бывшие друзья / ex friends

Раннее утро, яркие лучики солнца аккуратно пробираются сквозь шторы, пытаясь меня разбудить. Что ж, им это удаётся. Я с неохотой открываю глаза, солнышко слепит в окно. Беру телефон с прикроватной тумбы, смотрю на время. Дисплей показывает: 10:40 утра. Осознаю то, что уже по-настоящему наступило лето, не нужно бежать в универ, мучаться на парах. Уже по-привычке захожу в соц. сети, ничего нового нет, ну и слава богу. С такой же ленью я поднимаюсь с кровати, иду в ванную, чтобы умыться. Мама уже во всю гремит чем-то на кухне, папа, кажется, уехал на работу. Сделав все водные процедуры, я, до сих пор спящая, прихожу к матери на кухню. — Доброе утро, Клавушка! — мама жарит блинчики. — Доброе, и то верно, — я сажусь за стол, — А кофе есть? — Конечно, сейчас доделаю тебе завтрак, и можешь кушать, — все также ласково говорит мама. В это время на кухню заходит брат, присаживается ко мне на диванчик, приобнимая за плечо. — Наконец-то ты проснулась, а то спишь и спишь, пушкой не разбудить, — он смеётся, я тоже. — Ну, вот такая вот я, что поделать? — в этот момент мама ставит мне на стол тарелку с завтраком. — Приятного аппетита, а я пошёл собираться на работу, — Лев встаёт из-за стола. Как же я скучала по маминой еде! Её блинчики — даже самый лучший шеф-повар никогда не сделает прекраснее. Зато, хоть буду питаться нормально, а не всякими панкейками, во всяких кафешках. Только мысль о том, что часто буду пересекаться с Егором не даёт мне покоя. Мне уже не особо хочется его видеть. Но сейчас я отключаюсь от мыслей о блондине, потому что наслаждаюсь матушкиной едой, ничего великолепнее этого не видела. Позавтракав, я решаю сходить прогуляться во двор вместе со своим псом. Иду в свою комнату, немного укладываю волосы, а потом собираю их в хвост. Надеваю джинсовый комбинезон, беру худи, ибо утром немного прохладно. Когда выходим из подъезда, я пристегиваю Чарли к поводку. Направляюсь к стадиону, где гуляли раньше, а может быть, родители до сих пор там и выгуливают собаку. Мне настолько скучно, что даже музыка, играющая в наушниках airpods, не поднимает настроение. Но зато тема для раздумий находится сразу. Действительно, почему бы в такой прекрасный денёк не начать думать о плохом, а именно о ссоре с другом? Вспоминая вчерашний день, на душе становится только грустнее. Не понимаю, то ли Егор мне так мстит, то ли он так изменился, но я просто этого не замечаю, может, это его новый стиль... Знал бы он, как мне неприятно было видеть его и эту девушку в Парке, а потом и в ресторане. Ощущение, что этим знакомством с его новой пассией, он просто решил меня добить, положить на лопатки. Да и если они реально встречаются, то тогда хочу пожелать этой Насте терпения. С таким-то трудно придётся, а особенно его характером. Наверное, я одна, которая знает... или знала подход к Егору, как с ним лучше общаться, как к нему подойти, чтоб тебя не послали далеко и надолго. Пока я сама с собой рассуждаю на счёт вчерашнего дня, мы с Чарли гуляем уже час. Понимаю, что пора заходить домой, поэтому идём обратно. Когда заходим в квартиру, я замечаю папину обувь, а значит, что он приехал на обед. Как я и предполагала, папа обедает вместе с мамой. Я раздеваюсь и присоединяюсь к ним. И снова самая любимая мамина еда. На обед куриный бульон с лапшой и овощное рагу на второе. Немного поговорив с родителями, выслушав отца с его рабочими приключениями, конечно же, поев, я иду в свою комнату. На ноутбуке идёт проигрывание какого-то фильма, который я смотрю лишь урывками, так как сижу в телефоне. Мне приходит смс от Люси: «может, расскажешь, все-таки, из-за чего у тебя вчера случилась истерика в парке?» Черт, Люся. Пишу ей ответ: «Егора Булаткина помнишь? Увидела его с другой, вызвало неприязнь, поэтому так и получилось, извини, Люська, мне не очень приятно это вспоминать...» Прочитано. Подруга пишет в ответ, что понимает меня и больше лезть не будет. Как же я её обожаю! Вдруг я представила, что было бы, если бы я не прилетела в Россию из Америки? Да и наверное, зря я вернулась, даже пусть всего лишь на лето... Не успела сойти с трапа, сразу начались неприятности. То папа опоздал из-за пробок, то ревность к Егору проснулась. Определённо, это было зря. Ни к чему хорошему это не привело, я лишь плачу уже который раз за сутки. Глаза не отдыхают, все время красные, а слезы, кажется, уже кончились. Зачем Булаткин начал целовать эту шмару в парке, ведь он видел меня. Зачем он привёл её в ресторан, если уже увидел реакцию на ту ситуацию, что была днем. Сидела б я лучше в своём Элленсберге, может быть, слетала бы на Мальдивы вместе с подругами. Ну или доехала бы до Аризоны, ведь там так красиво! А вместо этого я сейчас сижу в прохладной Москве, рыдаю из-за какого-то парня, к которому раньше ничего не чувствовала. Может, стоит улететь обратно? И больше не возвращаться. Чтобы не пересекаться с Егором. Так будет лучше для нас двоих. Я в этом уверенна. Из глаз градом катятся слезы, а в голове всплывает все то, что было связано с Егором. Сердце, кажется, разрывается на части, что-то очень больно защемило внутри. *** Мы сидим за большим столом в нашей квартире. Жалко, Полина не смогла присоединиться к нам, у неё работа. И Лёва тоже на ночном дежурстве, обидно, что брат не с нами. Папа разливает всем шампанское, но у него и Николая Борисовича с рюмках коньяк. Как сказали мамы: им сегодня можно. После этой фразы все долго смеялись. Лада заходит в зал с большим блюдом с запечённой рыбой, а я накладываю каждому на тарелки жареную картошку. Я не знаю, в честь чего мы собрались, но я обязана рассказать одну важную новость. Но это позже. Все что-то говорят, в квартире, пусть и тихий, но все же стоит гул. Я сижу рядом с блондином. Он тихо шепчет мне на ушко план нашего побега с этой тусовки. В его мыслях мы должны просто незаметно слиться из квартиры, когда будет подходящий момент. Что ж, а мне нравится, с ним я готова хоть в другую страну сбежать без загранки. Если, конечно, на границе не тормознут. В ответ на его слова я всего лишь улыбаюсь, но он понимает, что я согласна. Чувствую его руку на своей талии, расслабляюсь. Неожиданно для всех, папа встаёт, чтобы сказать тост. Он говорит что-то про нас, то есть про детей, желает нам прекрасного будущего. Мы все чокаемся, я отпиваю пару глотков сильно газированного напитка, в глотке остаётся приятный привкус. А рука Егора тем временем уже на моем колене, но я знаю, что большего он себе не позволит, поэтому я ему доверяю. Думаю, что уже настало время для моей супер-пупер новости, пока никто не пьян. — Можно минуточку внимания, пожалуйста? — все оборачивается на меня, — У меня для вас есть прекрасная новость. — О, и что же это? — удивлённо вскидывает бровь папа. — Меня со следующего учебного года отправляют на учёбу в Америку, в Вашингтон! — с диким восторгом произношу я, а у всех открываются рты. — Че, серьёзно что ли? — вопросительно смотрит на меня Егор. — Да, честно говорю, — улыбаюсь, говорю сквозь смех. — Нихрена себе, я так рад за тебя, малышка, — Булаткин прижимает меня к себе, а я целую его в щеку. — Мам, ну а ты чего плачешь-то? — кажется, сейчас у самой пойдут слезы. — Да ничего, родная, я от радости, — я подхожу к маме, а она меня обнимает, а потом целует. — Скажи-ка хоть, что за университет, — смеётся папа. — Я много про него читала, это Центральный Вашингтонский Университет, говорят, очень престижный, — пытаюсь донести до отца, что это реально крутой ВУЗ. — Что за шум, а драки нет? — тут заходит Лада в комнату, — Что я пропустила, пока разговаривала с парнем? — Ой, ты столько всего пропустила, — смеётся Егор, — Сеструха твоя уезжает в Вашингтон. — Ничего себе, Клавка, да это ж так круто! — кажется, челюсть отдавила Ладе ноги, — Я так рада за тебя! — миг и сестра около меня, крепко обнимает. — Так, за это надо выпить, — предлагает отец Егора, а все начинают смеяться. Мы ещё раз поднимаем бокалы, только уже за одну меня. Через час, когда в крови преобладает алкоголь, папа предлагает пойти танцевать. В этот момент мне Егор снова что-то шепчет на ухо. — Короче, смотри, — его горячее дыхание приятно щекочет нежную кожу, — Сейчас, когда все пойдут танцевать, мы с тобой незаметненько слиняем отсюда. — Да нас спалит кто-нибудь, Его-о-ор, — я смеюсь и одновременно поражаюсь его смелости. — Не бойся, Ладу мы подкупим, она никому ничего не скажет, а взрослые уже прилично выпили, поэтому до них не сразу дойдёт, что нет двоих детей, — мы разговариваем все также, шёпотом. Потом Егор находит Ладу, что-то ей говорит, а она кивает, они оба сообщают мне, что никто ни о чем не узнает. Выждав прекрасный момент, когда в зале выключают свет специально для свето-музыки, мы выходим из квартиры. Громко смеясь, мы выбегаем из подъезда. Из-за того, что бежали пешком по лестнице, приходится долго восстанавливать дыхание и пульс. Пока я закрываю глаза, Егор притягивает меня к себе за талию, целует в щеку. — Куда пойдём? — он мило смотрит на меня, — Лично я просто обожаю гулять по ночной Москве, думаю, ты тоже. — Да, Москва ночью — отдельный вид искусства, — сердце все ещё выпрыгивает из груди, — А вообще, куда можно пойти, я не знаю, поэтому предлагаю просто прогуляться до парка около твоего дома, а потом к тебе. — Да, давай так и сделаем, — он берет меня за руку и мы направляемся в сторону его места жительства. Мы идём не спеша, разговаривая о том, о сём, обсуждаем мой перевод в другую страну. Егор несколько раз подхватывает на руки, начинает кружит в воздухе, а потом мы вместе смеёмся. Так и не замечаем, как подходим к его дому. Уже очень поздно, поэтому решаем сразу пойти к нему. Мы заходим в подъезд, а потом в лифт, Егор ловко нажимает нужную цифру этажа. Мы проходим в его квартиру. Поскольку мы выпили всего лишь по одному бокальчику шампанского — нам мало. Поэтому, я нахожу у него в баре дорогой алкогольный напиток, а ещё заказываю две коробки пиццы: «пепперони» и «четыре сыра». Пока Егор был в душе, я успела поговорить с Люсей по телефону, даже съесть два кусочка пиццы, которую привезли относительно быстро. Через час этой бутылки шампанского уже не было, да и пиццы оставалось всего ничего: половина коробки. В квартире тихо играет музыка, мы оба пьяные, дурачимся. Егор начинает меня щекотать, а пытаюсь его спихнуть с себя. Когда треки начинаются по второму кругу, мы включаем какой-то фильм. Не досмотрев даже до середины, мы засыпаем в обнимку на его кровати. *** Я начинаю плакать, вспоминая эти моменты до мелочей. Если бы можно было вернуть время назад, то я сейчас отдала бы всё, но, наверное, не Егор. Из этого странного состояния, когда ты в настоящем, но хочешь оказаться в прошлом, меня выводит уведомление, пришедшее на айфон. «Нам надо встретиться, поговорить» — от абонента «Егор»