Первое мнение не всегда точное

Тем же днём… Около сорока минут назад.

      — Цок-цок-цок-цок! Звонкий стук каблуков разливался, казалось, по всему второму этажу школы. Сония шла высоко подняв голову, совершенно не смотря по сторонам, как и подобает будущей королеве. От такой Сонии буквально веяло холодом. В глазах ее, обычно отражающих состояние души или настроение, сейчас не было заметно ни эмоции; лишь пугающее безразличие и сосредоточенность мелькали моментами. Да, ее глаза были точно зеркало, совпадая с ним даже цветом. Но не смотря на отражения, в глазах ее было что-то иное. Мудрость, которую можно заметить у пожилых людей, перебирающих чётки у входа в храм, у многих влиятельных лиц и их советников, у детей, рано познавших истинную оболочку мира видевших за свою короткую жизнь слишком много, у дрессированных животных и у много читающих людей. Имя девушки — Сония, что с греческого переводится как «мудрая» не лжет, открывая то, что невнимательный пропустит, а придирчивый проигнорирует. Это своеобразный козырь девушки, одна из частей пазла, создающего из нее принцессу. Манеры, речь, поведение, мудрость, движения, одежда, отношение и ответственность — это ещё не все детали картины «Наследница Престола», возможно за этим стоит гораздо большее, но видеть это нам не дано. Библиотека. Возможно это самое большое помещение во всей школе. Директор Монокума изначально хотел уделить библиотеке весь этаж, но его секретарша и по совместительству учитель по правам человека Мономи уговорила сделать на этом этаже ещё несколько кабинетов, а в библиотеку просто добавить архивы. По ее словам в школе обязательно найдутся те любители, которым только дай почитать что-то необычное. Как ни странно Монокума очень быстро согласился, но даже туда поставил камеру наблюдения.       В самом же помещении библиотеки было очень приятно находиться. Зимой там были обогреватели в зоне для чтения, а в жаркие дни эти обогреватели работали как кондиционеры. Вместо старых пыльных столов, которые стояли тут до прихода Мономишки на пост директора, сейчас везде было по несколько парт, чтобы можно было что то переписать, и по несколько небольших диванчиков, на которых можно расслабиться и почитать…       Поправив бант на рубашке и пригладив юбку, Сония остановилась возле двери библиотеки и несколько раз ударила по двери в нужной последовательности. — Стук, стук, стук-стук, стук! С обратной стороны послышалось какое-то шуршание, глухой удар и ругательства. После последовал такой же стук и дверь раскрылась. — Где ты ходишь, Сония? У нас мало времени, быстрее заходи! — девушка с разноцветной чёлкой открыла принцессе дверь. Из комнаты послышался тихий ответ. — Ибуки, все хорошо, нас все равно не слышно. Давайте девочки, быстрее, заходите! После слов парня девушки тотчас вошли в библиотеку и прикрыли дверь. Ибуки взяла Невермайнд за руку и повела к их импровизированному «кружку совещаний, сделанных и двух сдвинутых диванов и одного журнального столика, на котором сейчас громоздилось много ярких книжечек. — Итак, Нэкомару, Ибуки, вы нашли идеи для подарков? И для чего же, позвольте поинтересоваться, понадобится вот это? — принцесса обвела рукой стопку разноцветных книжечек. На пару секунд девушка замерла, скорее всего обдумывая варианты использования стопки книг. Тут видимо ее посетила мысль, так как она сразу же взяла в руки одну книжонку. — Надеюсь тут найдется подобная манга. Кхм-кхм, позвольте я присяду, — Сония прокашлялась и присела на диван, — Давайте возьмём первую попавшуюся мангу. Что тут? О, что-то милое и хм… 21+?! Нет, я бы такое не дарила… А вот тут что? Сборник +18 для мальчиков. Нет, думаю это мы тоже отложим. Почему вы вообще решили, что Махиру и Аой оценят мангу на день рождения? — Махиру говорила, что любит читать яой, только с фотографий никак не получается заработать столько, сколько нужно на покупку манги, — Нэкомару подцепил кончиками пальцев какую-то книжонку и открыл ее на первой попавшейся странице, — О, кажется эту она читала тогда, когда я брал у нее списать. Название «Клубничный мальчик Анхэре или паренёк-зефирка». Кто эту мангу пишет, полная безвкусица! — Нидай передал книжку Соне. — Хм, да, это похоже то, что нам надо. Так, что там по сюжету… Где предисловие? — Вот тут, оно отдельно, — Ибуки протянула подруге цветной лист пахнущий чем-то сладким, — Давай лучше я прочитаю, — Миода забрала лист себе и дождавшись утвердительного кивка друзей начала читать. — «Клубничный мальчик, главный герой трилогии «Паренёк-зефирка», страдает от невзаимной любви к своей подруге Леди Бабл-Гам и сильно ненавидит претендующего на ее сердце Фирс-Айса. Когда оказывается, что Леди уже в отношениях, а оба парня остаются ни с чем, их вражда перерастает в дружбу, из которой Леди Бабл-Гам взращивает гораздо большее. Самая романтичная история отношений от врагов к возлюбленным ждет именно ТВОЕГО прочтения…       Сония задумалась. Ситуация, описанная в манге очень походила на ситуацию в ее жизни. Да, Гандам и Казуичи оба испытывают симпатию к ней, но Танака знает, что Невермайнд уже в отношениях. Сода же до сих пор ни слухом ни духом об этом, поэтому при любой возможности старается угодить или подкатить к ней. Но если Гандам хорошо скрывает эмоции, то у Соды будет разбито сердце, если он узнает о ее девушке. А вот что если… — Ребята, возможно вы посчитаете это странным, но эта манга напоминает мне мою жизнь. Как вам идея хм… свести Гандама и Соду? — Сония старалась произнести это как можно ненавязчивее, чтобы создать нужные мысли. Похоже она не прогадала, так как одноклассники задумались над ее словами — Мне кажется это не хорошо — сводить людей против воли. Да и Гандам… Как он относится к парням? — Нэкомару нахмурился. Ему самому приходили мысли предложить Танаке отношения, на что в ответ он слышал лишь «Зачем мне какие-то низшие?» или «Это будет лишь потерей времени». По правде он желал своему другу лишь добра. Да и раз сама леди Соня предлагает свести своих друзей, то это не так уж и плохо. — Погоди-постой! Ты о моем брате и этом чернокнижнике? — удивлённо переспросила Ибуки, — Ну братишка вроде бы по девочкам… Я не слышала от него слов о парнях ранее. А Гандам… Он же его сожрет! Ну, а если не сожрёт, то точно принесет в жертву или прибьет. Нет, братишка конечно сильный парень, но в этой ситуации точно нет. Холодный Танака будет полной его противоположностью, — Миода начала громко рассуждать. — Я ручаюсь за то, что пока я рядом с ними, они не посмеют друг другу навредить. Так что думаете? — девушка снова открыла мангу, но теперь уже на первых страницах и стала листать ее, пытаясь найти начало того, как героиня начала осуществлять свой план по отношению к героям. — Я даже не знаю… А если они обо всем догадаются и будут против? — Нэкомару не хотел бы доставлять другу неприятности, поэтому на всякий случай спросил. — Я видела искры между ними когда они ждали меня и общались, — отвлеклась от книги Сония и поправила задравшуюся юбку, — Гандам тогда в шарф закутался, — добавила она это шепотом. Казалось бы, чего в этих словах необычного, какая-то выдумка или мелочь. Но из уст принцессы они звучали как весомый аргумент ее действиям, будто бы именно это незначительное действие является контрольным моментом. Казалось ничто не сможет подавить в ней идею сводничества. В глазах ее загорелись огни решительности и некого безумия, но она тут же запрятала их «подальше», всего пару раз взмахнув ресницами. — Ну так мы выбрали? Давайте, я завтра поеду куплю три тома «Клубничного мальчика», скинемся потом ещё и Аой на подарок. Времени ещё предостаточно, мы успеем. Ещё кажется у Комаеды день рождения, что ему будем дарить? — спросил Нэкомару встав с дивана. — Хорошо, завтра поговоришь с Чиаки и Хаджиме насчёт подарка Комаеде, а я потом найду ещё кого-то, чтобы выбрать подарок Асахине. Все, если что сможете меня найти или звоните, а я побежала, — Сония встала с дивана вслед за парнем и слегка поклонившись вышла из комнаты.

***

00:10, 6 апреля, четверг.

      Начался дождь. Капля за каплей опускались на землю с громким звоном. Небо полностью заволокло темными тучами, от чего казалось, что не существует ничего, кроме ужасной темноты. Со всех сторон дул холодный пронизывающий ветер; голые, ещё не одетые в листву деревья пугающе раскачивались из стороны в сторону. Похоже начался шторм.       Весь подъезд давно уже спал, окутанный сонной атмосферой, которую несёт дождь. Ещё около часа назад во всем здании погас свет, и только на шестом этаже в одной квартирке было видно слабое свечение. Чернокнижник сидел на полу в зале и прямо на ковре раскладывал какие-то бумажки. Некоторые были ветхими и потрепанными, а некоторые белыми, новенькими, с черными символами. Так же неподалеку стояли самые разные свечи, серебряные сосуды, шкатулки и благовония. Парень поднялся с колен и поправив шарф направился куда-то. Через пару секунд он вернулся с небольшим кинжалом и пузырьками в руках, а ещё позже принес огромную доску с мелками. Доска была примерно размерами метр на метр и ещё пахла древесиной. Из другой комнаты послышалось шуршание, а затем треск. Юноша посмотрел в сторону закрытой двери, подполз к ней на коленях и открыл, поленившись вставать снова. Из уже открытой двери выползли три хомяка, а затем их догнал ещё один. Похоже один из животных совершенно не хотел идти куда-то в полночь.       Гандам положил доску перед собой, переоделся в черный балахон с огромными карманами и фиолетовыми символами, и положил какую-то коробочку в карман. Проверив, все ли сделано правильно, он обратно сел на колени и потянулся за мелками. Ему нужно подготовить все, пока ещё есть время. Подняв с пола первый попавшийся мелок парень капнул на него воды и какой-то ароматной жидкости, и начал выводить пентаграмму на дощечке. Сперва был нарисован круг, от которого потом отделилось несколько стрелок, а после была нарисована пятиконечная звезда с какими-то завитушками по бокам. На каждый луч звёзды Танака поставил по свече, все время шепча слова на непонятном языке. После этого парень достал из шкатулки, стоящей неподалеку, костяные многогранники с рунами, и продолжая шептать заклинание бросил их в центр пентаграммы. Все камни упали руной Ω вверх, после чего парень несколько раз цокнул и стал разматывать бинт на левой руке. Хомячки услышав знак от хозяина торопливо поползли к своим местам, а именно к четырем лучам пентаграммы, пока хозяин стоял напротив пятого.       Сделав глубокий вдох Гандам взял в правую руку кинжал, а второй подвинул к себе серебряный кувшин. На дне сосуда было немного воды, куда чуть ранее были добавлены нужные благовония и ингредиенты. Лёгко взмахнув кинжалом Танака оставил глубокий порез на левой ладони, а затем крепко сжал ее, выдавливая уже струящуюся кровь в серебряный сосуд. Когда кровотечение немного замедлилось, юноша поднял ранее сброшенный бинт и стянул им свое запястье. Подобрав один из старых листков с непонятными символами, Гандам начал одновременно читать заклинание и поджигать свечи. Как только он замолчал, свечи тут же вспыхнули синим пламенем, а жидкость в кувшине начала блестеть. Тогда же парень наконец поднялся на ноги и выпрямившись во весь рост взял сосуд в руки и начал громко произносить — Lumina autem omnia vident. Vox est amissa, sed non loqui. Non audire te ultra doctorem ego Pergensque. SED portas! После он наклонил кувшин и стал выливать жидкость в центр пентаграммы. Как только жидкость касалась доски, тут же с шипением испарялась. — Et sanguinem vertuntur, ego aperire portas. Et reversus est rex glacies! Aperite portas et alia! magna venire sapientissimis. Глаза юноши загорелись синим пламенем, оно же окутало и левую руку парня. Сконцентрировавшись и перейдя на крик Гандам направил руку на пентаграмму и закончил заклинание. — Aperite portas et alia! Aperite portas et alia! Aperite portas et alia! Там, где до этого была пентаграмма пространство поддалось дымкой и стёрлось, оставив после себя дыру. Закрыв глаза, Гандам сделал шаг вперёд и провалился в портал, а хомяки остались по краям, чтобы поддерживать портал открытым.       Место, куда попал чернокнижник оказалось темной равниной. Буквально: тут была светлая сухая трава, сухие деревья, похожие на акации и кипарисы, большое количество камней и темно-фиолетовое небо. Вокруг была кромешная тьма, в ином мире всем приходилось скрываться в ней ради того, чтобы выжить. Свет исходил лишь от то и дело порхающих синих бабочек, неоново-желтых светляков, фиолетовых огромных слизней и конечно же от глаз тварей, обитающих тут. Благодаря ритуалу, теперь и у Танаки, как у темного лорда светились синим светом глаза, отчего никакая тварь не подходила к нему, понимая, что тут же замертво сляжет. У каждого существа здесь было монохромное ночное зрение, благодаря чему не происходило глупых столкновений в темноте.       Шагая с вверх поднятой головой Гандам буквально за минут десять-пятнадцать добрался до небольшого домика. Это была хижина, собранная из дерева и сухих веток, по кругу облепленная глиной. Парень обошел вокруг нее три раза, а потом хлопнул в ладоши. Дверь хижины открылась и впустила чернокнижника вовнутрь. Там, за деревянными стенами, лежал матрас с несколькими одеялами. На матрасе лежал укутанный в одеяла старичок. Как только Танака вошёл, старик тут же проснулся и стал собирать свое импровизированное ложе. — Приветствую тебя, Танака Запретный. Ну что, ты нашел нужную душу? — поинтересовался у гостя мужчина и подошёл к каменной выемке в деревянном полу, — Не хочешь чаю с карамелью? Уж такого чая, как во внешнем мире я предложить не могу, да уже и забыл, какой у него вкус, — старик наклонился над ведром в углу домика и зачерпнул воды в темный железный чан. Гандам подошёл ближе к мужчине и присел на циновку на полу. — Не знаю. Джам-Пи сказал, что нужный человек, это противный мне смертный, от которого только проблемы. Джам-Пи, мой темный ангел, помните его? Он запомнил нужную ауру и сообщил мне, что это мой знакомый. Теперь я не знаю что и думать, — рассказал все парень, принимая серебряный кубок с уже теплым отваром от старика. — Твой знакомый говоришь… Да, такое возможно, однако я думал, что это всё-таки будет девушка. Всё-таки у них с кровопотерей лучше. Да и души легче объединяются… Мне бы хотелось услышать твое мнение об этом, — старик присел напротив юноши и приготовился слушать. — Понимаете… Он из того типа смертных, что отравляют мою жизнь своим существованием и не достойны внимания. Я не хотел бы скреплять с ним наши души и тем более посвящать его в наше дело. Мне кажется это ошибка, — каждую фразу Танака обдумывал, чтобы сказать как можно мягче. Однако старик имел на это свои мысли. — Танака, ты же понимаешь, что сил у меня осталось совсем мало и вскоре я перестану держать путь под контролем. Если это произойдет, то все твари этого мира проникнут в наш мир. Я уже давно смирился с тем, что мне придётся погибнуть тут, чтобы послужить печатью между мирами, но тебе же самому меня здесь не запечатать. Для реальности мне всего сорок и я пропал буквально лет десять назад. Однако в этом мире я примерно двести лет и уже сумел достигнуть высшей степени своей силы. Ты же обладаешь той силой, которая велика, но кратковременна. Сам ты однозначно погибнешь при закрытии врат. Тебе это и без меня известно, не правда ли? Тебе нужен человек, кто будет проводником твоей силы. Я не уверен сколько ещё проживу, поэтому тебе следует поскорее найти нужного человека. Танака допил чай и его вены на руках неожиданно начали светиться изнутри. Подняв конечности в воздух и осмотрев их со всех сторон, юноша вопросительно посмотрел на старика. — Потеря крови восстанавливается. Тебе нужно есть больше сладкого и отдыхать, — ответил на вопрос дед, а сам подошёл к своему импровизированному настенному календарю и посмотрел на красную точку там, — Скоро месяц обратного хода, поэтому у тебя есть примерно…одна-две недели, чтобы сблизиться с нужным человеком и наконец закрыть этот чертов проход в наш мир. Постарайся не задерживаться, я не знаю, когда смерть придет за мной, — старик холодно посмотрел на парня. Тут похоже ему пришла какая-то мысль, так как тот буквально подпрыгнул на месте, а затем убежал за занавеску в другом конце хижины. Ещё пару минут оттуда доносились ругательства на непонятном языке и шум, после чего старик вернулся с крупной книгой в руках. — Возьми эту книгу. Я думаю нужному человеку захочется узнать, что же именно ты от него хочешь, а чтобы было понятно ты дашь ему прочитать эту книгу. Парень округлил глаза и принял такой подарок. Не зная, как правильнее будет отблагодарить старика, он встал с циновки и сделал полноценный поклон. — Спасибо большое, старый. — Не благодари, Запретный, тебе же так легче будет. А теперь иди, отдыхай и делай то, что я попросил. И наверное в следующий раз приводи его сюда. Ну или ее, вдруг девушку найдешь. — А у меня есть шанс найти ещё кого-то с нужной аурой и силой? — спросил Гандам. — Нет, — хихикнул старик и отвернулся, — Возможно и есть, но чтобы его найти тебе потребуется ещё больше времени, чем у нас есть. Поэтому дело лишь за тобой. Больше я тебе не могу ничего сказать.       Попрощавшись со старцем и выйдя из его хижины Танака достал из кармана балахона заранее заготовленную беспроводную гирлянду. Обернув ее вокруг себя несколько раз парень включил ее и пошел так к месту, где был его портал. В этом мире действовало лишь одно правило: кто ярче тот сильнее. А сильных боятся. Не заметить в кромешной тьме полностью светящееся существо с синим пламенем в глазах и на руках было бы просто невозможно. Потратив ещё примерно двадцать минут на поиски выхода, Танака наконец смог вернуться обратно в свою квартиру. Приложив последние силы на то, чтобы закрыть портал, Танака обессиленно упал на ковер недалеко от пентаграммы. Ангелы разрушения отползли от доски подальше, а затем полезли на своего хозяина. Мага-Зи, хомячок с порваным ушком отдалился от сородичей, отправившись в другую комнату. Через некоторое время из кухни вышел, немного хромая на правую переднюю лапу, померанский шпиц с металлической тарелкой в зубах. На тарелке сидел Мага-Зи и забавно двигал лапками. Аккуратно опустив миску с хомяком на ковер, пёс побежал в спальню. Несколько минут было слышно тихое ворчание и лай, после чего шпиц вернулся с пледом в зубах. Оставив его на хозяине так, как обычно это делают люди, пёс лег под боком, чтобы не дать парню мёрзнуть на полу. Каким бы не был этаж, в апреле отопление отключено везде, поэтому есть шанс замёрзнуть на полу. Если бы животные могли, они бы возможно перетащили хозяина на диван, но они всего лишь четыре хомяка и один шпиц, поэтому они сделали все, что могли.       …А дождь все шел, барабаня по крышам и подоконникам домов, усыпляя и успокаивая. Иногда сильные порывы ветра попадали в квартиру через плохо закрытое окно, сквозняком стремясь между комнат, но и тут никто не мог ничего поделать. Оставалось лишь ждать утра, чтобы потом делать выводы и думать о том, что же будет дальше…