Перекись водорода.

Ау, где Фрэнк во время велосипедной прогулки с Джерардом очередной раз упал на камни. — Да Фрэнк, хватит дергаться! Я просто посмотрю рану и все. — Нет, не надо! Я сам справлюсь! — Фрэнки, сидя на обочине дороги, лишь отчаянно пытался скрыть мелко дрожащей рукой кровоточащую разодранную коленку. — Фрэнк, мне надо посмотреть, насколько серьёзна рана. Я обещаю не трогать. — Джи взглянул на него, будто встревоженная матушка. Младший просто не мог устоять перед его глубокими карими глазами, которые глядели ему чуть ли не в душу. Тот пошатнулся, прежде чем что-то ответить. — Ну, хорошо. — горе-велосипедист медленно убрал испачканную в крови руку. Глаза Джерарда невольно округлились от увиденного. Да, одним подорожником здесь не обойтись. Придётся идти домой за аптечкой. Благо, их участок был не так недалеко. — Так, идём за перекисью и бинтами. Фрэнк уже было хотел пойти за Джи, но как только тот встал, с его стороны послышался глухой всхлип, и Фрэнк сразу повалился пятой точкой на щебень. Больно. — Боже, Фрэнк! Нет, давай ты останешься здесь, вот, присядь пока на камень. Джерард взял под руку своего друга и заботливо усадил на большой камень. -Я скоро! — Фрэнку оставалось только смотреть вслед удаляющегося Джерарда. Джи так поспешил, что и забыл про велосипед, на котором мог бы доехать быстрее. Фрэнк все сидел на камне, а рана и не думала переставать кровоточить. Блестящие капельки крови неторопливо стекали по голени, образовывая тонкие ручейки, а из ручейков незамысловатые узоры, которые разглядывал Фрэнк от скуки. Крупные капельки вскоре бесшумно приземлялись на сухую траву около огромного булыжника и стекали на твёрдую землю. Вот вдалеке показывается силуэт спасителя. Тот несёт влажные салфетки, бинт и перекись, даже не удосужившись уложить все это в пакет. Спустя мгновение он уже стоит около Фрэнка, и запыхавшись упирается руками в колени. Джи разгибается, поднимает взор на Фрэнка, потом на пузырёк с перекисью водорода, чтобы открыть его. -Ну что, пора обработать твою рану пере- -НЕТ, ТОЛЬКО НЕ ПЕРЕКИСЬ! ВСЕ, ЧТО УГОДНО, ТОЛЬКО НЕ ОНА! — не успел Джерард закончить фразу, как Фрэнк жутко заверещал от одного упоминания этого страшного слова. Как только Джи подошёл к своему пациенту, Айеро будто одичал. Он начал отпихивать его руками и ногами, что было не лучшей его идеей. Нога ещё больше заболела, и тот переключился на неё, шипя и вновь прикрывая обеими руками натерпевшуюся коленку. — Ну что, доигрался? — с ноткой злости и обиды выпалил Джи. -Ты можешь вести себя спокойно? — Но перекись же щиплиться! — Ничего она не щиплиться, хватит нести чушь, Фрэнк. — Я все равно не поддамся! — обиженно кинул Фрэнки. Джерард лишь тяжело вздохнул и убрал перекись, достав салфетки. — Ладно. Если так, то давай я сначала вытру кровь. Согласен? -Джи присел около Фрэнка на корточки. — Хорошо, только не задевай рану, пожалуйста. Фрэнк оказался щепетильным в этом плане, хотя Джи делал все предельно аккуратно. Как только тот приближался салфеткой к ране ближе, чем на пять сантиметров, Фрэнк начинал ныть и отстранял его руку. Вот же мелкий засранец. Делаешь ему все на блюдечке, а он придирается. Вскоре Джи вытер почти всю кровь с ноги. — У тебя до сих пор рука грязная. Дай я вытру. Джерард присел рядом с Фрэнком на камне. Их кисти потянулись навстречу. Вдруг горячие пальцы Джи неловко коснулись тыльной стороны искалеченной, но изящной холодной руки Фрэнка. Младший немного смутился, отводя взгляд куда-то в сторону, на что Уэй еле заметно улыбнулся и продолжил вытирать кровь. Кроткие невинные прикосновения продолжали преследовать Джи и Фрэнка, заставляя краснеть их щеки. После того, как Джерард оттер всю грязь, он немного замешкался. — Фрэнки. ты же понимаешь что обработать рану перекисью все равно надо. — Джи пытался как-то обойти острые моменты, лишь бы не оттолкнуть милого Фрэнка. — Ладно. — резко, но без какого-либо раздражения ответил Он — Только немного. — Хорошо… Джерард спустился с камня, взял приготовленную перекись и бинты, немного наклонился перед местом ушиба, но приостановился, посмотрев на немного смущенного Фрэнка. — Я сразу подую, если что-то пойдёт не так. Обещаю, будет не больно. — Хорошо. — с долей неуверенности произнёс Фрэнк. Джерард принялся за дело. Он делал все очень аккуратно, пытаясь не причинять боли своему другу. Все шло гладко, Фрэнк почти не ничего чувствовал. Вдруг Джи упустил момент, когда капля адской жидкости упала прямо на рану, от чего Раненый зажмурился и резко прошипел, а его глаза стали мокрыми. В порыве испуга за друга Джи мягко сжал руку Фрэнка, поглаживая и успокаивая, одновременно дуя на ранку, будто прося прощения за ужасное содеянное. Вскоре боль утихла, и Фрэнки, выдохнув, расслабился. — Все в порядке? Прости, я не хотел… — Да, в полном. Все хорошо, Джи. — отдышавшись, прошептал Фрэнк. — Осталось только забинтовать. Скоро будешь прыгать как горный козлик! — Сам ты козлик! — шутливо откликнулся Фрэнк. — Раз ты уже шутишь, то тебе уже не больно, и бинтовать тебе ничего не нужно? — с ухмылкой спросил Джерард. — Джи! — Ладно, молчу. — но он продолжил улыбаться до ушей. Шутка разрядила обстановку, и обоим стало легче. Джерард почти закончил с бинтом. У него вышло очень хорошо, держится крепко, но и не давит. И где он только научился делать повязки? Можно сказать одно — она очень удобная. — Ну что, принцесса на горошине, ходить можете? — Нет, ещё больно… — чистая ложь. — Ладно. — Джи развернулся спиной к Фрэнку, приседая на корточки. — Запрыгивай. — Что? В смысле? — В прямом, Фрэнки. Залезай на спину, дотащу тебя до дома. — Но.н. — Что? — Тебе не будет- — Не будет, давай. — Джи протянул руки себе за спину, чтобы подхватить ноги Фрэнка. — А как же велосипеды? — Хрен с ними, Потом заберём. Запрыгивай уже. Фрэнку ничего не оставалось делать, кроме как повиноваться. Хотя, он сам хотел, чтобы Джи его донёс. Не зря же он соврал про боль. Джерард взял его под коленки и понёс домой. Пол дороги они прошли в тишине, что сказалось на состоянии Фрэнка. Он заснул. Джи почувствовал сладкое посапывание над его ухом, но решил его не портить его прекрасный сон, пока они не придут домой. Издалека уже виднелся домик Фрэнка, но раненый все ещё спал и не собирался пробуждаться. Когда Джи дошел до калитки, он аккуратно шепнул соне, что они уже прибыли. Ответа не поступило. Тогда он бережливо поставил Фрэнка на землю, развернувшись, приобнял его за талию, чтобы тот вновь не упал. — Доброе утро, Спящая красавица — оправляя сбившиеся чёрные локоны сонного гномика, шепотом промолвил Джи. -…Что? Ах, Джи. да, доброе. — еле разлепляя глаза пробормотал Фрэнк спросонья. Не сумев перебороть сон, Фрэнки пристроился на плече Джи, и, прикрыв глаза, обнял его в ответ. Сейчас им было плевать на все и всех. Просто хотелось забыться. Прошло достаточно времени, и Джи решил хотя бы довести Фрэнка до дома, потому что тот сам явно не доберётся. — Фрэнки… пора. — Он похлопал Фрэнка по спине, чтобы хоть как-нибудь привести того в чувство. Тот лишь обидчиво замычал и лениво отстранился. — Мм…ладно… Джи взял соню за ручку и повёл к дому. Тот смотрел в ноги и лениво плёлся за его Моисеем. Джи подергал за ручку входной двери, но та оказалась закрыта. Родители давно уехали по делам, велев Джерарду присматривать за Фрэнком. — Фрэнки, дверь закрыта, дай ключ, пожалуйста. — А? Да, конечно. Он передал связку Джерарду, и их руки снова неловко соприкоснулись. От этого прикосновения Джи чуть не уронил ключи. Парни зашли в дом, Фрэнк сразу же повалился на диван в гостиной и свернулся калачиком. Джи понял, что ему холодно, и пошёл в спальню за пледом. Он выбрал мягкое большое покрывало в клеточку и понёс к своему спящему принцу. Джи присел рядом на большой мягкий диван и укрыл уже мило посапывающего Фрэнка. Тот сразу расслабился от теплоты одеяла. Не хотелось портить момент, но Джи надо было привезти два велика и заодно взять лекарства, что было трудной задачей для одного человека с учетом того, что любой прохожий прямо сейчас мог украсть велосипед. Благо, там мало кто ходил, потому что дорога была заброшенной. Джерард взял какой-то полиэтиленовый пакет, чтобы сложить туда лекарства и поспешил к выходу, но его остановил севший ото сна голос Фрэнка. — Джи? Ты куда? — Я скоро вернусь. — Пожалуйста, останься со мной. — он привстал и перебрался в сидячее положение. — Фрэнк, мне надо принести вещи, я не могу их бросить. — Джи подошёл к парню и снова присел около него. — А меня, значит, можешь? — Джерард замялся от такого заявления. — Но вещи. — Плевать. Пожалуйста, останься со мной. Впрочем, ему правда не хотелось куда-либо идти, и, немного подумав, Джерард все же решил не уходить. Бог с великами, никуда они не денутся. — Фрэнк, я слышал, что сегодня по Диснею будет идти Белоснежка. Давай посмотрим? — Давай! — на его лице появилась детская улыбка, а его кукольные глаза, аккуратно обрамлённые чёрными ресницами, заискрились, словно звездочки в темном небе. Джерард не мог наглядеться на такого бесподобного человека, как Фрэнк. Он был слишком красив. — Окей, где пульт? — Около телевизора должен быть. Джи нехотя встал за пультом, заодно включив ящик на нужном канале, и, подходя обратно, спросил своего друга. — Фрэнки? — М? — Можно мне тоже под пледик? — Ох, эм. конечно. — «Он так мило смущается.», — невольно подумал Джи. Он любил, когда у Фрэнка на щеках проступал розоватый румянец, когда неловко отводил взгляд и, улыбаясь, перебирал прядки угольных волос в тонких изящных пальцах. Джи присел рядом, а Фрэнк бережно укрыл его одеяльцем. Они сидели и смотрели Белоснежку, и в один прекрасный момент голова Джи пристроилась на плече у Фрэнки. Джерард нутром чувствовал, как Фрэнк краснел и как от него начинало веять приятным жаром. Они молча просидели в таком положении пол фильма. Вдруг Джи начал разговор. — А ты чем-то похож на ту Белоснежку, Фрэнки. — Джи медленно привстал, а Фрэнк продолжил смотреть фильм. — Ты о чем? — Ну, у тебя такая же прелестная белая кожа, прекрасный, словно молодая роза, румянец, такие же гладкие и блестящие волосы, как у Белоснежки и такие тонкие руки, что если бы ты надел золотое колечко, оно было бы слишком перегруженным для твоих нежных пальцев. Ты такой чувственный, что сможешь приручить даже самую пугливую лесную пташку. Так случилось и со мной. Ты слишком прекрасен для меня. Но. Фрэнк медленно повернулся всем телом к Джи, взгляд младшего тут же перешёл на Джерарда. Он в шоке приоткрыл свой аккуратный ротик, а глаза распахнулись и налились слезами, из-за чего заблестели ещё больше. Одна крупная слезинка намеревалась скатится по щеке Фрэнка, но рука Джерарда сама собой подобралась, легко коснулась бархатной кожи и смахнула соленую капельку. Джерард пододвинулся ближе. Он бережно взял Фрэнка за его холодную руку, и их пальцы неумело переплелись. Джерард прикрыл глаза и становился все ближе и ближе. Между их лицами оставались считанные сантиметры, и Фрэнк понял, к чему тот клонит. Ещё несколько миллиметров, и горячие губы Джи лягут на дрожащие от испуга губы Фрэнки. Тот сильно испугался такого поворота событий, он не знал, что положено делать в такие моменты, потому что с ним никогда такого не происходило. Он очень распереживался, увернулся от мягких губ Джерарда и кротко поцеловал его в щечку. Когда Фрэнк отстранился, и взору Джерарда представилось краснющее, как помидор, лицо Фрэнка. Джи тихо захихикал, пропуская пальцы через вновь разлохмаченные волосы Фрэнки, и мягко поцеловал того в макушку, бережливо укрыл пледом, гладя и располагая на себе, чтобы тот успокоился. Фрэнки прикрыл мокрые от слез глаза и крепко обнял Джерарда. — Стесняшка.