Истории любви с долей грубости от Бакуго

Опять. Опять эта хомячиха перепутала их холодильники и положила свои дешёвые моти к его сбалансированным бенто. Ну неужели когда она увидела нормальную пищу, в ее голову не пришло, что это не может быть её холодильник? А Бакуго её предупреждал. Четко сказал (накричал), что если ещё хоть раз он увидит это дерьмо по акции у себя, то взорвет его к чертям вместе с её холодильником. А то, раз она им не пользуется, то он ей и не нужен? И она простодушно кивала на его слова, лопая чудом спасенные пироженки. Именно в такие моменты её сходства с хомяком были особо очевидны, ибо только у нее за щеками умещалось сразу по два моти — а то вдруг парень передумает и заберет коробку обратно! А Кацуки человек слова. И вот, когда это повторилось, он неприязненно взял коробочку в свои руки и, сжав, взорвал. А потом он услышал жалостливый стон и сходу решил, что зацепил кого-то. В панике обернувшись, он увидел на пороге Урараку, что, чуть не рыдая, рассматривала ошметки на полу, которые несколько секунд назад были клубничными моти. — Ты чего-о-о-о… — по лицу прокатились слезы, а губа девушки предательски задрожала. — Я пред… — грубо начал парень, но Очако решила, что его причины ей не интересны. — Мало мне того, что Мидория с Иидой решили позаниматься с Тодороки, без меня — последние слова она выделила — а потом я еще и забыла свой кошелек, когда мы пошли с девочками на источники, и мне пришлось возвращаться домой одной? — Мне… — как бы Кацуки не хотел ей сообщить, что ее проблемы ему нафиг не сдались, а Урарака успокаиваться не хотела. — Так еще и ты мои моти взорвал! После-е-едние… — Очако уже не сдерживала слезы. Ну посчитает он её слабой? Одним больше, одним меньше. — Что же мне теперь кушать? — Что-нибудь полезное? — едко ответил Бакуго. Кого-кого, а его на жалость провести сложно. — От полезного грусть не уйдет! — топнула ногой Урарака. Ну неужели он не понимает? — Иди потренируйся, — Бакуго всегда, любые эмоции, выкладывал в тренировки. И, судя по нему, это хороший вариант. — Тебе не помешает. — А вот это обидно, — Урарака как бы тренируется, и тренируется очень много, поэтому этот комментарий был ну совсем не к месту. — А нехер столько сахара жрать, — парировал Кацуки. Перед тем, как избавиться от упаковки, он пробежал взглядом по составу. — Сахар помогает моральному здоровью! — проговорила заученный ответ девушка. — Угу, и вредит физическому, — хмыкнул Бакуго. — Да и вообще, тебе не плевать? — заметила Очако. Ну правда, чего прикопался? Не видит, ей и так плохо. — Плевать, — рыкнул парень и, сбросив с рук остатки коробки, вышел с кухни. Подождав, пока Кацуки не исчезнет с поля зрения, Урарака в последний раз горько вздохнула, окинув взглядом некогда свои десерты, на которые было столько надежд, и двинулась в свою комнату. А убирать за ним она не будет! Сам виноват. Её моти — ей и убирать. В комнате было так уютно, но даже это не могло согреть её сердце от такого трудного дня. Утром все было хорошо. Пока она не узнала, что Иида, Деку и Шото решили потренироваться вместе. А её не пригласили. Ну это она еще смогла пережить — мало ли, че этим парням надо. Потом Мина предложила ей и остальных девочкам пойти вместе на источники после школы, и Очако мигом согласилась. Давно она не отдыхала с женской компанией первого А. И вот, когда они туда приехали, Урарака заметила, что забыла свой кошелек. Она даже знала, где именно — на прикроватной тумбочке, но это ей никак не помогло. Момо предложила ей занять (все знали, что просто принять деньги Урарака не может), но девушка отказала. Это был такой позор. И поэтому она сказала, что в следующий раз пойдет с ними, а сегодня вернется в академию. Воспользуется свободным вечерком, чтобы подтянуть английский. Но вот она сидит за столом, перед ней раскрытый учебник, а английский ну никак не хочет лезть в голову. Не хочет — заставлять не будем, и Урарака захлопнула книжку. У неё свободный вечерок, а она учится? Но если не учиться, то что ей делать? И даже моти нет. Очако вспомнила свою недавнюю встречу с Бакуго. Такой позор! Разревелась перед ним, и из-за чего? Парни бросили, забыла кошелек и моти не сможет покушать? Позор, позор. Что он там говорил? Ей не помешают тренировки? Он увидит, насколько прав, когда она уложит его на лопатки! Вдохновившись такой сценой, Урарака мигом переоделась в спортивную форму и побежала вон из общежития. И, на удачу, перед ней стоял Кацуки и разминался. — Решил побегать? Парень даже не посмотрел на неё, полностью увлеченный растяжкой, а поэтому Урарака просто хмыкнула и тоже начала растягиваться. — Я каждый день бегаю, — хоть и с задержкой, но он ответил. Может быть потому что понял, что Очако уходить не собирается. — Я тоже, — правдиво усмехнулась та. Она и правда каждый день бегает. Правда, позже парня, а потому они и не встречаются. — В магазин за моти? — ядовито уточнил Кацуки. — Вообще-то, за вкусняшками я хожу только по субботам, — тоже правда. Она все-таки старается держать себя в руках, да и моти — удовольствие не бесплатное. Ничего не ответив, Бакуго выпрямился и, кинув на девушку вызывающий взгляд, быстро побежал по дороге. Кацуки бросил ей вызов? Урарака его примет, и сделает все, чтобы победить. А потом заставит его купить ей коробку клубничных моти.