Вопросы честности

- Негодяй! Сволочь! Подонок! Да я тебя сейчас, гаденыш! – громко кричал пожилой седой мужчина, грозя тростью, зажатой в руке, - Уххх, гаденыш! Ты! Из-за тебя!       Он стоял посередине светлой, просторной, дорого обставленной гостиной в особняке Виталия Сергеевича Селиверстова. Хозяин дома стоял прямо перед ним метрах в пяти, злой, с багровым лицом, сжатыми кулаками, натянутый как струна. В дверях, ведущих в большой холл, стояла молодая женщина с длинными, густыми каштановыми волосами и пронзительными зелеными глазами, которые метали молнии в сторону пожилого мужчины, которым был, конечно, Валерий Сергеевич Пушкарев. Прямо за ним, прижав платок к груди, лишь изредка вытирая слезы, всхлипывала Елена Александровна, а в углу, за камином, вжался в стенку Николай Зорькин. Он был тих, но бросал не менее гневные взгляды, чем все присутствующие. - А ТЫ!!! – взревел Валерий Сергеевич, увидев, что в комнату входит высокий немолодой брюнет в деловом черном костюме, - Ты что мне обещал, мерзавец????! ВОТ ЭТО ВОТ??! – он схватил с журнального столика мятый листок бумаги и потряс им в руке, - ТЫ куда смотрел??! - Валерий Сергеевич, - спокойным тоном начал вошедший, - я обещаю Вам, что мы найдем Катерину в ближайшее время. В конце концов, она уже не ребенок и сможет прожить некоторое время в Москве самостоятельно.       Он был серьезен, собран, когда он смотрел на отставного военного, взгляд стал жестким, но грубить было не в его правилах. - Гена! Гена! А ктоооооо, позволь спросить, довел то до ЭТОГО, а? Не вы все что ли? Ты, зараза, где этого женишка выискал? – он снова повернулся к зятю и одарил того гневным взглядом. - Валера, перестань! Катенька же сама нам говорила вчера, что все хорошо, Миша ей нравится… - запричитала за спиной полковника его жена. -ПЕ-РЕ-СТАТЬ??? – по слогам повторил Пушкарев, - Лена, ты в своем уме? Этот голодранец свел в могилу нашу дочь, а теперь чуть силой не отдал внучку замуж за неизвестно кого! Ты предлагаешь мне ПЕ-РЕ-СТАТЬ????!       Женщина заплакала еще сильнее - Нашли голодранца, - зло фыркнула Анжела из дверей, а Пушкарев начал багроветь еще сильнее. - Анжела! – закричал Селиверстов, - Сейчас же иди наверх! Я сказал!!       Женщина удивленным непонимающим взглядом посмотрела на мужа, но, притопнув каблуком, удалилась. Она никогда еще не видела его таким и решила лишний раз не испытывать судьбу. - Валерий Сергеевич, - напряженным тоном Виталий обратился к тестю, - Михаил отличный молодой человек, он бы стал прекрасным мужем для Катюши, и она была к нему благосклонна. Подготовка к свадьбе шла 2 месяца, и все это время Катерина не выказывала мне какого-либо недовольства. И я не знаю, что случилось за час до регистрации, что она сбежала!!! Селиверстов был зол не меньше Пушкарева. Буквально пару часов назад он ругался со своим, теперь уже бывшим, компаньоном Алексеем Борщовым, а до этого ему пришлось пережить публичный позор отмененной свадьбы дочери. Сейчас его мало заботило все окружающее, но совесть не позволяла выставить старого полковника из дома, хотя стоило бы, как он думал. - Ты как был сволочью, так и остался, Виталя! Что Ларку нам сгубил, что… - А ты, ты то что, Валера? – резко перебил его зять, окончательно потеряв терпение, - У тебя чтоли в семье все хорошо? Женщинами командуешь, полковник? Да они же на тебя рот раскрыть боятся. Девчонок зашугал и рад, да? Ларку вспомнил? А я расскажу тебе про Ларку! - Виталя! – резко перебил его Выхин. - И про Катьку тебе расскажу! – громко прошипел Селиверстов, немного остудив пыл, - Вот найду ее и расскажу! А теперь вон отсюда.       Взгляд хозяина дома стал максимально угрожающим, Пушкарев помедлил, а потом, смачно плюнув прямо на пол, себе под ноги, гордо удалился. Елена Александровна тихонько ахнула, виновато посмотрела на зятя и пошла вслед за мужем. Зорькин последовал за ними, а Геннадий, проводив его задумчивым взглядом, привычным движением достал рацию: - Ваня, увези Пушкаревых на квартиру, и позови Лену в зал, тут нужно вымыть пол. - Пошли в кабинет, - тихо позвал его Селиверстов, покосившись на лестницу, ведущую на второй этаж. Зайдя в кабинет, Виталий первым делом плеснул себе коньяка в пузатый бокал, залпом выпил и упал в большое коричневое кожаное кресло у стола. - Это какой-то кошмар, - задумчиво проговорил он, - Я уже ничего не понимаю. Выхин молча стоял у стола и сосредоточенно смотрел на шефа. - Что у тебя? – наконец спросил Селиверстов, поднимая на него глаза. - В это время, плюс минус, конечно, из ворот выехали четыре машины такси и джип Андрея Жданова, это сын Павла Жданова, президента «Зималетто». - Проверили? - Проверяем. Но деньги она с карты точно сняла, в банкомате на въезде в город. - Много? - Все, что были. Молодец. Ей пока хватит, я буду держать руку на пульсе, не переживай. - Охх, я думал, Катька умнее… А она… - Виталий Сергеевич… - укоризненно начал Геннадий. - Нет, не надо, не продолжай. Ты знаешь, что делать. Все проверишь, мне сообщишь сразу же. Слышишь? Сразу же! В любое время. - Понял, - коротко ответил Выхин и вышел за дверь. *** - Лена, Лена! Ты понимаешь, что мы натворили?? – не унимался Пушкарев, когда они втроем зашли в квартиру, в которой жил Коля, - А я говорил! Говорил, что нельзя Катерину в Москву отпускать! Папаша, понимаешь ли, этот! Черт бы его побрал! Убил бы!       Квартира была двухкомнатной, довольно просторной, уютной, но со старым ремонтом и желтоватыми обоями, находилась на 4 этаже в обычном кирпичном доме недалеко от центра и станции метро. Коля за все время, что там жил, особо ничего не менял. У него никогда не водились деньги, чтобы сделать что-то масштабное, а в этой скромной квартирке его устраивало, по крайней мере, то, что отец Кати не брал с него ни рубля ни за проживание, ни за коммунальные услуги. И даже пару раз в месяц присылал домработницу, которая протирала пыль, пылесосила, мыла полы. О таком Коля мог только мечтать.       Пушкаревы приехали на свадьбу Кати позавчера и сразу остановились у него, потому как Валерий Сергеевич имел крайне натянутые отношения с зятем, и совместное проживание грозило перерасти в нешуточную бурю. Саму невесту, правда, накануне свадьбы удалось увидеть только мельком. Катерина забежала к ним вчера в полдень, они все вчетвером быстро попили чай, и девушка убежала вниз, где ее уже ждала Анжела. А сегодня начался кошмар.       Полковник сел на стул в довольно светлой, аккуратной кухне, картинно прижал левую руку к груди и пустился опять в свои возмущения: - Что она там написала? «Миша мне противен»? Во-о-от до чего девку довели! Где он этого Мишу взял? Чтоб довести до дезертирства! А ведь если бы не ты записку нашла, мы бы и не узнали ничего! Это ж надо так! Вот пусть только вернется Катерина! Я ей такую Колыму устрою! Взяли моду! - Ой, Валерочка, а может, она к нам придет, сюда? – с надеждой в голосе пролепетала Елена Александровна. - Вернется! Как же! Ты видела доброго молодца, который нас привез? Ждать, сказал, будет! Во! Думаешь, он Катьку до нас пустит? В бараний рог свернет и па-а-а-апеньке доставит. Будь проклят тот день, когда этот сопляк пришел служить в нашу часть!       Коля мрачно смотрел на все происходящее, стоя в дверях кухни, но не ушел. - А ты! Дружок называется! Куда смотрел то? – обратил на него внимание Пушкарев, - Или хочешь сказать, что она тебе ничего не говорила? На что ты вообще сюда поехал с ней? - Я, дядь Валер, к ней в няньки не нанимался, - серьезно ответил Коля. - О, Лена, погляди на него! Молодежь нынче пошла! Или, может, ты за одно с ее папенькой дражайшим? А? Пригрелся тут на дармовой квартирке. Что, Колюня, отвечай! - Может и за одно, не вам меня судить. Но, если хотите знать, Катя меня не горела желанием видеть в последнее время. Так что вы не по адресу, - молодой человек быстро развернулся на пятках и ушел в комнату, плотно закрыв за собой дверь.