Mi lado oscuro

Я не знаю, куда попадают люди после смерти, но я точно знаю, где они остаются. Те, кого ты любишь, всегда с тобой. 21.08.2020 Проезжающие такси, то и дело, останавливались у обочины, подбирая пассажиров. Люди в толпе торопились по своим делам, не замечая друг друга. Среди них была ничем непримечательная женщина, лет тридцати, вяло передвигающая ногами. Устав после ночной смены в городской больнице, Миссис Эмерсон хотела лишь успеть собрать сына в школу и поцеловать мужа перед работой. На подходе к многоквартирному дому Габриэлла Эмерсон слегка удивилась, увидев помятый капот их семейной машины. — Что за чертовщина? — удивленно воскликнула она, заметив тёмный силуэт на водительском сидении. Открыла дверь автомобиля. — Крейк… Слова стали комом в горле, в глазах потемнело, кончики пальцев похолодели за один миг. Габриэлла не узнала собственный голос в крике, который разнёсся по всей улице. Крейк Эмерсон — её муж, отец её ребенка, неподвижно сидел за рулем. Всё те же голубые глаза, которые ещё вчера смотрели на неё с неподдельной нежностью, те же губы, которые целовали её и шептали о любви — казалось бы, всё осталось прежним. И лишь тонкая струйка крови у левого виска свидетельствовала о том, что «как раньше» в их жизни уже ничего не будет. 23.08.2020 Нью-Йорк был подобен огромному муравейнику, все куда-то спешили: кто-то нёсся к подземке — ведь на метро можно гораздо быстрее добраться, учитывая ежедневные пробки — кто-то спешил в любимую булочную за очередной порцией свежеиспеченного багета, а кто-то нетерпеливо ждал, когда же загорится зелёный на светофоре. Были и те, кому спешить вовсе не хотелось: медленно плетущиеся подростки с явными синяками от бессонницы, кричащими о проведённой ночи в клубе, пытались добраться домой. Все, так или иначе, имели конечную цель. Теперь такую имею и я. Отъезд был спонтанным насколько возможно. Ещё вчера я была в Толедо, уже сегодня в Нью-Йорке. Мама пришла бы в восторг от моей смелости, папа же, наоборот, придёт в ужас, когда узнаёт. Но проходя мимо Эмпайр-стейт-билдинг на пятой авеню, я наконец-то чувствую себя не просто счастливой — я чувствую себя свободной. Ещё в марте я подала документы в Колумбийский университет. Каждую неделю, в тайне от отца проверяя почту, надеялась на положительный ответ. К началу лета запал поутих, как и амбиции, но в в середине августа я обнаружила одобрение на поступление в единственное место на свете, где хотела учиться. Это было самое позднее одобрение, один из поступающих отказался от места, и я оказалась следующей в списке на зачисление. 22.08.2020 Я едва сдержала радостный визг, прочитав письмо о зачислении, перед глазами, будто слайды презентации, пронеслись картинки из будущего, я уже представляла, какими будут мои друзья, как круто будет жить в общежитии и чувствовать себя самой собой. Мои размышления прервал стук в дверь. — Элизабет, я зову тебя уже десять минут, пора спускаться к ужину, — заглянул отец в комнату. — Спущусь через минуту. Дождавшись пока за ним захлопнется дверь, я запихнула долгожданное письмо под матрас. Выезд планировался только двадцать восьмого числа, документы и вещи, бережно упакованные в чемодане, ждали своего часа, казалось, лишь только я была не готова. Не была готова столкнуться со своим отцом. В столовой было как всегда тихо, лишь ударяющийся о тарелку нож, которым отец пытался разрезать рыбу, разбавлял нагнетающую тишину. Ковыряясь в тарелке, я пыталась подобрать слова, чтобы лучше преподнести новость о своём переезде в страну, о которой он запрещал даже мечтать. Но он решил начать диалог за меня. — Я говорил с Миссис Гонсалес, она готова зачислить тебя в Кастилья — Ла-Манча, думаю, это хороший вариант, раз ты не подавала заявки в другие университеты Испании. — Пригубив белого вина, он посмотрел на меня в ожидании ответа. Положительного ответа. — На самом деле я думаю, что это не лучший вариант. — Тебя не возьмут ни в один университет так поздно, скажи спасибо, что я договорился с этой старой Пэрра*, она была очень не сговорчива, пока не увидела сумму, которую я пообещал заплатить в её фонд, — перебив меня, отец хмыкнул. Улыбаясь, он жаждал моей благодарности, и когда я её так и не озвучила, напрягся. — Что не так, Элизабет? — Всё так. Мой ответ ему не понравился. Он сжал челюсти. — Я стараюсь для тебя, Лиззи, ради нас. — Я понимаю отец. Но это лишнее, я не буду поступать туда. Ухмыльнувшись, он лишь произнёс: — Чего ты тогда хочешь, Элизабет? Вопрос был лишь издёвкой. —Я думала над тем, чтобы учиться в штатах, у меня гораздо больше шансов быть настоящим юристом, учась там. — Зачем? Образование здесь ничем не отличается, не хочешь в Кастилья — Ла-Манча, ладно, я устрою тебя в любой другой университет Испании. Я видела, как он багровел от злости. — Давай поговорим завтра, Падре*, — встав из-за стола, я направилась в свою комнату. Весь вечер я дожидалась долгожданного смс. Мой бывший одноклассник согласился подвезти меня до аэропорта, но даже он понимал, что любые отклонения от плана были чреваты последствиями со стороны моего отца. Незаметно выскочив из дома, я села в припаркованный Ниссан и вздохнула с облегчением. Моё путешествие только началось. Официально я должна заехать в общежитие только с двадцать восьмого числа, мне некуда было пойти по предположениям отца, когда он узнает куда именно я направляюсь. Вот только он не учёл тот факт, что я всё ещё общалась с Майклом. Именно его дом и был моей конечной целью. Брат, которого я не видела почти десять лет, но с которым не прерывала связь. Человек, поддерживающий меня все это время. Мы были рядом и поддерживали друг друга несмотря на тысячи километров. Я знала, что он поможет мне, что бы не случилось. 23.08.2020 Нью-Йорк восхищал, огни в высотках дарили надежду на будущее. Шагая по улицам, известным мне только благодаря «Гугл Мапс», я, наконец, дошла до своей цели. Вулворт-билдинг — один из первых небоскребов Нью-Йорка, появившийся на Бродвее в начале прошлого века. На этом познания о доме, в котором Майкл приобрёл квартиру, заканчивались. Не успела я нажать кнопку для вызова лифта, как блестящие двери раскрылись, и хмурая женщина в возрасте вышла с собакой. Проскочив к лифту, я коснулась круглой кнопки с цифрой семь. Все десять лет мы с Майклом общались лишь по телефону или по видеосвязи. Я видела, как он взрослел, как возмужал, но, чёрт возьми, я точно не была готова позвонить в его дверь и встретить долбанную блондинку. Серьезно? Повернув голову влево в поисках номера квартиры, я поняла, что адрес абсолютно верный. Какого хрена? — Чем я могу помочь? — надменное выражение лица неудачной версии Пэрис Хилтон, напрочь стёрло всё моё напускное дружелюбие. — Единственное чем ты можешь помочь, милая, это позвать хозяина квартиры. — Зачем? — ещё немного и её перекачанные губы треснут, настолько сильно она их сжимает. Во взгляде проблескивает враждебность, и не могу удержаться, чтобы не пошутить. — Приехала сообщить, что у него будет ребёнок, не всегда же ему прятаться, — я сложила руки на груди и небрежно пожала плечами. Не знаю, что именно: мой взгляд или не самые лучшие актёрские данные, но в её недалёкой голове, всё же, что-то зашевелилось. Спустя минуту девушка подала признаки жизни, сжав челюсть и повернувшись, выкрикнула заветное «Майки» Чёрт, нужно было идти на факультет по актерскому мастерству, определённо. Не прошло и минуты, как парень вышел из комнаты. Со взъерошенными волосами, сонный он добрёл до входной двери. Поднял глаза, застыл на пару секунд, увидев меня и проморгался. — Лиззи? Блонди заскрежетала зубами, ещё немного и ей определенно понадобится стоматолог. — Может впустишь меня? Или мне постелить себе под дверью? — сделав задумчивый вид, я осмотрелась, — Впрочем, мне очень даже нравится, холл довольно просторный и… Не успела я договорить, как Майкл затянул меня в квартиру и обнял. Уткнувшись в его шею, я почувствовала цитрусовый аромат, тот самый, которым всегда пахла мама. Я схожу с ума, серьёзно. Отпустив меня, Майкл задал вполне резонный вопрос: — Какого черта ты здесь делаешь? Отец знает? И только увидев мое выражение лица, он понял. А вот его подружка, похоже, нет. — Какого черта Майкл? — противно, словно маленькая собачка, запищала она. На её месте я задала бы тот же вопрос. Нахмурившись, брат пытался успокоить девушку, но та не слышала или же не хотела слышать довольно весомые аргументы. Как только за красоткой захлопнулась входная дверь, у него над головой словно щёлкнула лампочка, глаза заискрились весельем. Повернувшись, Майкл прищурился: — Да уж, никто так быстро не прогонял тех, с кем я спал. Ты просто мой личный подарок. — Тогда считай, что я твой осенний Санта, придурок. Майкл лишь глухо посмеялся и пробормотал: —Я уже боюсь представить настоящего Клауса, потому что если ты будешь в его обличии, то я пропущу это Рождество.