Исход

      Здесь никого нет. Больше никого. Лишь душащее своей идиллией полное спокойствие.       Только земля и воздух помнят, как они содрогались от неистовых сил, опасной и одновременно с этим прекрасной схватки. Теперь остались её последствия, в виде разрушенных, а порой и снесённых под чистую зданий. Вокруг гробовая тишина, и никто уже её не нарушит. Больше это место не потревожат.       Тёмную и опустошённую атмосферу как ножом разрезают белые снежинки, приземляющиеся на обмёршую землю. Они завораживающе кружатся в своём непонятном танце.       Сейчас начало декабря. Первый снегопад как отдельный небольшой праздник, но отчего-то совсем не хочется спокойно улыбаться и радоваться наступлению зимы.       Среди холодной земли, слегка покрытой снегом, среди всеобщей разрухи и боли... лежит холодное, недвижимое тело. Оно является словно неотъемлемой частью этого места. Оно сохраняет мёртвое спокойствие, общую атмосферу и тишину. Сложно было бы его заметить среди этой пустоты – тело идеально вписывается в представшую картину. Такое же бледное, как и чистый снег. Лёгкие белоснежные снежинки падают на него, но совсем не тают. Тело почти везде покрыто тонкой, но прочной коркой чистейшего льда. Ни вздоха больше не вырвется из груди. Сердце никогда уже не застучит. Потрескавшиеся холодные губы теперь не скажут ни единого слова. Глаза разного цвета – бирюзового и серого – прикрыты и совершенно пусты. Его лицо расслабленно и совсем не выражает эмоций, но оно всё так же эстетически прекрасно.       Это тело когда-то имело имя – Тодороки Шото. У него была своя жизнь, свои надежды и мечты, планы на жизнь и взгляды на мир. Он хотел так много всего ещё успеть. Тодороки было всего 16. Он уже смог немалого достичь, и к ещё большему стремился. Вся жизнь была у парня впереди – такая длинная и полная возможностей.       Может, всё было бы по-другому, если бы Тодороки Шото осмелился воспользоваться своей левой стороной. Может, тогда бы он развеял этот холод неуправляемым, но восхитительным и ярчайшим огнём. Может, исход боя бы изменился?       Но это уже не важно. Всё это уже не имеет смысла. Не важно, какие страхи и принципы не дали ему выпустить на волю пламя. Не важно, как сильно Шото хотел стать героем и спасать людей. Не важно, что у него была пусть и не идеальная, но семья. Не важно, какие хорошие и преданные были у него друзья. Не важно, как он нужен был миру. Не важно, насколько сильно его любили другие. Исход всё равно ясен. И ничто уже не может измениться. Всё это теперь разрушено. Как лёд расколото и растоптано жестокой судьбой. Ничему уже не суждено сбыться.

Как бы он не хотел жить, как бы не был силён – исход всё равно лишь один. Тодороки Шото больше нет в этом мире.