когда мне не дано приказа, только что я решала, говорить с тобой или нет, не говорить — «орёл», а говорить — «решка», выпала «решка», пока, — всё так же с улыбкой говорила Канао.  — Почему ты не решаешь сама? Что ты хочешь сделать, Канао? — поинтересовался Камадо.  — Не важно, это не имеет значения, потому я не могу решить сама, — говорила Цуюри.  — Не думаю, что хоть что-то в этом мире имеет значение. Я думаю, у тебя есть тихий голос твоего сердца, конечно, важно следовать приказам, ноо… я одолжу её не на долго? — усердно думая и придя к решению, говорил Танджиро.  — Да, — кладя монетку в руку Танджиро, согласилась Канао.  — Спасибо, отлично, решим это броском, — выбегая на середину дворика, проговорил Тан.  — Решим что? — не поняла Канао.  — Так или иначе, отныне ты будешь прислушиваться голоса своего сердца, а-а-а-а! Бросил слишком высоко! Орёл, пусть выпадет орёл! Если выпадет орёл, Канао, ты будешь слушать свое сердце! — воскликнул Камадо старший. — Аа? Куда она делась? О-о-о, это она! Я поймал! Я поймал её, Канао! — радостно говорил Танджиро. — Готова? Канао? — спрашивал Танджиро, готовясь открыть руку. «Какая сторона? Из-за его спины я не видела того момента, когда она упала».  — Орёл!!! — радостно подпрыгивая, воскликнул Танджи. — Канао! — улыбнулся Камадо, протягивая руку с монеткой. — Удачи! Люди живут по велению сердца, так что твоё сердце обязательно станет ещё сильнее, — удивляя Канао, произнёс Танджиро, взяв её руку в свои. — Ладно, ещё увидимся! — помахав ладошкой, проговорил юный охотник и побежал дальше.  — Почему она упала орлом! — вставая с места, воскликнула Канао. «Я видела его руку во время броска, не думаю, что он жульничал».  — Это случайность, но, а если выпала бы решка, я бы бросал её до тех пор, пока не выпал орёл! Счастливо! — ярко улыбаясь, проговорил Танджиро убегая, оставляя Канао одну, что сейчас не могла понять себя. Любовный треугольник?

***

 — Уфу-у-у-у-у-у-у!!! — начали дуть в тыквы наши мальчики.  — Вы справитесь, справитесь, справитесь!!! — кричали малышки, подбадривая мальчишек.  — Да смогут, куда денутся, — посмеялась Незуко.  — Ура-а-а! — обрадовались малышки, когда мальчишки лопнули тыквы.  — Держите, — протягивая им онигири, проговорила Киё.  — Спасибо, — улыбнулся Тан.  — Не время есть! — воскликнул Агацума, когда Иноске потянулся к онигири.  — Пожалуйста, идите и убейте кучу демонов, — синхронно проговорили малышки.  — Мы постараемся, — улыбаясь, говорил Камадо старший.  — Я же говорил, не время есть! — кричал Агацума на поедающего онигири Хашибиру.  — Заткнись! — прохрипел Хашибира.  — Хватит жрать, достал уже! — разозлился Зеницу.  — Аа? Господин Томиока! — заметив Гию, улыбаясь, проговорил Танджиро и побежал к нему.  — Вы отправляетесь в бой? — поинтересовался Гию.  — Да! — ответил Тан.  — Я слышал, что ты овладел постоянной полной концентрацией дыхания, — проговорил Томиока.  — Да! — воскликнул Камадо старший.  — Продолжай в том же духе, — дал напутствие Гию.  — Да! Господин Томиока, насчёт девочек, спасибо вам большое, я даже не догадывался, что на кону ваша жизнь, я даже не знаю, как мне вас отблагодарить, — с обожанием смотря на старшего, проговорил Танджиро.  — Можешь отблагодарить хорошей службой, наша задача как охотников — убийство демонов, вот и всё, — исчезая, проговорил Гию.  — Верно! — воскликнул Танджи и услышал плач малышек.  — Берегите себя, — говорили девочки.  — Вам ведь так тяжело прощаться со мной, да? Если хотите, то я могу остаться, — пропел Зеницу.  — Учитель Зеницу, пожалуйста, научитесь быть сдержаннее с девушками, — проговорила Киё.  — Хорошо, я смущён, но вам хоть немного грустно из-за того, что я ухожу? — продолжал Агацума.  — Нам не грустно, — проговорили в один голос малышки.  — Та-а-ак, ребята нам пора в путь! — воскликнул Камадо, и вместе с друзьями отправился в путь.  — Надеюсь, всё будет хорошо, — проговорила Юки, сидя в Ящике с Незуко.

***

 — Э-э-э-эй! Э-э-эй! Э-э-э-эй! Что-о-о?! Что-о-о-о?!!! Что это за существо!!! Да я уверен, что это он! Владыка этих земель! Правитель этих земель! Видишь, какой длинный! Такой пугающий! Это точно! Кажется, что сейчас он спит, но не теряйте бдительности! — увидев поезд, начал верещать Иноске.  — Это же просто поезд, ты что, таких не видел? — фыркнул Агацума.  — Тихо! Не шуми! Я нанесу первый удар! — готовясь доставать мечи, говорил Хашибира.  — Да погоди ты, Иноске! Ты не думал, что это может быть дух хранитель этих земель? К тому же нельзя сразу лезть в драку без повода, — с умным видом говорил Тан.  — Э-эй! Ты не слышал меня? Это поезд, просто поезд, ясно? Это машина для перевозки людей, вот деревенщина, — выпадая в осадок, проговорил Зен.  — Мм? Поезд? Так это о нём говорил Ворон? — наконец-то понял Камадо.  — Аа? — не поняли Агацума и Танджиро, когда Иноске пошёл чуть назад.  — В чём проблема? — поинтересовался Зеницу.  — Уху-у-у-у!!! Атаку-у-у-ую!!! — кричал Иноске, побежав на поезд и врезаясь в него головой.  — Прекрати! Ты нас позоришь! — кричал Агацума.  — *звук свистков* Что ты делаешь?! Э-э-эй ты! Эй, у этих ребят мечи! Полиция! Вызывайте полицию! — начали кричать офицеры, прибежав к ним.  — Вот черт! Чёрт! Чёрт! Чёрт! Бежи-и-им! — кричал Зеницу и, взяв в охапку двоих, побежал со всей силы. — Из-за тебя, Иноске, мы прошли через зад! Извинись! — возмущался Агацума.  — Ха-а! Для начала, почему это мы должны убегать от полиции? — не понимал Хашибира.  — Мы охотники за демонами и официально не признаны правительством, мы не можем ходить с нашими мечами средь бела дня. Они не поверят нам, даже если мы расскажем им о демонах, это их только запутает, — объяснял Зеницу.  — Несмотря на то, что мы так трудимся? — расстроился Тан.  — Ничего не поделаешь, отныне будем носить мечи на спине, — проговорил Агацума.  — Ах-ах-ах, — смеялся Иноске, спрятав мечи за спиной, забывая, что нечем закрыть-то.  — Всё равно видно! Надень что-нибудь, болван! — возмутился Зен. — Вот черт! Поезд тронулся! Полиция ещё здесь? Нужно идти, даже если здесь! — паниковал Агацума.  — Я тебя оседлаю! Владыка этих земель! — выбегая, прокричал Иноске.  — Э-э-эй! Тупица-а-а-а! — кричал Зеницу.  — Нам тоже пора! — вокликнул Тан, выбегая следом.  — Э-э-э-эй, вы трое! — кричали полицейские.  — Танджиро, Иноске! — прокричал Зеницу, когда двое уже запрыгнули на балкон поезда, а сам он прицепился к решеткам.  — Зеницу! — запереживал Танджиро, и вместе с Иноске они затащили Зеницу к себе.  — Юху-у-у! А он быстрый! — воскликнул Иноске.  — Танджиро, ты уверен, что стоило брать с собой Незуко-чан и Юки-чан? Разве штаб охотников не самое безопасное место для них? — переживал Агацума.  — Мм! Все хорошо, куда бы мы не отправились, мы с Незуко и Юкико всегда будем вместе. Нас никогда не разлучат, — проговорил Танджиро, смотря на ящик. Воспоминания, как река, начали течь в голове Танджиро. «Я тебя спасу, чего бы это не стоило! Обещаю, я спасу тебя!» «Кибуцуджи Музан!!! Я не позволю тебе уйти! И не важно куда ты сбежишь!» «Мы с Незуко и Юкико всегда будем вместе, мы не сможем жить друг без друга!» «СВЯЗЬ МЕЖДУ МНОЙ! И НЕЗУКО С ЮКИКО! НИКОМУ! НЕ РАЗОРВАТЬ!» «Незуко, Юкико, я клянусь!» — вспомнив всё, поклялся Танджиро.