Совет

— Лань Чжань, душа моя, ты это сейчас серьезно? — Да. — Лань Чжань, не шути, пожалуйста, так. — Вэй Ин, я не умею шутить. Помнишь? — Я не могу… — Вэй Ин. — Прости, Лань Чжань. Прости, но я еще не готов встречаться со всеми этими заклинателями. Да и, скорее всего, тебе от моего присутствия на Совете будет только хуже. — Мне все равно. Никто не посмеет и слова против сказать, если ты придешь туда со мной. А, если попробуют, будут немедленно выставлены вон. — Пожалуйста, Лань Чжань, дорогой, пойми. Я пока что не готов ни с кем из них встречаться. — Вэй Ин, ты не можешь прятаться от них вечно. — Могу. И буду. — Я хочу, чтобы ты присутствовал на этом Совете. — Лань Чжань! — Вэй Ин. — Лань Чжань. — Хорошо. Как скажешь. Этот спор, исход которого был предрешен с самого начала, начался очень неожиданно. И так же неожиданно закончился. Все дело в том, что уже завтра Ханьгуан-цзюню, недавно получившему титул Верховного заклинателя, предстоит самостоятельно проводить первый в своей жизни Совет в присутствии Глав. Неудивительно, что он очень волнуется. Ему бы действительно не помешала поддержка кого-то очень близкого. Конечно, есть еще Цзэу-цзюнь. Но, к сожалению, даже он вряд ли сможет помочь. Поэтому-то Лань Ванцзи и хотел, чтобы присутствовал Вэй Усянь. Ну что ж. Видимо, не судьба. Вообще-то, в глубине души Лань Чжань прекрасно его понимает. Ладно. Он сможет справиться со всем самостоятельно. Всегда ведь справлялся. Какой же из него Верховный заклинатель, если не сможет справиться даже с таким простым делом, как совет. Все должно быть хорошо. Все точно будет хорошо. По крайней мере, Второй Нефрит очень сильно на это надеется. Несмотря на данное согласие, по Ванцзи хорошо видно, что он отнюдь не доволен. Его прямая спина и сжатые в тонкую линию губы лучше всяких слов говорят об этом. И вот что теперь делать? Вообще-то, на памяти Вэй У Сяня это, кажется, впервые, когда Второй молодой Господин выглядит разочарованным. Даже слишком. Черт. Это и правда не очень хорошо. Раздраженный Лань Чжань — это что-то новенькое. Тяжело вздохнув и покачав головой, Вэй Ин плавно поднимается из-за стола, подходя к супругу, стоящему у окна, и осторожно обнимает его со спины. Так, чтобы не дай бог не спугнуть. Нет, разумеется, Лань Чжань не из пугливых. Но все же. Испугаться-то он, может, и не испугается, а мечом заедет запросто. Хорошо еще, если не убьет в ту же секунду. — Хэй, Лань Чжань, — У Сянь улыбается уголками губ, укладывая голову на его плечо. — Ты обязательно со всем справишься. И для этого тебе не нужен я. Просто поверь в себя. Также как я верю в тебя. — Длинные и сложные речи не моя стихия. Ты ведь знаешь, — это тот редкий раз, когда в голосе Ханьгуан-цзюня слышится неуверенность. — Все будет в порядке, — в голосе Старейшины Илина же наоборот. — Я буду думать о тебе и поддерживать тебя отсюда. Поверь мне. Хорошо? Выдохнув, Ванцзи будто бы весь уменьшается, на пару секунд опершись спиной на грудь младшего. Всего на несколько секунд. Чтобы хотя бы на такое короткое время почувствовать защиту и поддержку. Раз. Два. Три. Четыре. Пять. А потом резко отстраняется, снова вздыхая. Ладно. Возможно, Вэй Ин и прав. Если для него это так сложно, то лучше не надо. — Ладно, Вэй Ин, — Лань Чжань, чуть улыбнувшись, возвращается к столу. — продолжай, пожалуйста, завтрак. Ну, а мне нужно идти. И еще, — устало умоляет. — Прошу, хоть один денек проведи спокойно. Не заставляй меня переживать за тебя. — Обещаю, — а в глазах его все равно играются чертята. — Я буду вести себя тише воды, ниже травы. Не волнуйся ни о чем и сконцентрируйся на совете. Все будет хорошо. *** В своих белоснежных одеяниях Верховный заклинатель выглядит просто безупречно. В зал для собраний он заходит одним из последних. Тогда, когда все гости, Главы других орденов, уже на месте. Лань Ванцзи медленно и величественно вплывает в сопровождении Цзэу-цзюня и Старейшины Ланя. Лицо его как всегда бледно и спокойно. Ну точно нефрит. Проходя к своему месту, Лань Чжань не перестает сдержанно кланяться всем без исключения. Ему немного страшно и не хватает поддержки. Но не в его положении жаловаться. К тому же на подобных собраниях он бывал ни раз и ни два и видел, как все это происходит. Так что проблем возникнуть не должно. Первым начинает говорить Глава Ордена, приветствуя всех прибывших и попутно передавая слово Второму Нефриту, голос которого едва заметно подрагивает. Хорошо, что стоять не обязательно. Потому что ноги тоже трясутся. Ни для кого не секрет, что Лань Чжань по своей природе очень молчаливый. Неудивительно, что ему сейчас очень трудно. Вдох-выдох, быстрый взгляд в сторону брата, поимка от него ободряющей улыбки и попытка говорить уверенно. Главы, которые, на минуточку, не так давно сами избрали его, смотрят с некоторым недоверием. Ну, это и не удивительно. Кроме всего прочего все ведь знают, чьим мужем он является. К Верховному заклинателю, связавшему себя узами брака со Старейшиной Илина, нужно присматриваться. За ним нужно следить. Нет. Второй Нефрит Ордена Гусу Лань ни разу не сделал ничего, что бы противоречило нормам морали. Даже когда стоял против всех рядом с Вэй У Сянем. Однако спокойствие на совете длится от силы час-полтора. Впрочем, ничего нового. Глава какого-то малюсенького ордена высказывает недовольство предложением разрешить использовать амулеты всем желающим. Ну разумеется. Это же придумал Вэй У Сянь. Да и что тогда будут делать заклинатели? Начинается спор. Очень громкий и оживленный спор, который вот-вот готов перерасти вот что-то более серьезное. Все попытки успокоить с треском проваливаются. Ханьгуан-цзюня просто не слышат. Или не хотят слышать. Что ж, придется справляться с этим своими силами. Выбор остается только один. Легкий взмах руки, и в воздухе появляется гуцинь, который практически сразу все заканчивает. Тихая, но уверенная мелодия заставляет абсолютно каждого мгновенно замолчать и обернуться на звук. К сожалению, до этого момента Ханьгуан-цзюнь и не предполагал, что его новая роль такая трудная. Чего стоят только эти встречи с заклинателями, которые в глаза улыбаются, а за спиной строят козни. Думают, как бы отхватить побольше от самого молодого Верховного заклинателя. Собрание длится непозволительно долго. Дольше, чем обычно. Практически до 11 часов вечера. К концу голос Ванцзи постепенно становится тише, вскоре норовя окончательно исчезнуть. Не очень приятное ощущение, по правде говоря. Если бы кто-нибудь знал, как он устал. Хочется уже поскорее все завершить и вернуться в Цзинши. Туда, где его ждут исцеляющие объятия мужа. — Господа, — качнув головой, Второй Нефрит плавно поднимается со своего место. — Уже очень поздно. Если мы еще не решили все ваши вопросы, предлагаю продолжить завтра. Благодарю всех за то, что пришли и, пожалуйста, располагайтесь в выделенных для вас комнатах. Еще около полу часа уходит на то, чтобы дождаться, пока все гости, поклонившись Верховному заклинателю и Главе Ордена Лань, разойдутся. Только после этого они смогут тоже уйти. Так гласят правила. Лань Чжань делает пару шагов и чувствует, что ноги, кажется, перестают держать. Все-таки сегодняшний день был слишком напряженным. Даже идти трудно. И голова неожиданно сильно кружится. — Ты в порядке, Ванцзи? — когда в зале уже никого не остается, Сичэнь аккуратно прикасается к его плечу. — Выглядишь порядком уставшим. Возвращайся к себе, отдохни хорошенько. Думаю, с остальным я самостоятельно разберусь. — Спасибо, — похоже, все действительно плохо, если он даже сопротивляться не стал. Да и язык едва ворочается. — Но, думаешь, у меня есть время на такую роскошь? — нет. Все-таки все, как обычно. — Ванцзи, уже ведь, действительно, поздно, — Глава ордена качает головой, подталкивая младшего к выходу. — Иди ложись уже спать. К тому же, думаю, тебя ждет молодой Господин Вэй. На пару секунд Второй Нефрит нерешительно замирает, но, поймав уверенно-спокойный взгляд, кивает и, уважительно поклонившись, медленно отправляется на выход. Остается только надеяться, что ноги не подведут раньше времени. Грохнуться в обморок перед всем кланом как-то не очень хочется. Голова с непривычки слишком сильно болит. И как он только умудрился не уснуть в 9 часов? К счастью, снаружи уже практически никого нет. Все разбрелись по своим покоям. Это хорошо. Потому что Ванцзи чувствует, что не дойдет. Остановившись на пару секунд, он опирается на перила и прикрывает глаза. — Лань Чжань! Ноль эффекта. Хотя такой громкий крик в полной тишине должен был удивить и разбудить кого угодно. В прямом смысле разбудить. Потому что кое-кто, похоже, в таком положении и задремал. — Лань Чжань. Эй, — вышедший встречать своего супруга Вэй У Сянь обнаруживает весьма интересную картину, которая в следующую минуту заставляет его всерьез забеспокоиться. — Что с тобой? Лань Чжань! К счастью, очередной окрик все-таки заставляет Верховного заклинателя вздрогнуть, вырывая его из полудремы. Он несколько долгих секунд смотрит в одну точку, а потом, глубоко вздохнув, оборачивается к мужу. Но сказать ничего не может. Голос, кажется, окончательно пропал. — Божечки, что они там с тобой сделали? — причитает Вэй Ин, обхватывая старшего за талию. — Давай-ка вернемся в Цзинши. Ванцзи честно пытается собрать в себе остатки силы. Но, несмотря на занимаемую должность и на то, что ему пришлось когда-то пережить, получается это плохо. Тело абсолютно не слушается. Да и духовные силы, по правде говоря, как-то не стремятся восстанавливаться. Видимо от того, что последние несколько дней кое-кто, вообще, не ложился спать. Грустно улыбнувшись и покачав головой, Вэй У Сянь подхватывает мужчину на руки и осторожно несет его в сторону дома. Каким же маленьким и хрупким он сейчас выглядит. И невероятно красивый в своем белоснежном ханьфу. Вэй Ин укладывает его на кровать и присаживается рядом, будучи не в силах отвести взгляд от его спокойного нефритового лица. Такой милый, когда спит. По-хорошему его бы следовало раздеть, но очень уж не хочется тревожить и без того чуткий сон. Интересно, когда в последний раз Верховный заклинатель спал нормально? Да и сегодня у него вряд ли получится хорошо отоспаться. В пять утра же подорвется как обычно. Даже если ему позволили взять небольшой отгул. На три-четыре часа. А потом снова собрание. Не закончили ведь еще. Боже. Как же хочется хотя бы на несколько дней увезти Лань Чжаня отсюда как можно дальше. Не надолго. Чтобы чуть-чуть отдохнул и расслабился. Иначе такими темпами он себя в гроб загонит. Вон, итак от перенапряжения на ногах держаться не может. И бледный весь. Даже больше, чем обычно. Кажется, и глаза с трудом держит открытыми. Того и гляди снова отрубится. Хотя, наверное, это было бы к лучшему. Отдохнул бы маленько. — Вэй Ин? — хриплый голос заставляет Старейшину Илина вынырнуть из своих мыслей. — Что случилось? Как я тут оказался? — Как ты? — вместо ответа интересуется У Сянь. — Хочешь чего-нибудь? — Все нормально, — говорить по-прежнему немного больно. — Может, хочешь перекусить? Или чаю? А, может, просто поспишь? Эти вопросы, как и предыдущий, остаются без ответа. Таков уж Лань Ванцзи, Второй Нефрит Ордена Гусу Лань. Может, не очень хочет. А, может, просто на это нет сил. Все-таки иногда нужно спать. Хотя, конечно, если быть предельно честным, Вэй У Сянь догадывается, почему его супруг в таком состоянии. Черт. Не нужно было быть таким эгоистом и трусом! Если бы он бы рядом, то, возможно, ему не пришлось бы так напрягаться. — Лань Чжань? — снова пробует Старейшина Илина. — Прошу, ответь что-нибудь. Я же переживаю за тебя. — Вэй Ин, пожалуйста, полежи просто спокойно, — шепчет. — Не хочу сейчас разговаривать. — Хорошо, — наверное, впервые в жизни У Сянь сразу же соглашается. — Послушай. Если ты все еще хочешь этого… Я готов завтра пойти с тобой. Ну, если тебе все еще нужно это. Несмотря на то, что, да, нужно, Лань Ванцзи что-то отрицательно мычит. Наверняка это помогло бы, но раз уж Вэй У Сянь отказал в первый раз, то теперь уже не стоит. Теперь будет только хуже, если он неожиданно явится на Совет. Хотя, вполне возможно, Сичэнь и не станет возражать. Впрочем, не стоит об этом думать. — Не стоит беспокоиться, Вэй Ин, — наконец негромко отзывается Лань Чжань. — Это не так уж и тяжело. Нужно только привыкнуть к тому, что нужно много и долго говорить. Ну вот. Кажется предыдущий отказ довольно сильно задел его любимого Второго Нефрита. И что, прикажете, теперь делать? Нет. Внешне он остается таким же. Может, чуть более уставшим. Но все выдает голос. В последнее время Ванцзи стало труднее скрывать в нем чувства и эмоции. В нем ясно слышатся плохо скрытые обида и недовольство. Верховный заклинатель ложиться ровно на спину, закрывая глаза, по привычке складывая руки на груди и тем самым показывая, что дальше разговаривать не намерен. — Ну Лань Чжань, — оставлять все вот так нельзя ни в коем случае. Уж Старейшина Илина-то знает. — Ну не дуйся. Торжественно клянусь, что завтра буду рядом, — ярко улыбнувшись, У Сянь переворачивается на бок, сгребая старшего в объятия. — А пока что засыпай, пожалуйста. — Спокойной ночи, Вэй Ин, — шепотом отзывается Второй Нефрит, кажется, проваливаясь в сон. — И… спасибо. — Спи спокойно, мой дорогой супруг, — легкий поцелуй в уголок губ. — Завтра будет новый день, который мы пройдем вместе. *** — Это Старейшина Илина? — Что он тут делает? — Куда смотрит Цзэу-цзюнь? — Я так и знала, что Верховный заклинатель выкинет что-нибудь подобное. — Он должен уйти. — Это немыслимо. Нет. Это надо было видеть глаза всех собравшихся старейшин и глав орденов. Особенно, глаза Старейшины Ланя. Наверное, только потому, что неожиданное появление Вэй У Сяня ввергло его в такой шок, он промолчал. И Цзянь Ваньин тоже. Тот, вообще, просто сидит и молча хлопает длинными ресницами, сверля взглядом отнюдь не старшего брата. Кому как ни ему знать, что Вэй Ин ни за что бы не подписался на это сам. А значит, все дело в том, что вчера происходило с Верховным заклинателем. В отличие от других, Цзянь Чэн сразу заметил, как тяжело ему было. Видел, как тот едва держался на ногах, когда все расходились по своим покоям. Поэтому… По правде говоря, ему немного жаль Второго Нефрита. Все-таки не завидную должность тот занимает. — Господин Вэй, добро пожаловать, — вскинув руку и призывая всех присутствующих к молчанию, Глава Ордена Гусу Лань вежливо кланяется. — Пожалуйста, присаживайся рядом с Ванцзи. — Цзэу-цзюнь, вы что, позволите ему остаться? — возмущенно интересуется глава небольшого клана Хун. — Разумеется, — в ответ только спокойная улыбка. Видеть все эти злобные взгляды и слышать слова, наполненные ядом слишком болезненно для Вэй У Сяня. Он до сих пор не уверен, что поступил правильно, решившись сюда прийти. Хотя… Наверное, все-таки все правильно. Потому что Лань Чжань рядом с ним выглядит гораздо увереннее и спокойнее, чем вчера. Плечи Второго Нефрита расправлены и голова высоко поднята. Сейчас ему плевать на всех. Пусть говорят, если им так угодно. Или нет. Едва заметно качнув головой, Ванцзи легко кланяется брату и дяде и садится на свое место, усаживая рядом с собой и У Сяня. Кто бы знал, как сильно он сейчас ненавидит этих людей. Будь его воля, Верховный заклинатель бы заткнул их заклинанием. Но, к сожалению, никак нельзя. Даже если очень хочется. — Прошу прощения, — несмотря на то, что Лань Чжань говорит негромко, все все равно замолкают. — Я бы не хотел сегодня затягивать Совет, поэтому… Вэй Ин мой законный супруг, и он имеет полное право тут находиться. А если кого-то что-то не устраивает… — мягкое прикосновение руки заставляет его проглотить окончание фразы. — Лань Чжань, — еще тише шепчет Старейшина Илина. — Все в порядке. Не ругайся с ними. Голоса постепенно стихают, но все равно периодически слышатся недовольные возгласы, поливающие Верховного заклинателя и его мужа грязью. Сдержать себя получается с огромным трудом. Вэй У Сянь так сильно сжимает руки в кулаки, что на ладонях остаются лунки от ногтей. Если честно, то хочется немедленно убежать и спрятаться в Цзинши, пока отсюда все не уберутся. Потому что даже несмотря на то, что его практически полностью оправдали после смерти Ляньфан-цзуня, разговоры не прекратились. Да и чужое доверие так просто не вернуть. Вэй Ин уже действительно хочет уйти, но неожиданно замечает, как сильно побледнело лицо Второго Нефрита и как напрягается его ровная спина. Кажется, ему тоже не по себе здесь находиться. И только Старейшина Илина слышит, как едва заметно подрагивает его голос. — Лань Чжань, — У Сянь аккуратно сжимает чужую руку. Так, чтобы никто не заметил. — Все хорошо. Я рядом, — ну и как можно сейчас уйти? Ему, похоже, не намного лучше, чем ночью. — Может, уйдем? Ты ведь до сих пор чувствуешь себя нехорошо. Ответить своему любимому Лань Ванцзи пока что не может, а потому просто крепко сжимает его ладонь в ответ, едва заметно качнув головой. Он и правда чувствует себя не лучшим образом. Очень трудно оставаться спокойным, когда некоторые до сих пор не могут замолчать. Голова кружится, и очень трудно держать глаза открытыми. Только в обморок свалиться не хватало. Хорошо, что Вэй Ин находится рядом. Правда. Само его присутствие заставляет Лань Чжаня стараться из всех сил. Хотя тому наверняка очень неприятно тут находиться. Может, и не следовало заставлять его идти на Совет. Ну в самом деле. — И последнее, что нам нужно обсудить, это, — но конец предложения тонет в приглушенном кашле, заставляющем вздрогнуть всех, кто находится рядом с Верховным заклинателем. — Прошу прощения, — откашлявшись, говорит Ванцзи и бросает умоляющий взгляд на старшего брата. — Можем мы прерваться не надолго? — кажется, он всеми силами пытается сдержать новую волну кашля. Услышав напряженный голос супруга, Вэй У Сянь тоже вздрагивает, резко обернувшись, вглядывается в бледное лицо, а потом, услышав неловкую просьбу, выжидающе смотрит на главу. — Хорошо, — согласно кивает Сичэнь. — Господа, я прикажу подать вам чай. Давайте прервемся на некоторое время и отпустим Верховного заклинателя немного передохнуть, — знаком руки он велит Старейшине Илина вывести брата, которому с каждой секундой становится хуже, наружу. Пока адепты ордена Гусу Лань разносят гостям чай, Вэй У Сянь, стараясь остаться незамеченным, подхватывает своего мужа под руку, чтобы помочь ему подняться. Легким движением руки он достает талисман и под молчаливое согласие Цзэу-цзюня использует его, чтобы отвлечь всех присутствующих. Не следует никому видеть Верховного заклинателя в таком состоянии. Иначе могут поползти слухи, и кто-нибудь ошибочно решит, что он стал легкой мишенью. Но ведь это не так. В последнее время на него просто так много всего навалилось. Даже такой человек, как Лань Ванцзи, может утомиться. — Благодарю тебя, брат, — одними губами шепчет Лань Чжань и, поклонившись, покидает зал, незаметно опираясь на Старейшину Илина. — Я постараюсь вернуться, как можно скорее. — Молодой господин Вэй, пожалуйста, позаботьтесь о Ванцзи, — вместо ответа просит Лань Хуань. — И заставь его отдохнуть. Думаю, дальше мы справимся без него. Все. Идите скорее отсюда, — мягко улыбается. У Сянь тоже благодарно кланяется и быстренько подхватывает старшего под локоть, утаскивая на улицу. Подальше ото всех этих грязных языков и презрительно-насмешливых взглядов. Разумеется, ему и самому все это ненавистно. Впрочем, сейчас это неважно. Ему-то не привыкать ко всему этому. Другое дело Лань Чжань, который всегда был примером для заклинателей. *** — Ханьгуан-цзюнь! Господин Вэй! Что случилось? — Сычжуй появляется за их спинами действительно неожиданно, к счастью, не забыв про манеры. — Прошу прощения, но вы случайно не заболели? — Все в порядке, — отстранившись и едва заметно улыбнувшись, говорит Ванцзи. — В зале было немного душно и только. Ты почему не на уроках? — Уже все закончилось, — а в глазах его слишком много беспокойства. — С вами точно все хорошо? — Не беспокойся, А-Юань, — Вэй Ин освобождает Второго Нефрита от объяснений. — Лучше принеси в Цзинши чай. Сможешь? Только так, чтобы старейшины и гости ничего не заметили. — Разумеется. Я сейчас принесу, — и как можно быстрее уходит в сторону кухни. *** Как только двери Цзинши закрываются, пропуская внутрь его обитателей, Вэй У Сянь сразу же заставляет Второго Нефрита скинуть верхнее ханьфу и улечься на кровать. Отдыхать сейчас, когда в ордене полно гостей, не самое лучшее время. Но что поделать, если ничего другого не остается? Ханьгуан-цзюнь слишком вымотался и устал. Долгие разговоры всегда давались ему крайне тяжело. Так что… По правде говоря, Вэй Ин, оказавшись вдали ото всех, вздыхает с облегчением. Здесь ему гораздо спокойнее. И, надо полагать, Лань Чжаню тоже. Все-таки нельзя так сразу изменить свой характер. Приглушенный кашель заставляет У Сяня вынырнуть из собственных невеселых мыслей. — Хэй, ты в порядке? — шепотом интересуется он, аккуратно поглаживая старшего по напряженной спине. — Сейчас А-Юань принесет тебе чаю и станет немного полегче. Или хочешь чего-нибудь еще? — Все хорошо, Вэй Ин, — откашлявшись, улыбается Ванцзи. — Голова немного болит. Ты можешь посмотреть, чтобы никто не входил? Даже Сычжуй. Думаю, мне бы не помешала сейчас медитация, — он садится прямо на кровати. — Хорошо, — кивает. — Я тогда тоже пока снаружи побуду. Оставлять Верховного заклинателя одного не очень хочется, но Вэй У Сянь знает, что тот не любит, когда его отвлекают. Особенно во время медитации. К сожалению, характер Старейшины Илина не позволяет ему сидеть долго спокойно, создавая полную тишину. Поэтому-то он и предпочитает уходить на это время, проводя его где-нибудь в лесу с кроликами или в городе. — Вэй Ин, — негромкий голос останавливает его, когда У Сянь уже открывает двери. — останься, пожалуйста. Ну вот и как тут можно отказать? Да, собственно, Вэй У Сянь и не пытался. Уж точно не тогда, когда Молодой Господин Лань выглядит таким несчастным и нуждающимся в помощи. Это же насколько плохо ему должно быть, чтобы он в здравом уме сам показал свою слабость? Вздохнув, младший возвращается и осторожно присаживается рядом, с беспокойством заглядывая в его усталые глаза. — Как скажешь, Лань Чжань, — и опять улыбается так тепло и успокаивающе, что хочется плакать. Но, разумеется, Нефрит старается сдержаться. Еще не хватало тут разреветься. Скоро ведь снова выходить в свет. И, даже если гости ничего не заметят, то Лань Хуань и дядя сразу же обратят на это внимания. Заметят и будут задавать ненужные вопросы. Особенно Старейшина Лань. Поэтому, нет, плакать нельзя ни в коем случае. Да и от этого наверняка будет только хуже. — Но ты уверен, что я не помешаю? — Не помешаешь, — в ответ лишь едва заметное качание головой. — Мне скоро возвращаться, но я не хочу, чтобы ты снова все это слушал. Прости, что все так получилось. Но посиди немного со мной. Пожалуйста? — Это ты прости, что позволил вчера тебе проходить все это в одиночку, — Вэй У Сянь осторожно приобнимает своего супруга. — Все нормально. Лань Чжань, тебе не стоит беспокоиться. Цзэу-цзюнь сказал, что они справятся без тебя. — Но я же Верховный заклинатель! — да уж. Опять упрямится. Ну сколько же можно-то?! — Лань Чжань! — кажется, Старейшина Илина начинает злиться. — Цзэу-цзюнь — глава ордена, и он сможет один разок заменить тебя. А тебе стоит отдохнуть хорошенько. Пожалуйста! Не могу видеть, как ты убиваешь себя. — Вэй Ин… Разговор прерывает стук в дверь, а потом появляется встревоженный Сычжуй. Он окидывает взглядом комнату, замечает настроение, быстро ставит чай на стол и, поклонившись, убегает. Кажется, у отцов идет не простой разговор и, наверное, не стоит им сейчас мешать. — Лань Чжань, пожалуйста, — как только за учеником закрывается дверь, младший вновь начинает. — Ну я прошу тебя. От долгого спора голова начинает болеть с новой силой, заставляя Второго Нефрита поморщиться и опустить глаза вниз. — Лань Чжань! — У Сянь тут же перестает кричать. — Что такое? — Пожалуйста, Вэй Ин, не кричи, — умоляюще просит. — Хорошо. Если ты так настаиваешь, то я останусь тут. Но только если и ты никуда не уйдешь, — это последнее слово Лань Ванцзи. — Если ты этого хочешь, то я не смею отказать, — поднявшись с кровати, он отходит к столу. — Иди сюда. От чая станет немного легче. А потом ляжешь в кровать и постараешься уснуть. Хорошо? — спрашивает, наливая кружку. — Вэй Ин, спасибо. Я люблю тебя, — немного смущенно шепчет Лань Чжань, благодарно улыбаясь младшему. — Прекрати меня благодарить. Это пугает, — смеется ВэЙ У Сянь. — И… я тоже тебя люблю. Ни о чем не переживай. Все будет хорошо. — И все равно спасибо.