Влюбился в неё

      Когда в дверь яростно стучатся проблемы и на голову сваливаются непредвиденные обстоятельства, хочется просто убежать от этой жути куда-нибудь подальше. Там, где тебя не будут тревожить, не будут ранить или, хуже чего, предавать…       Когда ты один в этом затерянном, сером мире, тебе гораздо сложнее и невыносимо больно. Когда кажется, что за всё то счастье, безудержный смех и лучезарные улыбки приходится расплачиваться болью и нестерпимыми страданиями. Когда кажется, что весь люд настроился против тебя. Что может спасти и излечить кровавые раны на и так разбитом сердце? Может быть сильная бесконечная любовь одного любимого человека?       На вечернем безлюдном пляже Майами сидела хрупкая блондинка, перебирая ещё горячий песок в руках, слегка холодные волны моря приятно касались ступней, создавая блаженный эффект. Прикрыв на секунду небесные глаза, забываешь обо всех неудачах и падениях. Именно в таких спокойных местах Сара чувствовала себя умиротворённо. Легко вздохнув, девушка стала перебирать все случившиеся моменты из последних событий, но вдруг теплые руки, что легли на девичьи плечи, перебили её мысли:       — Принцесса, о чём задумалась? — тихо спрашивает кудрявый, садясь рядом.       — Ммм? — рассеянно спрашивает школьница.       — Моя мечтательница, — ласково произносит брюнет, целуя голубоглазую в висок и прижимая к своей сильной груди.       — Вишенка, я так тебя люблю, спасибо тебе за всё, — тихонько говорит Сара, ещё больше прижимаясь к груди дракона.       — Принцесса, мне кажется, если бы я не встретил тебя тогда так случайно, уже давно бы затерялся в монотонном мире, но знаешь, твоя пылкая любовь спасает меня до сих пор, — искренне улыбаясь, говорит ягодный, перебирая пшеничные локоны принцессы.       — Даже не верится, что весь тот кошмар произошёл с нами, — вдумчиво произносит Сара.       — М-да уж, кошмар…       Постепенно пара погружает в воспоминания, что буквально мелкими бусинками рассыпаются в их головах…       Сначала пролитая кровь Дерека, потом грязная тюрьма с чертовым шерифом Никсоном, а после тяжёлый суд. Весь этот рой бед накрыл сахарную пару. Казалось бы, что они сделали такого? Просто искренне друг друга полюбили, не мешая никому, но завистникам и ярым врагам так и хотелось разлучить пару. Уж слишком она маячила перед глазами своей ванилью. И в один момент враги сошлись, словно мерцающие звёзды на тёмном небе.       Шериф Никсон выступил первым. Засадив Алена в тюрьму, перед тем хорошо избив в допросной комнате.

— Ну и ты думаешь, что так легко отделаешься на этот раз? — поднимает свой суровый взгляд Никсон, всматриваясь в лицо кудрявого хулигана, которого вовсе забавляла эта ситуация. — Не переживайте, Шериф Никсон, если я и сяду, люди мне спасибо скажут за такого упыря, который наконец захлебнётся собственной кровью и не будет разбрасываться гнилыми словечками на чужих девушек, — зло проговаривает Ален, отрезая каждое слово. Угрюмое лицо шерифа молниеносно меняется, когда парень зацепил его сына. — Не тебе, сволочи, отчитывать моего сына, или забыл, что за тобой висит статья за совращение малолетних? — Я ни кого не совращал и манерам мистера Кларка я тоже не учился. — Поверь, ты отсюда живым не выбирешся, я сделаю так, что уже на второй день на твоём прекрасном личике не останется ни следа, а пока к твоему лицу приложу тяжёлую руку я. В тот вечер много крови кудрявого пролилось, казалось, единственное, что его излечивает изнутри, это любовь к принцессе.

      В тюрьме кудрявый провел десять дней, каждый день получая новые удары от очередного замеса с заключёнными, которые получали данные приказы от Джонатана. Вишня терпел каждый сильный удар, однако боль отдавалась в сердце, когда парень вспоминал о принцессе. К слову, Сара переживала те же эмоции, что и Ален. Когда его избивали, девушка не могла уснуть, сердце неприятно кололо, обливаясь кровью, а ужасные мысли сами поселились в юной голове. Но мрачным дням пришёл конец, когда Сара и все члены банды нашли единственного спасителя для ягодного.       Виола Томпсон — давний член Черных драконов, которая неоднократно спасала их от различных обстоятельств, требующих хорошего адвоката. Эта хрупкая на вид девушка перетянула на себе кучу драконьих дел, побывала не в одном суде и спасла не одного дракона от тюрьмы. Впрочем она была копией Хилла, ведь являлась его родной сестрой, о которой знали только близкие люди.       Назначив суд на нужную дату, Виола начала копать под шерифа, выискивая нередко пугающие факты даже для ее крепкой морали, удивляя при этом всех драконов. Девушке потребовалось немного времени, чтобы узнать о Никсоне всё.       День Х наступил. Суд, члены банды, заплаканная О’Нил, побитый Вишня в камере, на котором живого места не осталось, пока довольный Дерек и не менее счастливая Кэнди сидели с искренне-омерзительными улыбками на лицах, едко усмехаясь собственноручно созданному стражу перед глазами. Пара голубых омутов встречается: в одних бушует сильный дождь, в других при виде любимой наливаются свинцом, хочется рвать на себе волосы, чтобы наконец обнять свою маленькую девочку.       Виола начинает свой монолог, показывая при этом все доказательства о содеянном Джонатана. Его лицо молниеносно меняется, самодовольная улыбка сменяется на некий страх, а в глаз читается недоумение.

— Уважаемый мистер Никсон, в этой папке содержится вся информация о вашем прошлом и не только, — громко говорит Виола, держа в руках красную папку. Джонатан лишь омерзительно улыбается и наигранно закатывает глаза. — Первое, что попадает на мои глаза, это Ваше дело, которое Вы вели на протяжении двух лет. Там Вами описываются опасные насильники, которые до сих пор по странным причинам не находятся за решеткой. Некоторые источники говорят, что именно в этой группировке находился Ваш старший сын. Мужчина немного напрягается, а тёмные глаза Хилла продолжают прожигают в нём дыру. — Дальше идёт дело о Вашем сыне, который продавал много лет наркотики подросткам и был сам не прочь их употреблять, после Вы его очень умело скрыли, отправив Джона в Чикаго, а вместо него посадили ни в чём неповинного Стива, который умер пять лет назад в тюрьме от кровавого замеса. Также на Алене Миллере я вижу серьезные следы побоев, в том числе и Ваших рук, а насколько я знаю, такое в тюрьме не положено? — едкая улыбка скрашивает мимолётно уголки губ Виолы, когда она смотрит прямо в глаза шерифа, внутри ликуя, на деле же продолжает свой монолог, не теряя профессионализма. Дерек начинает громко кашлять, Кэн, держа его за руку, гладит по спине, как бы успокаивая, а после зло поглядывает на заплаканную О’Нил. Джонатан лишь устало мотает головой.

       На этом свобода подходила к концу, скоро его закроют, а о миновавших делах узнает весь город. Так и случилось: Ален вышел из тюрьмы, Никсон занял его место, испытав всю боль кудрявого. Дерек с позором за отца не посещал школу, а легкомысленная Кэнди нашла поддержку в другом пареньке.       Казалось бы, всё стало на свои места. Алена выпустили из тюрьмы, Сара залечивала его раны на лице мелкими поцелуями и истинной любовью. Два чувственных полюса соединились вместе, что может быть лучше? Но нет, одно наказание наказание нашлось и для Сары.       После недавних событий в Сентфор приехала Элизабет О’Нил, которая в бешеном состоянии, узнав о Джонатане, обвинила во всём дочь. Встретив ее у суда, мать напала на блондинку с кулаками и гневными криками. Сара ещё долго проливала слёзы, не понимая подобного поступка со стороны некогда своей семьи, а потом узнала, что та написала отказ от единственного ребенка, кем и была Сара. Конечный итог снова болезненно ударил обухом по девушке, но ягодный, не позволяя впасть в депрессию любимой, увёз её далеко от этого серого городка в тёплый и спокойный Майами, дабы собраться и направить мысли в нужное русло. А перед этим, изливая свои накопившиеся чувства, набил тату с символикой «S.O.», объясняя это тем, что его единственное лекарство от тоски и переживаний — Сара О’Нил, которая навсегда поселилась в его драконьем сердце. Девушка тоже не стала отходить далеко от любимого и на ключице набила маленькую вишенку, в которой поместилась буква «А», ведь Ален — её неземное сокровище.       Возможно, было глупо и так банально, но это их любовь, где-то глупая в своей простоте, где-то чересчур ванильная, а где-то вовсе идеальная. Их чувства можно назвать титаническими, фундаментальными, как законы природы, а любовь нерушимой, ведь она пережила всё: обиду, боль, слёзы, предательство, расставание, ссоры, разлуку. Но это и сплочает истинные половинки единого целого, именно в такой любви хочется переживать все времена года, все оттенки настроения и цвета сердечной привязанности.       Красивая пара расположилась на берегу лазурного моря, трепетно держась за руки. Ветер ласково щекотал их лица, а улыбка сама появлялась на лице.       — Принцесса, я тебя так люблю, — парень, носом утыкается в её волосы, вдыхая любимый аромат.       — Знал бы ты, Вишенка, как я тебя люблю.

Не зря говорил такие слова Публий Вергилий: «Любовь превозмогает всё».