Осколки

      Денег из сокровищниц замка им хватило бы на несколько столетий. Тревор накупил много провизии, огромные мешки зерна и несколько бочек пива для себя, на что Адриан неодобрительно покачал головой. На него в городе никто не обращал особого внимания, и он был спокоен. Тревор, громко пыхтя, загружал телегу, и юноша решил ему помочь, привычными движением взяв бочку одной рукой, но та не сдвинулась. Он обхватил ее руками и смог поднять, едва удерживая равновесие. Его шокировало, насколько груз показался ему тяжелым. Тревор обернулся к нему и отобрал бочку, погружая ее рядом с остальными покупками.       Адриан, поникнув головой, сидел на козлах рядом с охотником, довольно насвистывавшим мелодию похабной песни.       — Что ты сник? Печалишься, что пропала твоя вампирская силушка? — усмехнулся Тревор.       — Заткнись, Бельмонт! — буркнул Адриан, заворачиваясь в плащ, прикрывая свое тело от порыва холодного ветра.       Бельмонт фамильярно закинул руку на его плечо и притянул к себе. Адриан удивился обжигающему теплу его тела, но не отстранился, уютно устраиваясь под его рукой. Надо наслаждаться вниманием, пока они здесь. Потом его ждет долгое одиночество.       Когда они разложили провизию по кладовкам и морозильным ящикам, Адриан направился искать Сифу, надеясь быть ей полезным, оставляя Тревора распивать свое новое пиво.       Сифа как раз развешивала белье, и его способность левитировать была бы весьма полезна, чтобы развесить простыни на веревках, натянутых между башнями замка, но Адриан, к своему неудовольствию, обнаружил, что и эта способность ему больше не доступна.       Но Сифа не дала ему времени сникнуть и направила готовить ужин. Уже захмелевший Тревор все еще был на кухне, и Адриан, не обращая внимания на его пьяные замечания по поводу своего хрупкого телосложения, принялся за готовку. Увлеченный приготовлением супа, Адриан вздрогнул, когда ощутил на своей шее горячее дыхание Бельмонта. Юноша отпрянул, шокировано смотря на охотника. Прежде он услышал бы каждое его движение.       — На прикосновения Сифы ты так не реагируешь, — заметил Бельмонт, пробуя суп. — Очень вкусно.       Наклонившись к уху Адриана, он прошептал:       — Только ей не говори, но ты готовишь вкуснее, — обдавая его горячим дыханием, охотник смачно причмокнул губами. По спине юноши пробежали мурашки, он оттолкнул Тревора и вернулся к плите.       За ужином Адриан молчал, стараясь не напоминать о себе, пока Сифа обсуждала планы по восстановлению жилой части замка и Тревор ей шутливо поддакивал.       — А что ты думаешь, Адриан? — обратилась она к нему.       — Я? — он растерялся, потому что давно потерял нить разговора, увлекшись своими не слишком радостными мыслями.       — Да, я думаю надо первым делом отремонтировать библиотеки и лаборатории. И трубы тоже, похоже, где-то есть протечка, и отопление работает не полностью даже в непострадавших от разрушений комнатах.       — Да, ты права, — он посмотрел в свою почти полную тарелку.       — Неужели тебе не нравится, ты же так вкусно приготовил? Или может ты привык, что я кормлю тебя с ложечки? — усмехнулась она, протягивая ему ложку супа.       — Сифа! — возмутился юноша, но принял еду и с недовольным выражением лица позволил скормить себе суп.       Он поднялся и вышел, не попрощавшись. Пару часов спустя Тревор нашел его в библиотеке, окруженного томами и напряженно их читающим.       — Не хочешь немного размяться? — спросил охотник, опираясь на косяк двери.       — Что ты хочешь, Бельмонт?       — Да ладно, перестань строить из себя холодного принца-вампира. Теперь ты один из нас! Я предлагаю тебе поупражняться в фехтовании, а то мы скоро все совсем задеревенеем.       Адриан посмотрел на него и поднял бровь.       — Хочешь получить свой реванш пока я слаб?       — Нет, ничего подобного. К тому же я тебя тогда почти убил, если бы Сифа не вмешалась.       — Думай, как хочешь, Бельмонт, — Адриан вернул свой взор на страницы книги.       — Ну, соглашайся! Или тебе слабо? — насмешливым тоном спросил охотник.       Адриан вздохнул и поднялся. Они направились на первый этаж. В тронном зале было достаточно места и света, особенно после того, как они разгребли завал, оставшийся от разрушительной битвы.       Тревор обнажил свой фамильный меч и играл им в воздухе, кружа вокруг замершего на месте Адриана. Тот не двигался, ожидая, пока его противник совершит первый удар. Тревор замахнулся, и Адриан ловко отразил удар, попытавшись направить острие на охотника, но двуручный меч, столь привычно двигавшийся в одной руке, теперь не слушался его. Он отступил, взявшись за рукоять обеими руками, и встал в защитную позу.       Тревор хмыкнул, заметив, что его противник сменил стиль, и снова напал, но юноша ловко парировал его атаки. Все-таки годы тренировок давали ему небольшое преимущество. Хоть и на стороне Адриана была разница в длине их оружия, но Тревор теперь превосходил его в силе, и юноша чувствовал это в каждом ударе, едва отражая наступления противника. Охотник не давал ему возможности контратаковать, направляя перемещения обоих противников по залу. Адриан начал уставать, и Тревор это заметил, сделав выпад, поймал гардой меча лезвие противника и толкнул его. Адриан удержал равновесие, попытавшись высвободить меч, но Тревор не отпустил его и, схватив юношу за длинную косу, больно дернул. Тот вскрикнул, теряя равновесие, Бельмонт повалился на него следом.       Тревор прижал его к земле, не давая сопротивляться. Удачным ударом колена в живот Адриан скинул его с себя и отскочил, подбирая свой меч. Тревор вновь оказался рядом, агрессивно нападая, и у юноши едва оставались силы, чтобы отражать атаки. Бельмонт сильным ударом выбил меч из рук противника и ногой толкнул его на землю. Адриан, ударившись затылком о каменный пол, вскрикнул и тяжело задышал, увидев острие меча у своего лица.       — Я победил, — самодовольно заявил Тревор.       Адриан молча отодвинул лезвие от себя и встал, отказавшись от предложенной охотником руки. Он поднял свой меч и направился к лестнице, пытаясь не прихрамывать на виду у Бельмонта.