Музыка твоего голоса

      Лео ходил темнее тучи. Изможденное лицо истинного альфы снова и снова вставало перед глазами. На душе было неспокойно. Не помогал даже сын, который всячески поддерживал папу, постоянно ухаживая за ним, как мог. Малыш не понимал в чем дело, но видел грусть в папиных глазах и это его тревожило. Омега ещё несколько раз приходил в больницу. Но когда Стефану стало лучше, он прекратил посещения.       Леонардо стирал украдкой слезы счастья, от того, что его ребенок, настолько рассудительный не по годам. Прошел месяц с того ужасного дня. Ардон несколько дней не показывался на глаза омеги. Но успокоившись, Леонардо сам нашел его, чтобы извиниться. Ведь Ардон, будучи альфой, надежным и преданным, всего лишь хотел помочь и защитить вверенного ему молодого мужчину. Сейчас Леонардо чувствовал жгучий стыд за ту сцену в больнице, Ардон не заслужил такого к себе отношения. За прошедшие годы помимо Вильяма это был его единственный друг. И было бы подло сваливать на него вину за свои собственные промахи.       Ардон выслушал омегу, потрепал его по волосам, словно маленького и, приобняв за плечи, увел на кухню, где они распили бутылку хорошего французского вина. Захмелевший Лео не смог сдержать слез. Он долго рыдал на плече у друга, пока тот заботливо поглаживал его растрепавшиеся русые волосы.             - Лео, ну зачем ты так убиваешься? - не понимал альфа. - Он не стоит твоих слез. Тебе нужно отпустить его и тогда ты сможешь встретить новую любовь. Такой чудесный мальчик как ты просто не может оставаться один. Тебя должны любить, холить и лелеять, тогда ты окончательно расцветешь!             - Это не так просто, как ты думаешь, - горько усмехнулся омега, пряча лицо на широком плече.             - Но почему? Просто позволь другому чувству заполнить тебя! - искренне возмутился Ардон такому упрямству омеги.             - Потому что... он мой истинный, - выдохнул признание, куда-то в чужой пиджак Леонардо.             - Ох. Ёпрст! - присвистнул Ардон. - Это совсем другое дело.       Мужчина надолго замолчал, а потом, отцепив захмелевшего омегу от себя, удерживая за плечи, заглянул в его глаза.             - Ты в курсе, что ты удивительный? - восхищенно воскликнул альфа. - Ты и твой этот Рене — первая истинная пара, которую я встретил в жизни, - серьезно произнес мужчина. - Я знаю, что истинные встретившись и закрепив связь, не могут находиться друг без друга слишком долго. Но ты поразительный. Ты столько лет наоборот всячески избегал его. Это же противоестественно для таких, как вы, особенно для омеги.             - Ты не представляешь, каково мне было, - грустно ухмыльнулся Лео, - я думал с ума сойду, особенно в эти чертовы течки. Мне хотелось кожу с себя содрать, - Лео схватил со стола свой бокал с остатками вина и одним махом опрокинул в себя, - но никого другого даже не представлял рядом с собой. Да и сейчас не представляю. Стефан преследовал меня все эти годы, и если бы не Горди, то я бы точно не справился. Только благодаря сыну, я смог протянуть столько, - Лео потер ладонью лицо, затем подперев ей щеку, глазами полными отчаянья, посмотрел на Ардона. - Я больше так не могу, Ардон. Там в больнице меня буквально разрывало от желания остаться с ним. Мне плохо без Стефана. Тепло его рук, его глаза, его чертов голос... Я свихнусь скоро!             - Тише, тише, - Ардон подсел ближе, привлекая Лео к себе и поглаживая между вздрагивающих в беззвучных рыданиях лопаток.             - Лео, - глядя в стену напротив заговорил альфа, - сейчас ты, наверное, удивишься моим словам, но все же я скажу то, что думаю. Мы знакомы с тобой больше пяти лет. Ты уже не тот слабый и побитый жизнью мальчишка. Ты самостоятельный, самодостаточный омега. Но пока ты не решишь все с истинным, твоей душе не будет покоя. Лео, может быть, пришло время, простить его? Раз уж ты не можешь без него, а он, судя по всему без тебя, - Ардон замолчал, ощущая, как напрягся в его руках друг, - если ты хоть немного доверяешь мне, то я скажу тебе, что столько решительной безнадежности, как в его глазах я никогда не видел. Ему плохо так же, как и тебе, а может быть даже еще хуже. Ведь у тебя есть ваш сын, а он о нем даже не знает. Он думает, что это чужой ребенок, но все равно пытается отвоевать тебя обратно. Леонардо, вы испили эту чашу боли до дна, каждый сам. Думаю, пришло время, перевернуть эту страницу вашей жизни и попробовать создать нечто новое.       Леонардо вскинул голову, всматриваясь в мягкое улыбающееся лицо Ардона. Его слова глубоко засели в душу острой занозой. Возможно, альфа прав и наступил тот момент, когда он сможет начать жить заново, не оглядываясь на прошлое. Теперь он независим и их отношения уже не будут прежними. Говорят, что дважды в одну реку входить не стоит, но Лео хочет попробовать. Но куда же деть чувство вины перед возможными детьми Стефана. Лия, конечно, принёс омеге много боли, но дети... Они ни в чем не виноваты. Если бы на их месте был Горди? Нет-нет, невозможно.

***

      Стефан уже несколько дней патрулировал у дома, в котором жил его истинный. Леонардо ни разу не вышел за все это время. Не выдержав, Стеф хлопнул дверью авто и направился к воротам. Ему плевать, если даже придется пробиваться силой. Он просто хочет увидеть своего омегу и поговорить с ним.       О недавнем происшествии напоминал лишь небольшой заживающий шрам на затылке, спрятанный в волосах и слух, который теперь был со Стефаном всегда. Поначалу он никак не мог привыкнуть к новому себе. Голова болела от невыносимого количества звуков ворвавшихся в отвыкший мозг. Несколько недель Стефан мог спать только после приёма снотворных и полной тишине. Постепенно все пришло в норму. Медленно, но упорно альфа свыкался со своим вернувшимся слухом и вновь бросил все силы, чтобы найти Лео.       Мужчина уже собирался нажать на кнопку звонка, когда позади зашуршали по гравию шины. Альфа обернулся, встречаясь глазами с вышедшим из автомобиля Ардоном. Глаза Стефана сузились, наполняясь алым. Он уже хотел было высказаться в адрес этого подонка, но тут открылась задняя пассажирская дверь и рядом с альфой появился мальчик, с любопытством уставившийся на него.             - А почему мы остановились? - хватая Ардона за руку, спросил малыш.             - Горди, куда ты... Стефан? – Лео, выбравшийся следом за сыном, не сразу заметил человека перед собой. Но обратив на него внимание, он испуганно схватил сына за руку. - Сынок, иди, сядь обратно в салон.             - Пап, ты знаешь этого дядю? - игнорируя папу, Горди с интересом уставился на взрослого сильного альфу.             - Нет, - соврал Лео, старательно игнорируя больной взгляд истинного, которого сильно ранили слова любимого человека.             - Лео, - одними губами прошептал Стефан, но Леонардо его услышал.       Омега вскинул голову, смотря на альфу с такой мольбой, что у мужчины сжалось сердце. Однако отступать Стеф не собирался. Он слишком долго мечтал вновь увидеть своего маленького Лео, так отчаянно хотел обнять его, доказать ему, что он больше не тот трусливый пацан, каким был раньше. И пусть у Леонардо есть сын, для Стефана это не проблема.             - Ардон, нам пора, - бескровными губами промямлил Леонардо, слегка подталкивая сына обратно в машину, но Горди вырвался и, нахмурившись, направился прямиком к Стефану.             - Вы знаете моего папу? - дернув растерянного мужчину за край пиджака, привлекая к себе внимание, спросил ребёнок.             - Да, знаю, - Стефан медленно присел перед малышом, вглядываясь в его лицо. Удивительные разные глаза смотрели с интересом, отчего мальчик напоминал какого-то породистого песика. Безумно милого.       Было в этом ребенке нечто такое, что заставило его сердце биться чаще. Два удивительных разноцветных глаза изучали его лицо, пока малыш обдумывал свой следующий вопрос.             - Почему тогда папа сказал, что вы не знакомы? - потерев кончик носа, вновь спросил малыш, а Стефан впился взглядом, изучая лицо маленького альфы. Было в нем что-то такое, что волновало душу мужчины.             - Я очень сильно его обидел, - открыто глядя в глаза Гордона, признался Стефан. - Я предал его много лет назад и теперь он не хочет видеть меня.             - А Вы просили прощения? - деловито поинтересовался Гордон. - Папа сам говорил, что если обидел кого-то, то нужно попросить прощения и все наладится.       Лео слегка подался вперёд, желая что-то сказать, но так и закрыл рот, ничего не произнеся. Разве можно объяснить ребёнку, что не всегда все может решить просьба о прощении.             - Знаешь, малыш, - грустно улыбнулся Стефан, - если бы твой папа позволил, то я бы до конца жизни каждый день просил у него прощения. Но, увы, он не позволяет мне это сделать.       Гордон посмотрел на Стефана совершенно не детским взглядом, задумчиво кусая губу, а потом подошёл и мягко коснулся щетинистой щеки альфы, мягко погладил, словно подбадривая.             - Давайте я помогу Вам, - серьёзно предложил мальчик, - папа очень хороший, он обязательно простит Вас.             - И как тебе не стыдно? - задохнулся возмущённо Лео, сверля Стефана взглядом. - Не впутывай сюда моего сына.             - Я, пожалуй, пока отгоню машину в гараж, - вмешался Ардон, - думаю, вам стоит поговорить.       Мужчина быстро сел в салон, въезжая в распахнувшиеся ворота, намеренно игнорируя обиженный взгляд омеги. Он искренне надеялся на то, что Лео наконец-то усмирит свою гордость и обиды, и просто даст шанс себе и сыну быть счастливыми. Ему хватило лишь взгляда на двух альф, чтобы было понятно, чей Горди сын. Несмотря на свой юный возраст, сын Леонардо был очень похож на отца.             - Может быть, сходим куда-нибудь? - неуверенно предложил Стефан.             - Мы не можем…             - На аттракционы! - завопил Горди, подпрыгивая на месте и перебивая Лео. - Давайте поедем в парк аттракционов. Пожалуйста, пааааап, - заканючил мальчишка, подбегая к ошарашенному Леонардо.             - Хорошо, - нехотя сдался Лео, он никогда не мог отказать сыну, когда тот так упрашивал.       Стефан счастливо улыбнулся, а у омеги в груди все сжалось от лучезарности и искренности, которую та излучала. Он обречённо вздохнул, кивнув, судя по всему выбора ему все равно не оставили. Стефан помог омеге и его малышу расположиться в салоне. Горди сел сзади, надёжно пристегнутый ремнями безопасности, а Лео устроился рядом со Стефом на переднем пассажирском. Аромат кофе обдал его тёплой волной, когда двери в салон были закрыты. Омега тяжело вздохнул, прикрывая на мгновение глаза, чтобы взять себя в руки.       Терпкий запах забивался в ноздри, обжигая лёгкие. По телу медленно крались мурашки, равномерно покрывая все тело. Зыбкое равновесие таяло, Лео даже не сразу заметил, что его руку накрыла тёплая большая ладонь, скрывая под собой почти полностью. Омега открыл глаза, уставившись на переплетённые пальцы со смешением восторга и ужаса.       Леонардо попытался избавиться от этого прикосновения, но Стефан сжал его ладонь сильнее.             - Пожалуйста, можно мы побудем так немного? - тихо произнёс Стефан и Леонардо сдался, расслабляясь.

***

      Горди носился туда-сюда, таская за собой взрослых от аттракциона к аттракциону. Стефан ещё вначале пресёк все намеренья Лео оплачивать развлечения сына. Альфа с удовольствием исполнял капризы весёлого малыша, который не без удовольствия забрался к нему на колени, уплетая мороженое, когда они остановились в кафе на территории парка, чтобы перевести дух и перекусить.       Лео смотрел на все происходящее, отпивая из маленькой чашечки ароматный кофе и не знал, как реагировать. Его сын, конечно очень коммуникабельный ребёнок, но чтобы он вот так ластился к постороннему мужчине, обнимал за шею, смеялся, когда тот его щекотал и весело хихикал, восседая на плечах, пока они шли к очередной карусели. Неужели это и есть связь между родителем и чадом? Стефан в свою очередь сам невольно постоянно пытался взять Горди за руку, вытереть его испачкавшийся в мороженном нос, стащить кусочек сладкой ваты, чтобы расхохотаться, под возмущенным взглядом мальчика.       Омега в какой-то момент почувствовал небывалый прилив счастья. Казалось, что все вокруг восторженно смотрят на них, умиляясь с того, насколько милой казалась эта без сомнений дружная семья. Ведь все могло так и быть. Горди имел бы отца, Лео - мужа, они могли бы быть счастливы все вместе.             - ...Лео? - омега не сразу откликнулся, возвращаясь в реальность.             - М? Что? Ты что-то спросил?             - Едем домой? - Стефан держал на руках уставшего Гордона, крепко обнимающего его за плечи и тепло улыбался Лео.             - А... Да... - Леонардо коротко приподнял уголки губ в ответ. - Поехали. Тем более, Горди уже устал.       Стоило малышу оказаться на заднем сидении, как он тут же крепко уснул, тихо посапывая. Леонардо сел с ним, чтобы бережно устроить голову сына на коленях, мягко поглаживая по волосам. Тишину в салоне нарушало только шуршание шин, и едва различимое бормотание радио.       Леонардо чувствовал, что альфа постоянно смотрит на него в зеркало заднего вида, то и дело отвлекаясь от дороги. Несколько раз они пересекались взглядами в отражении и омега смущённо отводил взор первым. Атмосфера была слишком уютной, для людей, которые пережили в прошлом столько всего. Словно все это было сном. Долгим, тяжёлым, таким, который потом ещё долго остаётся в подсознании, тревожа своей реалистичностью.             - Лео, могу я задать тебе вопрос? - прервал молчание Стефан.       Леонардо напрягся, предчувствуя, что отвечать вряд ли захочет. Но он настолько устал за эти годы разыгрывать из себя сильного, независимого и гордого, что этот проведённый день рядом с истинным, попросту надломил его уверенность в правильности того, что он делал. Ему было слишком хорошо рядом с этим альфой, слишком приятно, чтобы сопротивляться.             - Да, конечно, - тихо произнёс омега.             - Горди... - альфа сделал глубокий вдох, прежде чем продолжить, - Гордон, он же мой сын?       Лео сжал губы, словно стараясь удержать в себе правду, которая рвалась на свободу. Он отвернулся, устремляя слепой взгляд в окно. В нем боролось желание рассказать, все как есть и упрямство, перемешанное с обидой, которую он столько времени бережно держал в себе.             - С чего ты это взял? Я же сказал тебе...             - Прошу тебя не ври мне, - прервал его Стефан, слегка нахмурившись, - я же вижу, что он похож на меня. Я чувствую, что это мой ребёнок. И Горди тоже это чувствует. Ты же не можешь игнорировать то, насколько мы похожи и как уже привязались друг другу. Я спрошу тебя ещё раз, - с нажимом произнёс Стеф, - Горди - мой сын?