Изумруды и сладости

Утро — любимая пора Сэма. Тёплый осенний ветер дарил спокойствие ещё спящей семье: раз листья и травы меняют наряд, значит, лето уже пролетело, переливаясь яркими красками и событиями, как чудесные самоцветы. Пожелтевший лес манил прохладой, звал на прогулку, и Сэм последовал желанию. На широкой резной кровати («Не может без подчёркивания статуса») устало храпел Дин. За сезон он много поработал: вырастил богатый урожай, ещё и нашёл омегу с сыном, вот и расслабляется теперь. А спящий в соседней комнате отец решил проблему с уклоняющимися от жертвоприношений. Проходя мимо родительской комнаты, Сэм неодобрительно покачал головой: что за дикие методы, зачем же пожирать неплательщиков, можно ведь просто поговорить. Довольный рокот воронов, поставивших на крыло птенцов, протяжные песни журавлей далеко в ларимаровых небесах. Сэм прикрыл глаза, наслаждаясь атмосферой осени. Шагнул. Согретая солнцем земля под ногами уютно пружинила, приглашая на пробежку. И Сэм побежал. Вдох-выдох, вдох-выдох — лёгкие наполняли ароматы влажной опавшей листвы, сладковатые запахи грибных полянок. Приятно принимать в себя волшебство осени. Деревья немного расступились, и из-за их стволов донёсся взволнованный голосок. Заинтересованный Сэм свернул с маршрута: что в чаще делает человек? — Эй! Сюда иди! Ну же, ты же хороший мальчик. Вот как выйдешь, я тебя так поглажу, так поглажу, что твоя шерсть заблестит, как шкура лучших горных овец. Давай-давай. Обладателем потока слов оказался невысокий омега. Он суетился у основания дуба, то приседал, то обходил вокруг. — Я могу помочь? — Сэм приблизился к нему. Омега вздрогнул, явно не ожидая никого увидеть так далеко от деревни. — Здорова, я Габриэль, можно Гейб, — пока новый знакомый тараторил, Сэм любовался им: светлые глаза цвета хpизoбepилла, мягкие черты лица. Красавец. — Мой щенок сбежал, представляешь? Белку увидел и как сиганул! Я за ним, он от меня. И вот мой Коржик упал в нору, а вдруг там зверь, а я не могу вытащить. Помоги, ты высокий. С этими словами Сэма бесцеремонно потянули за рукав. Дин бы уже взревел, как отец, подумалось с улыбкой. Повезло омеге, что Сэм не так серьёзно относится к своей божественности. Западнёй щенка оказалась глубокая барсучья нора. Скользкие глинистые края словно ждали, пока незадачливый человек ступит на них, поскользнётся и грохнется вниз, прямо в колючие кусты, которые покрывали дыру сверху. — Я сейчас расширю вход в нору, ты только не волнуйся. Гейб с нескрываемым недоверием глянул на помощника. На его лице так и читался вопрос: «Ну и как ты расширишь? Лопаты-то нет». К счастью, Сэму лопата не нужна. Он присел к земле, погладил её ласково, приговорил слова заклинания. И глина послушалась. Тихо-тихо, не обваливаясь внутрь, раздвинулась достаточно широко, чтобы Сэм смог достать пёсика, что он и сделал. — Коржик цел и невредим, — Сэм осмотрел щенка, стряхнул с его шерсти остатки грязи и вручил ошеломлённому Гейбу. Омега уставился на спасителя его собаки и тихо пробормотал: — Ты бог? — Да, — просто ответил Сэм. Гейб неуклюже поклонился, испуганно опустил глаза. — Благодарю, очень-очень. Не стоило вам напрягаться из-за такой ерунды. Я схожу к алтарю, как вернусь, обязательно, не думайте, что я только болтать могу. Сэм тихо улыбнулся и коснулся плеча Гейба. — Всё хорошо, расслабься. Можешь со мной говорить так же, как при знакомстве. Ободряющие слова помогли разрядить обстановку и вернуть свежесть разговору. — А какой ты бог? А как зовут? — Сэм, из основного пантеона. — Сэмюэль — это ты? Ого-о-о, — потрясённо протянул Гейб. — Ты бог земли, да? — Да, брату досталось плодородие, а мне неживая часть почв. Больше всего я люблю работать с камнями. Ты заметил, какие они все разные? Мутные и прозрачные, хранящиеся глубокого-глубоко, в самом сердце земли, или прямо у поверхности, — Сэм присел, прошептал камню и вытащил из ниоткуда горсть изумрудов. — Это тебе. Они такие же многогранные и светятся на солнце, как и ты. Попроси мастера сделать тебе украшение. — Ой, спасибо-спасибо-спасибо! — Гейб даже подпрыгнул от эмоций, бережно взял подарок, полюбовался им на свету. Тёплые зелёные блики ласково отразились на восхищённом лице. — А у меня тоже для тебя что-то есть. На, тебе понравится, сам сделал. В кармане тут же оказался резной леденец. Надо же, как повезло: Сэм почти не ел сладости, но по такому случаю почему бы не побаловать себя? Сидящий на руках Коржик, видимо, заскучал, протянул мордочку и лизнул руку альфы. — Псинка прямо выдаёт мои желания, — омега засмеялся и погладил пушистика. — Какой нескромный. Под звуки разговоров Коржик важно семенил домой, похожий на облачко на лапках, как поэтично назвал его хозяин. Вскоре трава раздвинулась, и из неё вынырнула потерянная Гейбом дорожка. Почти пришли. Недалеко от них смеялись Джимми и Кас под шутки Дина. Сэм услышал, как Дин предложил сидящему на плечах малышу наколдовать кабачок, а потом рухнул, когда овощи внезапно появились прямо под ногами. — Надо же, мой брат умеет улыбаться, — хихикнул Гейб. — Кастиэль — твой брат? — Ага. Повезло нашей семье, да? Сблизились с покровителями, хех, — Гейб встал на цыпочки и, балуясь, поцеловал божество в щёку. Вот это омега. Сэм довольно улыбнулся и обнял всего-всего Гейба.