Заклятие сна

В Гу Су уже давно пошёл слух, что Лань Сычжуй, примерный и способный ученик, которого так сильно любит второй нефрит ордена Гу Су Лань – на самом деле последний, кроме Вэнь Нина, из клана Вэнь. Над ним шутили. Считали, что если он из Вэней, то можно пренебречь правилами, и поиздеваться над отродьем клана, что убивал их семьи. Многим было весело от этого, многие игнорировали этот факт, типа "мне какое до этого дела?". Но был один человек, который защищал Юаня, посредством кулаков. От чего и получал наказания. Это был единственный его друг – Лань Цзинъи. Он считает, что если другие пренебрегают правилами в такие моменты, то зачем ему сдерживаться? Тем более, когда его другу плохо. Да, Юань отговаривал второго от необдуманных действий, чтобы потом не было больно от последствий, но тот сначала лез в драку, а потом с улыбкой бежал к другу после отбывания наказания. Весь побитый, с царапинами на лице. – Ну и зачем ты снова влез в драку? – спросил Сычжуй, обрабатывая раны. – Я уже привык к таким словам. – Вот потому что ты привык, я и лезу. Какого хрена они так обзываются? "Отродие убийц". Позабыли правила? Что оно вообще до сих пор делают в этом клане? – очень громко возмущался Цзинъи. – Ай, больно. – Тихо. В Юншене нельзя шуметь. – В Юншене много чего нельзя, но, видать, не все это помнят. Да и к тому же, лучше я им отомщу, чем учитель Вэй. Хань Гуан Цзюнь уже не раз его еле останавливал, чтобы тот не ударил адептов, которые при нём тебя обсуждали. А ты знаешь, что злой учитель Вэй – страшный учитель Вэй. Я хотя бы ещё могу сдержать себя, но он, после того, как нянчился с тобой, как с редиской, вряд ли сможет. Спасибо, что во все разы рядом был Молодой Господин. Да и он пугал своим взглядом адептов, да так пугал, что те ещё месяц боялись твоё имя произнести. – Да, я помню все эти "а.... ну.... это.... ты....". – Не волнуйся. Когда рядом я, Хань Гуан Цзюн, учитель Вэй и глава клана, тебе не грозит опасность. – снова улыбаясь во все зубы и положив одну руку на плечо друга, произнёс Цзинъи. – А все, кто будут обзываться, сразу получат по заслугам. – Ты так говоришь, словно я сам не могу за себя постоять. – Ты сильный, я не спорю, но всегда выбираешь терпеть, чем ответить. – Я лучше послушаю, чем потом буду сидеть на камнях на коленях. К тому же месть - это блюдо, которое подаётся холодным. – эти слова Сычжуя заставили Цзинъи задуматься, а хорошо ли он знает своего друга? Но потом он хитро улыбнулся, вслед за Юанем. Всё-таки ему нравится такой настрой. Но вдруг Сычжуй сделал серьёзное лицо. – Я шучу. – Ну всё, весь кайф обломал. Но насмешки не прекращались, а их наоборот становилось ещё больше. Из-за того, что Цзинъи постоянно заступается за Сычжуя, поползли слухи об их отношениях. Которых, к слову, нет. Но это не останавливало других. Один из адептов придумал, как управлять чужими снами. Научил Вэй Ин на свою голову.... Однажды, во время отдыха, Цзинъи решил отдохнуть в лесу. Небольшая группа учеников, во главе с парнем, что придумал как управлять снами, проследили за ним и дождались, пока тот уснёт. После чего отправили ему бумажного человечка, который должен будет немного изменить сон парня. Как и ожидалось, приземлившись на лоб несчастного сони, человечек проник в сон Цзинъи. И ночная охота моментально сменилась на полуголого Сычжуя, который приближался и стонал "Цзинъи.... Цзинъи, ну давай же.... Ты же давно этого хочешь". Он быстро проснулся. – Чё? Сычжуй? – первое, что произнёс он. Заметив, что на его лбу что-то есть, Лань сразу взял это, чтобы узнать, а другой рукой схватился за меч, что лежал рядом. Но печать была ему незнакомой. – Кто здесь? – Цзинъи моментально встал, а те адепты, что решили повеселиться, спрятались за деревьями. – Выходите, я не побоюсь снова наказание за драку получить. – И что нам сделает обрезанный рукав? – вышел один из адептов. Остальные засмеялась. – Пожалуется отродию убийц? – А вот что. – Цзинъи набросился на эту компанию. Те стали отбиваться, но не подумали, что они слабее Цзинъи. – Сычжуй не отродие убийц. Его родители никого не убивали. Это их незаслуженно убили адепты клана Цзинь. Потом убили его бабушку, дядь и тёть, только потому, что у них фамилия Вэнь. А потом и учителя Вэя, который нянчился с ним как с родным, убили, оставив ребёнка совсем одного. Как же меня раздражают такие ублюдки как вы, которые ничего не узнавая, подаются всеобщему мнению и начинают насмехаться над человеком из-за его фамилии. Пошли прочь с моих глаз. – когда он закончил, компания сбежала, а Цзинъи остался на едине с гневом. Успокоившись, он отправился к главе клана, чтобы получить наказание. По пути он увидел, как те ребята уже сидят и отбывают своё наказание. Они побоялись даже просто посмотреть на него. Мысленно он тоже приготовился к этому. В общем-то, он уже привык к этому. – Глава клана Лань, я провинился и готов к наказанию. – сказал тот, упав на колени. Лань Сичень же просто улыбнулся. – Цзинъи, никогда не говори, что провинился, когда защищал друга. – ученик недоумеваючи посмотрел на мужчину. – Да, я знаю что произошло. – Но, я же нарушил правило, значит провинился. – Говори, что подрался. – Хорошо. – Запомни, если в твоих действиях благие намерения, тебе не нужно себя винить за это. Они нарушили правило "не обижать невинных", а ты их наказал за это. По своему, но наказал. Однако за драку тебе придётся отбыть наказание. Пойдём, я тебя отведу. Отбывать наказание он будет в библиотеке. Будет переписывать правила. Стоя на руках. Ну ему не привыкать. Да и отказаться невозможно. Когда глава клана и Цзинъи вошли в библиотеку, то их встречал тоже побитый А-Юань, стоящий на руках, переписывающий правила. – Проходи и вставай в нужную позу. – адепт послушаю сделал всё, что ему приказали, после чего Сичень ушёл. – Что случилось? – спросил Цзинъи. – Как видишь, подрался. – спокойно отвечает Юань. – А кто начал? – Я. – Ты? – Да. – Расскажи. – Стоя на руках? – Почему бы и нет? – В общем. – начал Вэй Усянь, которого попросили проследить за ребятами. – Учитель Вэй? – Цзинъи честно только сейчас его заметил. – Да, я. Пиши, а я всё расскажу. – Да ладно. Отродье убийц, ещё и обрезанный рукав? – засмеялся один из адептов. – Ладно первое, но с чего ты взял, что он гомосексуалист? – А ты не знаешь? Ходят слухи, что Цзинъи защищает его, потому, что они встречаются. Ещё два обрезанных рукава в клане. Так стыдно, что я здесь нахожусь. – Ты серьёзно? Из клана Вэнь, да ещё и гей. Ужасно. Как он ещё в самых лучших учениках держится. Бедный Цзинъи. Как можно было повестись на Вэньского пса? По-любому что-то сделал. Не важно что, но наказание Вэнь получит. – Вэй Ин, успокойся. – Второй Нефрит успокаивал Усяня. Они случайно услышали их разговор, и последний так взбесился, что готов был сам уже им лица приукрасить. – А что они о А-Юане болтают? Какие слухи? Лань Чжань, вам нужно в правила добавить "не распускать слухи". А те, кто нарушат это правило, должны будут получить сотни ударов дисциплинарным кнутом, чтобы на всю жизнь запомнилось. Это же каким уродом нужно быть, чтобы такое сказать. Если бы не ты, они бы уже давно в ноги А-Юаню кланялись. Как так можно? – Вэй Усянь посмотрел на своего возлюбленного и улыбнулся. – Знаешь, а мне это кое-что напоминает. – Лань Чжань тепло улыбнулся. – Про кого говорите? – Сычжуй подошёл к адептам со спины и улыбнулся. Те аж дёрнулись. – А-Юань? Откуда он там? – Сы-сычжуй? Что ты тут делаешь? – Тоже самое я и у вас спросил. Кто должен наказание получить? – Ты. – уже более смело ответил обидчик. – За что? – Ты тупой? А ещё и один из лучших учеников. Видать у Цзинъи нет вкуса, либо он даже не смотрит чью ленту снимает. – ответил второй обидчик. – Что ты сейчас сказал о Цзинъи? – он уже не скрывает, что злой. – Что он лезет ко всем без разбора. – Не ты ли его сейчас бедным называл? – Слушай, иди куда шёл. – А я сюда и шёл. – после этих слов он начал драку. – Воу воу воу, Лань Чжань, если они сейчас не остановятся, Юань поломает им конечности. Их разнять нужно. – запаниковал Вэй Усянь, но собеседник не реагировал. – Он должен это сделать. – с невозмутимым лицом ответил Ванцзи. – Хочешь, чтобы он отомстил? – Подождём немного. – Вот так вот всё и произошло. – закончил свой рассказ Вэй Усянь. – Мы с Лань Чжанем их разняли, потом пришёл Лань Сичень, всё рассказал ему, ну и вот. Он велел мне следить за Юанем. А теперь и за тобой. – Насчёт правила о слухах, я абсолютно согласен. – вдруг заговорил Цзинъи. – Буквально из-за них я сегодня и подрался с некоторыми адептами. Ну не только из-за слухов, но разозлился из-за них. – Дай угадаю. Про А-Юаня снова сказали, что он "отродье убийц",и ты вышел из себя. – Не совсем так. Сначала эти иди...... – он не хотел ругаться, но так как учитель Вэй точно это не скажет, то решил расслабиться. – идиоты как-то влезли в мой сон. И ночная охота превратилась в непристойности. – Цзинъи отвернулся, чтобы Сычжуй не увидел его покрасневшее лицо. И вдруг на его стол прилетел человечек, с той же печатью, что была в лесу. Он посмотрел на учителя Вэя, который отворачивается, и сминает этого человечка. – Ну я позвал их, они начали говорить мол, "что нам сделает обрезанный рукав? Пожалуется отродию убийц?". Ну я всё им высказал, о том, какие они ублюдки и как же я их ненавижу. – Всё как я учил, молодец. Горжусь. А их я научил этому, потому что знал их намерения, и знал, что ты их поставишь на место. – А как вы это поняли? – Я не глупый. Да и дружба с главой клана Не не проходит даром. Кстати, это заклинание придумал как раз он. Мы часто прикалывались над Цзян Чэном. Но для него есть две печати. Одна Не Хуайсана, которая имеет побочный эффект для заклинателя, а вторая - доработанная мной, без побочных эффектов. Этим ребятам я дал первую печать, Не-сюна. Они ещё месяц будут видеть сон, который напечатали в этом человечке, без возможности проснуться раньше. А ты больше не увидишь его. – Я уже хотел на вас разозлиться, но, раз уж по итогу они сами не откажутся от этого заклинания, то тогда я спокоен. – А что тебе приснилось. – спросил Сычжуй. Цзинъи, не ответив, продолжил писать. – Ты издеваешься? – Быстрее переписывайте. Чем раньше продолжите, тем раньше закончите.