Сквозь огонь

«Я всё ещё не могу поверить, что он меня на это уговорил», – заявил Ло, оттягивая воротник рубашки, как будто ему не хватало воздуха. «Не могу поверить, что он нас всех на это уговорил», – произнесла Бонни со вздохом. «Если я не ошибаюсь, это ты сказала, что нам надо сходить», – вставила Перона с укором. «Ну, он ведь сказал, что там будет много хавчика, – Бонни пожала плечами и посмотрела на Кида, расположившегося на сидении рядом. – Можно было бы подумать, что у него рано или поздно заболит челюсть от того, что он ходит с этой людоедской ухмылкой весь день». «Я вот не знаю, почему мы пустили его за руль, – Ло проверил, хорошо ли пристёгнут его ремень, должно быть, уже в энный раз. – Мне он чуть ли не больше нравился, когда был “в шкафу”, а не пытался довести людей до сердечных приступов тем, как объявляет о своей ориентации». Кид пропустил их замечания мимо ушей, хотя они всё же заставили его ухмылку стать ещё шире, если это вообще было возможно. Ло, в общем-то, не ошибался; на данный момент Кид уже раскрыл свою ориентацию всем близким ему людям – он даже позвонил Хиту, чтобы ему рассказать, – и, справедливости ради, он ошеломил большинство из них, если считать друзей Ло. Однако он ещё не рассказывал своей семье, чего он вообще изначально не собирался делать. Не потому, что его волновало, что они подумают – вообще-то совсем наоборот – а именно потому, что ему вообще не было дела. Они уже некоторое время не общались, и Кида это устраивало. До тех пор, пока не пришло приглашение на званый вечер компании его отца, и Кид не увидел в этом идеальную возможность показать своей семье и всем тем чопорным придуркам, работавшим на его отца, метафорический средний палец. Чтобы его задумка сработала, ему было нужно, чтобы Бонни, Перона и Ло составили ему компанию. Уговорить Бонни не составило труда, едва он произнёс слово «еда», но она также поддержала и его задумку. Та, в свою очередь, уговорила прийти Перону. Уговорить Ло оказалось куда большим затруднением, потому что тот не любил носить костюм, как не любил он и застревать на весь вечер в помещении, полном ксенофобов и гомофобов, но ему всё-таки нравилось показывать людям средний палец, будь то метафорически или буквально, так что тот в конце концов согласился. Задумка была простая. Кид явится на приём родителей с Бонни под руку, в смокинге и в «приличном» виде. Его родители будут довольны, во всяком случае, пока не увидят, как она ест. Дальше последует Ло с Пероной. Они понятия не будут иметь, что им уготовлено. Чем больше Кид об этом думал, тем больше рос оскал на его лице, пусть даже от этого уже становилось больно. Его родители не знали, что их ожидает. Кид даже не нанёс свою чёрную помаду, а его волосы были зализаны назад, чтобы ввести их в заблуждение, что он наконец-то готов стать примерным сыном. Это будет просто улётно. Ло, казалось, не хотел выходить из авто – убитая взятая напрокат машина не вписывалась среди сияющих дорогих автомобилей на парковке – но, несмотря на ситуацию, Кид должен был признаться в тайном уголке собственного сознания, что Ло отлично выглядел в костюме. Ну, или выглядел бы, если бы не казался таким несчастным. Кид ткнул его локтем в рёбра, потом протянул руку Бонни. Затея сработает, только если его родители решат, что он пришёл с женщиной. Было почти смешно, как Ло ещё больше приуныл, когда Перона взяла его под руку. Кид решил пока об этом не переживать – хотя он был весьма уверен, что так или иначе за это в ближайшем будущем поплатится. Пока они шли к особняку, Кид заметил, что Бонни была впечатлена. Он мимолётом подумал, захотела ли бы она такой жизни с ним. Ну, то есть, если бы они оба не были гомосексуальны. Кид нажал звонок. Обычно он воспользовался бы входом для слуг, потому что ему никогда не нравилось, когда дверь открывал дворецкий, но сейчас он пришёл впечатлить родителей. А потом удивить их так, что на всю оставшуюся жизнь хватит. Дворецкий открыл дверь. Его безучастное лицо выразило некоторое удивление при виде Кида, его брови чуть-чуть приподнялись. Однако он почти тут же вернул себе невозмутимый вид и сделал небольшой поклон. «Юный мастер Юстасс». Они прошли мимо него, заходя в дом, и Кид услышал, как Ло пробормотал: «Не думай, что я когда-либо тебя так назову». Дворецкий забрал пальто у тех из них, кто был в них одет, и вопросительно посмотрел на Кида. Кид отмахнулся от него рукой. «Я знаю дорогу». Они последовали за Кидом в коридор бального зала, где проводился приём. Бонни сильнее сжала руку Кида, осматриваясь и впечатлённо посвистывая. «Если бы я знала, что ты богатый…» «Фиг я что из этого получу, – буркнул Кид, фыркнув, но тут на его лицо опять закралась широкая ухмылка. – Особенно если сегодняшний вечер пройдёт успешно». «Тебя точно лишат наследства, – прошептал Ло. – Последняя возможность отступить». «Ага, щас». Было по-любому уже поздно, потому что родители Кида заметили его и подошли. В этот раз Киду пришлось покрепче сжать руку Бонни, потому что та заметила подносы с закусками, которые носили туда-сюда лакеи. Он пнул её в голень, пока та не стала вести себя прилично. Мать Кида холодно его поприветствовала, при этом уголки её губ немного приопустились, когда она заметила пирсинг Бонни. Кид ругнулся себе под нос. Как он мог это упустить?! Он так старался создать у них впечатление, что он стал таким, как они хотели, прежде чем разрушить их мечты. Однако Бонни сделала маленький реверанс и сказала: «Приятно с вами познакомиться. Меня зовут Бонни. Бонни Джюэлри». Брови его матери слегка приподнялись. Если честно, это было наибольшее движение, какое Кид видел на её лице за долгое время из-за всего этого ботокса. Была только одна причина, по которой она бы стала так реагировать. «Ты тоже богатая?» – прошипел Кид. Бонни только пожала плечами, потом она по сути была принята в семью матерью Кида. Его отец подошёл к ним, удостаивая Кида лишь кивком. «Дорогой, смотри, кого он привёл, – сказала его мать. – Это девочка Джюэлри». Теперь брови его отца тоже приподнялись, и он нарочито картинно поцеловал ей руку. Кид бросил ей предупреждающий взгляд, когда она состроила гримасу отвращения. Позади них кто-то прочистил горло. «О, так ты привёл… друзей». Мать Кида презрительно осмотрела Ло с ног до головы. Кид заметил, как бровь Ло чуть дёрнулась, а его кулак сжался в кармане брюк, но тот сохранил самообладание. Кид едва успел представить Ло и Перону, прежде чем его родители потеряли интерес и пошли приветствовать других гостей. Кид издал вздох. «Что ж, хотя бы ты им понравилась, – он посмотрел на Бонни. – Ты никогда не говорила, что ты богатая». Бонни снова пожала плечами, каким-то образом успев уже ухватить закусок, которыми теперь набивала рот. «Ты не спрашивал», – сказала она, или, во всяком случае, так Кид расслышал. «Ну что, как долго ты собираешься продолжать этот маскарад?» – поинтересовался Ло. Хотя тот выглядел спокойным, Кид чуть ли не физически ощущал излучаемое им раздражение. Возможно, они уже и так достаточно долго притворялись. Они, как-никак, устроили себе зрелищное появление, и его уже родители увидели их такими. Осмотревшись, Кид узнал немало лиц друзей и знакомых своих родителей. Когда он был младше, его заставляли присутствовать на таких приёмах, и он ненавидел каждую их минуту. Только когда у него начался бунтарский период с наступлением полового созревания, его попросили не отсвечивать особо своим лицом. Едва ли этот период окончился, так смысл оставаться здесь дольше, чем необходимо? «Пойдём», – сказал он Ло и взял того за руку. «Подожди! Еда такая вкусная!» – прошипела им вслед Бонни, но Кид уже принял решение. Он повёл Ло к танцевальной площадке, где оркестр только что начал исполнять новое произведение. Он протянул руку Ло, а тот взял её с весёлой усмешкой. Кид потянул того за руку, кружа Ло к себе, пока спина Ло не упёрлась ему в грудь. К этому моменту они уже привлекли к себе достаточно зрителей, но это не остановило Кида. Он снова крутанул Ло, так что теперь они оказались лицом к лицу. Затем Кид положил одну руку на талию Ло, другой взял руку Ло. Он легко, чтобы не привлечь к этому внимания, пнул стопу Ло, давая понять, что тому надо было шагнуть назад. Ло, видимо, хоть что-то да усвоил со своего единственного урока по танцам, потому что он отшагнул. Кид вёл их через танцевальную площадку, кружа Ло. Дело шло далеко не гладко, потому что Ло всё ещё херово танцевал, так что Киду приходилось выкручиваться, как он мог. Он снова крутанул Ло, упершись грудью в спину Ло. «Двигай бёдрами, – прошипел он, затем добавил с ухмылкой, – я ведь знаю, что ты это умеешь». «Ты такой извращенец», – заявил Ло, смеясь. И всё же каким-то образом тот задвигался немного лучше, чем раньше, и Кид задумался, кто же тут был извращенцем. К счастью для них, Бонни с Пероной тоже отправились на танцевальную площадку, отвлекая немного внимания от Кида с Ло. Бонни стала танцевать лучше, но у неё и партнёрша была лучше, чем тот, с кем приходилось иметь дело Киду. Люди таращились, но Кид решил сосредоточиться на Ло, а не на окружении. Из-за того, что его с малых лет обучали танцам, ему не приходилось задумываться, куда ставить ноги – хотя ему всё-таки нужно было следить за ногами Ло, потому что те часто оказывались не там, где надо было. Краем глаза Кид заметил, что его родители пробрались через толпу, а их лица выражали смесь ужаса и омерзения. Время великого финала. Когда затихли последние ноты, Кид нагнул Ло, целуя того в губы. Когда он отстранился, Ло глядел на него слегка удивлённо, но явно развеселённый. Кид снова поднял его на ноги, победоносно оглядываясь вокруг. Комната затихла. Даже Бонни с Пероной теперь на них смотрели, но из всех таращащихся лиц Кида больше всего интересовали лица его родителей. Его мать казалась ещё бледнее обычного – Кид унаследовал тон кожи у неё – и выглядела так, словно она на грани обморока. Его отец, с другой стороны, выглядел… вспотевшим. Кид ожидал, что тот раскраснеется и начнёт орать, но вместо этого тот затих. «Что ж, они явно этого не ожидали, – сказал Кид удовлетворённо, но он удивился, когда Ло вдруг отпустил его и подошёл к его отцу. – Ты куда, блять?» Если Ло попадёт в область достижимости его отца, тот мог выйти из оцепенения. Однако крика не последовало. Отец Кида схватился за грудь, и показалось, что тот не мог дышать. Ло ускорил шаг и подоспел как раз тогда, когда тот рухнул. «Руки прочь от моего мужа!» – чуть ли не завопила мать Кида, но Ло одарил её пронзительным взглядом. «Мэм, я врач. Кто-нибудь, вызовите скорую!» – крикнул он через плечо. Бонни уже достала телефон и стала набирать номер. Кид поспешил к Ло. Ло только что осторожно опустил его отца на землю и стал развязывать его галстук, проверяя пульс. Паниковала ли она, или не осознала серьёзности положения, но мать Кида начала кричать, чтобы Ло держал свои руки подальше от её мужа, и пыталась его оттолкнуть. Кид вскочил между ними и задержал свою мать. «Дай ему, блять, делать своё дело! – рявкнул он. – Или тебе наплевать, выживет он или нет?» Теперь кидова мать обратила внимание на самого Кида, крича, что это он виноват и что, по её мнению, надо делать с такими, как он. Кид почувствовал облегчение, когда вмешался дворецкий и увёл её. Остальные присутствующие молчали, но они всё-таки позволили Ло делать своё дело. Кид понятия не имел, что происходило, хотя он подозревал, что у его отца случился сердечный приступ. Ло начал реанимацию, и Кид вдруг почувствовал холодок. Что, если его отец не выживет? Надо думать, к сердечному приступу привёл шок от того, что Кид поцеловал мужчину, так не означало ли это, что Кид убил его? Он, конечно, хотел шокировать родителей, но нет так. Ло вдруг обернулся и крикнул: «Кто-нибудь, принесите мне дефибриллятор!» Кид хотел помочь, но он понятия не имел, было ли у них вообще что-то такое, а если было, то где они его хранили. К счастью, одна лакейка поспешила к Ло и отцу Кида с каким-то устройством. Ло разорвал рубашку кидова отца, не заботясь об отлетевших пуговицах, и положил две пластины на его голую грудь. Затем Ло нажал кнопку. Тело содрогнулось в спазме, и Ло начал СЛР. После того, как прошла будто бы вечность и в то же время будто бы ни мгновения, двое парамедиков с носилками поспешно вошли в комнату. Ло помог им погрузить на них отца Кида, потом повернулся к Киду. «Я поеду с ними на скорой. Может, тебе стоит отвезти мать на машине?» Кид фыркнул. «Как будто она поедет на чём-то менее навороченном, чем лимузин. Но давай, езжай. Я поеду следом на машине». Ло кивнул и поспешил за парамедиками. Кид почувствовал, как ему на плечо опустилась рука, и он развернулся к Бонни. «Ты в порядке?» – спросила она, её брови были обеспокоенно нахмурены. «Да, я в порядке. Я всё же поеду в больницу. Посмотреть, всё ли с ним будет хорошо». «Хочешь, чтобы мы съездили с тобой?» – спросила Бонни. «Не, не надо. Ло будет там. Возвращайтесь домой. Ой…» – Кид вдруг вспомнил, что привёз Бонни и Перону на своей машине. Бонни махнула рукой. «Езжай. Мы можем сесть на автобус. А, вот ещё что, Киддо? – она выждала, пока тот повернётся к ней. – Звони, если тебе что понадобится. Я серьёзно. Неважно, во сколько, хорошо?» Он быстро кивнул, потом поспешил к машине. Он не знал, где находилась его мать, если честно, не обращал он особого внимания и на других гостей. Он только хотел убедиться, что с его отцом всё в порядке, и если тот будет в порядке, то валить оттуда вместе с Ло. А если нет… Он глубоко вздохнул. Он не знал, что бы он тогда стал делать, и он бы предпочёл об этом не думать, пока это не станет необходимо. Но это не означало, что эти мысли не лезли на передний план его сознания, включая в себя кое-какие нелепые сценарии, где он был в зале суда за убийство отца. Он знал, что такого не случится, и всё же он невольно задумался на мгновение, не было ли бы лучше, если бы он не был геем. Он тут же поправил себя. Возможно, ему не стоило приходить на приём или превращать раскрытие своей ориентации в представление, но он был тем, кем был. По крайней мере, Ло оказался на месте, чтобы попробовать помочь ему. Шансы его отца были бы куда призрачнее, если бы его там не оказалось. Это было хорошо, что он встречался с врачом. В больнице он осведомился, где находился господин Юстасс – это было странное чувство, спрашивать об этом так, потому что Ло упорно называл так его самого – но хотя ему указали на палату, он не осмелился войти. Вместо этого он опустился на стул, стоявший в коридоре, и потёр глаза. «Вот ты где, – вдруг раздался голос Ло. – Я ходил ко входу искать тебя, но, видимо, мы просто разминулись. Не хочешь войти?» «Можешь сказать, какой прогноз?» «С ним всё будет хорошо». Ло сел на стул рядом с Кидом. «Благодаря тебе», – отметил Кид задумчиво. «Я просто выполнял свою работу. Ну, то, что однажды станет моей работой». Кид только промычал и сделал глубокий вдох, потом встал и протянул руку. «Что ж, если с ним всё будет хорошо, то мне незачем здесь оставаться. Пойдём». «Ты уверен?» – переспросил Ло, но всё же взял протянутую руку Кида. Кид фыркнул. «Я весьма уверен, что я последний человек, которого он хотел бы сейчас увидеть. Или вообще когда-либо. Я тот, из-за кого он тут оказался, помнишь?» Ло молча пошёл рядом с Кидом к выходу. «Где госпожа Бонни и госпожа Перона?» – спросил он наконец. «Дома. Им не было нужды тащиться сюда, – ответил Кид. – Мне, наверное, надо сказать им, что отец в порядке». Он послал Бонни короткое сообщение, всё это время не отпуская руку Ло. Они молча направились к машине Кида, но прежде чем они дошли до неё, Кид сказал: «Спасибо». «За что?» – спросил Ло растерянно. «Ну знаешь. За сегодняшнее». «Я же говорил, что просто выполнял свою работу», – отозвался Ло. «Не только за это. За весь вечер. Ты не обязан был идти. А я просто… да просто порадуйся, что я выражаю благодарность», – взорвался Кид. Ло хохотнул. «Я очень счастлив». Кида вдруг накрыло желание поцеловать его, и он притянул Ло ближе. Ло не выразил возражения и даже маняще приоткрыл рот. Его пальцы забрались Киду в волосы, портя его укладку, но Киду было всё равно. Когда они отпустили друг друга, они оба тяжело дышали. «Ну что, – произнёс Ло, и сам при этом выглядя взволнованным. – А это ведь ещё даже не прелюдия была». У Кида на лице появилась ухмылка. «Кто сказал, что это была не прелюдия?» «Если ты думаешь, что я собираюсь заняться с тобой сексом в машине… То ты совершенно прав». Лицо Ло повторило выражение кидова лица. «Здесь?» – спросил Кид, оглядывая парковку. Ло фыркнул и хлопнул его по затылку. «Нет, недоумок. Я здесь работаю!» Несмотря на перспективу секса, Кид не мог спустить это с рук. «Как ты меня, блять, назвал?» «Не заставляй меня повторять, это трата моего времени». На краткий миг Кид задумался, не ведёт ли себя Ло как засранец, чтобы отвлечь его от ситуации с родителями. Не было нужды этого делать, потому что ему было лучше без них. Он бы не попробовал провернуть номер типа сегодняшнего, если бы не был в этом уверен. Но потом он вспомнил, что быть засранцем было в природе Ло, всегда так было и всегда будет. И всё же этот ублюдок каким-то образом сумел проникнуть в жизнь Кида и устроиться поудобнее, не собираясь никуда в ближайшее время уходить. «Пойдём, юный мастер Юстасс», – сказал вдруг Ло и снова взял Кида за руку. На лице Кида заиграла весёлая ухмылка. «Мне показалось, ты не собирался меня так называть». «Зависит от того, насколько тебе это понравится». Кид промычал. «Спроси меня снова, когда будешь голым». Пока Ло вёл его к машине – хотя, видимо, изначально не для того, чтобы заняться сексом, – на Кида вдруг нахлынули воспоминания о тех вещах, что произошли с тех пор, как он повстречал Ло, и, справедливости ради, скучно не было ни на миг. Он невольно задумался, чего же, блин, могло уготовить ему будущее.