У разбитого корыта не плачут

Один не разберёт, чем пахнут розы… Другой из горьких трав добудет мёд… Кому-то мелочь дашь — навек запомнит… Кому-то жизнь отдашь, а он и не поймёт. Омар Хайям

      Послышался звук шлепка. Скелет отшатнулся от такого, схватился за щеку. Фиолетовые огоньки в глазницах с непониманием и грустью, болью смотрели на Лилит. А та в открытую насмехалась над Сумасшедшим, его чувствами и признанием. Она — самая популярная девчонка в школе — и он — никчёмный скелет, говорящий с воздухом? Да где вы видели такую парочку?! Они не могут быть вместе!       Она помнит, как говорила самые обидные слова, унижала паренька. А он смотрел на неё и слушал, не пытаясь возражать, сопротивляться. Смотрел прямо в глаза, которые так насмешливо смотрели на него.       Помнится, когда она развернулась и пошла в сторону своего дома, он, сдерживая слёзы (мужчина не должен плакать!), побежал к себе. В дождь. А она, гордая, что смогла унизить этого бедного паренька, шла, стуча каблуками. Привлекая глаза одиноких парней своей фигурой, ярким одеянием. Губы, накрашенные ярко-алой помадой, кривились то ли в улыбке, то ли оскале. Зелёные, будто ведьмины глаза, блуждали по лицам, домам.       Завтра Стар придёт в школу и будет пытаться исправить её мнение о себе. Она не раз сталкивалась с таким. Парни хвостом ходили за ней, просили внимания. Этот тоже придёт.       Вот только лисица не знала, что в это время скелет уходит. Уходит от неё, от всего мира, запирая сердце, нет, душу на замок. Выбрасывает ключ (а может, даёт ключ тому, кому доверяет?). Слёзы уже не будут течь из глазниц, он получил хороший урок. Понял, что оно того не стоило.       На следующий день лисица приходит в школу, но скелет не приходит. Никому нет дела, где он — кому нужен сумасшедший парень? Хорошо, может, он заболел?       Прошла неделя. Стара нет.       Спустя месяц спохватилась школа, учителя. Родители Стара пожимают плечами: «С друзьями гуляет, наверное. Нам откуда знать» Полиция начала поиски ученика.       А спустя ещё неделю, Лилит уже, взахлёб рыдая, смывает розовые и голубые краски с волос. Будто, если она их смоет, Звезда вернётся. Никто уже не интересуется, где он. Пропал без вести. Исчез. Следов нет. Родители не волнуются. Почему? Они ведь даже пол своего дитяти не знают, что уж говорить о местоположении! Друзей нет, никто не беспокоится. А Лилит смывает краски, пытаясь вернуть шерсти белый цвет. Она мечется по комнате: неужели её слова могли такое допустить? Она не хотела… Она не убийца… Она… она… Она ведь его любит! Он вернётся!

Но никто не пришёл.

***

      Спустя столько лет, они случайно оказываются тут. В некоем Межпространстве. И она тут же встречает Его. Стар, а это был именно он, стал выше, стройнее, увереннее в себе. В нём нельзя было узнать зашуганного паренька тринадцати лет, которого все знали… Или не знали?       Она еле смогла его вызвать на разговор по душам. И вот, в сени деревьев, она начинает разговор:        — Стар, слушай, а ты никого из нас не узнаёшь?       Начало резкое, но ничего поделать девушка, нет, уже женщина не могла. Именно в этот момент она почему-то замечает неотмывшуюся розовую полосочку в чёлке. Не будь рядом скелета, она бы с ожесточением вырвала её, но это потом лучше сделать, не сейчас.       Будто раздумывая, Стар пристально осматривает Лилит, и через секунду выдаёт:        — Конечно узнал.        — И ты так… спокойно это говоришь? — Удивилась лиса.        — Хах, Лилит, какая разница, с какой интонацией я говорю? Ну узнал, и что с того, в конце концов? Я много кого узнаю, память хорошая. Однако я не со всеми здороваюсь, иначе бы часто пришлось открывать рот.       Несколько секунд они молчали. Фурри удивлённо смотрела на скелета, а тот лишь усмехался.        — И ты… так спокойно на нас отреагировал? Будто не знал… Будто не держишь зла…        — А зачем же мне на вас зло держать? — Засмеялся Звезда. — Мы были молоды и делали ошибки. Это нормальное явление!        — Да… — Признала, а затем добавила почти шёпотом. — Стар, я… Прости меня… Я не знала, что говорила в ту встречу… Я так сильно хотела, чтобы моя репутация не испортилась, что… перестала быть человечной. Я сделала больно тебе и… я испугалась… Я подумала, что ты…       Скелет жестом остановил речь Лилит.        — Ничего. Я уже давно простил тебя, поэтому не стоит переживать.        — Да, хах, хорошо. — Она потупила голову. — Я… Стар, я… тоже люблю тебя. Честно…        — Поздравляю, — просто сказал Стар. — Но ты упустила шанс. Знаешь, Лилит, у меня «страх отказа». Это фобия, когда боишься отказа возлюбленного, боишься вступать в контакт с кем-то, кто нравится. Ты мне всё так же нравишься, однако… я не могу, Лилит. Увы, ты опоздала.       Стар резко замолчал. На его лице всё ещё красовалась улыбка, будто он всё это время говорил совершенно простую вещь. Если бы Лилит не знала, что Стар не лжёт, то удивилась бы.       В глаза собралась влага, но лиса старалась держаться. А Стар, будто решил добить, произнёс:        — Не стоит плакать над разбитым корытом, Лилит. Ты красивая женщина, — на этом слове Звезда чуть скривился, но незаметно, — и сможешь найти себе более достойного, чем я. Я тебе не нужен. — Первый удар. — У меня «страх отказа», Лилит, — второй удар. — К тому же, хранителям нельзя иметь семью: девушку, парня, детей… Никого! — Третий удар.       Лиса осела на землю, а Стар всё стоял. Улыбки уже не было, вот только и особого сожаления — тоже. Он не впервые говорил это прилипавшим к нему фанаткам. Все получали отказ. Рядом с Звёздочкой могли находиться немногие девушки: Пинк, Марианна, Лара и Катастрофа.       Видя, что Лилит не успокаивается, Стар оставляет её одну, наедине со своими мыслями и слезами. Сама успокоится.       А она всё рыдала, хватаясь за голову, сминая бывшие белыми когда-то локоны.

Над разбитым корытом не плачут. Иногда ошибки недопустимы, как в ЕГЭ. Хотя… даже то можно один раз исправить, что же до разбитого сердца… Это как отрубить руки. Простишь, но обнять не сможешь.