Надежная союзница

      Снова и снова звенела сталь, вновь и вновь, встречаясь, выбивали искры могучие клинки. Близилась к концу великая битва.       Воительница в черном плаще теснила Повелителя Ада. Никогда еще так не пылало пламя в ее груди, не были так сильны удары! Раз — меч Люцифера вылетел из его руки и со звоном рухнул на багровые каменные плиты. Два — упала и разлетелась вдребезги зубчатая корона. Третий удар должен был раскроить Князя Демонов от плеча до пояса…       Но Люцифер вдруг исчез. Растворился в воздухе, пахнущем серой. Меч воительницы заскрежетал, ударившись о каменный пол; в недоумении оглянулась она — и услышала голос своего врага, доносящийся сразу со всех сторон:       — Дочь моя, тебе меня не одолеть, пока жив хоть один мой союзник!       Громовой хохот сотряс адские скалы и пропасти — и умолк.       Леди Смерть стояла в задумчивости, опустив меч. Победа была уже у нее в руках — но ускользнула; и условие, названное ненавистным отцом, казалось почти немыслимым. Истребить всех его союзников — всех, кто творит зло?       Земная девушка по имени Надежда, быть может, устрашилась бы величию этой задачи. Но с Надеждой давно покончено; ее место заняла Леди Смерть — демоница с пылающим сердцем, чья гордость равнялась лишь неустрашимости. Ей уже не раз приходилось совершать невозможное, и трудные задачи не пугали ее, а влекли.       — Да будет так! — ответила она, воздев меч к грозовым небесам. — Я не сложу оружие, пока не уничтожу все зло на Земле и в Преисподней!       Молния разорвала небо, и высоко над головой прогрохотал гром, принимая ее клятву.       Много веков прошло с тех пор; но и поныне Леди Смерть верна своему слову. Неустанно рыщет она по свету, выискивая и истребляя зло: в глубинах Ада — своими руками и верным мечом, в мире земном — с помощью смертных союзников.       На баррикадах, перегородивших узкие парижские улочки, воины Революции встречали порой прекрасную женщину: грудь ее была обнажена, и ветер трепал гриву белых, как снег, волос. Иногда она сжимала в руке саблю или пистолет, иногда высоко вздымала трехцветное знамя. Она звала — и, забыв о слабости, страхе и сострадании, люди шли за ней: огнем и мечом истреблять зло старого порядка, умирать и убивать за прекрасный новый мир. Свободой звали они ее, не зная ее истинного имени.       На полях сражений, когда чудилось, что исход битвы предрешен, и защитникам родной страны не выстоять против вражеских полчищ — порой над собою в небесах они видели женскую фигуру, мощную и грозную, с подъятым мечом. Она звала — и солдаты с новыми силами бросались в атаку, и безжалостно крошили врагов; а после победы воздвигали своему видению монументы и поклонялись, как богине. «Это Родина-мать!» — говорили они; но кто она на самом деле — не ведали.       Когда судья в напудренном парике поддавался лени или душевной слабости — порой представала перед ним дева суровая и бесстрастная, с пепельными волосами, убранными в строгое плетение, и весами в руке. Беззвучен был ее зов — но сердце судьи его слышало и пробуждалось так, как стряхивает дремоту пришпоренный конь. И, отбросив неуместную жалость, судья приговаривал женщину, забеременевшую вне брака, к наказанию плетьми, и бросал в тюрьму нищего за попрошайничество, и отправлял на виселицу десятилетнего воришку; ибо закон, единый для всех, должен быть исполнен, а зло наказано. «Я служу Справедливости!» — говорил судья, но кому воистину служит — не знал.       Все это была она, Леди Смерть.       И сейчас сопровождает она человечество в его трудах и борениях. Неустанно сражается со злом во всех его обличьях, раз за разом, поднимая меч, разит союзников Люцифера. Задача ее велика и трудна: ведь у зла, словно у гидры, на месте отрубленной головы всякий раз вырастают две новых. Оглянуться не успеваешь, как освободительные войны превращаются в захватнические, поборники свободы — в тиранов, гуманисты — в палачей. Где при старом порядке страдали тысячи — при новом стенают и клянут судьбу миллионы. Будет ли конец этой борьбе? Порой воительница впадает в отчаяние; иной раз даже задумывается о том, что, быть может, в ее тактике кроется какая-то ошибка… Но не такова Леди Смерть, чтобы долго предаваться унынию! Еще пара войн, еще десяток революций, еще сотня казней — и со злом наконец будет покончено!..       А Люцифер в своем тайном убежище наблюдает за дочерью через магическое зеркало и довольно усмехается:       — Наконец-то я нашел подход к этой строптивой кобылке! — говорит он себе. — А как брыкалась! Как визжала, что никогда, ни за что не согласится соблазнять смертных и толкать их на зло!.. Клянусь водами Стикса, никому меня не одолеть, пока на моей стороне такая надежная союзница!