Я хочу чувствовать тебя

Пустота. Вы никогда не задумывались о том, как слепые люди воспринимают окружающий мир? Что чувствуют и чем живут? Каково жить, когда твоя маленькая вселенная наполнена лишь множеством звуков и запахов? Юнги прекрасно знает ответы на все эти вопросы. И не ответит вам ни на один из них.       По сознанию ударяет шум. Множество голосов смешиваются в однородную кашу, создавая гул и вызывая навязчивое желание закрыть уши руками. Спрятаться от всего. Сигналы машин режут по чуткому слуху, а в нос ударяет отвратительный запах выхлопных газов. Парень морщится и поджимает губы, крепко стискивая трясущимися пальцами длинную трость. Тусклые серые глаза смотрят прямо перед собой, отталкивая людей своей пустотой. Ситуацию не спасают даже тёмные ресницы, что аккуратно обрамляют веко, подчёркивая лисий разрез глаз. Мину всё равно. На самом деле, уже давно. Протяжная сирена светофора отдаёт болью в висках, и парень жмурится в надежде перейти дорогу без происшествий. Поток людей буквально подхватывает его, унося далеко вперед, почти до середины перехода. Когда нога цепляется о что-то, Юнги охватывает паника. Он сваливается на дорогу, а единственное спасение в виде трости исчезает где-то среди пустоты. «Им всем плевать» думает брюнет и старается сжаться в комок, чтобы прохожие не задевали его ногами или сумками. Унизительно. Крепкие руки подхватывают совершенно внезапно. Его ставят на ноги, отряхивая от дорожной пыли майку и разодранные джинсы. Колено ощутимо щиплет, но Мин сдерживает себя, чтобы позорно не зашипеть. В ладонь вкладывают потерянную трость, и это действительно придаёт ему крупицы необходимой уверенности. — Вы в порядке? — приятный тембр обволакивает, заставляет чувствовать безопасность и спокойствие. Юнги еле заметно выдыхает, но тут же прижимает к своей груди трость, отступая на шаг и чудом не задевая бордюр. — Спасибо, — тихо шепелявит он и разворачивается, чтобы направиться в противоположную от незнакомца сторону. На плечи грузом опускаются чужие руки, останавливая и сдвигая парня в сторону. — Тут столб, — дружелюбно оповещает приятный голос из-за спины, но руки с плеч так и не исчезают. — Ясно, — обрезает брюнет и ведёт плечами, дабы избавиться от прикосновений, что так нагло нарушают его личное пространство. Он ускоряет шаг, ведя чёрной тростью чуть впереди себя. Нужно добраться до дома как можно скорее, пока он не успел вляпаться во что-нибудь еще. Конечно же, среди наполненной звуками городской жизни улицы, Юнги так и не сможет услышать тихие шаги чуть позади него.

***

      Пока Тэхён плыл среди толпы, стараясь не упустить из вида знакомую макушку брюнета, он ловил на себе настороженные и равнодушные взгляды. Некоторые смотрели мельком, некоторые провожали его с недовольным прищуром. Мало ли что могли подумать окружающие, видя, как высокий парень буквально выслеживает слепого бедолагу. Ким поморщился от таких мыслей. Он бы отдал всё, чтобы не видеть эти тягучие и изучающие взгляды на себе. Если его попросят объяснить мотив того, почему же он решил проследовать за незнакомцем в светлой майке, то Тэ просто промолчит. Не должно быть повода, чтобы просто познакомиться с человеком. В конце концов, черноволосый всегда был довольно общительным и активным. Тот парень с перехода казался маленьким белым пером, упавшим в серые реалии этого мира. И Кима действительно тянуло к таким людям. — У меня нет денег. Тэхён замер, наблюдая за остановившимся у небольшого здания брюнетом. Тот стоял у самой лестницы к нему спиной, немного сгорбившись и опираясь тростью на первую ступень. Парень уже хотел было спросить, что тот имеет в виду, но этого не потребовалось. — Нет смысла тащиться за мной и тратить время, все равно взять нечего. Просто уходите, — он зарылся рукой в волосы и тяжело вздохнул. К горлу начинала подступать тихая паника, застревая комом где-то в горле. — Ну же. — Я не… — Ким сделал шаг вперёд, но тут же остановился, заметив, как дрогнула хрупкая спина. — Простите, я должно быть напугал вас. Мне не нужны ваши деньги, я просто хотел бы познакомиться, — шатен сделал еще несколько шагов. — Я не желаю заводить новых знакомств, — твёрдо произнёс Юнги, поджав губы, и быстро начал подниматься по лестнице.       Оказавшись у самой двери, парень ощупал карманы джинсов в поиске ключей с увесистым брелоком, что громко бренчал при падении. Мину его подарил Хосок после того, как брюнет несколько раз норовил остаться ночевать на улице. Младший тогда еще очень долго причитал на тему того, что Юнги следует быть осторожнее, ведь Чон не всегда сможет ответить на звонок вовремя или просто оказаться рядом. А старший в ответ лишь молчал и поджимал губы, чтобы с них не слетело то, что так давно было на душе: « Да почему ты вообще возишься со мной?». Мин знал, что это сильно заденет Хо.       Входная дверь со скрипом открылась, впуская хозяина в тёплое помещение. Парень поставил трость у тумбы с обувью, куда разместил и кроссовки. Дома он ориентировался отлично, поэтому спасительный предмет здесь ему был не нужен. Юнги щёлкает выключателем в ванной скорее по привычке, чем для надобности, ведь для него всегда везде темно. Брюнет хмыкает над этой мыслью и стягивает с себя одежду, задевая жёсткой тканью запекшуюся на колене кровь. Холодные пальцы осторожно ведут по краю ранки, и Мин определяет, что там не так уж всё и плохо. Вещи отправляются в корзину для белья, потому что желания возиться сейчас со стиральной машиной абсолютно нет. Тяжелый хриплый вздох разрушает тишину. Узкие бедра опускаются на холодный мрамор и покрываются кучей мурашек. Рука сама перебирает волосы, оттягивая их назад и открывая лоб. Намджун говорит, что ему очень идет зачесанная назад челка. И Юнги ему верит. Не может увидеть или хотя бы представить, но верит. Друзья всегда описывали его так, словно он только что сбежал со страниц книжки по мифологии. Белый лис. Бледная кожа, сквозь которую можно увидеть плетение расползающихся по телу вен, а тусклые серые глаза лишь дополняют общую картину. Мин не знает, как это «белый». Этот цвет всегда описывали, как чистый и свободный. Парень не согласен с этим описанием, ведь он далеко не свободный, а погрязший в бесконечной тьме, не способный увидеть даже близких ему людей. Рот наполняется неприятным металлическим привкусом, когда зубы впиваются в потресканную бледно-розовую губу. Язык слизывает теплые капли, из-за чего ранка начинает щипать. Жалкий. Из горла вот-вот готов вырваться истерический смех, но этот момент прерывает громкая мелодия звонка, заставляя вздрогнуть худощавое тело на полу. Хосок сам поставил эту песню на свой контакт, именно поэтому она звучит очень ярко и энергично. Юнги был не против. — Да? — хрипло тянет Мин и тут же прокашливается, зная, какой младший дотошный до его состояния. — Хён! Ты спал? — громко щебечет в трубку Чон, словно специально держа динамик мобильного у самых губ. — Нет, Сок-ка, я только что вернулся домой, — парень осторожно поднимается с нагретого места и бредет в спальню за чистыми вещами. — Ты снова ходил один? Ты должен был позвонить мне или Намджуну, я же просил! — Ничего я не должен, — недовольно плюет Юнги. — Я в состоянии пройтись сам. Без помощи. — Но перед этим собрать лицом все кирпичи и столбы на дороге. Убеждай себя, Юнги, но не меня,— когда Хосок переходил на имя без уважительной формы, то это могло значить лишь одно — он злится. Старший не хотел бы сейчас ссориться с ним из-за пустяка, ведь это всегда режет по самому нутру. — Сок-ка, не злись, — устало тянет Мин, стягивая с вешалки большую домашнюю футболку, — я же в порядке. В конце концов, прохожие не такие монстры, какими ты их описываешь перед каждой моей вылазкой. — Да? С тобой кто-то был? — возбужденно интересуется танцор, явно забывая про весь неприятный диалог до этого. — Нет. Мне просто помогли на переходе и не дали «собрать лицом» ближайший столб. Возможно, слишком навязчиво, — последнее предложение парень добавляет спустя пару секунд молчания. — И кто это, кто? Ты же познакомился? — излишне громко тараторит Чон, ожидая продолжения истории. — Нет, конечно. Мне это не нужно. — Нужно! Ты не можешь ограничиться двумя друзьями и парочкой знакомых, хён. Нужно общение! Это была девушка? Парень? А вдруг ты ему/ей понравился! Юнги тяжело вздохнул. Хосок всегда такой. У него все люди ужасны, но в один момент сразу могут стать чистыми ангелами. Брюнет на это всегда лишь скептически хмыкал, закатывая глаза. Смотрелось, наверное, очень жутко. — Это был парень с космическим голосом. И нет, он просто помог мне. — Космическим голосом? — хитро тянет друг, и Мин мог поспорить, что на его лице растягивается широкая улыбка. — Теперь я просто обязан его найти. — Удачи, ага, — саркастично обрезает Юн, зная, что это бесполезное занятие, ведь в городе огромное количество людей и искать кого-либо просто бесполезно. — Ты во мне сомневаешься, хён? — расстроенно шепчет младший. — Конечно нет, ты что, — наигранно возмущается брюнет, а затем тихо хихикает и качает головой. — Вот и ладушки! Я побегу, обязательно звони. Друг отключается, оставляя Юнги в пожирающей тишине квартиры. Мобильный откладывается на тумбу, а парень валится спиной на кровать, утопая в мягком одеяле. Веки устало закрываются, а сон сам утягивает своими когтистыми лапами куда-то далеко в пустоту.

***

      Просыпается Мин от трели дверного звонка. Он измученно хрипит, протягивая руку к телефону. Нажимает на кнопку сбоку, и аппарат оповещает о том, что сейчас вечер. Гость продолжает упорно жать на злосчастный звонок, заставляя морщиться от резкого звука.       Когда он подходит к самой двери, по ту сторону слышится громкое «Это я, хён!», поэтому Юнги без промедления спешит впустить друга в квартиру. Отходит в сторону и хмурится, когда слышит лишнюю пару ног, ведь он думал, что младший будет один. За плечи приобнимают, и брюнет чувствует запах излюбленного Хосоком одеколона. — Знакомься, это Ким Тэхён! — запястья хватают, а через пару секунд ладони опускаются на холодные щеки незнакомца. Юн хочет убрать руки и возмутиться, но его настойчиво держут в ожидании. Пальцы ведут по скулам, очерчивают острую линию челюсти и ровный нос, затем призрачно касаются полноватых губ, плавно поднимаясь к глазам, что послушно закрываются и дают изучить. Прямые брови приятно ощущаются под подушечками пальцев. Тыльной стороной ладони парень чувствует длинные курчавые волосы, что прядями спадают на лоб. Красивый. Мин кивает, давая понять, что он закончил «знакомиться». — Ну вот и познакомились, — явно с улыбкой произносит Ким, а старший цепенеет. Тот самый голос. — Какого х-, — хотел было возмутиться брюнет, но рот накрывает широкая ладонь, заставляя умолкнуть. — Юнги хотел сказать, что тоже очень рад, да? И тот мычит недовольно, кусая невозможного Чона за палец и вызывая обиженное шипение.       Вечер проходит в напряжённой атмосфере. И, кажется, так думает только Мин. Хосок все время щебечет без остановки, рассказывая разные истории из жизни своего любимого хёна, а Тэхён слушает и смеется, незаметно прожигая взглядом бледного парня перед собой, вглядывается в тусклые глаза, что направлены куда-то в пустоту. А тот чувствует чужой взгляд, знает, что его разглядывают, словно куклу на витрине магазина. Кончики ушей краснеют, и парень ведет плечами, пытаясь избавиться от неприятного ощущения. — Прекрати пялиться, — не выдерживает Юнги, хмурясь и стискивая руку в кулак. — Извини, — робко доносится с противоположной стороны стола. Наступает напряженная тишина. Кружка с тихим стуком опускается на чистую поверхность, словно забивая гвоздь в сегодняшнем вечере. — Ладно, я думаю, что нам уже пора! — вскакивает с места Чон, и брюнет искренне благодарен ему за это. Только глупый бы не заметил явного намёка. Ким, видимо, действительно идиот. — Уже? Я думал, мы ещё немного посидим, — расстроенно тянет обладатель прекрасного голоса, взглядом умоляя Хо задержаться. Тот в ответ быстро крутит пальцем у виска и указывает на выход. Курчавый вздыхает и поднимается следом, благодаря Юна за кофе. Хён не реагирует и молча следует за ними по коридору. Уже у самой двери Чон крепко стискивает в объятьях тощее тельце, на что старший умоляюще хрипит. Тэхён вопросительно смотрит на знакомого, и когда тот тихо кивает и подмигивает, подходит к парню и максимально осторожно пытается обнять. Хрупкий брюнет сопит куда-то в шею, мысленно покрывая друга трехэтажным матом, но все же слабо хлопает нового знакомого по спине. Видит бог, он этого знакомства не хотел.