Твой любимый рассвет

— Хей, а ты когда-нибудь встречал рассвет? — Однажды было, но это так скучно. — Почему? — Ну, а ты представь себе тихий мир и рассвет. Как по мне, так это фигня. — Не понимаешь ты ничего, Сал. — А ты будто понимаешь, Джонсон. — А если и понимаю? Лучше бы я никогда не видел твою улыбку... *** — Сал, пошли! Быстрее, быстрее! И снова ты ведёшь меня за собой. Мы идём по пустым коридорам, не воспользовавшись лифтом, ведь не хотели никого будить. Сейчас около начала четвёртого, слишком рано для этого города, слишком рано для этого мира. Но лишь мы готовы жить в это время. И лишь ради тебя я готов сейчас не спать и бежать на крышу, держась за твою руку. А всё зачем? Чтобы ты мне что-то показал. Скрип расшатанной и полугнилой двери, которую однажды не вынесла Эш, убегая от тебя, что пытался её защекотать до смерти за пролитое пиво. Ты так хотел его тогда... Чуть посветлевшее ночное небо, показывающее всю свою красоту звёздами и облаками где-то на горизонте. Ты подходишь к краю крыши, садясь и хлопая рядом, приглашая присесть. Я подошёл, смотря вниз. Вроде пятый этаж, а так высоко. Где-то вдали видны машины, что будут шуметь и раздражать до сих пор не спящих. Но нам сейчас не до этого. Я присаживаюсь рядом, немного боясь, что могу упасть. Ты приобнимаешь меня за плечо. У тебя холодные пальцы... Но не настолько, как глаза. Вроде радостные глаза, что всегда вселяют тепло, но сейчас холодные, как лёд. Тёмный лёд. Чего мы ждём? Мы ждём тепла. Ждём начало нового дня, что придёт с твоим любимым рассветом. — Лучше бы сидели дома и пили кофе, а ещё лучше — просто спали, — недовольно бурчу я, утыкаясь носом в кофту. Я не люблю носить при тебе протез, да и ты не хочешь его видеть на мне, ведь моё лицо и правда не настолько ужасно. Как ты сказал? Несколько шрамов, один из которых напоминает молодой месяц? Да. Прямо под видящим глазом находится он. — Но ты должен увидеть это! Это же так круто! — ты не остановишься, пока не добьёшься своего. Я знаю это. И не спорю, продолжая сидеть и пытаться согреться. Твоя рука немного греет плечо, но пальцы всё ещё ледяные, — Да и вообще. А если это наш последний день? А ты так и не увидишь рассвет! Хотя бы подумай, что завтра нас может не стать, а этот рассвет последнее, что ты увидишь, — ты встаёшь и раскидываешь руки в стороны, улыбаясь. Ненавижу твою улыбку лишь потому, что она заставляет улыбаться и меня. Я слегка поднимаю уголки губ. — Не говори такое тут, это пугает, — я отсаживаюсь от края, падая на крышу спиной. Удар не слабый, как-никак бетон. Потираю затылок, которым ударился, и приподнимаюсь на локтях. Ты всё ещё улыбаешься, подходя ко мне и ложась рядом. Тогда и я опускаюсь. — Но всё же... — Без «но». Нет. Сегодня и завтра мы будем живы. И живы дальше. До старости доживём! — Точно! Не знаю, о чём ты думаешь сейчас, но я думаю о кофе. Очень сильно хочу выпить горячего кофе. Обжечься, но выпить. Цвет твоих глаз похож на кофе... — Хей, Лар? — М? — Я люблю тебя, чувак. — Я тебя тоже, бро. Кстати, вставай, солнце поднимается! Ты уже встал и тянешь меня за рукав кофты. Мягкие и нежные лучи начинают расходиться по небу, делая его слегка розовым и желтоватым. Рыжим. Я смотрю на это, но внезапно поворачиваюсь к тебе лицом. Твои глаза будто серые, а сейчас они отражают всё это. Волосы, спутанные и длинные, развеваются на лёгком ветерке. Руки в карманах. Ты выглядишь спокойным, но я знаю, что ты сильно рад. Знаешь... Если бы мы встретили рассвет ещё раз, я бы сказал тебе, что полюбил его. Но ты больше не сходишь со мной посмотреть на него...