Home is where you are

У каждой пары, живущей вместе, есть разногласия. Это такой негласный закон о "притирании", то есть привыкании друг к другу. До переезда в одно пространство вы встречаетесь и чувствуете себя комфортно в обществе друг друга, но все равно это более обособленно, нежели когда вы живёте вместе. И без мелких конфликтов вроде того, кто будет убираться или готовить следующим (или во время покупки продуктов спорить, что лучше взять) тут не обойдётся (если только вы не идеальные соулмейты или читающие мысли люди). Без небольших споров бытового характера не обошлось и у них. Конечно, чаще всего споры заканчивались быстро, потому что ни один из них не видел смысла ссориться из-за мелочей. Они всегда в разъездах и в редкие дни им удаётся увидеться. Возможно, поэтому их ссоры ограничивались таким малым количеством и быстрым примирением. Никто из них не хотел держать обиду и молчать во время отъезда. Это было дискомфортно для обоих. Но в этот раз что-то пошло не так.

***

Кенма, как лучший друг Хинаты, знал о его характере, проблемах и вообще жизни. Так уж вышло, что они сошлись на фоне соревнования (кажется, у Хинаты все друзья таким образом нашлись) и теперь дружили больше пяти лет. И, конечно, Кенма Козуме был посвящён во все аспекты жизни лучшего друга: как в рабочие, так и в личные. И если в рабочем плане у них все тип-топ, то в личном... Хината вроде не нуждается в психологе, как-то справляется сам, но порой говорит и спрашивает такие вещи, что Кенма сам невольно теряется. Они с Куроо тоже прошли немало, но у них там, кажется, все гораздо проще. А сейчас, глядя на очень подавленного и молчаливого (!) друга, Кенма мысленно гадал, что произошло на этот раз. — Так что все-таки случилось? — хрипло поинтересовался он, открывая свою банку с колой. Алкоголь Кенма не любил, хотя по особым случаям мог сделать пару глотков. Но вот пиво... Увольте. Хината сжал блестящие бока своей банки спрайта и не поднимал глаз. Во всем его виде ощущалась вина. Как будто на плечах камень лежит, оттого друг весь и сгорбился. Кенма тоже горбится, но у него это издержки профессии (сидеть за компом почти круглосуточно неудобно и спина потом болит так, словно он мешки таскал весь день). — Мы с Тобио поссорились, — коротко пояснил Хината. Кенма подпер щеку рукой. Он знал многое о жизни этих двух неразлучников. Он также помнил о прошлых отношениях Хинаты, пока тот был в Бразилии. Не сказать, что тот мужик ему нравился больше, — подсказка: Кенма его ненавидел, — но и с Кагеямой было трудно. Но Хината упорно старался ради этих отношений и было видно, что он любит Кагеяму самой искренней и большой любовью. Козуме редко видел этого сеттера, но мог представить, насколько велика взаимность чувств Шоё. Но когда эти двое ссорятся, обычно их конфликты не такие громкие, скандальные. Они быстро заканчиваются... В этот раз Кенма ощущал что-то другое. Не может быть, чтобы какая-то мелкая причина или шуточка вот так взяла и ввела его друга в состояние кризиса. — В чем причина? — на столе помимо банок с колой и спрайтом (ещё по две на каждого) были пакеты с чипсами и печеньки в вазочке. Кенма по привычке схватил печенье, хрустя им в тишине. Тетсуро любит вот такие сладости, а вредную пищу не переваривает. Хотя сладости, наверное, тоже вредные... — Да как-то даже... Непонятно уже. На пустом месте разругались. Наверное, устали просто и все... — о, вот это Кенма не любил в Шоё. Раньше Хината постоянно боролся с противоположным мнением, а сейчас часто уступал, когда считал это необходимым. Возможно, это по-взрослому и мудро, но Кенма не раз уже замечал за другом такую особенность, не свойственную его характеру. И при этом Кенма видел, что Хината правда выглядит уставшим. И дело вовсе не в ссоре с возлюбленным... Неужели и его настигли последствия выбранной профессии? Быть спортсменом нелегко, особенно учитывая постоянные перелёты и тренировки. — Вы говорили? Может стоит взять отпуск? — предложил Кенма. — Знаешь, Кенма, я тут понял, что не всегда ссору можно решить разговором... То есть можно, да, практически всегда. Но иногда... Это невозможно, — Хината взъерошил свои волосы рукой, — Иногда внутри может взыграть гордость или другое чувство, которое будет мешать говорить. Я не знаю, почему, но в этот раз я просто не могу заставить себя уступить или просто сказать хоть слово. Кенма знал, о чем он говорил. У него тоже так бывало с Куроо, когда элементарные, на первый взгляд, мелочи было сложно произнести. Мешала гордость, мешали противоречивые чувства. Когда ссоришься с любимым человеком по мелочи и потом миришься — это гораздо легче перенести, чем большой скандал. И после вот таких вот крупных ссор говорить очень сложно. — Без ссор и общих проблем отношения не будут отношениями. Пока вы привыкаете к постоянному присутствию друг друга в своём личном пространстве, этого не избежать. Зато, когда вы через это пройдёте, вы вряд ли разбежитесь, — пожал плечами Кенма, беря из вазочки ещё одну печеньку с шоколадной крошкой. — Вы тоже с Куроо-саном ссоритесь? — поинтересовался Хината, поднимая голову. Кенма усмехнулся. — Бывает такое, пусть и редко. Обычно это что-то банальное и мы ищем компромиссы, но никто не идеален. — Я знаю это. Мне самому иногда кажется невероятным, что мы с Тобио сошлись. Я имею в виду, мы же совсем разные! И упрямства у нас выше крыши... Но все равно это произошло. Кенма задумчиво смотрел на нежную улыбку Хинаты. Хината всегда улыбался, был бодрячком. Даже сейчас оттенки усталости отступили и солнце закралось к нему в комнату... И эта улыбка посвящается одному человеку. Кенма понимал, насколько важны для лучшего друга эти отношения. Может быть, он всегда к ним стремился, пусть и неосознанно. Правда в том, что эти двое помешанных на волейболе всегда ходили вокруг друг друга, бок о бок. Они связаны, и порой это очень очевидно. Однако сомнения растут быстро, если их напитывать водой в виде нерешенных проблем и конфликтов. И если их не срубать на корню, то это грозит полным провалом. — Слушай, Шоё-кун, а ты никогда не думал, что вам с Кагеямой-куном... Возможно, не стоит быть вместе? — Хината шокированно смотрел на своего друга. Кенма безобидно улыбался, — Вы такие разные... И при этом одинаковые. Что если сейчас в тебе играет гордость, а потом это станет твоим постоянным чувством? Вы не сможете поговорить сейчас, а потом... Потом будет поздно. Кенма наблюдал за меняющимся выражением лица у друга. Он не хотел говорить ничего плохого, но для Хинаты более понятны действия, чем слова. Даже если ты научился говорить, это не значит, что пора забыть язык действий. Одно не может без другого... И суть в том, что даже такая вот закинутая на проверку удочка поможет другу разобраться самому. Поэтому Кенма особо не беспокоился, когда Хината засобирался уходить. Ему не было обидно, что его так быстро покидают. Хинате нужно поговорить с Кагеямой, это ясно как день. И если потом Кенма будет снова ослеплен счастливой улыбкой друга, то он готов пожертвовать этим временем. Хината шёл домой с чёткой целью и уверенностью. Нет, он не отпустит Кагеяму так просто, после одной лишь крупной ссоры. Он долго тянулся к этому хладнокровному на первый взгляд сеттеру, чтобы вот так запросто проиграть. И пусть разговорами делу поможешь быстрее. И пусть не всегда легко говорить, выдавливать из себя слова. Но это укрепит их любовь ещё больше. В этом Хината был уверен.

***

С самого утра день какой-то паршивый. Кагеяма смотрел в тёмную гладь кофе в своей чашке, игнорируя весь шум кофейни, где сидел почти с обеда. Он пришёл сюда, потому что дома на него все давило. Потому что вина затапливала с головой и ему хотелось бы от неё избавиться, но Хината так и не вернулся. Сколько слов он бы хотел сказать... Кагеяма знал, что их характеры настолько разные, что ссориться они будут постоянно. Первое время он не ожидал, что Хината окажется таким уступчивым. Даже иногда казалось, что это не тот Хината, которого он знал в школе, но все остальное точно указывал на обратное. Хината был все тем же, просто повзрослел и поумнел. А вот Кагеяма будто остался в том промежутке, в прошлом. И пусть вымахал в росте, пусть узнал много нового о популярности и спорте, но в отношениях далеко не продвинулся. Это было ясно, глядя на их жизнь с Хинатой. Им нужны разговоры, Хината сам это говорил. Но, кажется, он устал от этого, раз сегодня просто взял и ушёл. Кагеяма чувствовал себя брошенным, но при этом знал, что им обоим лучше бы поостыть сейчас. Они оба вымотаны до предела и в такие моменты — не важно, насколько вы близки, — раздражает любая вещь. Кагеяма хотел бы сказать, что просто устал от бесконечной работы. Он вчера только прилетел с очередного матча, на котором они едва не проиграли, и чувствовал себя крайне плохо. Он упустил пару мячей и это коробило его потом всю ночь... Хината тоже недавно прилетел с другого конца мира и тоже устал. До этого все было нормально. Они терпели, привыкали друг к другу и совместному быту. И беда сейчас в том, что, когда ты слишком вымотан, у тебя нет сил говорить и поддерживать кого-либо. Они с Хинатой разные. И когда оба устали, каждый ведёт себя по-разному. Он, Кагеяма, любит побыть в тишине, слушая собственное дыхание и просто чтобы его никто не трогал хотя бы часа два. Хината, напротив, хоть и любит тишину, но очень тактильный. Ему нужны объятия — Кагеяме в этот момент нет. И как тут найти компромисс. — О, это же Кагеяма-кун, — раздался рядом с его столиком знакомый голос. Кагеяма рывком поднял голову, замечая такую странно-родную и позабывшуюся за пару лет отеческую улыбку. Сугавара-сан ни капли не изменился, даже причёску не поменял. Даже компания у него не поменялась — не хватало только Асахи-сана. А Дайчи тут как тут. Совсем как в старые-добрые... — Какое грустное лицо, Кагеяма-кун. Надо исправлять, — бодро заявил Суга, садясь напротив. Кагеяма мог бы сказать, что ему сейчас не до разговоров, но его не так воспитывали, чтобы грубить старшим, да ещё и друзьям. От грубости своему возлюбленному воспитание, к сожалению, не уберегло... — Пойду сделаю заказ, — взаимные переглядки, общение без слов глазами — Кагеяма удивленно смотрел на мужчин, бывших ему семпаями. Всё точно также, как у них с Хинатой, только... Старше. Глубже. И дольше. Пока Дайчи отошёл, Коши уставился своим изучающим взглядом в Тобио. Тот неосознанно съежился. Добрая улыбка Суги вроде успокаивала, но и напрягала не меньше. Ощущение, будто тебя пытаются препарировать... — И так, что случилось у тебя такого, что ты сидишь с таким видом, будто кто-то умер? — миролюбиво задал вопрос Суга. Кагеяме, если честно, не хотелось бы говорить об этом сейчас. Он мысленно разбирал свои чувства по полкам, размышлял о том, что сказать Хинате, когда он вернётся... Но Сугавара всегда помогал советом в старшей школе. Он был этаким "мамочкой" всея команды Карасуно, который может и по голове погладить, и подзатыльник дать. Но факт оставался фактом: Суга более умный в жизни, нежели сам Кагеяма. Но это не значит, что ему захочется сразу говорить о своих проблемах. — А вы с Дайчи-саном..? — Кагеяма посмотрел искоса на обсуждающего что-то с баристой Дайчи, а потом перевёл взгляд на такого же смотревшего в сторону мужчин Сугу. Его лицо светлое, не затемненное ревностью... Может, они не встречаются, как подумал изначально Кагеяма? — Просто вышли погулять. Оба заняты вечно делами, устаем, поэтому нужно иногда отдыхать, — без задних мыслей ответил Коши, щуря глаза на болтовню друга (?) и работника кофейни. Кажется, он видел что-то, чего не замечал Тобио... — Так вы..? — Кагеяма покраснел, понимая, что не может выговорить одно простое слово. Сугавара перевёл вопросительный взгляд на него, замечая его реакцию, и хохотнул. — Оу, ты об этом. Да, мы встречаемся. Живём вместе уже почти пять лет, — отмахнулся так, будто это было чем-то очевидным, Суга, а потом снова рассмеялся с растерянности Кагеямы, — Мы встречались ещё в школе. Просто тогда это не афишировали и этого не было заметно. Тем более начали только на третьем году... — И как оно? — спустя паузу в минуту поинтересовался тихо Тобио. — Всё хорошо. Мы всегда были друзьями до этого, но потом, когда проявились чувства, мне показалось, что так и должно быть. Будто сама судьба нас свела... Конечно, наивно так думать, но это не важно, — Дайчи наконец закончил разговор и шёл с двумя стаканами к ним. Когда он сел рядом с Сугой, тот шутливо ткнул его в бок, — Что-то ты долго. Маккиато такое сложное по приготовлению? — Нет, просто старый знакомый из университета. Привет, Кагеяма, — кивнул младшему Дайчи. Сугавара улыбался уже более ярко. Интересно, а они с Хинатой тоже на таком контрасте? Или у них все по-другому? — Как там Хината-кун? Все также в разъездах или в отпуске? Коши всегда был внимательным. И в этот раз он первым заметил, как помрачнело лицо Кагеямы. Переглянувшись с Дайчи, он снова повернул голову к Тобио. — Что-то случилось? Вы поругались? — от меткого предположения у Кагеямы дрогнула рука. Сугавара всегда умел цеплять словами, мягко, ненавязчиво или, наоборот, твёрдо и безжалостно. Такая двойственность характера если не пугала, то напрягала. Говорить об этом с почти незнакомыми уже старшими как-то не хотелось. Но, глядя на их ожидающие лица, Кагеяма быстро смекнул, что они не отстанут. Капитан и вице-капитан всегда больше проявляли заботу и вели себя по-взрослому. Вряд ли что-то изменилось и сейчас. — Да, есть такое, — придать голосу хладнокровие под проницательным взглядом "мамочки" не получилось. Из-за этого фраза вышла... Жалкой, — Вроде из-за какой-то мелочи... — Какого рода мелочи? — наклонил голову Дайчи. Он ещё когда сел облокотился на спинку диванчика, закинув руку на её верхушку. Суга удобно расположился рядом. Между ними чувствовалась связь. Они не скрывались и гармонично смотрелись друг с другом. Кагеяма снова в голове сопоставил их с Хинатой и Дайчи с Коши. Такие разные, но такие похожие... — Усталость, наверное. Мы оба вымотаны матчами, а, когда мы устаем, у нас... Разное поведение, понимаете? — видимо, пара не понимала, поэтому Кагеяме пришлось уточнить: — Хината очень тактильный. Это не мешает, конечно, мне все нравится, но... Сегодня что-то пошло не так. — Ты нагрубил ему? — догадался Суга и Кагеяма кивнул. Он давно, ещё в тот момент, когда слова слетели с языка, понял свою ошибку и признал это. Легче от этого не становилось, — Да уж, сложная ситуация. Хината-кун, как я понимаю, ушёл? — Да, — хотелось побиться головой об стену. Останавливало только присутствие старших и то, что его могли выгнать. Домой сейчас очень не хотелось... — Это правильно. Вам нужно остыть, — отпивая из стакана, кивнул Коши. Добрая улыбка не сползала с его губ ни на минуту, хотя сейчас его взгляд был серьёзнее. Ну точно как в школе, — Вам нужно поговорить об этом. Конечно, усталость может влиять так на вас и вы можете поругаться из-за этого. Вам, главное, понять друг друга и услышать. Если тебя что-то не устраивает, скажи ему об этом. Если это не устроит его, ищите компромиссы. — Что если компромисса нет? — почти шёпотом спросил главный волнующий его вопрос Кагеяма, опустив голову. Ответа долго не было, а, когда он поднял голову, то увидел, что Сугавара смотрит не на него, а на Дайчи. У обоих на лице написано что-то печальное, а во взглядах читалось нечто неописуемое. Кагеяма интуитивно предположил, что, вероятно, не они одни с Шоё переживают такое. Даже у самой идеальной и крепкой пары могут быть разногласия. И не всегда эти разногласия можно решить разговором и компромиссами. — Значит, разговор окончен, — ответил Дайчи. Его ответ выбил Кагеяму из колеи. Почему-то в голове все перемешалось тут же, сердце боязно заколотилось от картинки, где они с Хинатой окончательно разругались и расстались... Нет-нет-нет... Сугавара смотрел вслед убегающему Кагеяме с маленькой улыбкой. Дайчи рядом вздохнул, почесывая голову. — Кто бы мог подумать, что у них будет такая же проблема, как у нас? — Ну, это было даже предсказуемо, я бы сказал, — прикрыл глаза Коши, грея руки о стенки стакана. Он чувствовал, как Дайчи слушал его. Такая особенная связь... Суге нравилась, — Они разные. Кагеяма-кун более рассудительный и спокойный. Хината-кун ему в противовес энергичный и яркий, не может без движения и разговоров. Они вроде сочетаются, но вроде и нет... Как мы с тобой, — Суга прижался к боку возлюбленного, ощущая невесомый поцелуй в макушку, — Они довольно скоро поймут, что в гордости нет смысла, когда дело касается отношений. Да, обсуждать проблемы своего характера часто сложно, но... В этом суть отношений. Не просто меняться ради своего спутника, а желать меняться... Не каждый на это пойдёт. Дайчи только кивнул на его слова. Они прошли через это с Коши, пусть и было тяжело, буквально невыносимо, потому что у обоих есть упрямство. Но прошли же... — Надо было попросить тебя взять чашки, — глядя в окно на начавшийся дождь, подметил Суга. — Я не думал, что мы тут задержимся надолго, — оправдался Дайчи. — Ну, здесь хотя бы уютно и тепло. Если дождь не кончится, то придётся идти под ним. Есть риск заболеть... — хмыкнул Сугавара. — Будем надеяться, что он скоро пройдёт.

***

В квартире холодно. Кагеяма не любил холод также сильно, как и жару. А может ему казалось так из-за того, что он промок под ливнем, так неожиданно настигшем его на середине пути. Включив в прихожей свет, Тобио со вздохом снял хлюпающие ботинки. Из них можно смело лужу выливать, а из одежды — выжимать. Глядя на весь этот бедлам, им устроенный, дрожь брала все тело. Ещё и в носу зачесалось... — Тобио? — позвал его Хината, выходя в коридор, и именно в этот момент Кагеяма громко чихнул. Ну вот, кажется, иммунитет его подвёл. Снова. Хинаты уже не было в коридоре, но он быстро вернулся с полотенцем в руках. Обеспокоенный взгляд, полный тепла и ласки, — будто Тобио не видел его вчера или позавчера, или поза-поза... Он так по нему скучал. От этого сжималось сердце и становилось труднее дышать. Вина заколотила изнутри ещё сильнее. — Дурачина, куда ты ушёл..? Передавали же, что в конце дня будет дождь! Не май месяц, чтобы гулять в такую погоду, — ворчал Хината, помогая ему переодеться и высушить волосы. Кагеяму топит от такой заботы, он хочет закрыть глаза и поддаться шоевскому теплу, жару... Но нельзя. Он все ещё виноват, ему нужно произнести эти тяжкие слова и выслушать Хинату. Это нужно им обоим, потому что ссориться он больше не хочет. Только не так, только бы не возвращаться в пустую и холодную квартиру. — Иди в душ, я пока разогрею чай, — махнул рукой в сторону ванной Хината и Кагеяма послушался. В сухой одежде и с кружкой в руках говорить проще. Сидя рядом с Хинатой, ловить его аромат, дышать им, жить легче. Только вина отравляет эту атмосферу и тишина от этого становится более вязкой. — Прости, — Хината повернулся к нему. Кагеяма смотрел глубоко в душу своими бесконечно виноватыми глазами. От этого все внутри холодело, трескалось, в голове проносилось много мыслей и картинок вероятного исхода... — Прости-прости-прости... Одно слово, повторяемое из раза в раз. Хинате не сложно было его простить, он простил его давно. Все паничные мысли остановились, являя только одну чёткую: "обнять". И Хината обнимает, гладя осторожно по тёмным волосам. Кагеяма, как заведенный, не прекращает просить прощения, а также говорить о том, как сожалеет о сказанных словах. Хината молча слушает, ждёт, пока он выговорится. Когда это происходит, Кагеяма отстраняется сам и смотрит таким взглядом, что невольно с губ первым срывается вечное и чёткое "я все равно люблю тебя", а потом уже: — Ты тоже меня прости. Я забыл о том, что когда люди устают, не всем приятно, когда к ним лезут. Просто... Думаю, я посчитал, что ты будешь не против. Прости за это... — Я не против, честно. Я тоже забыл, что давно не один... — Тобио, я понимаю. Я знаю, что мы в этом плане разные. И я могу перестать, потому что для меня твой комфорт выше моего, — Хината вздохнул, утыкаясь лбом в плечо возлюбленного, — Иногда мне это нужно. В этот раз все совпало не самым удачным образом... Я не знаю, что мне делать в таких ситуациях. Кагеяма тоже не знал. Какое здесь решение? Что им делать, если одному нужно одно, а второму — другое? Идти на уступки..? — Такое может произойти не единожды с нашим графиком, — согласился Кагеяма. Он обнял Хинату, заставляя его прижаться к нему, — Я не хочу больше ссор, Шоё. Очень не хочу... — Я тоже! — Поэтому если мы оба чувствуем себя уставшими, то... Скажи мне об этом напрямую. Скажи, что ты устал и хочешь отдохнуть. Я... Постараюсь раскрыть для тебя все, что будет доступно у меня в тот момент, — решительно продолжил Тобио. Хината поднял голову, глядя на него. — Ты тоже. Если ты устал, скажи мне об этом. Я постараюсь не лезть, хотя это будет сложно... Но я справлюсь, — ярко блестящие глаза так манили... Кагеяма смотрел в них и застывал во времени, как янтарь. Словно все пространство вокруг не имело значения. Он просто хотел всегда видеть напротив этот блеск и уверенность. — Мы справимся. Я верю в это. Поцелуй после этих слов такой аккуратный, будто первый самый. Не глубокий, совсем поверхностный. Мазнуть по сухим губам, тёплой щеке, а потом смотреть глаза в глаза и соприкасаться лбами. Все это как в первый раз, и Кагеяме хочется продлить это чувство. И не продлевать одновременно, потому что они только что решили первый и вряд ли последний большой конфликт в их совместной жизни...