это любовь

вступление

      мягкая дрожь едва распустившихся листьев цвета изумрудов создавала странные танцующие тени на половицах красивого дома, который выглядел так, будто нечаянно оказался в современной скорости, по-странному сочетаясь со старинной неспешностью. нежные серединки цветов, обрамленные в шелковистые лепестки (они вечно спорили о том, чей наряд был лучше), приветливо качали своими бутонами скрытым жителям дома, таким как невидимые пылинки, вечно кружащиеся в плавном вальсе, или же солнечные лучи, образующие непривычные геометрические фигуры, которым не было названия.       травинки на улице вели непринужденную беседу с ветром, их новым другом. он едва-едва успел им рассказать все секреты и таинства природы, как уже пора было мчать далеко-далеко, к океану, чтобы лететь наперегонки с шумными волнами, пуская пену и пугая рыб. персиковые деревья перешептывались, подставляя розовые листья будущих плодов под солнечное тепло и греясь под прозрачно-голубым сводом. в воздухе витал аромат весны и новых свершений, а ещё булочек с корицей и свежих шоколадных круассанов от булочной неподалёку. где-то послышался лай собаки, а совсем рядом еле слышный шум колес велосипеда. это было раннее утро, которое обещало плавно перейти в хороший день, наполненный майской радостью и прекрасными воспоминаниями, похожими на мёд цветов акации.       парень с темными, почти черными волосами спал на большой и удобной резной кровати, укрытый мягким пледом приятного сиреневого цвета. рядом с ним, хмуря во сне брови, лежал юноша, прижимая к себе любимого, как самое ценное, что у него было. длинный лучик присел на кончике носа похожего на фея человека, имя которого – чонгук. он слегка поморщился и причмокнул губами, переворачиваясь во сне и утыкаясь холодным носом в теплую шею своего молодого человека. тот лениво приоткрыл глаза и пробормотал что-то вроде: «ты холодный», но отворачиваться он не стал. – который час? – спросил гук, приподнявшись и позволив теплу коснуться бледных плеч. его возлюбленный потянулся к телефону и, включив его, ответил: – сейчас всего-то семь утра, ещё такая рань. ты ведь знаешь, что тут жизнь нетороплива и спокойна. – то, что нужно для таких ленивцев, как мы с тобой, – тихо засмеялся чон и только хотел встать с кровати, как оказался повален обратно и прижат ещё сильнее. – никуда не пущу, пока не получу утренний поцелуй. давай, я жду, – по красивому лицу сверкнула самодовольная улыбка, а карие глаза с сонным отблеском в них светились теплотой и любовью.       он смешно надул губы, заставляя чонгука фыркнуть, но всё же наклониться и оставить на родных губах лёгкий чмок. он взъерошил спутанные волосы тэхёна и спрыгнул на пол, не успевая увернуться от лёгкого шлепка по попе. чонгу сбежал вниз по лестнице босиком, вбегая на кухню и ставя чайник греться. он не особо любил готовить сложные завтраки, а от того решение сделать тосты с огурцами и чуть сладковатыми помидорами было принято незамедлительно. воздух был наполнен приятной прохладой и свежестью города, которую можно было прочувствовать только в нидерландах, стране мельниц и тюльпанов. звук кипящей воды, стуканья ножа и хруста свежих овощей, купленных в лавке доброй женщины по имени вайона, создавал между собой приятную симфонию счастья и уюта. в это чудесное воскресенье спешить было некуда, университет не работал, а дополнительных занятий, к счастью, не было.       через несколько минут вниз спустился и ким, не спеша подойдя к своему парню и обнимая его за талию. – пойдем сегодня в парк? будем лебедей кормить, – он зарылся в пахнущие вишней и сахарной пудрой волосы человека, которого он сильно и беззаветно любил, закрывая глаза и впитывая в себя чудесное мгновение этого мая. – я только за.       несколько секунд прошли в приятной радости и попытке красиво разложить огурцы на хлебе, но тишина была нарушена чуть хриплым голосом. – я люблю тебя.       чонгук улыбнулся, кладя в рот кусочек помидора, а после, почти шепотом, произнес в ответ, улыбаясь: – я тоже тебя люблю, солнце.

основная часть

      лёгкие прикосновения закатного солнца нежно скользили по земле, тяжёлой и вязкой после недавнего дождя. на аккуратных, напоминающих необычные зонтики листьях клубники скопились капельки холодной воды, из которой ночные нимфы в свете величественного месяца будут плести серебристые нити. небо было окрашено во все цвета сладостей и мармеладных конфет. фиолетовый переплёлся с оранжевым, розовым, жёлтым и красным, кутая облака в причудливые наряды из ярких оттенков. пара молодых людей, увидев такую красоту, замерла, не в силах оторваться от теплого и вовсе не слепящего горящего шара, почти закатившегося за горизонт. он посылал амстердаму последние лучи. чонгук, ярко улыбаясь, достал из кармана недавно купленной джинсовки телефон и сделал несколько кадров на память. нечасто в этом городе можно было увидеть такую невероятную красоту.       их дом был уже совсем неподалеку, выделяясь на фоне природы, но гармонично сочетаясь с деревьями, растущими в небольшом саду. этот дом принадлежал пожилому ученому, который переехал в более отдаленные места нидерландов с целью изучать местную флору и не думать о быстрой урбанизации, что так раздражала пожилого человека. он сдавал этот дом хорошей замужней паре, но та по причине работы переехала в канаду. по счастливой случайности именно они, тэхён и чонгук, нашли этот дом и не задумываясь решили жить именно в нём. всё же, это было отличное, а главное правильное решение, ведь они находились достаточно близко к центру и могли легко добраться до университета и работы.       к слову, эти двое были очень творческими людьми. ким отлично играл на гитаре, являясь частью небольшой местной группы, пользовавшейся популярностью у подростков и аудитории чуть постарше. тем не менее, он был достаточно умным студентом, ведь смог поступить бесплатно в один из самых классных творческих университетов амстердама, да и к тому же получал стипендию. чонгук же очень красиво пел, являясь в той же группе солистом и учась в одном университете с тэхёном. он достаточно хорошо играл на фортепиано, иногда давая уроки детям. в другое время, а точнее по четвергам и субботам, свободных от пар, он подрабатывал в цветочном магазине недалеко от дома. эти молодые люди прекрасно подходили друг другу, являясь чудесной парой, искренне любящих друг друга и музыку.       чонгук повернулся к своему парню, замечая, как красиво спутались солнечные лучи заходящего солнца в его волосах. «ты очень красивый», – улыбнувшись, произнёс он, получив в ответ теплую улыбку и не менее приятный ответный комплимент.       осторожно открыв дверь дома, чонгук вошёл внутрь и восхищённо ахнул. да, сегодня была их годовщина, но он никак не ожидал увидеть красиво украшенную комнату, приятно пахнущие розы и ещё какую-то коробочку, украшенную синими лентами и аккуратным бантом. по всей видимости, эту красоту под руководством самого тэхёна организовали их друзья, устроив всё это, пока они сидели в кофейне, распивая карамельный латте и кушая пирожные со вкусным кремом. ким говорил, что в конце дня его ожидает какой-то сюрприз, но чонгук никак не ожидал, что это будет нечто подобное. на фоне этого невероятного подарка чон чувствовал себя несколько виновато, ведь то, что он подарил тэхёну, было не настолько чудесным, как то, что он видит сейчас.       разувшись, он прошёл на кухню и взял в руки коробочку, по всей видимости являвшуюся подарком. осторожно развязав синий бант, он достал изнутри коробочку чуть поменьше, которая была обвязана белой лентой. внутри оказалась красивая подвеска со звездами и луной, что так подходила самому чонгуку. подвеска была сделана из чистого серебра, напоминая изящную работу волшебных существ. в коробке побольше еще лежали некоторые приятные мелочи, которые так же порадовали парня. ему только-только исполнилось двадцать, и он со счастливой улыбкой крепко обнял своего любимого, много раз проговаривая полное искренней любви и благодарности слово «спасибо».       они сели на большой и удобный желтый диван, собираясь провести этот прекрасный вечер за просмотром хорошего фильма, снятого в корее, поеданием пиццы и другой не менее вкусной еды. в своих мыслях чонгук ужасно хотел, чтобы этот невероятный день никогда не заканчивался, но фильм подходил к концу и за окном уже загорались маленькие искорки-звездочки, собираясь освещать млечный путь всю, хоть и короткую, ночь.       тэхён провел кончиками пальцев по нежной коже возлюбленного, посылая волны мурашек и судорожный выдох. – я могу тебя поцеловать? – спросил он, внимательно глядя в красивые карие глаза напротив. чонгук кивнул, с предвкушением ожидая того, что будет дальше. что же, хотя день и закончился, ночь обещала быть ещё более прекрасной.       тэхён чуть прикусил губу и прикоснулся ладонью к мягкой щеке, с нежностью ведя большим пальцем по теплой коже, от которой приятно пахло чем-то сладким и совсем не приторным. их взгляды пересеклись, и старший улыбнулся, не пытаясь скрыть влюбленности в своих глазах. медленнее, чем хотелось бы, сокращая расстояние, он приблизился к пухлым губам, на которых ещё осталось немного блеска, и поцеловал, хотя это скорее напоминало невинный чмок. следующее действие юноши было более уверенным, как будто он наконец осознал, что ему дали почти полную свободу действий. он взял чонгука за талию и неожиданно перевернул, позволяя ему упасть на мягкую поверхность дивана и целуя уже настойчивее.       чон зарылся кончиками пальцев в темные волосы парня, позволяя им спутаться и остаться на чувствительных руках мягким бесконечным воспоминанием. тэхён, трогая все больше и никак не получая насыщения, касался губами теплой шеи, оставляя несколько меток просто так, потому что чонгук только его и (по крайней мере, он на это надеялся) так было навсегда. – пожалуйста, сними толстовку, – охрипшим от возбуждения голосом прошептал младший, тот час же касаясь гладкой кожи торса и ведя правой рукой все выше, притягивая к себе кима и настойчиво целуя. их языки переплелись, и чонгук простонал в поцелуй, заставляя покрыться мурашками кожу своего любимого.       тэхён несдержанно пытался стянуть с чона кофту, ставя засосы и на ключицах тоже, но все же из-за дрожи в руках рыча, потому что ничего, чёрт возьми, не получалось, а хотелось с каждой секундой всё больше и больше. внутри него просыпалась сильная жадность и жажда быть внутри, стать со своей любовью одним целым. наконец несчастный элемент одежды оказался на полу, а сам парень нежно поцеловал мягкую горошинку соска, после сразу же засасывая его, заставляя чонгука отчаянно простонать и выгнуться. юноша усмехнулся и низким от возбуждения голосом произнес: – побудешь сегодня послушным мальчиком? – да, папочка, – выдохнул чонгук, хныча от приятных ощущений и того, как же сильно хотелось большего.       не оставляя без внимания и второй сосок, юноша начал спускаться всё ниже и ниже, ведя дорожку поцелуев и останавливаясь возле ширинки джинс. он внимательно посмотрел на него, спрашивая: «ты готов?». чонгук закрыл горящее от смущения лицо руками и прошептал: «да, папочка, конечно я готов». на самом деле, он очень сильно хотел этого, просто волнение и неловкость были слишком сильными, чтобы он мог ответить более внятно. с ним всё всегда было как в первый раз и, честно говоря, это ужасно нравилось. у него никогда не было секса с кем-либо другим, именно с ним он лишился девственности, а от того сравнивать было не с кем. но, несмотря ни на что, это было неважным для него, ведь их любовь делала все, что происходило между ними, крышесносным и невероятно приятным.       он со смущенной улыбкой и очаровательным румянцем на щеках смотрела на тэхёна и на то, как он, ругаясь и не справляясь с пряжкой ремня, пытался снять штаны. в конце концов, у него это вышло, и он стянул их вместе с нижним бельём. тэхён, попросив чонгука чуть приподняться, снял нижнюю часть одежды и с него, после выдыхая и доставая из кармана своей одежды презерватив. – то есть, ты хочешь сказать, что запланировал это с самого утра? – скептически подняв бровь, но всё ещё ужасно смущаясь, поинтересовался младший, не выдержав и рассмеявшись на «да, а что?», произнесённое тэхёном. отчего-то такие ситуации наполняли всё вокруг своеобразным уютом, позволяя им обоим ещё сильнее проникнуться этим трепетным чувством, которое появлялось только в такие моменты близости.       уделив должное время растяжке и пару раз задев простату, парень, хоть и аккуратно, но всё же с небольшой резкостью снял упаковку и надел презерватив на свой член, чувствуя во всем теле напряжение из-за сильного желания. он потянулся к припухшим и покрасневшим губам своего возлюбленного, целуя его со всей возможной нежностью и пытаясь передать все свои чувства через это прикосновение. чонгук обнял парня за шею, обвивая ногами его талию и позволяя войти в себя. через несколько мгновений он громко простонал, чуть выгибаясь в пояснице и зажмуриваясь, потому что, чёрт, как же это было хорошо. «папочка~, – громко застонал чон, прижимаясь крепче и издавая громкие стоны наслаждения, возбуждая тэхёна ещё сильнее. – папочка, пожалуйста, глубже».       наверное, это было тем, что снесло старшему крышу, потому что в следующую секунду он почти прорычал «хорошо, детка» и начал вбиваться в хрупкое, но в то же время и сильное тело любимого, но не настолько жестко, чтобы причинить неосознанную боль. кожа на шее, ключицах и груди покрывалась новыми засосами, а чонгук, лежавший под ним, был таким красивым прямо сейчас. растрепанные волосы, красные от покусываний губы и эти стоны… тэхён втянул носом воздух, чувствуя приближение оргазма. – малыш, насколько ты близок? – спросил тэхён, не переставая двигаться и пытаясь оттянуть момент отчаянно сильного удовольствия. – достаточно близок, папочка, – честно ответил чонгук, чувствуя, как приятные ощущения скапливаются внизу живота, готовясь взорваться ярким и головокружительным фейерверком.       ещё всего несколько мгновений – и оба почти одновременно кончают, выстанывая имена друг друга и действительно становясь одним целым в этот прекрасный момент проявления большой любви и нежности.       тяжелое дыхание обоих возлюбленных сплелось, и тэхён вышел из чона, стягивая с себя презерватив и лениво плетясь до ближайшего мусорного ведра. вернувшись обратно, он проворчал что-то вроде «нам нужно в душ», но, противореча своим же словам, лег рядом с чонгуком, прижимая его к себе и целуя в теплое плечико. – тебе понравилось? – спросил тэхён, обнимая чонгу за талию и тыкаясь носом в шею, усыпанную багровыми пятнышками. – ты ещё спрашиваешь?! – он шутливо ткнул его в бок и тепло рассмеялась. – конечно же мне понравилось. вот только в следующий раз сверху буду я. я люблю тебя.       тэхён мягко улыбнулся. – я не против. и я тоже тебя люблю, солнышко моё.

концовка

      земля была укрыта белой пеленой в лице красивых маленьких ромашек, тонко покачивающихся на теплом июньском ветру. маленькие феи, почти незаметные, шуршали прозрачными крылышками среди высоких стеблей, перешёптываясь и готовясь к первому летнему балу. цветы на яблонях и персиках опали пожухлой шелухой на траву, теряясь среди высоких травинок. все пестрело свежей зеленью и яркой небесной синевой. солнце приятно грело, оставляя в подарок пока что еле заметный загар. всё шло своим природным чередом.       между двух деревьев с большими раскидистыми ветвями, в которых играли в догонялки солнечные зайчики, стояли большие красивые качели, старые, но довольно прочные. на крепких дубовых деревяшках лежало мягкое и теплое покрывало, чтобы не было слишком твёрдо, а на нём лежали молодые люди, тихо о чём-то разговаривая и иногда смеясь.       если присмотреться поближе, то можно было увидеть то, что на лице младшего юноши были едва заметные веснушки – солнечные поцелуи. он лежал на коленях своего возлюбленного, показывая ему недавно сделанные фотографии, заставляя тэхёна восхищаться. у них действительно было много общего, так что не удивительно, что и любовь к фотографии стала их общей страстью. в конце концов, парень отложил телефон чонгука и попросил его привстать и сесть поудобнее.       небольшая тревога накрыла сознание чона, потому что это означало серьёзный разговор, причину которого он не знал. тэ выглядел сосредоточенным и, кажется, немного взволнованным. он внимательно посмотрел в красивые глаза напротив, а после начал говорить: – солнце, мы вместе с тобой уже почти четыре года. я думаю, что это достаточно большой срок. мы через многое прошли за это время, ты и сам это знаешь. я уверен, что это что-то да значит, – он взглянул на подрагивающие тени, отбрасываемые листьями клена. – я много думал об этом в последнее время. мне кажется, что это как раз те отношения, которые стоило бы называть серьёзными и крепкими. наша с тобой любовь огромна, её невозможно измерить. я хотел бы попросить тебя кое о чём.       чонгук чувствовал, как кончики его пальцев подрагивают, и он, не выдержав непреднамеренной паузы, спросил: – о чём?       тэхён поднял глаза и произнёс: – давай будем вместе навсегда? может, я звучу очень пафосно, но я правда этого хочу. я хочу, чтобы мы навсегда были друг друга. чтобы наша любовь никогда не угасала. поэтому я прошу тебя никогда не отпускать мою ладонь. я буду рядом несмотря ни на что. – конечно же я тоже этого хочу, солнышко. поэтому я с уверенностью говорю тебе, что никуда и никогда не уйду. ты знаешь, как сильно ты мне важен и дорог. я бы хотел заботиться о тебе и быть рядом как можно дольше. я тоже буду рядом с тобой несмотря ни на какие обстоятельства.       лицо тэхёна озарилось счастливой улыбкой. – я люблю тебя.       чонгук улыбнулся в ответ. – и я тебя люблю.