Home is where you are

У Хинаты с утра было приподнятое настроение. Нет, даже не приподнятое, а самое высокое. Память на даты у него была отличная, он мог запомнить дни рождения всех своих друзей не только из школы, но и из соседних. И сегодня был особенный день. — Кагеяма-кун! Тобио! Угадай, какой сегодня день? — навалился всем телом на спавшего Кагеяму Хината. Тот заворчал и приоткрыл один глаз, но видно было, что ему сложно проснуться. — Хината, идиот, ещё так рано... — отозвался Кагеяма и сделал попытку уйти назад в сон посредством пряток под подушкой. — Ну, Тобио! Сегодня же тот самый день! — Ты об этом говорил вчера. Как тут забудешь? — раздалось из-под подушки глухое бурчание. Только тёмные волосы и торчали. Хината, надув губы, стал накручивать их на палец — короткие пряди часто выпадали из его пальцев. Но Хината не сдался. Он убежал на кухню, а Кагеяма, уже понявший, что уснуть не получится, стал напряжённо выжидать, что этот парень придумает. Да, он знал, что Хината не сдастся, пока не поднимет его. Через десять минут запахло вкусным завтраком, от которого потекли слюнки и заурчало в животе. Кагеяма поторопился встать. Он очень хотел, чтобы Хинате не пришло в голову принести завтрак в постель (так уже было и попытка так себе). Быстро натянув штаны, мужчина, зевая на ходу, вышел из комнаты на запах. Хината был в одной футболке и трусах. То-то Кагеяма не нашёл её у кровати. Любитель присваивать вещи уже напялил на себя его одежду, а потом ткань пропитается его запахом. Кагеяма не против, на самом деле. — Что, проснулся? — довольно ухмыльнулся Хината, чуть поворачивая голову от сковородки, на которой пеклись блины. На столе уже приготовлена банка с черничным вареньем. Этот хитрец уже подготовился, хмыкнул Кагеяма, обнимая мужчину со спины и кладя голову ему на плечо. Привычно чмокнув рыжую макушку, он улыбнулся. — Почему вдруг блины? — поинтересовался Кагеяма. Он-то думал, у них особая диета. Хотя по таким дням можно. — Потому что тебе нравится черничное варенье, — коротко пояснил Хината, ловко переворачивая блины. У Кагеямы в голове промелькнуло очередное воспоминание из старшей школы, когда он ночевал у Хинаты и на утро именно этот дурачина готовил им завтрак. Хотел выпендриться, а блинчик упал на голову Кагеямы. Получил подзатыльник он тогда знатный! — Ну и где логика? — вскинул брови Кагеяма. — Сегодня годовщина, Бакагеяма. А значит нужно приготовить что-то, что нравится любимому человеку. И так как я проснулся раньше тебя, то в этот раз это моя привилегия, — поучительно поднял лопатку вверх Хината. Он тут же вернулся к сковородке, вытаскивая один блин и вкладывая его в стопку готовых дисков из теста. Казалось, ему совсем не мешали руки Кагеямы, он не жаловался, но Тобио все равно отстранился, решив пока достать молоко из холодильника. — Вот как. Получается, в следующем году буду готовить я? — задумчиво постучал пальцами по дверце он. Молоко нашлось быстро и Кагеяма налил себе в стакан ровно половину. — Мм, необязательно. Если опять встану раньше, могу и я. Но если встанем в одно время, можем сделать его вместе, — улыбнулся Хината. Кажется, ему нравилась вся эта суета с годовщиной. Кагеяма, конечно, не видел здесь ничего такого примечательного, но чувствовал, что заражается энтузиазмом возлюбленного. — Посмотрим, — заключил Кагеяма, глядя в стакан. — Ага. Чтобы не тратить время, Тобио решил умыться. Помимо годовщины у них ещё есть другие дела: Кагеяме нужно съездить на тренировку, а Хината... Вот он не говорил о своих планах на сегодня. Вроде в магазин собирался. Хотя, когда он говорил о планах, по его лицу сразу было понятно, что он что-то задумал. Кагеяма просто надеялся, что лишней шумихи не будет. Хината же не настолько поглощен этой их годовщиной, верно? После вкусного завтрака ехать куда-то расхотелось. Хотелось поваляться весь день на диване с Шоё, посмотреть какой-нибудь боевик или ужастик (они оба не любят второй жанр, но иногда смотрят чисто ради всплеска адреналина; а ещё Хината потом, несмотря на свой возраст, прижимается ближе и не отпускает до самого утра) — это казалось такой хорошей идеей. Вид домашнего Хинаты делал эту идею все более навязчивой. — Хината, а ты куда собирался? — В магазин, — сказал Хината, не отрываясь от мытья посуды. При этом на его губах расцвела предвкушающая улыбка. Ну, точно что-то задумал, засранец! — Я тогда на тренировку. Тренер велел быть там к обеду, — одеваясь в спальне, крикнул Кагеяма. Выйдя в прихожую, он начал завязывать шнурки на кроссовках. Сзади появился Хината, вытиравший руки полотенцем. Странно, но на его лице не было той улыбки, даже какая-то грусть проявилась. — Во сколько вернёшься? — Постараюсь до шести, — посмотрев на экран телефона, ответил Кагеяма. Он поднял голову, ловя вновь появившуюся улыбку на лице Хинаты. Обняв Кагеяму, Хината вздохнул. Было бы неплохо провести весь день вместе, но дела никто не отменял, тренировки одинаковы важны для них. Зато у него будет время подготовиться к остальной части годовщины. Пожелав удачи, Хината закрыл дверь за Тобио и потёр ладошки. Ну, что ж, пора начинать!

***

На обратном пути к дому Кагеяма задумался над тем, а надо ли дарить в годовщину подарки. Интернет сказал, что надо, товарищи по команде посоветовали тоже самое, хотя тут начался допрос от особо любопытных и недогадливых (по крайней мере знающие Кагеяму и Хинату со старшей школы уже давно все просекли). И Тобио решил заскочить в торговый центр, хотя не знал даже, что подарить Хинате. Вообще Шоё может понравится всё: брелок, стремная (на взгляд Кагеямы) подвеска, одежда, обувь, даже еда. Единственное, что не переносил Хината, были духи. Он так кривится при виде них, а уж когда ими кто-то надушится так, что аж слезы из глаз, Хината зажимает нос и отворачивается. Об этой особенности возлюбленного Кагеяма узнал ещё в школе. Так и что же ему подарить? Глаза наткнулись на ювелирный магазин, в частности, на блестящую витрину с кольцами. Щеки покрылись румянцем, Кагеяма отвернулся, бормоча под нос "рано ещё". И каким-то образом он оказался здесь...

***

У Хинаты уже было все готово к приходу любимого. Весь день промотаться по разным местам того стоило. Конечно, это будет обычный ужин, каких у них было много за этот год, но особенная атмосфера чувствовалась. Хината улыбался, ощущая себя парящим. Прямо как в волейболе. Осталось только дождаться паса от любимого связующего... — Я вернулся, — зазвенели ключи, зашебуршали пакеты(?). Кагеяма вернулся. — Я же ведь уже сходил в магазин, зачем..? Э? — шокированно глядя внутрь бумажного пакета, оборвал речь на полуслове Хината. Там было нечто круглое и какой-то квадрат. Только не говорите, что это подарки..? Для него? — Пошли, чего стоять в прихожей. На кухне распакуешь, — подтолкнул его в спину смущенный Кагеяма. Хината, ничего не понимая, едва передвигал ногами. Подарки. Ему. От Кагеямы. Такое удивление... Он был безусловно тронут. — Кактус? Почему кактус? — ещё больше изумлялся Хината, вытаскивая круглый кактус с красноватыми иголками во все стороны. Небольшого размера, компактный, но колючий. Хината внимательно его рассматривал, пытаясь понять, почему Кагеяма подарил ему именно это. — На тебя похож, — опустив голову проворчал Кагеяма. Хината хлопнул глазами — раз-два, загрузка данных. Кактус теперь обрёл другое значение. — Он колючий. — У него иголки красные. У тебя волосы также во все стороны иногда, — заметил Кагеяма, выглядя как дитя, которое обидели. — Хахахах, Кагеяма, ты ориентировался на мои волосы? — рассмеялся Хината, а Кагеяма поник ещё больше. Видя такое состояние любимого, Хината широко заулыбался и обнял его за шею, целуя в щеку. — Спасибо. Пожалуй, самый верный подарок, учитывая то, что у нас вообще нет растений. Да и не было бы времени за ними следить. — И ты не умеешь за ними ухаживать, — напомнил с усмешкой Тобио. — Оба не умеем. А кактусы живут без воды долго, так что мы сможем за ним ухаживать, — пожал плечами, совсем не обижаясь, Хината и поставил растение на стол. В полумраке красные иголки почти не выделялись. Надо поставить его на подоконник здесь, на кухне. — А что в коробке? Не слишком много для одной годовщины? Я приготовил только один подарок... — Кактус можешь не считать подарком. Купил потому что подумал о вашей схожести, — отмахнулся Кагеяма, пока Хината полез за коробкой. Открыв второй подарок, Хината окаменел. Внутри были электронные часы, которые недавно вошли в моду. — Шоё? Не нравится? — заволновался, глядя на замершего Хинату, Кагеяма. — Я просто видел, что ты иногда смотрел на них, когда мы гуляли, поэтому... — Я тебя люблю, — эти три слова вмиг остановили Кагеяму от мельтешения и теперь на кухне застыли оба мужчины. Хината определённо знал, как заткнуть Кагеяму. — Они же дорогие, нет? — Ну... — Мне нравится. Это, безусловно, отличный подарок, — включив умные часы, стал щёлкать по маленькому экрану Хината. Он казался зачарованным, изучая подарок. — Я очень рад, Тобио. Спасибо, — Хината улыбнулся, и это была та самая улыбка, которая растапливала сердце и притягивала физически. Эту улыбку Кагеяме очень хотелось всегда запечатлеть на камеру, сцеловать с губ. Улыбка, наполненная счастьем, бесконечной теплотой. Обняв мужчину, Кагеяма улыбнулся и сам. Он был рад, что Хинате нравится подарок, хотя непривычно было от такой... Не бурной реакции. Обычно Хината реагирует куда бодрее, а здесь как под гипнозом рассматривает часы. Может они ему не нравятся? — Мне все нравится. Просто идеальный помощник во всем, я даже наушники могу к ним подключить! А ещё здесь есть система оповещений, которую нужно привязать к телефону. Я могу не волноваться за телефон во время бега! — и наконец буря эмоций у Шоё проявилась. В течение следующих двадцати минут Кагеяма слушал достоинства этих часов, причём Хината настолько убедительно говорил, что Кагеяма подумал над идеей купить себе такие же. После этого Хината очнулся от своего восхищения подарком и достал свой пакет с подарком для Кагеямы. Это был небольшой, прочный пакет, в котором тоже лежала чёрная коробка, но более утонченная, чем у умных часов. Блеск радужного циферблата завораживал, это правда. И так как Хината знал, что Кагеяме больше по душе электронные часы, внутри были встроены электронные цифры, а красивый круг был просто украшением. Кожаный ремешок не натирал запястье, и вообще эти часы были идеальны. Они подходили Кагеяме так, будто он сам их выбрал для себя, хотя он даже модели такой не видел. — Тоже дорогие? — Также, как и умные часы, — улыбнулся Хината, толком и не ответив. На его запястье уже красовались подаренные часы. — Нравится? — Они красивые, — поглаживая металлический обруч вокруг циферблата двумя пальцами, улыбнулся Кагеяма, и Хинате большей отдачи не нужно. Кагеяма всегда был скромнее, чем он, можно даже сказать, скуп на слова, но все они искренние. Сейчас Хината не сомневался в них. После этого они сели ужинать, а ещё позже Хината достал из холодильника торт. Кагеяма, не любивший сладкое в больших количествах, нахмурился. Сразу вспомнились блины на завтрак. — Не слишком ли много калорий, тем более на ночь? Хочешь живот себе отрастить? — хмыкнул он, глядя на нарезающего на кусочки маленький тортик Хинату. Тот задумчиво глянул на торт. — Завтра все скинется в зале. Или есть другой способ, — уже держа первую ложку с кусочком десерта во рту, заманчиво улыбнулся Хината. Кагеяма сначала не понял, а потом до него дошло и он покраснел, прошептав "дурак". Шоё беззаботно продолжал есть тортик и ухмыляться. Не то чтобы он не серьёзно говорил... И все-таки годовщина была странным днем. Вроде ничем не отличается от обычных их будней. Только дарение подарков, чуть более праздничный ужин и соответствующая атмосфера разбавляли привычную кутерьму обычного в их жизни. Но в чем её смысл? — Годовщина — это что-то, что останется в нашей памяти, как день, который мы провели вместе, — ответил, лёжа рядом с ним, Хината. Он был куда более уставшим, но довольным, прижимаясь к теплому боку Кагеямы. — Но ведь у нас каждый день такой? Или ты не можешь запомнить, как проходят наши дни? — Дурак ты, Кагеяма. Я не об этом. Конечно, годовщину нельзя называть каким-то праздником, но для пар это считается... Традицией, наверное. Знаешь, даже подарки не всегда нужны. Главное, чтобы любимый человек был рядом. А суть этой годовщины для нас... Ну, для меня лично это отсчёт, — Хината замолчал, хотя явно хотел продолжить — что-то его остановило. — Отсчёт чего? — Времени, конечно же! — Для чего? Что это за отсчёт времени такой, раз он тебе так важен, — заинтригованно спросил Кагеяма. Он очень хотел знать ответ. Интуиция ему подсказывала, что это значит, но сформироваться сама мысль не могла. Хината вздохнул и неожиданно перевернулся на живот, показывая свой румянец на щеках. Конечно, в свете светильника мало что можно разглядеть, учитывая, что он со стороны Хинаты, но Кагеяме удалось выцепить потемневшие пятна на щеках. — Что есть годовщина, Кагеяма? — День, который важен для пар. — Именно. А почему? — Кагеяма пытался что-то сообразить, но не получалось. Мысли путались из-за того, что Хината явно что-то пытался сказать. Он к этому его подводил. — Эх... В этот самый день все пары начинают свои отношения, Кагеяма. Это отсчёт их начала, — пояснил-таки Хината, рисуя одной рукой что-то на груди у Кагеямы. Было приятно и терпимо щекотно. — Получается, тебе важна эта дата, потому что в этот день мы начали встречаться. Где здесь логика? — прищурился Кагеяма. Было же ещё что-то, повисшее в воздухе невысказанным рассказом. — У всех пар так. Для меня эта дата важна не только поэтому, — рука Шоё остановилась в воздухе, а на его губах появилась почему-то тоскливая улыбка. — Знаешь, возможно, я испытывал к тебе чувства ещё в школе. И что-то сломалось. Кагеяма расширил глаза, не веря своим ушам. То есть как это? Он был не единственным, кто влюблен, в их дуэте, и они тогда промолчали об этом? — Не знаю, когда это началось. Я всегда был мыслями о волейболе, а потом они стали разбавляться тобой, как связующим... Я даже не заметил этого. Только в Бразилии понял, что скучаю по тебе настолько сильно, насколько... Невозможно. Я сидел часами в телефоне, смотря на нашу переписку, совместные фотографии, и осознавал. Ты мне нравился ещё тогда, Тобио, — Хината перестал улыбаться, рассказывая об этом, но продолжил выводить странные узоры на его груди. Кагеяма же внимательно слушал. — Но я не жалею. Да, я скучал, но я должен был вернуться хоть с чем-то в Японию. Мне нужно было научиться многому прежде, чем мы встретимся снова. Я хотел стать твоим сильнейшим соперником... И все ещё любил тебя. Не знаю, как бы все происходило, если бы мы не начали встречаться, — смешок вышел немного нервным. Но на душе стало легче, Хината мог выдохнуть. То прошлое, которое он не рассказывал раньше... Как Кагеяма на него теперь смотрит? Он боялся поднять взгляд от своих пальцев на его груди. Тобио пошевелился, приподнимаясь, чтобы ухватить Хинату за плечи и повалить на себя. Шоё от неожиданности чуть язык не прикусил, но зато теперь смотрел прямо в тёмные, такие почему-то счастливые глаза напротив. — Хочешь расскажу тебе свою точку зрения? — не дожидаясь ответа, Кагеяма рассказал о том, что тоже начал осознавать свои чувства в старшей школе, но в конце третьего года. Хината тоже заулыбался, прижимаясь в конце этой истории своим лбом ко лбу возлюбленного. — Мы с тобой идиоты. — Время упущено, — кивнул Кагеяма. Но оба знали, что теперь все хорошо. Теперь они вместе. Часом позже, когда Хината заснул у него на плече, Кагеяма смотрел в потолок и не мог уснуть. Он все ещё не мог поверить, что его чувства всегда были взаимны. Просто они не поговорили тогда. А как бы сложилась их жизнь, начни они встречаться раньше? Вряд ли бы что-то изменилось. Хината бы так и улетел на другой край света, но тогда бы Кагеяма выкраивал время, чтобы прилететь к парню, и они проводили его вместе... И он понял, что годовщина — действительно важна. Пока Хината не сказал об отсчете, он даже не думал об этом. Годовщина как годовщина, день как день. Но теперь значение совершенно другое. Это число — стопроцентно их день. День, когда они не просто начали встречаться, а наконец-то открыли свои чувства друг другу спустя долгое время. Как хорошо, что этот день наступил, подумалось Кагеяме прежде, чем он уснул.