Обычные парни

— Пап, ну ты уверен, что я должен ехать с тобой и мамой? Её будет недостаточно? — продолжал упрашивать отца остаться Коля.  — Ты не маленький ребёнок, и мы не на экскурсии, чтобы ты просил меня остаться в автобусе, потому что ножки устали! Я устал спорить, хватит мне тут канючить! Нам нужно ослабить влияние России, чтобы увеличить наше. В этом поможет только Америка. Личный визит поможет показать уважение. Как я тебя воспитывал, что в свои 15 ты этого не понимаешь?! — уже перешел на крик президент Белоруссии, не зная как донести до своего сына элементарных вещей. Лукашенко младший весь напрягся и выпрямился. Крики президента ему доводилось слышать реже, чем чиновникам в правительстве Белоруссии.  — Хорошо, отец, прости. Я все понял, — быстро осознал, что спорить не стоит Коля.  — Так бы сразу. Нервов моих не хватает, вчера еще крышу у нас не починили. Мне пришлось половину чиновников из-за этого менять, — Александр упал в кресло и начал тереть глаза пальцами.  — Пап, прости, буду делать в поездке всё, что скажешь, — он встал по стойке смирно и как будто одтал отцу честь. Лукашенко старший поднял голову, посмотрел на сына, и они вместе рассмеялись.  — Эх ты, единственный, кто поднимает мне настроение, но при этом если злит, то сильнее всех, — после этих слов он потрепал Николеньку по волосам, — марш спать, на часах восемь вечера, машина в аэропорт подъедет к шести утра. Спокойной ночи.  — Спокойной, пап. Обещаю, буду вести себя как самый примерный гражданин Белоруссии, — он снова отдал честь.  — Ещё бы, ты сын президента. А ну марш спать! Чтоб только пятки сверкали отсюда! — в шутку прикрикнул Александр. Николенька лишь развернулся и начал с криками убегать из гостиной на первом этаже, решив подыграть отцу. Не успев далеко убежать, в коридоре его ждала неудача. Николай, запнувшись об ковер, упал, при этом чуть не уронив вазу девятнадцатого века. Из гостиной послышался смех и крик отца.  — Ну что тут сказать, это Николенька! Марш спать! — закричал через слезы смеха Лукашенко старший. Николай встал и снова с криками побежал в свое убежище на втором этаже. Зайдя в комнату и закрыв дверь на замок уже по привычке, Лукашенко младший упал на кровать. После его дневной тренировки по хоккею, честно говоря, никому жить не захочется, не то, что заняться сейчас чем-то стоящим или важным. Открыв мессенджер и увидев сообщения только от тренера и бота, он сразу решил закрыть его. Из этих двух собеседников ему было бы приятнее пообщаться с ботом. Писать друзьям самому сейчас не было сил. Недолго подумав, парень решил отложить всю жизнь как минимум на раннее утро. Заведя будильник на половину пятого, Коля сбросил всю одежду на пол, особо не задумываясь о том, кто сегодня её гладил, и как быстро она помнётся. Он упал на кровать поверх простыней, закрыл глаза и сразу провалился в мир сновидений, что случалось с ним довольно редко. Николай посмотрел на прикроватный будильник, проснувшись от кошмаров в холодном поту со спутанными волосами. 4:05. Смысла снова ложиться спать не было и, откровенно говоря, делать это совсем не хотелось. Ещё раз зайдя в мессенджер, он увидел три сообщения. Прибавилось только одно, от его друга в команде. Быстро ответив на него, Коля вновь решил проигнорировать сообщение от тренера. 4:11. Выглянув в окно, он увидел не то, что хотел. Безрадостная погода только усилила его напряжение после увиденного во сне.  — Судя по ливню, пробежка точно отменяется. Посмотрим, возможно, полёт в Америку ждёт та же учесть, — впервые хоть что-то вымолвил за утро Николай. Чтобы не быть угрюмым весь полёт и не ухудшать состояние отца, Лукашенко младший решил попытаться поднять настроение, зайдя в тикток. Он бы и сам хотел начать снимать веселые ролики, поднимая настроение не только людям, но и себе. Это то, чем парень действительно хотел заняться, но его грёбаный статус не позволял, отец не позволял. У него было ощущение, что сам мир не позволяет ему делать того, что он хочет. Большая любовь к отцу у него была всегда, но как же хотя бы иногда хотелось побыть обычным, самым обычным парнем, который сейчас может выйти за хотдогом и не быть пойманным папарацци. Улыбнувшись и перелистнув видео, Лукашенко вновь наткнулся на себя. Заходить в комментарии не было желания, он знал абсолютно всё, что там написано и ещё нет. Но он не смог проигнорировать всех этих милых девчонок, как он сам любил их называть. Они не виноваты, что его жизнь под вспышками от камер. Нажав красные сердечки под многими комментариями, парень улыбнулся сам себе, понимая, что его никак не рассекретят, благодаря нику. nogotochki_minsk123. Снова проведя пальцем вверх, ему показалось теперь не только своё лицо, но и лицо сына другого президента. Бэррон Трамп. Он не мог его не узнать. Между их поклонниками шла настоящая борьба, похлеще, чем у рыцарей в средневековых романах. Открыв комментарии, вновь не удержавшись, парень начал читать вслух.  — «Кто как думает, а Коля горячее.» «Вы видели, как вырос Бэррон?! 190см.» Сколько?! — воскликнул Николенька, сразу продолжив читать далее, — «Только подумайте о том, что будет, если они встретятся. Точно горячее, чем картошка на сковородке. И уж точно более жарко, чем в Калифорнии.» Хах, ну в Калифорнию мы не полетим, так что удостовериться в этом мне не придется. 4:45. Наконец обратив внимание на время, Лукашенко младший отбросил телефон, схватил полотенце большой ладонью и пошел в душ с мыслями о том, что может там ему удастся сбросить напряжение. Войдя в душевую кабину, которую юноша так долго просил поставить вместо джакузи, он закрыл дверь. Мысли об Америке, о Бэрроне, о поклонниках не давали ему покоя, тогда он решил снять напряжение проверенным способом. Закрыв глаза, в его голове сразу появилось изображение Бэррона, его член отреагировал на эту картинку.  — Действительно горячее, чем картошка, — усмехнулся Коля. Он обхватил пальцами член, они сомкнулись вокруг него и едва касались большого пальца. Юноша продолжал водить рукой по члену, образ Бэррону не уходил у него из головы, а усмешка оставалась на его лице. Лукашенко младший пытался представить то, как же выглядит достоинство сына президента Америки, не прекращая мастурбировать. Послышался стук в дверь.  — Твою мать. Тереза мать твоя, — усмешка сразу исчезла, как будто её там и не было все время, что он думал о Бэрроне. Прекратив онанировать, он приоткрыл дверь в ванную комнату, не выключая воды, и тут же послышался его крик.  — Я моюсь! Не слышно?! — не столько злился, сколько хотел, чтобы его услышали Коля.  — Я думал, что Вы ещё не встали, извините за беспокойство. Что Вы хотите на завтрак? — задала вопрос через закрытую дверь прислуга.  — Всё равно! — парень снова изо всех сил хотел, чтобы его услышали и поняли.  — Хорошо, ещё раз прошу прощения, — откланялась домработница. Парень опустил глаза и посмотрел на всё ещё стоящий хуй.  — Фак! — выругался он, после чего сам улыбнулся иронии. Вспомнив фразу отца, что все дела, за которые взялся нужно заканчивать, Николай решил продолжить. Все видео с Бэрроном снова всплыли в голове, рука начала ходить вдоль члена, а пальцы сжиматься вокруг него. Дыхание Коли стало настолько частым, что можно было подумать, что ему и вправду плохо. Он давно не кончал настолько быстро, с непонятным ему самому животным стоном. Коля сразу подумал о том, каково было бы кончить Бэррону на лицо. Жаль, что он этого никогда не узнает, или узнает…