Какашка, которая хотела писать

Дуглас хотел какать. У него была очень вонючая задница, потому что он хотел какать. Рядом загорала страшная тетенька по имени Ребекка, она была голая и толстая. Дуглас подошел к ней и сказал: — Мне нужно покакать. — Хорошо, — сказала Ребекка. — Мне нравятся какашки. Дуглас присел над толстой загорающей тетенькой и покакал. Какашка легла на сиськи Ребекки как пиписька. Наслаждаясь видом только что отложенной личинки, толстая тетенька Ребекка издала эротичный вдох, а потом, взглянув на Дугласа, стала размазывать ее по своему огромному телу. Надо сказать, что кроме самих какашек, нравился ей и сам Дуглас, только как ему об этом намекнуть, она не знала, да и тощая тетенька Александра была тому препятствием. Но эта стерва больше всего любила мочу. Дуглас между тем отвернулся от Ребекки и стал смотреть вдаль, думая о том, как же он хорошо сейчас покакал, а также о тощей тетеньке Александре. План ее завоевания давно будоражил его кровь, но справиться с опасениями, что его может убрать с дороги ее муж Фернандо, отравляли ему жизнь. Страдания поглощали его душу, но он набирался решимости подойти к тетеньке Александре и сказать все как есть. Зря он не замечал того, что толстая тетенька Ребекка поглощала его взглядом. Не вставая со своего шезлонга, она томно произнесла: — Дуглас, ты нужен мне. Тот же, обернувшись, кратко ответил: — Прости, но мы с тобой не пара. — Ты все надеешься овладеть Александрой? — ревниво воскликнула Ребекка. — Она никогда не будет любить твои какашки, как я. Она дешевка! Глаза Дугласа округлились, гнев пронзил его подобно молнии. Не понимая, что делает, он подскочил к Ребекке и занес над ней руку: — Не смей так говорить о ней! — воскликнул он. Ребекка вся сжалась, а Дуглас, задрожав, отстранился и направился прочь. Ребекка заплакала, и ее слезы были на вкус как моча. Дуглас же шел вдоль пляжа, где произошла эта сцена, направляясь к балкону тощей тетеньки Александры. Гнев придавал ему уверенности в том, чтобы наконец-то признаться в своих чувствах. Он замер в нерешительности, когда подошел ближе к балкону. Он увидел ее, тощая тетенька Александра была голой и держала в руках запеченную индюшку, готовясь засунуть ее себе в задницу. Дуглас понял, что она обедает. Он стал ждать, и через мгновения тощая тетенька Александра все же обратила на него внимание. Она улыбнулась, и эта улыбка заставила сердце Дугласа какать своей пиписькой. Увидев это, тощая тетенька Александра хихикнула, прикрыв рот ладошкой, а после кусочки говна показались между ее пальцев. Дуглас знал, что тощая тетенька Александра любит мочу, ему больше всего сейчас хотелось захотеть писать. Он не отрывал восторженного взгляда от тощей тетеньки Александры, поэтому не заметил яростного взгляда Фернандо, который был свидетелем этих гляделок. Фернандо давно знал о том, что Дуглас хочет покакать на его жену. И за самой Александрой замечал странности: когда он ей писал на ногу в последний раз, чтобы она не забеременела, то услышал, как та называет его Дугласом. Фернандо был мстительным, он не знал, в каких отношениях состоят его тетенька и Дуглас, но уже придумал план мести. Сверкнув глазами, он тихонечко ушел вглубь дома. Ему нужен был письменный стол. Он взял два листа, а потом написал на них любовные записки, от лица Дугласа и от лица Александры, потом позвал секретаря и наказал ему послать эти записки почтой; одну — на свой же адрес. После этого он спокойно вышел на балкон и как ни в чем не бывало обнял свою тетеньку за плечи. Краем глаза он заметил, как Дуглас, поменявшись в лице и сгорбив спину, побрел куда-то, не разбирая дороги. С самым невинным выражением лица Фернандо разговаривал со своей тетенькой, коварно замалчивая свой поступок. Его расчет был простым — если Александра ему верна, то не обратит внимания на записку, а если нет, то ее ждет расплата. Дуглас между тем брел вдоль берега, вновь ощущая подавленность. Он ненавидел Фернандо и желал ему смерти, ведь у него была такая хорошая тощая тетенька. Он завидовал ему, желал быть им. Ни одна тетенька не могла заменить ему Александру, сколько уже было таких Ребекк, Шарлот, Джозефин. Все они спокойно принимали его какашки, но отложить он хотел только на одну единственную. За этими мыслями он не заметил, как оказался около своего дома. Опустив взгляд вниз, он заметил нераскрытый конверт. Он поднял его без каких-либо эмоций, думая, что это счета, но вдруг, присмотревшись, он улыбнулся. Дуглас узнал обратный адрес, тихая радость застилала его душу, он поспешил вскрыть конверт. Внутри была записка: Милый Дуглас, если ты это читаешь, то знай, я больше не могу скрывать свои чувства. Всякий раз, когда я смотрю на тебя, то не могу нормально дышать. Я хочу с тобой увидеться, сегодня в пять вечера в городской канализации. Такое место встречи специально, чтобы мой муж ничего не заподозрил. Он ненавидит какашки! С любовью, твоя Александра Дуглас был готов обкакаться от счастья, настолько эти слова его поразили. Он стал смеяться над собой — он думал о том, как признаться Александре, а та сама его позвала на свидание. Долго радоваться он не стал и тут же взглянул на часы. Они показывали без четверти пять! Нужно было торопиться. Быстро помыв свою попу под струями горячей воды, Дуглас побежал на свидание. Он бежал, сбивая прохожих с ног. Его вела любовь и возможность эту любовь разделить. Ничего не понимая, он схватился за канализационный люк, который был на главной площади города, отодвинул его и спрыгнул вниз. Вода, пахнущая какашками и мочой, кружила ему голову. Он стал осматриваться, и его удивлению не было предела, когда он увидел знакомый силуэт. Это была тетенька Шерил. Одна из тех, кто очень любила какашки Дугласа, тот с ней был долгое время, пока не приехал в этот пляжный городок. Как же она его нашла? Увидев Дугласа, тетенька Шерил нахмурилась и подошла к тому ближе, сразу кидаясь с криками: — Как ты мог так со мной поступить, подлец? Ты же знаешь, что моя моча и твои какашки созданы друг для друга! Ты не можешь бросить меня ради тетеньки Александры! — Зачем мы здесь?! — воскликнул Дуглас, и какашка поползла из его пиписьки тоненькой струйкой. Это была пиписьная какашка — самая противная из всех какашек. Тетенька Шерил улыбнулась, понимая, что не ошиблась, и предназначение никогда не покинет человека. Она готовилась его принять с рождения, зная, что именно Дуглас ее избранный дяденька. Моча полезла по ноге тетеньки, и она закричала, какая своими сиськами. Когда моча смешалась с какашками, все завоняло как задница. Какашка и моча жили долго и счастливо.