Мой и только мой!

- Даже так? Тогда давай налью тебе чашечку сакэ. Осилишь? В этот момент в разговор вмешался Соуске: - Прекрати, пожалуйста, спаивать моего подопечного, - уже сердитым тоном велел он. - Зачем ты пытаешься его напоить? Бьякуя хищно улыбнулся: - Ну, это просто – хочу узнать, что связывает вас с ним на самом деле. Я ведь уже сообразил, что все не так просто, как ты пытался нам представить. Вот мне и интересно о чем ты умолчал. Куросаки, слушая этих двоих, медленно, но верно достиг точки кипения. Он и сам бы не смог объяснить себе, из-за чего так распсиховался. Может быть, из-за того, что этот настырный Бьякуя так откровенно домогался его спутника и даже ни капельки не стеснялся этого? Или, может быть, из-за того, что пытался выставить его, Ичиго, сосунком, у которого еще и молоко на губах не обсохло, а, может быть, потому, что этот Кучики был так уверен, что получит Соуске? "Интересно, с чего бы ему быть таким уверенным?" - подумал Рыжик. Сам он никак не мог определиться, насколько сильно ему нравится Айзен, ибо в том, что он ему нравится, сомнений уже не было. В горле у Ичиго пересохло, и рука сама потянулась за бокалом с вином. Он глотнул - вино было мягким и приятным на вкус. Ему даже показалось, что оно слегка успокоило его разбушевавшиеся нервы. Когда Соуске оторвался от затянувшейся перепалки с Бьякуей, то обнаружил, что его спутник совершенно и безнадежно пьян. Он находился в той стадии опьянения, когда все вокруг кажутся милыми и славными, когда тянет улыбаться и творить подвиги. Айзен, глядя на него, только покачал головой и, извинившись, быстро уволок Рыжика в занимаемые ими апартаменты. Он уложил Куросаки спать, а сам сел у открытого окна и задумался. Никто не знает, о чем он думал, но, почувствовав чье-то прикосновение, он с удивлением понял, что уснул в кресле, а над ним склонился все еще не протрезвевший Ичиго и упоенно целует его губы. "Что за черт?" - подумал Соуске и попытался отстраниться, он не любил таких вот пьяных приставаний, ибо в большинстве случаев они заканчивались большими проблемами. Но Куросаки оказался настойчив, и он сдался. Все же Рыжик слишком уж сильно нравился ему, и Айзен подумал, что если даже проблемы и возникнут, то они всегда смогут как-нибудь договориться и решить их. Однако осторожность заставила спросить его напоследок: - Ичиго, ты хоть понимаешь, что пытаешься сделать? На что Куросаки гордо заявил: - А чего ж тут непонятного? Собираюсь соблазнить тебя и потрахаться. Мне надоело смотреть, как к тебе тянут руки все, кому не лень. А так ты будешь принадлежать мне и никому больше. Так что, не дури – пошли в постельку... – он так умильно и соблазняющее улыбнулся, что Соуске едва не задохнулся от счастья. "Не зря ведь говорят, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке!" - восторженно подумал он и, уже ни о чем не беспокоясь, подхватил Рыжика на руки и отнес в постель. Быстро раздевшись, он освободил от одежды своего юного друга и стал упоенно целовать и ласкать желанное тело. Судя по его реакции, Ичиго определенно нравилось то, что он с ним творил. Алкоголь совершенно раскрепостил Куросаки, и он самозабвенно ловил возбуждающие прикосновения языка и рук своего любовника. Наконец, Соуске, не выдержав искушения, спросил: - Ты как, хочешь быть сверху, или тебе все равно? На что Рыжик легкомысленно буркнул: - Лучше уж ты. Я как-то не в теме. Я еще этим ни с кем не занимался... Вот тут бы Айзену и призадуматься, но это признание лишь подогрело его страсть и желание стать первым мужчиной Ичиго, и он, быстро растянув любимого, закинул его ноги себе на плечи и осторожно вошел. Вид сексуально постанывавшего под ним Куросаки, в блаженной истоме закусившего губку, вообще проделал в его сознании брешь, через которую благополучно удалились все мысли подчистую. В этот момент все для него сосредоточилось на одном - доставить удовольствие Ичиго и получить удовольствие самому. Он ритмично двигался, упоенно вбиваясь в попку Рыжика, и весь мир для него в эти мгновения сосредоточен был на нем одном. Его рука ласкала член Куросаки, а глаза зорко следили за тем, чтобы ни что не омрачало выражение удовольствия на его лице. Он был настолько счастлив, насколько может быть счастлив человек, на чувства которого ответили взаимностью. Когда они оба кончили, он лег рядом с любимым и восторженно прошептал: - Ты сделал меня самым счастливым человеком на Земле, Ичиго! Это было так восхитительно и прекрасно, что я наслаждался каждой секундой проведенного с тобой времени! К этому моменту опьянение Рыжика перешло в следующую стадию, и он что-то невнятно буркнув в ответ, повернулся на бок и провалился в сон, уже ни на что не реагируя. Соуске понимающе улыбнулся и подгреб его тело поближе, обняв и укутав его, чтобы не замерз. Утром он поднялся первым и решил сделать Куросаки небольшой сюрприз. Он сходил на кухню за чаем и завтраком, а потом заказал срочную доставку – подарок для Ичиго. Пока Рыжик спал, а потом приходил в себя, доставили то, чем собирался побаловать своего любовника Айзен. Он решил подарить ему часы, на которые мальчишка засмотрелся, когда они были в очередном магазине. Вот он и взял эти часы себе на заметку, собираясь сделать при случае подарок любимому. На его взгляд, случившееся накануне было более чем подходящим поводом, и он уже предвкушал радость Куросаки. Когда Рыжик проснулся и увидел коробочку в руках Айзена, он с любопытством спросил: - Что это у тебя?