Кусочки чьих-то жизней

Она была художником. Этого у неё не отнять. У неё был талант, была любовь к своему делу, был свой взгляд на окружающий мир. Её уже не получилось бы так просто изменить и перевести на другой путь, исказить саму её сущность. Он художником не был, и в целом с творчеством почти не связан. Влияла ли на это его работа, окружение или что-то другое, но он был более собранным, серьёзным, и никогда не понимал, как она видит те вещи, о которых ему рассказывает. Очень скомкано поначалу и неуверенно, боясь, что звучит максимально глупо, но постепенно вдохновляясь и оживляясь. И было видно, что это то, что ей нравится. Она долго смотрела в небо, на здания, на асфальт, даже там что-то находя. Она была художником. И, возможно, немного писателем, ибо очень хорошо подбирала сравнения. Они выходили словно сами по себе. Были какие-то банальные, вроде луж-зеркал и облака-ваты, а бывали и неожиданные — луна вдруг оказывалась леденцом, звёзды — веснушками на лице неба или рассыпанными бусинками, птицы — быстро пролетающие дни, такие быстрые, что не успеваешь заметить… С ней рядом дни уже не казались такими быстрыми. Она давала дню закончиться намного позже, продлевала его своим присутствием и этими спонтанными поздними прогулками, этими увлечёнными монологами. С ней смотришь на мир как-то иначе, замечаешь мелкие детали, вроде красивых цветов на балконах, маленьких ручьёв из растаявшего снега, красоты облаков и того, что они «словно нарисованные». Она меняла всё вокруг него. Но она сама никогда этого не понимала, ведь для неё он был лучшей частью всего вокруг. Его саркастичные фразы, шутки, насмешливое отношение ко всем своим проблемам, словно он так привык к ним, словно уже ничто его не удивит. И во всём этом было нечто привлекательное. Он для неё был как и она для него — кем-то чужим, словно пришедшим из другого мира, но всё же притягивающим. Она доверяла ему. А он не понимал, чем заслужил такое доверие, почему он так ей понравился. Он впечатлил её с самой первой встречи. Она уже очень многое успела подумать и многое почувствовать, чего нельзя было сказать о нём — насколько бы приятной она не была, он не сможет её полюбить. И она как-то сама это приняла. И даже не расстроилась. У них бы всё равно ничего не вышло.