Осколки

      — Не подходи! — Сифа вытянула перед собой руку, готовясь оттолкнуть дампира заклинанием. — Адриан, очнись! Пожалуйста!       Дампир оскалился и зашипел. Он сделал несколько больших шагов в их сторону, замахиваясь когтистой рукой. Сказительница отбросила его потоком воздуха. Он на секунду потерял равновесие, но теперь его лицо воспылало звериной яростью. Дампир метнулся к ней, метя когтями в горло. Она увернулась, прячась от его сокрушительных ударов среди колонн зала. У нее почти не оставалось сил, сердце бешено колотилось в груди. Алукард поймал ее и швырнул спиной о стену, прижав за горло мертвой хваткой.       — Адри...ан, — прохрипела она, на ресницах заблестели слезы.       Его сияющие алым глаза на секунду расширились, и он поймал свободной рукой цепь Морнингстара на лету, уворачиваясь от взорвавшегося наконечника. Намотав цепь на руку, дампир выдернул ее из рук Бельмонта. Охотник, едва стоявший на ногах, упал на колени и закашлялся кровью.       — Пусти ее, — он поднял умоляющий взгляд на дампира. — Ты жаждешь крови? Можешь взять всю мою без остатка, только не причиняй ей вреда…       Тревор упал навзничь. Дампир выпустил горло Сифы и швырнул цепь на пол, сказительница бросилась к охотнику, зажимая рукой его кровоточащую рану. Запах его крови щекотал ноздри, взывая к нему. Алукард слышал, как слабеет сердце Бельмонта, но в нем все еще теплилась жизнь. «Докончи начатое», — прошептала жажда. — «Они твои, теперь на веки. Они станут частью тебя». Алукард зашипел, впившись пальцами в волосы. Жажда выворачивала его внутренности, стискивала горло острыми когтями, терзала все его существо. Он бросил на них взгляд, замутненный кровавой дымкой. Сифа прижала к своему трепещущему телу Тревора, пытаясь хоть немного залечить его раны крохами своей магии, глаза охотника были закрыты, на губах проступила кровавая пена.       «Им не выжить, пусть их кровь не пропадает попусту. Ты для них ничего не значишь, они лишь пользовались тобой, как те…», — жажда говорила громче: — «Посмотри на них, они пытались тебе навредить, даже после того, как ты скольким для них пожертвовал. Ты отказался от своей сути ради них, и они воспользовались твоей слабостью. Пусть они заплатят за это». Алукард упал на колени, сжимая себя руками, вонзая когти в свою кожу. «Ты достигнешь невиданного могущества, если примешь свою суть, подпитаешь ее кровью. Посмотри, все склонятся перед тобой, никто тебя не посмеет остановить». Клыки пульсировали, дыхание участилось, он чувствовал вкус крови на своем языке.       «НЕТ!» — Адриан закричал. — «Оставь меня!»       Жажда скрутила его внутренности, вызывая потоки невыносимой боли по всему телу, он закрыл глаза. Адриан глубоко вдохнул и медленно выдохнул, заставляя сознание проясниться. Боль отступала, жажда медленно расцепила когти. Он поднялся на ноги, дрожа всем телом.       Сифа лежала без чувств рядом с неподвижным телом Тревора. Он подошел к ним и дрожащей рукой дотронулся до ее груди. Он запустил потоки магии, восстанавливая ее силы, еще одним заклинанием остановил кровотечение в теле охотника. Бережно подхватив Сифу одной рукой, Адриан поднял тело Тревора и понес их в лабораторию.       Сифа была почти цела, не считая синяков и ссадин по всему телу. Он радостно вздохнул, когда услышал мерное биение сердечек в ее животе. Она будет в порядке. Дампир еще раз подпитал ее силы.       Адриан обернулся к Тревору. Его дыхание, хриплое с присвистом, было едва слышно. Дампир осторожно раздвинул одежду вокруг раны и проглотил комок в горле. Рана была глубокая, совсем рядом с сердцем. Запах крови теперь вызывал тошноту, но он смог пересилить себя. Адриан обеззаразил руки и инструменты и принялся за операцию, попеременно восстанавливая поврежденные ткани целительной магией. Насчет Тревора Адриан был уверен меньше, тот потерял слишком много крови. Закончив с перевязками, дампир отошел. Его снова начала бить дрожь.       Он опять их потеряет, на этот раз по своей вине. Сифа не простит ему смерть Тревора.

***

      Сифа тяжело вздохнула и разлепила тяжелые веки. Голова словно в тумане, в теле была неприятная ломота, а неловкое движение вызвало болезненный спазм в плече. Она приподнялась на локтях.       В соседней кровати лежал Тревор, перевязанный и с примочкой на лбу. Она тревожно посмотрела на его грудь. Он дышал. Она выбралась из-под одеяла и на нетвердых ногах подошла к его кровати. Сказительница приложила ладонь к его животу и начала пропитывать его жизненной силой. Ей было все равно, лишь бы он был жив. По ее щекам потекли горячие слезы.       — Сифа, нет, — дампир внезапно оказался рядом, оттягивая ее руку.       Она вскрикнула и отшатнулась. Но Адриан выглядел почти как прежде, в чистой одежде, золотые глаза с сожалением смотрели на нее.       — Он очень слаб, но выживет, — он улыбнулся, выпуская ее руку.       Она промолчала, рассматривая его. Дампир опустил голову, волосы золотистым каскадом прикрыли лицо.       — Я не знаю, найдешь ли ты силы простить меня, — глухо сказал Адриан, — но прошу тебя, доверься мне сейчас. Я смогу его вылечить и потом мы снова запечатаем…       Она не дала ему докончить, бросившись на его шею, и громко разрыдалась. Он успокаивающе погладил ее по голове. Сифа прижалась к его груди, судорожно всхлипывая, и тихо сказала:       — Я так испугалась. Н-не за себя, — она подняла на него свои голубые глаза, — ты…       Она положила ладонь на его щеку. Он нервно сглотнул.       — Ты справился. Все будет хорошо, — Сифа вновь прижалась к нему, успокаиваясь.

***

      Но все не было хорошо. Хоть Адриан и использовал все свои навыки в медицине и магии, Тревору не становилось лучше. Он не приходил в себя, его мучил жар, раны продолжали воспаляться.       Адриан перевел Сифу в другую комнату, стараясь не тревожить ее видом страдающего охотника, но это не помогло. Ей снились кошмары по ночам, а днем она не прекращала требовать позволить ей полечить возлюбленного. Адриан каждый день истощал почти все свои магические силы, стараясь залечить раны охотника, укрепляя по вечерам обереги от нечисти, и ночью без сил падал в кровать, забываясь коротким сном.       — Адриан, — она поймала его за руку и повернула его лицо к себе. Под глазами дампира залегли глубокие тени.       — Ты истощен, тебе надо отдохнуть.       — Сейчас не время, — он убрал ее руку со своей щеки. — Я не понимаю, почему ему не становится лучше.       — Позволь мне присматривать за ним, пока ты отдыхаешь, — она мягко улыбнулась.       — Нет, тебе нельзя использовать…       — Я обещаю, никакой магии, — она подняла ладони вверх в заверяющем жесте.       — Хорошо, — Адриан прижал ее к себе и поцеловал в макушку.

***

      Спустя пару дней воспаления прошли, раны стали медленно затягиваться. Адриан возился со склянками, смешивая очередное лекарство, и, почувствовав на себе пристальный взгляд, обернулся. Тревор спокойно смотрел на него своими небесными глазами.       — Вот теперь ты тот самый чертов дампир, которого я помню, — он усмехнулся.       Адриан шумно выдохнул и подошел к кровати.       — Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит?       — Нет, есть хочется. Где Сифа? — он осмотрелся, в его глазах мелькнула тревога.       — Я сейчас позову ее. И приготовлю тебе что-нибудь вкусное и целебное, — Адриан взял его руку и поцеловал ладонь.       Когда он вернулся с подносом с едой, Сифа лежала рядом, бережно поглаживая Тревора по волосам, а тот счастливо улыбался.       — Похоже, мы отделались малой кровью, — сказал Бельмонт, покончив с обедом. — Ты ведь восстановил контроль?       Он твердо посмотрел в глаза Адриана.       — Я… — дампир замялся, — я не уверен.       — Ты испытываешь жажду? — спросил охотник.       — Нет. Но я не знаю, когда она проснется в следующий раз. Лучше быть осторожными и запечатать ее.       — Ну уж нет! В одиночку я не справлюсь с армией ночных тварей, — Тревор с усмешкой покачал головой. — К тому же, человек из тебя не очень, Адриан. Не твое это.       Адриан усмехнулся, но вынужден был согласиться. Он слишком привык теперь к тому, что его острые чувства предупреждали об опасности заранее, а нечеловеческая сила устраняла всех ночных тварей, осмелившихся пробраться за магические границы.       — Почему они стремятся попасть в замок? — задумчиво спросила Сифа.       — Замок — это существо Хаоса. Их тянет к первопричине тьмы, — пояснил Адриан, потерев подбородок. — Может быть удастся как-то разорвать связь замка и мира Хаоса, тогда здесь станет безопасно.       Он поднялся на ноги, собирая тарелки на поднос.       — Но вам не стоит об этом тревожиться. Отдыхайте!       Адриан оставил их наедине. Сможет ли он их защитить?