***
От любви к тебе немеют пальцы, И плывёт мой радужный свет. Я блуждаю в глазах скитальцем, Ищу образ твой тысячи лет. От любви к тебе дрожит тело, Ощущая резкий запах сиг. Моё сердце зацепенело, Заплев в ленту этот будоражащий миг. От любви к тебе косят ноги, Вата ватная когда рядом ты. Это чувство знакомо многим, Лишь к тебе сгораю в любви. Лишь подумать о тебе навожденье, А коснуться - мой апогей. Это словно туман, опьяненье, Мне уготовано быть лишь твоей.***
Я люблю целовать тебя больше, Нежели чувствовать твоё тело. Наслаждаюсь вкусом губ твоих дольше, Нежели запахом черствых мотелей. Я хочу губы твои до и после приёма пищи, Днём и ночью, в такси или дома. Твои губы не будут лишними, И за бутылочкой старого рома. Твои губы слаще, чем ты представляешь, Они ярче, чем солнце в обед. Лишь улыбкой своей соблазняешь, Глупый, мне не важно во что ты одет. Ты мой грех, губы твои - очищение, В поцелуе я обрету смысл жить. Твоя победа и моё поражение, Стоит губ твоих меня лишь лишить...***
Синий, черничный привкус больничной палаты, Белые, тусклые, багрово-смрадные халаты. Ощипаный, осмотренный сестрой, Сижу на лаве я, седой. Гляжу в окно и прямо представляю, Твой образ предо мной являю. О, если б рядом ты была! Моя летучая, суровая ладья. Разогнала бы тучи в белом море, И потопила сладострастные бы боли... В мой омут привела бы ты чертей, С компанией, как говорится, веселей. Мой доктор говорит, мол не жилец, За мной же наблюдает частный жнец. Увы, у доктора не ясно с головой, Я взял халат и отправляю вас домой***
Маски прячут лица охотников, Ведь сегодня ты станешь живым. Поднимаясь черепами работников, Ты так сладко пахнешь гнилым. Трупы бережно шьют материю, Из какого ты полотна? Если верить твоему суеверию, Ты, наверно, ещё мертва. Называю призом <любовь>, Все охотно жаждут старта игры. Умираешь от рук моих вновь, Сахар шепчет на ушко "прости". Иногда, жертва кажется зверем, Но не думай, что ты так силён. Превращаешься в пепельно-серый, Я люблю тебя, но ты ни о чём.***
Мы викинги, мы - завоеватели! Великий Один каждому отец. В морях невеж мы ярые каратели, На поле боя викинг лишь кровавый жнец. Слово «пощада» нас приводит в смех, И каждый викинг брату брат. Ослушаться богов - неведом грех! И после тризны ждёт Вальхаллы врат. Летит на волнах наш драккар, Нам Тор бьёт молотом в награду. Мы воины, мы - ваш ночной кошмар, Судьбу не изменить, мы ведаем всю правду! Слався Один, слався всякий бог, Мы воины и дети наше продолжение. Мы викинги, и выбираем с тысячи дорог, Мы мореплавцы, мы моря порождение!***
Курить приятно, малышка? Почему ты любишь синий? Ты похожа на яркую вспышку, С бледной кожей, словно тот самый иней. Ты мерцаешь звёздною пылью, Развеваешься на холодном ветру. Так люблю я малышку Мию, Что блуждает печалью к утру. Ты приятный майский цветок, Ты же - сладкий запах жасмина. Ты - искусства непорочный исток, Всеми так горячо любима. Почему же ты в объятиях пламени? От чего же ты так грустишь? И под чьим ты ступаешь знамени, Знаешь, а вечность ты мне простишь?***
В окне кружатся светлячки, водитель, Ясноглазая ночь сошла. Над твоим окном обитель, Дама в чёрном сегодня нашла. Расскажи, расскажи, бедняга, Всю историю сего авто. Как соседский пёс-дворняга, Облизал и разбил окно. Как невеста пьяной вскочила, И рыдала тебе в платок. Как бабулька ружьё всучила, И беду на себя ты навлек. Поговори со мной, человече, Я сижу позади тебя. Про рыбалку с сыном давеча, Про жену, что воровала свечи, про себя. Расскажи как гонял помоложе, Расскажи о первой любви. Не молчи, не кури, не гоже, Я сохраню все секреты твои. Светлячки набирают силу, Дождь ломает преграды и боль. Говори, друг мой, водила, Ведь под утро я исчезну с тобой.***
Твои чувства столь идеальны, Что я гадким утёнком кажусь. Неизмеримо чисты, аномальны, Я, наверно, сегодня влюблюсь. Ты же очень красиво мечтаешь, И заводишь разговор о судьбе. Только ты меня вовсе не знаешь, Я проигрываю в сухую себе. Ты умеешь так мило смущаться, Почему-то кажешься сном. Ты ли ангелом смел называться? Я в сравнении становлюсь дном. Я же тьма твоего сердечка, Поглащаю всю радость во мглу. Ты моя не виновна овечка, Оставляешь меня снова одну.***
Если боль не развеять рукой, То какой же толк в пирогах? Если в мыслях нет цели благой, И ты еле стоишь на ногах. А перчатки, белые, гладкие, Все пропитаны кровью мерзкой. И в глазах теперь люди гадкие, Не назовешь Смерть теперь дерзкой. Твой жакет, рыцарь смелый, Весь разорван на пустые слова. И цвет гибели, знаешь ли, белый, От голосов шумит голова. И от криков вскипают вены, Ведь хозяин раба погубил. И любовь не вызывает дилеммы, Просто нагло чувства убил. Если кратко: мир не сумасшедший, Виноват лишь человек. Не лови поезд ушедший, Не топи тёплый снег. Крышка гроба не поднимется вновь, Если ты все поймёшь. Снова упоминают "любовь", Может цепи уже порвёшь?***
Я желаю умереть уже 4 года, И не говорю тебе об этом. Я хочу увидеть одним глазом "бога", Попрощаться наконец-то с этим светом. Я пылаю и хладею в одночасье, Когда мысли голову пронзают. Я не требую с тебя согласье, Люди меня глупым называют. Вылечит ли горькая пилюля? От болезни, имени которой не сыскать. Я повешусь завтра в вестибюля, Не тебе уста мои ласкать. Я же скинусь утром под твой поезд, И билет возьму только один. Я любил однажды, то есть, Ты мне не красив и не любим. Выпью я таблетки сырой ночью, Захочу поплачу или посмеюсь. Это так легко, но, в прочем, На себя я больше всего злюсь. Может, я порежу себе вены, Горькая стечёт из тела кровь. Снег вещает запах перемены, Что же, если встретимся мы вновь? Или прыгну завтра же с моста, Да, затея пахнет тускло. Я не жду ни капли от тебя, Ты и я - одно и то же. Грустно. Я бы вставил пулю себе в лоб, Если б был у меня шанс. Может, проберет меня озноб, Ну, у всех бывает первый раз. Да, я мнимо жажду смерти, Но, всё до сих пор пишу тебе. В голове давно бушуют черти, Что ответить мне же обо мне?