Ты мой Лёд! Я твоё Пламя! И это не изменить!

Танджиро пытается перерезать ему шею, но…?! — Гья-я-я-я-я-я-я-я-я!!! Гья-я-я-я-я-я-я-я! — кричал Хантенгу. «Мои уши!.. Но я могу сделать это?! Могу перерезать его… Что за?! Сзади! Кто-то сзади меня! Но его запах отличается от базовых эмоций. Как это?! Что мне делать?! Просто отсеки ему голову! Если у меня получится, тогда!.. Дерьмо! Он атакует!..» — Юкико!.. Незуко!.. — воскликнул Тан, когда девочки схватив его под руки увернулись от удара змея. — Незуко, Юкико, вы в порядке? — прокричал Камадо старший, когда девочки свалились на пол. — Дикари, мучают несчастного. Злоба, вражда, ничего, кроме ненависти… для тех кто погружён в истинное зло. «Шестой! Это уже шестой! Да вы издеваетесь! Нет!.. Не шестой? Я больше не чувствую запаха четырёх демонов базовых эмоций.» «Что произошло?! Как так вышло?!» Это существо ещё недавно было демонов гнева. Когда клинок Танджиро коснулся шеи маленького демона, демон гнева поднял обе руки. И секунду спустя отпустил их. На демонов радости и удовольствия. Со стороны казалось, будто он скручивает и крошит их плоть. Он поглотил их обоих. В следующее мгновенья демон гнева направился к Айзецу. Тот открыл рот, будто собираясь запротестовать, но он тоже был поглощён, не успев вымолвить и слова. Тело демона гнева начало изменятся в это. Кто же это? Он не расщепился, но стал моложе. Ребёнок. Слияни всех демонов того старика-демона, которого мы считали главным телом. «Чёрт! Тело теперь окружено!» — Прекрати! — прокричал Тан. «У меня сбилось дыхание. Давления его ауры такое сильное, что я чувствую боль в сердце.» — Т — Что? Подонок. Не нравится, что я делаю? Эй. Вы- зло, кретины! — рычал демон. «Тяжелое давление от его голоса. Я едва стою, сила будто покинула моё тело.» — Г Не только люди, загнанные в угол могут обнаружить в себе невероятную силу. Демона, известного как Хантенгу, загоняли в угол бесчисленное количество раз. И каждый раз, когда это случалось, его эмоции оживали и отщеплялись от него с помощью искусства демонической крови. вот так он и побеждал. Чем хуже для него расклад в битве, тем сильнее он становится. — П… почему мы… почему мы зло? — начал Камадо старший. — Вы издеваетесь над «слабым». Разве не так? Вы пытались обезглавить крошечное «слабое существо», такое маленькое, что может поместиться у вас в ладони. Это абсолютная несправедливость. Так поступают только дикари, — говорил Демон Ненависти, погодите… «слабое существо»? Высшая луна? Слабое? Слабое существо? Кажется у кого-то с головой не порядок. — Слабое существо? Кто же… это? Не говори так. Твой запах… Ты пахнешь кровью! Ты съел сотню, две сотни людей! Может быть, даже больше! ЧТО ЭТИ СЛАБЫЕ ЛЮДИ ТЕБЕ СДЕЛАЛИ? ВСЕ ОНИ. ТЫ ПРОСТО САМОВОЛЬНО ЗАБРАЛ ИХ ЖИЗНИ В КАЧЕСТВЕ ПЛАТЫ? ПРЕКРАТИ СТРОИТЬ ИЗ СЕБЯ ЖЕРТВУ ПОСЛЕ ТОГО, КАК УБИЛ И СЪЕЛ СТОЛЬКО ЛЮДЕЙ! ТВОЙ РАЗУМ БОЛЕН. АБСОЛЮТНО НЕПРОСТИТЕЛЬНО. ЗЛОЙ ДЕМОН!.. Я СЕЙЧАЛ ЖЕ ОТСЕКУ ТЕБЕ ГОЛОВУ! — кричал злой Танджиро, удивляя девочек и Генью. «Танджиро?.. Только не теряй контроль прошу тебя, прошу… Я не хочу тебя терять, не хочу…»

***

«В моих лёгких ещё остался воздух. Его хватит для атаки. Дыхание Тумана: Первый стиль Подвешенные небеса, далёкий туман» — атаковал Токито, вот только удар не сработал. «Я не смог сломать её техникой-толчком. Ну, конечно, клинок ведь зазубрен. Я не могу. Всё кончено. Спасибо, что поддерживали меня, Ояката-сама. Но я сейчас умру, так что желаю вам в поиске кандидата на уже второе пустующее место Хашира. *Тан: Почему ты так считаешь? Никто не знает, что уготовано ему в будщем.* Что? Постойте. Танджиро никогда не говорил мне такого. Но тогда чьи это слова.» — Почему ты так отчаянно защищаешь эту жалкую хижину? Не могк представить, чтобы тут был глава деревни. Хм-м? — говорил Гёкко, входя в хижину, в которой восседал Хаганезука, что продолжал полировку клинка. — Превосходная сталь. Этот клинок великолепен… Я никогда подобного мастерства… удивительно, — говорил Хотару-чи. «Молодой человек, хм. Его плоть выглядит не старше сорока. Он же может быть главой.» — Эй человек, — окликнул его Гёкко. — Кто его создал? Если кто-то смог выковать такой клинок… Тогда почему он оставил этот знак, а не твоё имя… Но… я правда понимаю… — продолжал Хаганезука. «Этот человек!» — не понимал Гёкко, и атаковал его. — Хаганезука-сан! — прокричал Канамори.