На ближайшую вечность

      Юнги резко распахнул глаза, когда услышал тихий скрип двери и помещение, в котором Мин куковал уже не первый час, наконец-то залилось светом. Простой серый каменный подвал, на удивление не холодный и не сырой. Юнги сидел на матраце, руки его были скованы цепью и закреплены на стене над головой. В принципе сносно, могло быть и хуже, но есть один довольно увесистый минус – сидеть чёрт знает где абсолютно голым не самое приятное времяпрепровождение.       Ну, теперь Мин находился здесь уже не один. Возле двери стоял парень. Красивый надо сказать парень. Нежно-персикового цвета волосы, красивая фигурка. Он почему-то казался привлекательным, притягивающим взгляд. Только пару секунд спустя Юнги смог подобрать правильное слово, чтобы выразить своё первое впечатление об этом человеке. Парень был хорошенький. Именно хорошенький, не то, чтобы прямо красивый, не милый, просто хорошенький, такой, с которым можно провести ночь и забыть.       Парень изучающе смотрел на Мина. Юнги буквально чувствовал его взгляд кожей, как будто он был материальным. Вот незнакомец пробегается взглядом по скованным рукам, вот опускает взгляд к глазам. Ниже – тонкие губы, подбородок, аккуратный кадык. Снова ниже – острые ключицы, соски, плоский живот. Ниже. Парень усмехается, его взгляд оценивающий, изучающий, будто незнакомец собирается Мина покупать и всё никак решить не может брать или нет.       - Хорошенький, - чуть насмешливо выдаёт парень, после долгого разглядывания       От этого голоса у Юнги всё отпадает. Мягкий, мелодичный, с золотистыми насмешливыми нотками. Этот голос зачаровывает, он пускает по телу миллиарды мурашек, он запоминается и долго ещё звучит в голове. Таким голосом бы петь, ну, или уж в крайнем случае стонать.       Мин коротко улыбается от последней мысли. Пожалуй, сейчас он действительно был бы не против послушать стоны этого паренька, особенно под собой. Незнакомец отзеркаливает его улыбку, будто зная что-то, чего не знает Юнги.       - Кто ты? – спрашивает Мин, временно запихивая свои пошлые фантазии в дальний ящик       - Моё имя ничего не скажет тебе, - парень мягко улыбается, наклоняя голову на бок, смотря немного под другим углом, - Но если тебе так уж интересно знать... Пак Чимин.       - Где я? – получив ответ на первый вопрос, Юнги немного смелеет       - Ох, глупый ты. Это ничего тебе не скажет, ничто из моих ответов, - Пак лениво зевает, слегка выгибаясь в спине, - Начнём с малого – ты на матраце. Если брать больше – ты в подвале, если делать круг ещё шире – Ты у меня дома, точнее, под ним.       - Это не ответ, - хмуро тянет Мин, изучая кажущегося абсолютно расслабленным парня       - Это ответ, Юнги~я. Просто этот ответ тебя не устраивает, - улыбка Чимина становится чуть насмешливой, - Тебе не понять, где находится мой дом, твои ушки просто не способны расслышать его название.       Пак подходит ближе, присаживаясь на корточки. Близко, взгляд глаза в глаза, насмешливость, столкнувшаяся с непониманием. Парень нежно проводит по щеке Юнги, а Мин замирает. У Чимина кожа мягкая, бархатная, движение нежное, плавное, ладонь приятно тёплая. Когда Пак убирает руку, Юнги неосознанно тянется за ней, прося продолжить, прося не отпускать.       - Нравится? – парень усмехается, возвращая ладонь       Мин снова неосознанно, инстинктивно трётся об неё щекой, заставляя насмешку расцвести на лице Пака ещё ярче. Рука Чимина соскальзывает ниже, пальцы касаются шеи сбоку, затем спускаются на ключицу, лёгким движением пробегаются по груди, заставляя Юнги резко выпустить воздух сквозь зубы, когда безымянный палец мимолётно задевает сосок. Ладонь останавливается внизу живота, заставляя Мина хотеть чуть большего и нетерпеливо ёрзать.       - Хочешь меня? – тихо спрашивает Пак, но в его голосе слышно утверждение       Парень не ждёт от Юнги ответа, шеи Мина легко касаются горячие пухлые губы. Юнги вздрагивает, но не останавливает, потому что приятно до дрожи и холодка внизу живота. Чимин спускается к ключице, слегка прикусывая её, ведёт дорожку мокрых поцелуев ещё ниже, игриво обхватывает губами сосок, чуть прикусывая и выбивая из Мина первый стон-скулёж. И снова ниже, останавливаясь ровно на том месте, где раньше лежала его же ладонь. Пак мимолётно прикусывает кожу в чувствительном месте, зарабатывая ещё один тихий стон.       - Хочешь меня, - на этот раз уже утвердительно, со злорадной усмешкой на губах, - Хочешь получить меня, - Чимин уточняет, незаметным движением снова опуская ладонь на низ живота Мина, мучительно медленно спуская её ниже, - Ты не получишь меня, Юнги~я. Я получу тебя.       Юнги часто сбито дышит, сознание заволокло туманом желания, но последнее уточнение заставляет разум мгновенно протрезветь. Что значит «Чимин получит его»? Мин непонимающе смотрит на парня, который отстраняется, снимая с себя футболку и джинсы, под которыми не оказалось нижнего белья.       - Не понимаешь, я вижу, - мягко смеётся Пак, наклоняясь к самому лицу Юнги и заглядывая в глаза, - Я возьму тебя. Ты почувствуешь то, что чувствуют те, с кем ты так часто проводишь ночи.       Мин смотрит в красивые карие глаза парня, на секунду теряя смысл его слов. Юнги понял, о чём говорит Пак, только тогда, когда сильные руки Чимина насильно заставили изменить положение тела. Теперь Мин стоял на коленях лицом к стене, уткнувшись лбом в прикованные руки. Неустойчиво и неудобно, на подсознательном уровне страшно и даже как-то унизительно.       - Я знаю, что ты любишь жёстко, - Чимин буквально мурлычет на ухо, собственнически гуляя руками по груди, животу и шее, иногда забредая ладонью чуть ниже, - Но не бойся, я не собираюсь делать так, как множество раз делал ты.       Пак оставляет языком мокрый след на шее Юнги и отстраняется. «Чпок» звучит за спиной уже всё прекрасно осознавшего Мина. О, этот характерный чпок Юнги узнает где угодно, так отщёлкивается крышечка с бутылька с лубрикантом. Мин напрягается, абсолютно не довольный таким раскладом событий, но Чимин снова легонько касается его уха губами.       - Не напрягайся, - парень просто выдыхает горячий воздух, по чистой случайности принявший форму слов, - Расслабься. Просто наслаждайся процессом.       Кажется Юнги что-то подобное уже слышал. Или даже говорил кому-то совсем недавно. Ладно, этому совету Мин следовать не собирается, не хочет он наслаждаться процессом такого плана, спасибо, не надо.       А тем временем в Юнги проскальзывает первый палец, заставляя тихо протестующе вскрикнуть. Непривычно и неприятно, странно, неправильно. Чимин растягивает умело, легко, абсолютно не обращая внимания на вскрики и скулёж Мина. Спустя всего минуту в Юнги погружается второй палец, продолжая начатое. Мин всё ещё скулит, неприятно скорее даже морально, противно, будто его конкретно так унижают. Вскоре Юнги без проблем принимает уже три пальца, и Пак с тихим хлюпаньем отстраняется.       Отстраняется всего на секунду, чтобы потом войти в Мина уже целиком, заставляя его вскрикнуть, заскулить и прогнуться в спине. Юнги хнычет, что-то пытается сказать, но никак не может собрать все свои ощущения воедино. Когда Чимин начинает двигаться в нём, все ощущения послушно и мгновенно собираются в пульсирующий космос перед глазами. Пак двигается не быстро, но и не медленно, то входя до упора, то поддразнивая и выходя до самой головки. Юнги его чувствует, абсолютно чётко ощущает, как горячий член Чимина раздвигает непривычные к подобному стеночки, контрастируя с прохладной ментоловой смазкой, чувствует, как головка Пака проезжается по комочку нервов внутри, выбивая новый, несдержанный, громкий стон удовольствия, ощущает на своём собственном члене ладонь парня, которая неторопливыми движениями вверх-вниз создаёт контрапункт с темпом, в котором Чимин в него вбивается, заставляя иногда вжаться предплечьями в камень кладки. Пак сейчас везде, его вторая рука преспокойно разгуливает по груди Мина, изредка играясь с возбуждёнными сосками, его губы вырисовывают на плечах и шее невероятные запутанные узоры, периодически грубо ставя алые отметины. В конце концов, его мелодичный, немного хриплый от возбуждения и экстаза голос сейчас звучит за спиной Юнги, оглашая подвал стонами-рыками.       Мин соврал сам себе, он наслаждается процессом. Это сумасшедше приятно, это невероятно хорошо, это просто потрясающе до звёзд перед глазами и сорванного голоса. Толчки Чимина ускоряются, становятся резче, сильнее вколачивают в каменную стену. Вдруг, ровно за момент до того, как Юнги оказался на самом пике удовольствия Пак выскользнул и отстранился, оставляя после себя неприятных холод. Мин недовольно, обиженно стонет, прося большего и повиливая бёдрами.       - Хочешь кончить? – смешливо спрашивает Чимин, сжимая ладонью правое полушарие Мина, - Попроси.       - Пожалуйста, - сипло просит Юнги, обессиленно утыкаясь лбом в предплечья       - Попроси меня целиком, я не понимаю, чего ты хочешь, - игриво тянет Пак, поглаживая поясницу парня.       - Пожалуйста, - Мин заминается, но других слов не находит, поэтому выдаёт честно и откровенно, - Пожалуйста, в-возьми меня ещё и дай мне кончить.       - Умничка, - Чимин улыбается, оставляя за ухом Юнги нежный поцелуй.       И Пак исполняет просьбу, снова входя в податливое, желающее тело, вколачивая Мина в стену, резко и быстро, грубо, не церемонясь и не заботясь о наверняка содранных локтях парня. Юнги достаточно всего нескольких точных толчков, чтобы с протяжным стоном кончить, пачкая стену белёсой жидкостью. В него всё ещё вколачивается Чимин, наслаждаясь приятной узостью и доводя и себя до разрядки.       После всего парень отстраняется и звякает ключом, отмыкая цепь и позволяя Мину бессильно повалиться на матрац. Чимин коротко улыбается и начинает одеваться, собираясь уйти.       - Останься, - тихо и жалостливо просит Юнги, приподнимая голову, - Пожалуйста.       - С чего бы мне оставаться? - улыбка получается наигранно холодной, но Пак замирает на пороге подвала, так и не открыв дверь, - Ты использовал многих просто для секса на один раз. Так почему же я не должен поступить так с тобой? Или ты не такой как все, неприкосновенный? Неужели считаешь, что тебе можно поступать так с людьми, а с тобой так поступить нельзя?       - Я не считаю, - пристыжённо проскулил Мин, грустно смотря на парня, который почему-то так много о нём знает, - Но я никого не принуждал к этому. Для них это была работа.       - Совсем ли никого ты не принуждал? – Чимин удивлён ответом, обычно перед ним оправдываются или отпираются, Юнги же наоборот признаёт       - Кроме одного, - кивает Мин, вспоминая одно из своих похождений, - Здесь признаю.       - Неужели? – Пак удивляется ещё сильнее, но виду не показывает, - А знаешь ли ты, насколько ему было больно потом?       - Этого я не знаю, - Юнги вздыхает, прикрывая глаза       - А насколько тяжело ему было оправдываться перед близкими знаешь? – Чимин продолжает безжалостный допрос, привычный до зевоты       - Не знаю, - снова отвечает Мин, прокручивая в голове события той ночи       - А как долго он пытался прийти в себя потом, как по кусочкам душу собирал, знаешь? – заканчивает Пак, глядя на свернувшегося калачиком парня перед собой       - Не знаю, - повторяет Юнги, понимая, что правда сильно виноват       - Так разве ты не достоин того же? – Чимин рассчитывает на оправдания, на просьбы, на обещания, на слёзы, на всё, кроме того, что слышит секундой позднее       - Достоин, - Мин ответил спокойно и покорно, за поступки надо расплачиваться и он об этом знает, так зачем тогда врать       Пак удивлённо уставился на лежащего парня, не до конца веря своим ушам. Признаёт свою вину? Принимает? Готов расплатиться за совершённый поступок? Чимин смотрит на Юнги, который просто ждёт теперь, пока погаснет свет в подвале и он останется один. Пак знает, люди не бывают такими, люди – эгоисты, людям главное отвертеться любыми возможными средствами. На памяти Чимина, а память у него долгая, ещё ни одно отродье рода человеческого не признавало свою вину перед ним, не принимало плату за совершённое. Это бред, человек эгоистичен и лишён даже тени морали, когда речь заходит о его дальнейшей судьбе. Когда угрожает опасность, люди готовы убивать и предавать, люди готовы подставлять, врать и оправдываться, торговаться в конце концов. Но не так же.       Чимин подошёл к лежащему парню и сел рядом, устраивая его голову у себя на коленях. Юнги посмотрел немного удивлённо, а затем тонко улыбнулся.       - Не нужно делать мне поблажек, - тихо, но твёрдо произнёс Мин, заглядывая в глаза, - Пусть будет, как должно. Только ответь на один вопрос. Кто ты?       - Я? А какая разница кто я? – Пак удивился, впутывая пальцы в волосы Юнги       - Никакой. Просто маленький интерес, - Мин вздохнул, снова на секунду прикрывая глаза, - Ты можешь не отвечать, если не хочешь.       - Я – тот, кто должен был показать тебе на сотворённое тобой и отправить тебя навсегда во тьму, - медленно произнёс Чимин, смотря в глубокие тёмные глаза человека       - Что значит отправить во тьму? – не понял парень, слегка нахмурившись       - Ну, это сложно, - Пак поправил выбившуюся персиковую прядь, - Это что-то, что хуже смерти. Вечная окружающая тебя пустота. Ничего и никого рядом и так вечно, без конца или возможности выбраться.       - Ясно, - Юнги серьёзно кивнул, соглашаясь с тем, что это действительно хуже смерти, - Но ты всё ещё не ответил кто ты.       - Я демон, - улыбнулся Чимин, чувствуя, как Мин вздрагивает от этого слова, - А ещё, я тот, с кем ты проведёшь ближайшую вечность       Пак наклонился и поцеловал парня в губы, сначала мягко, а потом грубее, прокусывая до крови и позволяя Юнги сделать то же самое с его собственными. Кровь демона смешивалась с кровью человека, поцелуй тянулся и плясал языками пламени. Чимин делился своей вечностью, позволял человеку стать равным ему и немного нарушал порядок.       - Теперь ты равный мне, - прошептал Пак в самые губы ничего не понимающего парня       - Я тоже...? – Мин непонимающе посмотрел на улыбающегося Чимина, - Ты сделал меня…       - Я сделал тебя таким же как я, - кивнул демон, а затем с хищноватым блеском в глазах произнёс, - Но запомни, ты мой. Мой от начала и до конца, мой без остатка на всю эту вечность. Только мой и больше ничей. Я не отпущу тебя, как бы ты не просил, никуда от себя.       - Хорошо, - Юнги улыбнулся, обнимая Пака за плечи и утыкаясь в шею, - Но почему ты это сделал?       - Есть три причины, - начал Чимин, удобнее усаживая Мина на свои бёдра лицом к себе, - Во-первых, ты первый за всё время моего существования, кто признал свою вину и вправду был готов принять за неё плату. Во-вторых, демонам тоже бывает одиноко всю вечность не иметь никого рядом. А в-третьих, я – собственник, и не собираюсь отдавать тебя, даже в лапы смерти или времени.       - Ну хорошо, собственник, - Юнги усмехнулся, фыркнув в шею Пака и всполошив этим табун убежавших вниз по спине мурашек, - Я согласен быть твоим всю эту вечность, пускай ты и не спрашивал моего согласия.