Один долгий день

С момента, когда началась вся эта хрень с восстанием девиантов, прошло не так много времени, однако последствия оказались более существенными, чем думало большинство. Гэвин с трудом переваривал мысль о том, что некоторые из этих пластиковых консервов смогли добиться еще больших масштабов, о которых Маркус мог только мечтать. Риду, как и Андерсену, потребовался не один месяц, чтобы смириться с андроидами в управлении полиции, но стоять у верхушки?.. Это все еще оставалось за гранью понимания людей. Но практически каждый день в новостях упоминали о том, что те или иные девианты с успехом поднимались по карьерной лестнице. Где уж тут тягаться простому человеку с долбанной программой, которая в совершенстве выстраивала все логические и разумные варианты решений любой задачи. Пока одни тянули свою пластиковую задницу к небесам, другие — все еще преданно выполняли свои поручения, принадлежа департаменту полиции. Коннор по-прежнему мозолил глаза и послушно таскался за Хэнком, пока его улучшенная копия настойчиво оттиралась вокруг стола самого Рида. В принципе, Гэвина это устраивало: Ричард не лез в его личную жизнь, старательно выполнял свою работу и больше молчал, чем трепался по пустякам. Но, чем больше Гэвин думал об этом, тем сильнее ощущал дискомфорт в присутствии собственного напарника. Словно RK900 обманывал, тщательно выстраивая план и скрывая все это под налетом послушного и чересчур идеального андроида. Только вот незадача: сраная Девятка уже был девиантом. Диод все так же украшал гладкий висок, как некая дань своим настоящим корням, но одна маленькая деталь не скрывала истинной сущности. Ричард, в отличие от Коннора, очень быстро сменил универсальную форму на повседневную, более привычную людям, одежду. Андроид щеголял в пижонских костюмах, предпочитал черные водолазки взамен классическим рубашкам, и как-то по-особенному укладывал свои волосы, что полностью отличало его от младшего собрата. Ладно, на самом деле Гэвину это нравилось. Его пластиковое ведро действительно выглядело солидно и порой устрашающе, но это не отменяло того факта, что чертов андроид во всем превосходил своего напарника. Тот же Коннор казался менее агрессивным в моменты стрессовых ситуаций. Ричард же… Ну, этот мог съездить по любой морде, в том числе и Рида. В любом случае, несмотря на все положительные стороны RK900, Гэвин по-прежнему не понимал одной маленькой детали: какого хрена Ричард до сих пор в полиции? Нет, Рид не особо желал избавиться от напарника, но и прекрасно понимал, что Ричард уже давно переплюнул их всех вместе взятых. Девятка был сильнее и в несколько раз умнее Коннора, давно принял себя в лице девианта, но все еще ошивался рядом с рабочим местом Рида. И вот поэтому Гэвин начинал злиться: его личный андроид уже давно апгрейдился по всем статьям, имея в нынешних условиях все шансы выбраться на тот самый верх пластиковых консервов, но… Но все еще был рядом. И весь этот поток мыслей пронесся в голове Рида всего за одну минуту. Мог бы и дальше мысленно жаловаться на все дерьмо, случившееся с ним за последние месяцы, но ситуация к этому не располагала. Задание, которое уже сейчас можно было назвать провальным, включало в себя слежку и возможную поимку дилеров, устроивших себе склад в грузовом порту. Вычислить этих уродов было делом двух минут, как и подобраться ближе, но ни Ричард, ни тем более Гэвин даже предположить не могли, чем закончится их эпичное появление среди контейнеров. Хотя сраная жестянка могла бы и предугадать такое развитие событий, когда Рид первым полез в самую гущу разборок. Как итог: кто-то подорвал склад, часть нариков сумела без труда скрыться, остальным повезло меньше, ну, а Гэвин оказался удобной мишенью. Левая нога отказала почти сразу — подпаленные края плоти намекали на нехилый такой шрам в недалеком будущем. От затылка по шее стекала теплая кровь, обещая слить всю эту дрянь за шиворот замызганной футболки. Дышать было трудно, как и передвигаться, поэтому единственное, что смог сделать Ричард, не успев вовремя прикрыть своего напарника, так это оттащить того на несколько метров дальше, закрывая потрепанное человеческое тело своим. — Охуенно ты прогнозируешь, да? — сквозь зубы прохрипел Рид, стараясь не особо сильно опираться головой о холодный металл. — Помолчи, Гэвин. — RK900 уже привычно просканировал тело Рида, определяя степень повреждений и планируя путь отступления. — Мы возвращаемся. Машина припаркована не так далеко. — Нахер иди, ушлепок! — отозвался мужчина, при этом послушно отлипая от контейнера, после чего андроид без труда подхватил того на руки. — Не забудь потом стереть все это из своей башки. Я тебе не принцесса, понял? — Конечно, Гэвин. — Ричард ненадолго замер, рассматривая лицо напарника. — Я отвезу тебя в больницу… — Домой, блядь, пластиковое ты ведро! — резко дернувшись в руках андроида, Гэвин все-таки ухитрился схватить того за ворот эластичной водолазки. — Ричард, домой. Ричард, будь он хоть трижды девиантом, на слова напарника отреагировал слишком предсказуемо: диод едва сменил цвет на желтый, следом на привычный голубой, и молча направился к машине, сильнее прижимая к себе тело Рида. Дорога домой заняла не больше получаса, но Ричард успел отметить, как ухудшилось состояние Гэвина. Детектива знобило, сознание плавало из одного состояния в другое, а полученные по неосмотрительности раны представляли собой месиво из крови и обугленной ткани. Все это навело Ричарда на мысли о том, что в ближайший час ему потребуются все медицинские архивы, находящиеся в свободном доступе. Уже позже, в полупустой квартире Гэвина, Ричард позволил себе первую эмоцию за весь вечер. RK900 осторожно опустил напарника на диван в гостиной, стараясь как можно аккуратнее избавить того от напрочь испорченной одежды. — Убери руки. — Гэвин, уже какое-то время наблюдающий за действиями андроида, резко отмахнулся от его помощи. — Гэвин, пожалуйста. — Ричард снова протянул руки, заглядывая в глаза мужчины. — Я хочу позаботиться о тебе, поэтому сейчас не самое лучшее время для твоих капризов. — Я тебя урою, ушлепок. Вот поправлюсь, разберусь со всем этим дерьмом, и сразу сдам тебя на утилизацию, хрен ты пластиковый. — К концу предложения голос Рида стал тише, и это точно не было связанно с тем, что лицо Ричарда оказалось чересчур близко с его собственным. — Как скажешь, Гэвин. Воспользовавшись заминкой, Ричард быстро расправился с оставшейся одеждой напарника, а затем поднял того, собираясь отправить в душ. — Нужно промыть раны, Гэвин. Я постараюсь сделать это аккуратно, но ты должен мне довериться… — Ага, прям как там на складе, да? — Рид с трудом, опираясь на спинку дивана, поднялся на ноги. — Слушай, мне как-то похрен что у тебя там в голове, но в душ я пойду один, усек? Диод мигнул желтым, но Ричард промолчал, отступая и наблюдая за тем, как Рид медленно шагает в сторону ванной комнаты. Через пару минут, как только послышался звук включенной воды, Ричард направился следом, решив присмотреть за напарником хотя бы со стороны, чтобы не упустить момента, если вдруг тому станет совсем плохо. Рид держался относительно крепко: двумя руками намыливал голову, ждал, пока пена смоется вместе с кровью и грязью, а затем по новой приступал к мытью, стараясь как можно реже дотрагиваться до свежих ран. Можно было оставить детектива одного, но что-то остановило Ричарда, который уже долгие минуты беззастенчиво рассматривал спину Рида. Спину, покрытую десятками разных шрамов, между которыми сейчас расплывались синие, почти черные гематомы, делая из некогда чистого холста пугающую картину из жестокости и насилия. Ричард едва ли мог проанализировать свою реакцию, как и причины появления всех этих рубцов. Но это не мешало ему наблюдать, считывать и запоминать. А когда пришло понимание, что он хочет коснуться, Ричард медленно отступил в глубь комнаты, стараясь переключить внимание на что-то другое, более уместное в этот момент. Гэвину хотелось спать. Мозг отключался, в затылке долбило так, что можно было позабыть даже о ноге, рану на которой все же неплохо было бы зашить. Выйдя из ванной, Рид с трудом доковылял до кровати, а затем упал на нее, тут же смыкая глаза. То, что рядом все это время маячил андроид практически не беспокоило, хотя на периферии где-то продолжало зудеть. — Гэвин, я нашел у тебя аптечку. — Ричард присел на край постели, еще раз сканируя все тело детектива. — Сначала займемся ногой, потом покажешь мне голову. — Да делай ты уже хоть что-нибудь! — рявкнул Гэвин, натягивая край простыни на свой пах. Мысли о собственной наготе появились только сейчас. — Заодно поделишься со мной, как и почему мы оказались в такой заднице. — Мы не в заднице, Гэвин. — RK900 сосредоточился на ране, отвечая больше фоном, нежели всерьез вслушиваясь в слова напарника. — Если бы ты подождал еще немного, я бы определил положение каждого подозреваемого, а так же место, где прятали взрывчатку. — То есть, виноват я? — Гэвин, несмотря на испытываемую им боль, приподнялся на локтях, наконец привлекая внимание андроида. — А знаешь, что я думаю на этот счет? Что ты, сраное ведро с гайками, зная мою модель поведения, должен был предугадать все наперед. Иначе, какой смысл того, что ты работаешь в паре со мной, м? За столько месяцев совместной работы, Ричард, у нас могли бы работать мозги на двоих, как у этой гребанной парочки, но ты же у нас свободный, нахер никому не нужный, девиант со своими принципами. — Гэвин, я старался… — Слушай, у тебя есть программа, твой ебаный интеллект, который всех превосходит. — Сжав кулаки, Гэвин нервно мотнул головой. — Я, блядь, доверился тебе! Я столько лет работал один, а сейчас у меня есть пластиковая кукла, от которой нет никакой пользы. Может быть, я зря полез туда, окей, но какого черта ты не остановил меня и не прикрыл после? Потому что программа дала сбой или потому, что ты чертов девиант, которому плевать на своего напарника? — Гэвин, тебе нужно беречь силы. — Ричард, закончив к этому моменту с ногой, с силой надавил ладонью на грудь мужчины, склоняясь над его лицом. — Мы поговорим об этом после того, как ты поправишься. — Хрен ты угадал, — уже без запала произнес Рид. — Я бы ни за что не оставил тебя там. Даже, если бы остался только один диод, я бы все равно забрал… Так что, катись-ка ты куда-нибудь в правление, а от меня нахер отстань. Ричард, уже давно привыкший имитировать человеческое дыхание, тяжело выдохнул. — Я не всесилен, Гэвин. У меня есть задача и десятки решений, но иногда даже мне сложно опередить то, что кажется очевидным. — Замолчав, Рич осторожно перевернул Гэвина на живот, параллельно накрывая простынею обнаженные бедра детектива. — Я… Мне жаль, что так вышло. — Пошел нахрен! — задушено произнес Рид, пряча лицо в подушке. Рана на голове оказалась не настолько серьезной, как виделось в начале. Подлатав детектива тем, что было в аптечке, Ричард наконец позволил себе обдумать ситуацию. С момента, как в его программе произошел первый существенный и определяющий сбой, RK900 не особо стремился разбираться в собственной девиации. Большую часть времени, когда снимались рабочие задачи, Ричард анализировал своего напарника. Гэвин Рид интересовал его куда больше, чем планы на будущее, включающие в себя карьерный рост и лазейки в управление департамента. Ему вполне хватало Фаулера и вечно мелькавшего перед глазами Коннора, чьи отношения с напарником вызывали острое чувство неприязни, так несвойственное андроиду и понятное уже девианту. Ричард не хотел чего-то подобного с Гэвином, однако выбрал его центральной фигурой в своем нынешнем существовании. Это казалось правильным и логичным, поэтому тот факт, что Ричард упустил главное и до конца не понял отношения и мотивов самого Рида, сейчас ощущалось крайне болезненно. Ричард только сейчас начал понимать, что не все его действия были восприняты должным образом. Его поведение, внешний облик и прочие составляющие, были направленны исключительно на то, чтобы соответствовать вкусам Рида. Ричард просто пытался понравиться и быть тем, с кем будет максимально комфортно. Именно анализируя он понял, что его молчаливость уравновешивает Рида, в то время как болтливость Коннора раздражает и вызывает агрессию. RK900 старался идти другим путем: нейтральные цвета, тихий и отчужденный голос, минимум вопросов о личной жизни. Оказалось, Гэвин все так же видел в нем кусок сраного пластика. Это удручало. Сегодняшняя ситуация это лишь подтверждала. Гэвин, несмотря на свой характер, рассчитывал и доверял свою жизнь напарнику. Возможно, это и было тем, что повлияло на не до конца обдуманный шаг со стороны детектива Рида. Ошибка Ричарда заключалась в другом: нужно было хоть раз довериться не программе, а девиантному чутью. Нужно было думать быстрее, вовремя одернуть напарника, а не позволить ему геройствовать, нужно было не высчитывать идеальные линии для завершения задания. Нужно было бежать и закрывать своим телом того, кто был важен. Ричард провалил оба задания. Гэвин всхрапнул, привлекая внимание Рича. Детектив крепко спал, уже во второй раз за этот вечер позволив увидеть андроиду свою спину. Что-то сломалось внутри, как в тот первый раз, и Ричард поддался собственным желаниям — протянул руку, касаясь теплой спины детектива. Сначала Рич мазнул пальцами по лопаткам, затем ниже, уже ощутимей проводя подушечками по самым выпуклым и неровным шрамам. А потом убрал скин до самого запястья, продолжая изучать каждый рубец, у которого определенно была своя история. — Я бы хотел все это знать, — тихо произнес Ричард. — Ложись спать, консерва, — внезапно пробубнил Рид, отчего Рич подскочил, впервые пропуская смену состояния своего человека. Диод мигнул красным, затем замер на желтом, и Ричарду потребовалось больше минуты, чтобы успокоить свой организм, бросающий в него уведомления об очередном программном сбое. Возвращаться в участок не было никакого смысла. Ричард сам составил отчет, отправил его на почту Фаулера и только после занялся остальными делами. За углом обнаружились аптека и неплохая, судя по отзывам, пекарня. Рич взял кофе, сдобу и необходимые медикаменты для детектива, который к моменту его возвращения уже бодрствовал. — Где ты шлялся, ушлепок? — Кряхтя, Гэвин удобнее устроился на подушках, с прищуром наблюдая за входящим андроидом. — Доброе утро, Гэвин. Как самочувствие? — Ричард подал детективу стакан кофе. — Ой, завались! Твоими стараниями я все еще жив! — Мы можем поговорить об этом. Гэвин посмотрел на андроида так, словно у того лопнула голова, орошая всю спальню фонтаном из тириума. Ричард же подошел ближе, пряча руки за спиной, что очень сильно напомнило Риду простой человеческий жест. — Вали, нахрен, на кухню! Я хочу нормально выпить кофе, получить разнос от капитана, и только после мы с тобой поговорим. — Принюхавшись, Гэвин отпил горячий напиток и ненадолго прикрыл глаза. — Я уже все уладил. Два дня больничного, Гэвин, — отозвался Ричард, отступая к выходу. — Это минимум, который тебе необходим. Больше сократить не удалось, извини. — Ты сломался? — Гэвин напрягся. — Ты, блядь, Коннор, что ли? Все, вали, я сказал. Мигнув желтым диодом, Ричард молча вышел из спальни. Разговор все-таки состоялся. Гэвин, поначалу особо не прислушивавшийся к словам напарника, постепенно дошел до точки кипения, когда Ричард умудрился вывалить на детектива все свои мысли, убеждения и решения. От мысли, что Ричард старался ему понравиться, действительно стало легче и безусловно приятно, но все остальное — Рид хотел придушить эту консерву голыми руками. Только ближе к вечеру Гэвин осознал весь сгущающийся над его головой пиздец. Мало того, что Ричард оказался еще более невменяемым девиантом, чем тот же Коннор, так еще и жить ему с этим до конца своих дней, потому что RK900 никуда, нахрен, уходить не собирался. — Ладно, я понял. — Гэвин сделал над собой усилие, позволив Ричарду обосноваться в его доме на ближайшие дни. — Мы больше не поднимаем эту тему, а ты прекращаешь быть мудаком. — Из нас двоих, Гэвин, мудак именно ты, — отбрил Рич, подмигнув детективу. — Да ты охренел, ушлепок! — Без возможности нормально передвигаться, Рид просто зашвырнул одну из подушек в лицо андроида. — Гребаная машина. — Тебе нужен отдых, Гэвин. — Ричард подобрался ближе, возвращая подушку на место и укладываясь рядом с напарником. — Это моя постель… — Рид с отвращением посмотрел на андроида, забравшегося к нему на кровать в шмотках. — Либо раздевайся, либо вали на диван. И это явно было поспешным предложением, потому что Ричард поднялся, скинул с себя привычную черную водолазку вместе с остальными вещами, а затем улегся обратно, подпирая голову кулаком. — Ты может еще и отсосать у меня хочешь, а, жестянка? — Гэвин уже чувствовал тонкую грань, но остановиться в своих высказываниях не мог. Ричард же, напротив, уловил в настроении Рида не только отголосок агрессии, но и легкое возбуждение. Вместо ответа девиант легко перехватил обе руки детектива, прижимая их над его головой, а свободную опустил на чужой пах. — Даже не думай… Все так же игнорируя, Ричард ловко расправился с нижним бельем, обхватывая пальцами член детектива. Диод мигнул желтым и Ричард с интересом продолжил начатое: прислушался к дыханию Гэвина, к реакции тела, а затем аккуратно, но настойчиво двинул кулаком по напрягшейся плоти. Ричард впервые пожалел, что не был человеком — ему хотелось чувствовать так, как это делал Рид в его руках. Гэвин больше не трепыхался, лишь вздрагивал, когда прохладные пальцы касались влажной головки. Тело отзывалось на ласку, а Ричард, будь он проклят, впервые вел себя не как машина. Это завораживало и отвлекало от других, более приземленных мыслей. И получить свою дозу удовольствия получилось только тогда, когда Ричард, склонившись над лицом детектива, прошептал тому в самые губы какую-то чушь, а затем поцеловал, сделав это совершенно точно так, как это сделал бы человек. Хренов девиант. Но Гэвин планировал подумать об этом как-нибудь в другой раз.