Ты мой Лёд! Я твоё Пламя! И это не изменить!

23 года спустя. — Корико, Кие, Ханако, вставайте! — проговорила синеволосая женщина лет сорока. — Ма-а-а-ам, сегодня ведь выходной, — вздохнула старшая из дочерей., но всё равно встала. Корико — 19 лет, фиолетовые волосы, красные глаза, характером пошла в маму. Кие — 17 лет, тёмно-красные волосы, тёмно-красные глаза, характером копия отца, Ханако — 16 лет, — тёмно-крансые волосы, фиолетовые глаза, словно аметист, как у мамы, а вот характером младшая пошла в свою тётю Незуко. — Встаём! Встаём! — воскликнула Кие выбегая из комнаты, а за ней в припрыжку вышла и Ханако. — Да постойте вы, куда так торопитесь! — прикрикнула старшая и вышла за ними. — Эх, и ведь такие же энергичиные, что ж пойду будить их папочку, — улыбнулась Юкико, смотря в след своим дочерям и пошла в их спальню с Танджиро. — Ой, ты уже сам встал? — удивилась Камадо смотря на мужа — Ага, просто восклики Кие сразу слышно, вся в меня, — посмеялся мужчина. — Это уж точно, такая же энергичная, — ухмыльнулась Юки. — Льдинка, я сегодня должен сходить к Гию-сану, ты не против? — начал красноглазый. — Нет, конечно же иди, думаю ему и Учителю Урокодаки нужна помощь с новыми учениками, — улыбнулась мать семейства Камадо. — Хорошо, спасибо большое, дорогая, я кстати попросил придти к нам Незуко с Фую, Танджуро и Такео, и Аой с Котохой, и ты не против если Мицури-сан тоже придет, ну и с ней и Амане и Хинаки? — говорил Тан. Фую — 20 лет, старший сын, брюнет с жёлтыми глазами, характером в своего дядю Танджиро, Танджуро — 18 лет, брюнет с красными глазами, характером в мать, Такео — 17 лет, брюнет, с желыми глазами, характером в отца. Котоха — 17 лет, единственная дочь семейства Хашибира, темно-синие волосы, синие глаза, харатер в мать. Амане — 19 лет, черные волосы, зеленые глаза, характером в отца. Хинаки — 15 лет, черные волосы, гетерохромия, один глаз жёлтый, другой зеленый, только вот видит она хорошо двумя глазами, в отличии от своего отца, характером в мать и силой тоже. — Нет, я не против, пусть приходят, зато девочкам скучно не будет, — мягко проговорила синевласка. — Спасибо большое, любимая, я пошёл, — улыбнулся отец семейства и чмокнув жену пулей вылетел из спальни.

***

— Привет, Зеницу, Иноске, — улыбнулся мужчина обнимая друзей. — Привет, Танджиро, — улыбнулся Зеницу, он был рад видеть двух своих друзей. — Привет, Гонпачиро, — улыбнулся Иноске. — Так зачем нас позвали? — решил поинтересоваться Камадо. — Да так, появились те, кто хотят изучить наши дыхания, так что с сегодняшнего дня Школа Мечников считается открытой, — проговорил Томиока стоя позади них. — Гию-сан, — улыбнулся Танджиро и обнял своего сенпая. — Привет, Танджиро, — улыбнулся мужчина. — О, вы пришли, пойдёмте, дети вас ждут, — проговорил Игуро просто помахав им.

***

— Так значит они будут учителями? — решила спросить Аой. — Да, Обанай сказал, что бывшие Хашира, Сакоджи-сан и Ренгоку-сан посовещавшись с семейством Убуяшики, решили открыть школу мечников, и обучать искусству владиния клинками, и они все будут учителями, поскольку я с детьми, то я отказалась преподавать там, но Канао-тян и Шинобу-тян будут там преподовать, — улыбаясь рассказывала Мицури. — Канао? — удивилась Юки. — А? Да… стой… точно… А… ну… не бойся, она уже три месяца общается с одним парнем, так что она не станет претендовать на Танджиро, тем более он тебя любит, и своих дочерей тоже, — начала тараторить Игуро. — Тем более, бартик давно дал ей понять, что между ними ничего не будет, — улыбнулась Незуко. — Ха-хах, смотрите, Амане явно нравится Фую, — посмеялась Аой, видя как тот отгораживает брюнетку от своих братьев. — Ахах, ревнивый как Танджиро, — посмеялась Юкико. — Да-а-а, он точная копия братика, вырастит будет точно как он, да и он сам постоянно берёт пример с братика, — улыбнулась Агацума. — Оно и видно, вроде внешне отличаются, но вот характером сразу видно, вылитый Тан-кун, — улыбнулась Мицу. — Аха-хах, за то Котохе явно нравится Танджуро, — посмеялась Юкико. — Да-а-а-а, кажется мы все перероднимся, — посмеялась Аой. — Ага, все кроме моих дочерей, — улыбнулась Камадо. — Ну ты не переживай, Корико постоянно смотрит на сына Узуй-куна, на Кагаю, — посмеялась Мицури. Кагая — старший сын Тенгена от Хинатсуру, брюнет, с лилового цвета глазами, характером в мать, ему 22 года, сын от Сумы — Хотару, ему 20 лет, белые волосы как у отца, темные глаза как у матери, характер как у отца, тертий сын от Макио — Казуя, ему 17 лет, белые волосы, желтые глаза, характер как у матери. — Что? — удивилась синевласка. — Что, что, я видела как они перегладываются, когда они случайно видется в нашем заведении, — улыбнулась розовласка. — Вот это поворот, не ожидала, а ведь она у меня старшая дочь, ей скоро будет 20, — проговорила Юкико. — Я думаю они с Кагаей встречаются, ему всё-таки 22, живёт один, — улыбнулась Аой. — Спроси у неё, может они и правда встречаются, — улыбнулась Незу.

***

— Корико, у меня к тебе вопрос был, — начала Юки. — Да? — удивилась старшая дочь. — Ты встречаешься с Кагаей? — прямо спросила мать. — Что? — покраснев проговорила Кори. — Так значит встречаетесь? — продолжала Камадо. — Да, уже как пол года, — смутилась фиолетовласка. — Вот как, почему не сказала? — спокойно спрашивала Юкико. — Побоялась… — призналась девушка. — Мы бы тебя не ругали, мы с твоим отцом в 15 лет начали отношения, а свдьбу сыграли в 18, хоть и предложение он мне сделал ещё в 16 лет, — улыбаясь говорила Камадо, вспоминая прошлое. — Правда? А папа за тобой ухаживал? — смущённо спрашивала дочь. — Да, он всегда меня защищал, оберегал, спасал, старался ухаживать, он ведь маленький был, старался как мог, твой папа был моим первым и последним мужчиной, ты уверена, что Кагая твой первый и последний? — улыбалась Камадо. — Да, я уверена, мам, я уверена, — серьезно проговорила красноглазка. — Хах, и всё же, хоть и по характеру ты пошла в меня, но упёртость и уверенность в решениях ты взяла от своего папы, — улыбнулась Юкико. — Ладно, приводи Кагаю-куна к нам домой, когда папа будет, будем с ним разговаривать, — проговорила женщина. — Хорошо мам, а… мам… мне всегда было интересно, почему ты называешь папу Своим Пламенем, а он тебя Своей Льдинкой? — решила спросить старшая из дочерей. — Потому что, для меня твой папа, словно пламя, такой же тёплый, согревающий, но опасный для врага, защищающий и оберегающий, он всегда такой же яркий как пламя, его свет, свет его пламени никогда не погасает, а я лёд, потому что, я всегда была холодна, но если растопить я становилась как вода, такая же опасная, но для любимых нет, такая же оберегающая, но бывало я могла заморозить своё сердце, и твой отец был тем, кто смог растопить тот самый лёд внутри меня, и согрел мою душу, — улыбаясь говорила синевласка. — Вы с папой чувствую через многое прошли, я рада, что именно вы мои родители, ведь сочитание льда и пламени самое лучшее и красивое, — подмигивая проговорила Корико и ушла. — И правда. Самое лучшее и красивое, — прошептала Камадо, вспоминая моменты из прошлого, и через что они все прошли. Теперь впереди их ждёт другая жизнь, светлая и теплая, а если появиться что-то холодное как лёд, они растопят это огнём их любви или заморозят и разобьют льдом их любви. Она была уверенна, что Танджиро тот, кто точно сможет уберечь их семью от невзгод и плохих событий, как он это делал всегда.