Близость

«Когда свет настолько яркий, что испепеляет тебя, не остается ничего, кроме как потушить его».

      Первое впечатление зачастую бывает ошибочным, иногда стоит дать человеку шанс раскрыться с другой стороны, так я думал раньше, но сегодня мое мнение резко изменилось. Не знаю, как я смог впихнуть себе в глотку дорогой стейк, если учесть, что вид молодого человека напротив вызывал у меня рвотный рефлекс. Кофе мне тоже показался пресным, хотя я люблю капуччино, особенно с кокосовым сиропом. И откуда моему шантажисту об этом известно? Да он просто чертов сталкер, а я всего лишь его очередная жертва, обреченная на страдания. Но разве кого-то вроде меня устроит роль овечки? Ну уж нет. Старательно игнорируя липкие взгляды Канды, я медленно пережевывал пищу и тянул время. Мы оба молчали. Атмосфера неловкости повисла над нами, хотя порой мне казалось, что ее ощущаю только я, потому что мой новый знакомый без капли стеснения рассматривал меня, будто на моем лице можно увидеть репродукции картин из Лувра. Я почти физически ощущал этот внимательный взор, от которого становилось не по себе. У меня уже начинался нервный тик от столь пристального внимания, обращенного к моей скромной персоне. Когда-то казавшаяся приятной музыка на фоне теперь стала действовать на нервы, как и вся окружающая обстановка, в которую я совершенно не вписывался в своих драных джинсах и стареньких поношенных кедах. Вдруг Канда резко отвернулся и, произнеся короткое «тч», принялся усердно рассматривать соседний столик, словно там было что-то интересное. Я не понял этого жеста, но решил не докучать расспросами, а, покончив с ужином, схватил со стола бокал и влил в себя все содержимое до последней капли. — Кто тебя учил так пить? Отвратительно. — Канда закатил глаза и, позвав официанта, попросил еще раз наполнить мой бокал, который я снова осушил залпом. Наверное, сейчас мне это было необходимо, на душе сразу стало спокойнее. Резкие черты лица моего спутника как будто сгладились, а мои напряженные мышцы расслабились. — Это твоя вина. Хочу напиться, чтобы завтра ничего не помнить. — Поднявшись со стула, я, пошатываясь, поплелся в сторону выхода. Голова немного кружилась, но даже в таком состоянии мне было мерзко от мыслей о возможной близости с человеком, опустившимся до шантажа. А чего Канда ждал? Если я согласился на его гадкую авантюру, это еще не значит, что отныне буду с ним любезничать. Когда мы все-таки покинули заведение, брюнет буквально затолкнул мою пьяную тушку в машину на переднее сидение и, усевшись рядом, он грубо схватил меня за волосы и приблизился так, что я ощущал на своих губах его дыхание. А этот парень сильный, даже очень. Наверное, сутками торчал в спортзале. Тьфу! — Эй, мелкий гороховый стручок, если ты думаешь, что можешь вести себя со мной таким образом, то ты ошибаешься. Ненавижу самоуверенных и меркантильных ублюдков, думающих, что они самые умные и независимые. Я легко могу сломать тебя. — В глазах Канды плясали чертята, на секунду мне стало действительно страшно, парень говорил серьезно, но так легко поддаваться на его провокации я был не намерен. Пусть у него есть проклятые бумажки, правящие миром, вот только души у этого человека нет. — Буду честен, ты мне противен. Думаю, ты и сам это знаешь. Но я не могу понять твоих мотивов. Неужели кто-то вроде тебя не может найти мальчика в клубе? Зачем весь этот фарс? Или тебе просто нравятся извращения, любишь принуждать людей делать то, что им неприятно? — Я смотрел в глаза ублюдку и не мог там разглядеть ничего. Эта всепоглощающая пустота затягивала меня, привыкшего считывать эмоции людей, как строки из книги, в бездонный омут. Это какая-то магия? — Какая разница, есть мотив или нет. Просто делай то, что я говорю и получай удовольствие. — Канда сократил расстояние между нами, почти коснувшись моих губ, в нос ударил резковатый, но приятный аромат дорогих духов, на мгновение я даже прикрыл глаза и вдохнул этот запах, стараясь уловить каждую его нотку, однако в последний момент оттолкнул брюнета, не позволив случиться непоправимому. На мгновение поддавшись дьявольской магии, мое тело стало почти неуправляемым, но где-то на задворках сознания все еще трепыхалась мысль о неправильности происходящего. Хватка ослабла, поэтому я смог отстраниться. — В чем проблема? Разве ты не согласился на мои условия? — Мы договаривались только на секс, о поцелуях речи не шло. Не хочу и не буду целовать человека, которого не люблю. Это мое условие. — Посмотрев в окно, я взглянул на свое отражение, мысленно чертыхнулся от понимания того, какое идиотское у меня было выражение лица, и похлопал себя по щекам, стараясь выкинуть из головы мысли о своем странном поведении. Пожалуй, если не знать, какой гнилой человек сидит на водительском кресле, находиться рядом с ним было довольно приятно. Казалось, каждая деталь его образа создавала неповторимый стиль и прекрасно гармонировала с остальными, парень не позволял себе выглядеть неопрятно: одежда чистая, аккуратно выглаженная, ногти коротко подстрижены и никакой грязи под ними. Я ничего не смыслил в моде, но тут и невооружённым глазом видно, что Канда в ней неплохо разбирается. Даже чёртовы духи и наручные часы с крупным циферблатом дополняли немного строгий и лаконичный образ. Уставившись на свои кеды, я ощутил еще большую неловкость и поймал себя на мысли, что до этого вовсю рассматривал шантажиста. — Кхм… Может, уже слишком поздно для того, чтобы делать это? — Заткнись! Раздражаешь. И не пялься на меня, я куплю тебе новую одежду. Куда приятнее стягивать с тебя дорогую рубашку, чем драное тряпье. — Канда неожиданно для меня нажал на газ, я даже не заметил, как он переключил передачу, поэтому едва не словил инфаркт. Автомобиль несся с такой скоростью, что мне казалось, мы вот-вот куда-то врежемся, но мой новый знакомый ничуть не переживал по этому поводу. Похоже, он еще и автогонщик. Какая многогранная личность, ей богу! — Да сдались мне твои шмотки. Просто держи рот на замке, это все, что нужно от тебя. — Придя в себя, я все-таки ответил. Наверное, со стороны могло показаться, что у меня замедленная реакция. Еще бы! Не спать больше суток и провести вечер в компании извращенца, любой бы свихнулся. Мне хотелось одарить своего «друга» парой колких фраз, но в этот момент машина резко затормозила, и я, забыв пристегнуть ремень безопасности, чуть не ударился головой о лобовое стекло. Благо, реакция у меня отменная, поэтому жертв удалось избежать. Мы остановились возле небольшой современной виллы, огражденной кирпичной стеной. Волнение усиливалось. Я даже не знал, где мы находимся территориально. Бежать некуда, оставалось только цепляться за последнюю спасительную ниточку. — Послушай, я не думал, что ты зайдешь так далеко, но этот розыгрыш уже не смешной. Давай договоримся, мы просто забудем об этом вечере и начнем все с самого начала. Быть может, даже станем друзьями? — Друзьями? С тобой? Ничего тупее не слышал. — Канда ухмыльнулся так, что мне вдруг стало жутко, словно я сидел в машине с маньяком, который заманивал своих жертв в комфортабельную виллу, а потом прямо там расчленял их. Тем временем парень заехал в гараж и вышел из машины. Мне не оставалось ничего, кроме как последовать его примеру. Я подписал себе смертный приговор, согласившись играть по правилам этого придурка, а стоило хотя бы попросить время на обдумывание. Злясь на себя и на весь мир, я захлопнул за собой дверцу и на негнущихся нога поплелся за хозяином виллы.       Оказавшись в гостиной, я начал разглядывать интерьер, он оказался куда проще, чем я ожидал, все было выдержанно в одних тонах, без лишней роскоши, но просто и со вкусом. Что касается предметов декора, то они почти отсутствовали. На стенах висела парочка странных мрачноватых картин, на одной из них было изображено некое подобие ада, а другая мне понравилась куда больше, пусть я и не совсем понимал смысл, заложенный в этой абстракции. Но особенно меня заинтересовали бронзовые статуэтки над камином, которые можно использовать для самозащиты. Один удар по голове такой штукой вырубит даже Канду. Пока я рассматривал детальную проработку скульптур, чьи-то руки обвились вокруг моей талии, а спустя мгновение я почувствовал на своей шее горячее дыхание, обжигающее кожу. По телу пробежала неприятная дрожь, а ладони снова сжались в кулаки. Моя дорогая Линали, если бы ты знала, как я отвратителен сейчас. Страх ледяной волной обрушился на меня, а отчаяние все сильнее поглощало мою душу. Холодные пальцы Канды уже проникли под футболку, блуждая по моему телу. Я действительно сделаю это? С каждой секундой парень все увереннее скользил руками по моей коже, словно подготавливал почву для дальнейших действий. Меня передернуло от отвращения, хотелось стереть с себя каждый невидимый след, оставленный Кандой. Чужие губы коснулись моей шеи, я задержал дыхание и прикрыл рот ладонью, чтобы не позволить истошному воплю моей души вырваться наружу. — Противно, да? Я бы и рад не делать этого, но не могу. — Голос Канды стал непривычно мягким, таким непохожим на тот, что я слышал сегодняшним вечером. В нем чувствовалась доля понимания и сочувствия. Немного расслабившись, я развернулся лицом к брюнету и хотел что-то сказать, но стоило мне поймать на себе его взгляд, как мое тело остолбенело. В этих глазах бушевал настоящий ураган. Кажется, еще совсем недавно я говорил про то, что не могу распознать эмоции Канды, но что изменилось за столь короткое время? Душа человека так многогранна, поэтому бывает сложно разглядеть все, что скрывается под личиной целомудрия и покорности, но чтобы за пустотой скрывалась буря, такое я видел впервые. Наверное, именно этот взгляд стал причиной появления моего самого сокровенного желания, зародившегося под покровом ночи. Желания, испепелившего мое сердце и заставившего продать душу дьяволу. Любопытство до добра не доводит, правильно говорят, ведь стоило мне увидеть удивительные глаза человека, так грязно обошедшегося со мной, как я понял, что больше всего на свете хочу разгадать его, понять мотивы и узнать все тайны, скрывающиеся за маской безразличия.       Я не хотел разговаривать, потому что боялся, что стоит мне открыть рот, как из него выльется поток брани. Будь этот парень хоть трижды красавчиком, мое сердце жаждало любви, а не секса с человеком, которого я совсем не знаю, да еще и мужчиной. Вдруг Канда подхватил меня на руки, как какую-то девчонку, и понес к кожаному дивану, а это не предвещало ничего хорошего. И снова аромат духов гипнотизировал меня, противоречивые чувства овладевали моим сознанием, заставляя сходить с ума. Тишина раздражала, ведь я слышал каждый вздох брюнета, его каждое прикосновение ощущалось в тысячу раз острее. Мысль о Линали все четче всплывала в моей голове. Что я позволяю делать проклятому шантажисту? Почему он прикасается ко мне, почему его губы обжигают мою кожу? Канда толкнул меня на диван, а сам навис сверху, стягивая с меня футболку и расстегивая пуговицы на своей рубашке. Избавившись от ненужного элемента одежды, мой новый знакомый снова поцеловал меня в шею и уверенно заскользил пальцами по моему торсу, вынуждая то и дело вздрагивать от странных ощущений. Тело начало реагировать на ласки, но тяжелый груз на сердце не давал покоя. Впервые я ощутил брюнета так близко, между нами не осталось никаких препятствий, я чувствовал тепло его бледной кожи и, глядя в потолок, думал, как докатился до такой жизни. Послышался звук расстегивающейся молнии, заставивший меня напрячься. Ладонь Канды скользнула под мои боксеры… Вытерпеть такое оказалось сложнее, чем можно было представить. Оттолкнув парня и в сотый раз за день чертыхнувшись, я попытался отыскать взглядом свою футболку, но, не найдя ее поблизости, схватил с пола рубашку брюнета, побежал в сторону двери, которая оказалась закрыта. Тогда я зачем-то начал колотить ее, словно это хоть как-то поможет. Пока я тщетно ломился наружу, ко мне подошел Канда. Осмотрев меня с ног до головы, он тяжело вздохнул и, достав из кармана ключи, отворил входную дверь, позволяя мне сбежать. Я замешкался на мгновение, удивившись спокойствию хозяина виллы, поэтому непонимающе взглянул на него. — Проваливай! — Парень толкнул меня и захлопнул дверь прямо перед моим носом. Какое-то время я смотрел на нее, пытаясь осознать, что произошло, а потом, придя в себя, поспешил покинуть вражескую территорию. Нет, я все-таки не смог перебороть себя. Даже ради Линали.

***

      Бредя по незнакомым кварталам, я думал о том, что произошло со мной. На душе было до безобразия мерзко, а в голове все перемешалось. «Проваливай!» — отдавалось в моих ушах, разгневанное лицо, что я видел перед собой, выглядело так прекрасно. Эмоции поглощали меня. Почему в такую минуту я вспоминаю этого странного парня, от вида которого берет дрожь? Неужели в нем есть что-то, заставившее меня засомневаться в своих убеждениях. Я закрыл глаза, в голове всплыли воспоминания прошедшего вечера, образ Канды, обрывки его фраз, мимика, жесты… Водоворот событий унес меня в глубины подсознания, заставив вспомнить то, что я больше всего хотел забыть… ~~~~~~~~~~~~~ Брумфилд. Графство Эссекс. Лето 2008 года       Туман окутал город тонкой вуалью, легко скрывающей все на расстоянии нескольких метров, но я знал, что за металлической оградой находился прекрасный мир, который мне так хотелось увидеть. Дымчато-серое небо растворялось в бескрайней мутной пелене, обволакивающей каждый листочек, каждую веточку. Я сидел на скрипучих качелях, рассматривая рыхлую землю под ногами. Почва здесь была влажная, но не глинистая, тем не менее, она сильно прилипала к обуви, поэтому нас редко отпускали гулять в такую погоду, а если находились смельчаки, позволяющие себе наглость уйти без разрешения, их заставляли до блеска начищать полы по всему зданию приюта. — Аллен! Снова сбежал, негодник! — Ко мне спешила послушница, в который раз причитая о том, какой я проблемный ребенок. Ее некрасивое лицо мне уже снилось в ночных кошмарах. До чего же оно странное: впалые щеки, редкие белесые брови и водянистые серо-голубые глаза, обрамленные светлыми ресницами. Мне никогда не нравилась Анна, но, надо признать, ее терпение было поистине ангельским. — Святой отец, дай мне сил справиться с этим пройдохой. — Вы серьезно верите, что Бог существует? Видя, как страдают невинные, а озабоченные наживой богачи отбирают у них последние крохи, складывая в свой бездонный карман. Вся эта вера — чистой воды вымысел, вам промывают мозги, обещая прекрасное будущее в раю взамен на страдания на земле. Только вот после смерти ничего не будет, никакой награды за безгрешное существование, которое вы зовете жизнью, лишь пустота, ноль. Но даже если Бог есть, мне плевать на него, потому что он оставил меня, как и Вас. — Я посмотрел вдаль, но наткнулся на пелену тумана, укрывающую от меня все, что находилось за пределами приюта. — Боже милостивый! Вдруг кто-то услышит тебя! — Анна огляделась по сторонам и, тяжело вздохнув, прошептала. — Аллен, я знаю, что ты хороший мальчик, но никогда не говори так, ведь Господь все слышит, понимаешь? Его прощение заслужить непросто, мы все грешны перед ним, поэтому стремимся очиститься от пороков, чтобы после смерти попасть в Рай. Каждому на его жизненном пути выпадают препятствия и соблазны, это для того, чтобы проверить силу нашей веры. — Очиститься? Даже самый жалкий вор или пьяница куда чище, чем люди, которые обитают в этом проклятом месте. ~~~~~~~~~~~~~       Я услышал, как позади меня засигналила машина, и вздрогнул от неожиданности. Радовало то, что кто-то вырвал меня из пучины жутких воспоминаний. Мое сердце колотилось как бешеное, а ночной город выглядел таким мрачным и угнетающим, что по телу пробежала сильная дрожь. Почему именно сейчас, спустя столько лет, я вспомнил детство, проведенное в католическом приюте Святой Марии? Впереди меня ждала долгая дорога домой, клонило в сон, а окруженная деревьями трасса не выглядела безопасной, но это лучше, чем снова, пусть даже мысленно, попасть в те проклятые стены. — Эй, парень, ты меня слышишь? Все в порядке, может, подвезти? — услышал я знакомый голос и обернулся. Видимо, тот самый водитель, который вывел меня из размышлений, уже не в первый раз пытался докричаться. Стоило хотя бы проявить вежливость и ответить, вот дурак! Но, увидев, кто сидит за рулем, я был удивлен еще больше. Это оказался мой преподаватель — Тики Микк. Честно говоря, его пары не были моими любимыми, но я упорно посещал их и старался сдавать все вовремя. — Погодите, а ведь я знаю Вас. Мистер Уолкер, верно? С факультета рекламы и связей с общественностью, кажется. — Доброй ночи, сэр, прошу прощения, я пойду… — Мне хотелось поскорее скрыться отсюда, еще не хватало, чтобы преподаватель увидел меня в таком виде: расстегнутая мужская рубашка на размер больше, чем я ношу, и наверняка взъерошенные волосы. — Постойте, садитесь в машину, я подвезу. Вижу, у Вас что-то произошло. И прошу, обращайтесь ко мне по имени, сейчас мы просто знакомые, а не преподаватель и студент. — Тики доброжелательно улыбнулся, и я вмиг почувствовал себя так хорошо, так спокойно. Не похоже, что преподаватель собирается читать нотации, поэтому мне ничего не оставалось, кроме как сесть в машину. Какое-то время мы ехали в молчании, но я заметил, что Микк хочет что-то спросить у меня, это было понятно по его напряженному выражению лица. Наверное, будь атмосфера не столь угнетающая, я бы продолжал игнорировать желание мужчины задать вопрос, но сейчас было необходимо разрядить обстановку, да и мне показалось, мужчине можно довериться. — Спрашивайте. — Мой голос прозвучал хрипловато, не хватало еще простудиться после ночных прогулок. В отличие от большинства студентов мне приходилось выкладываться в разы больше, чтобы продолжать получать стипендию, а любая болезнь может сильно помешать учебе. — Тяжелая ночь была? Честно говоря, я подозревал, что тебе нравится Мисс Ли. — Тики странно усмехнулся каким-то своим мыслям, а я прикусил губу, не зная, как ответить на вопрос. Что преподаватель ожидает услышать от меня? — Вы правы, в некотором смысле. Мне она действительно нравится. Даже больше, чем просто нравится. Все так сложно. — Последнюю фразу я произнес совсем тихо, с ноткой отчаяния. И снова перед глазами всплывал образ Канды и его диковатых красивых глаз. Почему этот парень никак же желает покидать мою голову? Душевная травма, вызванная неприятной близостью, настолько велика? — Тогда что ты делал в гостях у молодого человека? Не спрашивай, как я это понял. Какое-то время мне довелось подрабатывать помощником детектива прежде, чем я начал преподавать. Давно, когда еще был студентом. На днях мне исполнилось тридцать четыре, а я пишу кандидатскую и не понимаю, зачем все это нужно. Прошлая работа устраивала меня куда больше, чем толпы богатеньких студентов, которые не знают, для чего им степень бакалавра. — Микк смотрел на дорогу, но у меня появилось ощущение, что на протяжении всей поездки меня внимательно разглядывали. Я начал вяло застегивать рубашку, хотя сил не оставалось даже на это. — Все просто. Кровоподтеки на шее, сделаны совсем недавно, очень похоже, что во время секса, мужская рубашка хорошего качества размера «M», слишком большая и совсем не сочетается с дырявыми джинсами из секонд-хэнда, вряд ли ты взял ее у старшего брата своей девушки. Отсюда я делаю вывод, что у тебя было свидание с молодым человеком. Я прав? — Ха-ха-ха, почти во всем. Только вот рубашку я действительно взял у брата моей девушки. — Впервые за весь день я рассмеялся. Несмотря на то, что моя жизнь покатилась к чертям, оптимизм во мне не угасал. Это ж надо было так попасть в точку. — Меня шантажирует кузен Линали, собирается рассказать ее отцу про наши отношения. Но я не хочу этого, иначе ее отправят учиться в США. Мои опасения не беспочвенны, Мистер Ли уже планировал сделать это, когда Линали отказалась знакомиться с Чарльзом Брауном. Цель ее родителей — удачно выдать дочь замуж, а я всего лишь мальчик из приюта. По мнению мистера и миссис Ли, она должна быть с человеком ее же статуса. — Тот парень предлагал секс в обмен на молчание? Это отвратительно. — Брови Микка поползли вверх, когда он услышал мою душещипательную историю. Может, я зря все рассказал? Не стоило вмешивать в личные дела посторонних людей. — Но ты можешь обратиться к местному участковому. Шантаж — дело подсудное. — Нет, не могу, — слишком резко ответил я, но уже через секунду мысленно задался вопросом, почему моя реакция была столь категоричной. Ведь сам же хотел избавиться от Канды. Так в чем дело? Неужели этот парень чем-то зацепил меня? Бред! Быть такого не может. Тогда… — Просто мне кажется, с кузеном Линали что-то не так. И сначала необходимо разобраться, что именно. Он странный, у него точно есть тайна, которую он скрывает. Эти глаза… Я уже видел их раньше. — Видел? О чем ты говоришь? — Тики все больше удивлялся моему рассказу. Наверное, его можно понять. Я и сам только спустя несколько секунд понял, что сказал правду. Но едва ли мне еще раз захочется встретить Канду в жизни, чтобы копаться в его прошлом. Быть может, идея с участковым не такая уж плохая? Откинувшись на спинку сидения, я прикрыл глаза, выходит, мой новый знакомый еще и засосы на шее оставил. Только этого не хватало. Чего он добивается? Что ему, черт возьми, нужно от меня? «Секс, ничего более, » — пронеслось в голове голосом Канды. «Пошел к черту!» — мысленно ответил я. — Не знаю, мне кажется, это переутомление. Вот посплю часок-другой и приду в норму. Спасибо, мне стало легче, когда выговорился. — Я натянуто улыбнулся, поставив в разговоре жирную точку. Не хотелось продолжать больную тему.       Мимо проносились дома. Сначала это были, в основном, виллы и коттеджи, огражденные высокими стенами, затем их постепенно сменяли многоэтажки, я начал понимать, где мы находимся. В машине играла ритмичная ненавязчивая музыка, после пяти минут ее прослушивания уже хотелось отстукивать в такт. Выговорившись, я действительно почувствовал облегчение. Едва ли у меня хватило бы смелости рассказать обо всем Линали или кому-то из друзей. В конце концов, я позволил Канде прикасаться ко мне, раздевать и целовать, пусть и не в губы. Мы были непозволительно близко друг к другу, это можно с уверенностью назвать изменой. Могу ли после такого я встречаться с Линали? Хватит ли совести скрывать все от нее? Сердце забилось быстрее… Нет, не смогу. Неужели после того, что Канда делал со мной, мне придется порвать с возлюбленной?