Только моё солнце

Сильно разбушевавшись, Кагеяма не сразу смог себя немного утихомирить. Хината лежал скрюченный на полу, по щекам бежали слёзы. Всё лицо было красным, рот закрывала ладонь. Хоть не додумался кричать, а то Тобио 100% окончательно снесло бы крышу… Иногда Шоё всё же был догадливым. Простояв облокотившись на стенку добрые семь минут, выслушивая тихий плач, связующий наконец вздохнул и подошёл к приманке. Рыжеволосый судорожно попытался отползти, но попытки были слишком слабыми, чтобы воспринимать их серьёзно. Брюнет поднял ребёнка на руки, обманчиво аккуратно и осторожно. Хината от страха сделал глубокий вдох, тут же скручиваясь от боли в груди и зажмуривая глаза. Кагеяма куда-то понёс его, через пару секунд он ощутил вечернюю прохладу улицы. Правда, не прошло и нескольких минут, как они снова были в помещении, только более тёмном. Юноша опустил рыжеволосого на его привычное лежбище, после отходя к какому-то из шкафов и что-то доставая из безымянной коробки, каких здесь было полным-полно. В темноте мало чего увидишь. Всё тело болело, Шоё почти не думал ни о чём другом. Однако, когда он понял, что в руках подошедшего толстая верёвка, немного напрягся. - Ляг на живот, - голос властный. Хината несколько секунд думал, но потом всё же решил подчиниться. На него тут же сели сверху, придавливая к футону, - Руки заведи как можно сильнее назад. - Кагеяма… Пож – его запястья прихватили и слишком сильно сдавили, из-за чего Шоё тут же замолчал. Верёвка начала обвязываться, постепенно поднимаясь всё выше и выше. Когда уже локти были крепко сжаты, а Тобио, казалось, и не собирался останавливаться, Шоё чуть хныкнул. Девятый номер сделал ещё 3 оборота, окончательно закрепляя руки в неудобном положении, после этого завязал и слез с кареглазого. Не естественная форма заведённых назад рук была болезненной. Кагеяма разглядывал своё творение несколько секунд, после чего взял ещё две верёвки и связал ноги в областях коленей и щиколоток. Наконец, он осторожно перевернул Шоё на спину и просто вышел за дверь. Вес давил на руки, но не то, чтобы это пока было нестерпимо. Всё-таки, массы в рыжеволосом не так уж и много, хоть какие-то плюсы. Правда, страх из-за того, что брюнет на него разозлился, что так сильно избил, а теперь связал и оставил одного, давил больше даже сотни Хинат... От ожидания и страха буквально выворачивало, но Шоё старался не ёрзать, чтобы не причинять себе лишней боли. Хотя, как тут не поёрзать? Минуты тянулись безумно долго, ожидание сжирало изнутри. Тиканья часов слышно не было, скорее всего Тобио забрал их с собой. По ощущениям Шоё брюнет вернулся через несколько часов. Не пытаясь что-то объяснить, он сразу же нагнулся к лицу рыжеволосого, схватил его за подбородок и затолкал в рот какую-то ткань. Хинате вовсе это не понравилось… Если он хочет заглушить его, значит, теоретически наказание может оказаться слишком долгим. От таких мыслей в глазах появилась влага, и без того тёмный силуэт окончательно расплылся. Что Тобио собрался делать? Что? Кагеяма поставил что-то на пол около ног, а потом сел между ними на коленки, вновь придавливая своим весом Шоё. Связующий крепко схватил ноги десятого номера, начав над чем-то возиться. В следующие секунды Хината почувствовал ужасную боль, что заставила его выгнуться в спине, как будто в него вселился демон. Связки тут же резануло, он попытался закричать со всей мочи… Но из-за кляпа вырвалось лишь тихое завывание… Слёзы, что стояли в горле, сейчас вырвались наружу и обжигали щёки. Но эти обжигания и в подмётки не годились той температуре, что ощутили ступни ребёнка. Послышались удары воды о какую-то железную поверхность, хотя, это последнее, на что вообще обращал внимание парень. Хината заворочался, попытался выдернуть ноги, на что их сдавили лишь сильнее, продолжая лить кипяток. Шоё беспорядочно дёргал руками, что были закреплены за спиной, которая выгибалась то в одну сторону, то в другую. Звуки ударов воды об таз затихли только через мучительные 30 секунд, что показались для рыжеволосого тридцатью годами. Он продолжал изгибаться, пытаться кричать, беспорядочно дёргать и плакать. Кагеяма обернулся на него и внимательно посмотрел, прямо в янтарные глаза. Спустя несколько секунд он отвёл взгляд, а потом резко дёрнул ноги вниз, прямо в таз с кипятком. Боль взорвалась с новой силой. В этот раз нога погрузилась в раскалённую жидкость до лодыжек, не только ступни. Завывание было особенно громким, он дёрнулся так сильно, что после этого неаккуратно приземлился на руку, и послышался странный звук. Шоё заскулил ещё сильнее, переворачиваясь на другой бок и открывая неразборчивый вид на странно выглядящую руку. Здесь Кагеяма решил больше не мучать Хинату и вытащил его ноги из воды, стараясь как можно аккуратнее их придерживать навесу. Шоё продолжал плакать и завывать, его тело начало биться в судорогах. В темноте брюнет не мог разобрать, что с рукой ребёнка, поэтому всё же поднялся, осторожно опуская ноги на пол, хотя ими продолжали дёргать, доставляя себе дополнительную боль, и направился к выключателю лампочки под потолком. Присев около Хинаты обратно, он спокойно дотронулся до неестественного плеча. Шоё инстинктивно дёрнулся от более сильной боли. - Вывихнул сустав… Совсем башка не варит… - Кагеяма поудобнее взялся за место, рядом с повреждением, чтобы поменьше доставлять ненужной боли, - Прости, знаю только в теории, как вправлять, так что может быть очень больно. Терпи, – Тобио резко схватил Шоё за болезненное место, медленно, но уверенно потянул конечность. Хината зажмурился и сделал глубокий вдох воздуха. – Всё… Нужно закрепить неподвижно… Посмотрев на до сих пор дёргавшегося подростка, но сейчас хотя бы не так сильно, связующий всё же развязал руки, чтобы нормально зафиксировать конечность, дать ей восстановиться. Кагеяма забрал таз в дом, возвращаясь с пакетом льда и аптечкой. Крепко замотав руку так, что ей нельзя было теперь двигать, он приложил лёд. После этого осмотрел парня полностью: слёзы до сих пор бежали по щекам, но поскуливания были тихими. Ноги были красные, кое-где уже начали появляться припухлости. Брюнет достал антисептик без спирта, стараясь как можно аккуратнее промыть ожоги. Рыжеволосый начал плакать сильнее, дёргать конечностями. Кагеяма опять схватил ноги как можно крепче. После антисептика юноша наложил повязку, стараясь не затягивать. Ноги связующий оставил связанными, чтобы в шоковом состоянии ребёнок не нанёс увечий больше. К здоровой руке прикрепил цепь, развёл в стакане воды какой-то порошок. Взяв рыжую голову на колени, он достал кляп и постарался влить жидкость в трясущегося парня. Тот давился, но вроде что-то всё же смог выпить. После этого его гладили по волосам, пытались что-то говорить и успокоить. Подросток ничего не слышал и вскоре просто провалился в спасительное бессознание.