Music of our souls

Я подарю тебе лучшее время в жизни. Прошлая любовь сгорела, как сигарета. Я обещаю, милая, ты не пожалеешь. Лучшее время в жизни.

***

      Молодые люди возвращались домой после того, как отвезли весёлую и подвыпившую госпожу Хан. Тэхён впервые видел свою мать такой радостной: она всё не переставала ласково обнимать его девушку, размазано целовать её в щёки, вызывать хохот своим фальшивым пением в караоке, а в машине Вонын смеялась только потому, что Даын рассказывала о детстве Кима и негодовала, ведь мальчик и правда думал, что она вовсе не знала о разбитых коленях или невыученных уроках. Госпожа Хан, как показалось Шин, была очень доброй и тёплой женщиной, которая располагала к себе и была так же красива, как её сын, поэтому Вонын сделала вывод, что брюнет перенял обаяние именно у матери, хотя внешне и напоминал больше отца.       Ын не пила в компании матери парня, однако своим задорным поведением заставляла думать о противоположном. Девушка кривлялась, смешила своего возлюбленного и вынуждала повторять смущённое «перестань» раз за разом. Шатенка не хотела этим вечером оставаться в одиночестве, поэтому с глазками, подобно коту из Шрека, попросила юношу остаться с ней на ночь, однако тот отрицательно качнул и ответил, что повезёт её к себе домой. Девушка улыбнулась довольным ребёнком, получившим конфету или заветную игрушку, и отвернулась к лобовому стеклу, устало вытягивая ноги и вздыхая.       Огни города создавали великую эстетику, и благодаря контактным линзам Вонын видела не просто красные горящие точки вдалеке, а сами фары автомобилей. Ей нравилось, как возобновлялся свет никак не кончающихся уличных фонарей. Магазины, как и прежде, манили своими вывесками посетить сам зал и купить что-нибудь, иногда даже самое ненужное. Люди торопились домой или к друзьям, просто поскорее попасть в тепло родного или чужого дома. Небо было освещено сильными огнями Сеула, поэтому и звёзды терялись в них, но так хотелось хотя бы глазком на них посмотреть.       Молодые люди вошли в квартиру Тэхёна. Ким прошёл в спальню, чтобы достать из шкафа футболку и штаны, которые завязывались на поясе, дабы отдать эти вещи девушке, коя приводила себя в домашний вид в ванной комнате. Брюнет, пока Шин была занята собой, достал из холодильника прохлаждающий напиток и взял два стакана; он также захватил с кухни, где помыл руки, оставленные на крайний случай чипсы, и положил всё на рабочий стол в спальне, принимаясь переодеваться из костюма в домашнюю одежду.       Шатенка повесила своё платье на предложенные парнем плечики, оставила его висеть на дверце высокого шкафа тёмного цвета и последовала по пятам, как маленькая, за улыбнувшимся Тэхёном, который хотел притащить в гостиную ноутбук. Однако девушка не дала этого сделать, потому что предложила поиграть в приставку и они уселись на диван. Ким в шутку поделился надеждами на поцелуи под какой-нибудь романтический фильм, на что Вонын смущённо засмеялась и шлёпнула его по плечу, но потом поиграла бровями и сказала, что при большом желании целоваться можно и под звуки рычания игрушечных машинок в телевизоре.       И поэтому Тэхён отложил свой игровой пульт, убрал такой же пульт управления из рук девушки, прижал её к себе тёплыми объятьями и примкнул к мягким губам, которые моментально растянулись в улыбке. Девушка зарылась пальцами в волосы на затылке брюнета, слабо оттянула пушистые пряди и слегка помассировала кожу на голове юноши. Он же аккуратно положил её на широкий диван и так же аккуратно устроился между её ног, забираясь горячими руками под футболку и оставляя многочисленные мурашки по всей коже от пока что невинных касаний. Юноша с характерным чмоком закончил поцелуй, осторожно поцеловал девичий подбородок и перешёл на тонкую шею с родинкой. Девушка сжала в руках футболку парня, прикусила губу и стала дышать глубже, когда внизу живота всё стянуло крепким узлом.       Тэхён стиснул женские ягодицы, сжал их несколько раз длинными пальцами, наслаждаясь упругостью, и проехался по промежности твёрдым членом, громко и хрипло выдыхая в губы, на которые переключился для очередного поцелуя. Он в таком состоянии слабый, впечатлительный, и девушке нравилась эта картина, она отпечатывалась на внутренней стороне век и оставалась храниться в памяти вместе с сиплым, будоражащим звуком, что вновь и вновь исходил из сладких губ. Вонын дышала судорожно, ведь через ткань одежды были другие ощущения: ткань намного грубее, жёстче касалась клитора, мотала из стороны в сторону её кипящие чувства.       Слишком горячо: воздух в комнате нагревался, или это их тела так сильно горели, что казалось невыносимым быть вместе, рядом. Тэхён выглядел сейчас ещё более красивым, более сексуальным, чем обычно, хотя иногда Вонын хватало лишь одного его взгляда, чтобы получить удар под дых и прижаться к полу, словно он на неё этим взглядом наступил. А сейчас его глаза казались из-за освещения слишком тёмными, слишком опасными. Но касание всё такие же нежные и мягкие, словно перья. Ким умел доминировать, однако оставаться одним из самых ласковых людей на свете, из-за чего Шин чувствовала негласное восхищение.       — Я люблю тебя, – сказал мягко, едва слышно, щекоткой выдыхая на ухо кивнувшей девушки.       Его рука оттянула не очень туго завязанные на поясе штаны, мягко погладила нежную кожу бедра и проникла под нижнее бельё, вынуждая шатенку покрыться краснотой от смущения; это прибавляло очарования, а прикрытые глаза и закусывание нижней губы, когда пальцы нежно ласкали клитор, делали девушку ещё сексуальнее.       Поцелуи ощущались лёгкими бабочками на шее, плечах, которые открылись из-за того, что футболка была большой и просто спадала. Девушка притянула юношу к себе, аккуратно, с мычанием поцеловала в губы, зажмурилась, смяла в очередной раз ткань его одежды в руках и с силой сжала ноги, ударяясь коленями, поэтому парень остановил движения руками на мгновение, будто давал передохнуть.       С губ сорвалось имя парня, который слишком больно укусил за плечо девушку, на что молодой человек слабо улыбнулся и аккуратно поцеловал её, будто действовал по правилу «поцелуй — и пройдёт». Последний поцелуй перед тем, как Вонын устало откинула голову назад; она всё ещё очень тяжело дышала, однако уже значительно расслабилась и даже прикрыла глаза, чтобы видеть только темноту и звёздочки, а не смущающее довольное лицо своего парня.       — Мне нужно отойти, – сконфуженно заметил юноша и уже почти поднялся, однако был вновь притянут, чтобы получить слегка измученный, но всё же нежный поцелуй, полный любви.       — Это необязательно, – девичья рука легла на пах выдохнувшего через рот юноши и немного сжала гениталии парня, толкнувшегося в ладонь.

***

[три года спустя]

      Тэхён с улыбкой наблюдал за тем, как восхищённая видом с обрыва девушка побежала быстрее по ступеням вниз, чтобы добраться до ограждения, за которым тот самый обрыв и огромное море, не позволяющее увидеть своих границ. Тут приятно пахло именно водой, было не так душно, как в остальных частях города, однако в рюкзаке Вонын, который сейчас на плече нёс Ким, всё равно была пара бутылок воды, чтобы смочить горло в течение долгой прогулки по достопримечательностям острова Чеджу, куда молодые люди отправились этим летом.       Они до сих пор были вместе, преподавали всё в той же школе, и ученицы, которые желали этой паре только счастья, приходили по сей день в кабинеты любимых учителей, хотя уже окончили школу, и просто болтали с ними часами напролёт, рассказывая об успехах или неудачах в университетах. Родители Кима, на удивление, относились к их отношениям отлично: госпожа Хан приняла девушку слишком тепло, всегда спрашивала о том, как её дела, и была лишь рада проводить с возлюбленной сына больше времени, а господин Ким, хоть и не показывал такого дружелюбия, какое было у его жены, просто не указывал сыну, с кем было бы лучше закрутить роман.       Рюджин после всех неудач в личной жизни просто отстала от счастливой пары, она всё продолжала заводить различные связи с симпатичными мажорами и больше занималась карьерой, поэтому думать о Тэхёне времени уже не было. Родители Шин отвернулись от старшей дочери, словно отношения с сыном Ким Сухёна были чем-то запрещённым и странным, но Вонын это слабо трогало, потому что она никогда не была уверена в их любви к ней.       Несколько дней назад, перед отъездом на Чеджу, девушка привела юношу на могилу матери, чтобы со слезами на глазах всё же познакомить её с молодым человеком, который мягко обнимал Вонын за плечи и рассматривал фотографию её матушки, без удивления подмечая, что внешне они были чем-то похожи. И Шин не жалела об этом. Даже если когда-то их любовь кончится, она не будет жалеть о совершённом.       Тэхён подошёл к схватившейся за деревянную ограду шатенке; та с восторгом изучала пейзаж и широко улыбалась, чувствуя какую-то свободу, от которой хотелось счастливо кричать, но Вонын лишь смотрела с неописуемым восхищением. Ким провёл по открытому из-за тонких лямок сарафана фиолетового цвета с белыми цветочками плечу девушки, чтобы убрать волосы назад и мягко поцеловать в одну из многочисленных родинок, за что получил несильный шлепок по плечу и широко улыбнулся. Она до сих пор смущалась от каждого его действия, потому что боялась, что общество осудит, но сам Тэхён об этом совсем не думал.       Ему нравилось целовать её щёки, губы, шею, плечи, виски. Ему нравилось брать её за руку, обнимать за талию, небольно щипать за бока. И пусть в корейском обществе это всё считалось развратом и неуважением, а для личностей такого уровня, как Ким и Шин, ещё и позором, но Тэхён об этом совершенно не заботился. Теперь он умел выражать свои чувства с помощью действий, поэтому не упустит возможность показать всю свою любовь, пусть она будет заставлять девичьи щёки краснеть.       — Знаешь, – они уже возвращались в отель, где сняли уютный номер с видом на центральный парк, и Тэхён держал руку девушки, которая сразу же подняла взгляд с асфальта и посмотрела на молодого человека с интересом, а тот продолжал почему-то молчать, однако спустя пару секунд продолжил, – я научился играть одну песню на гитаре. Но ты не взяла её с собой, поэтому я дам послушать её перед сном, хорошо?       — В твоём исполнении? – игриво поинтересовалась она, второй рукой обняла предплечье парня и немного повернулась к нему корпусом, на что юноша улыбнулся в ответ и согласно кивнул. – Мне нравится твой голос. Буду слушать на повторе, хорошо?       — Для чего? – посмеялся парень, попытался отшутиться и спрятать смущение под маской, однако Вонын знала, что он смущён её словами, поэтому довольно улыбнулась, ведь именно этого и добивалась. Тэхён же резко остановился, повернул её к себе, чтобы Шин встала напротив и встретилась своим телом с его, наклонился к уху, медленно заправил длинные пряди, непослушно выпавшие из хвоста, за ушко с серьгой и прошептал так, что живот стянуло: – Слушай сейчас.       — Ким Тэхён! – девушка слишком сильно покраснела из-за жары на улице и сексуального голоса молодого человека, уткнулась в его грудь лицом и ударила кулачком, на что Тэхён лишь хрипло засмеялся и обнял её за плечи, мягко поглаживая. – Почему ты такой?..       — Какой?       Она ничего не ответила, потому что никакого словарного запаса не хватило бы на то, чтобы описать этого парня. Он был замечательным, если говорить в общем; как и у любого другого человека, у него были свои минусы, однако он не боялся показывать их и быть настоящим, а Вонын не брезгала их принять, хоть иногда и злилась на его упрямость или прямолинейность, но они не мешали ей любить. Тэхён знал, что и девушка не была идеальной, однако следовал её примеру и просто мирился с её недостатками, потому что в его глазах Шин навсегда останется идеальной.       Они поднялись в свой отельный номер. Шатенка забрала свои ночные вещи и полотенце, поцеловала плюхнувшегося на кровать в позу морской звезды парня в кончик носа и предупредила, что пойдёт принимать душ. Пока она снимала с себя одежду и клала её в корзинку, которую завтра утром заберёт в стирку горничная, Тэхён предложил заказать еды, ведь за весь день они съели лишь рис с мясом утром. Вонын ответила согласием и сказала взять ей то же самое, что закажет сам парень. Юноша молча кивнул, взял с комода напротив кровати телефон, предоставленный отелем, и набрал номер ресторана, который в этом же здании и находился. Молодой человек заказал две порции кальчхигука, прохладительные напитки и попрощался с взявшим трубку сотрудником.       Вонын вышла из душа немного уставшая, но теперь груз дня не так сильно давил на плечи, и поэтому находиться в своём же теле было удобно. Тэхён тоже принял душ, переоделся в чистую одежду и сел за низкий столик по-турецки, чтобы начать кушать вместе с Шин, которая приняла еду. Они разговаривали, нахваливали повара, который так вкусно приготовил блюда, и планировали, чем займутся, перед тем как лечь спать. После ужина оба легли в постель, выключив свет. Тэхён поделился наушниками, включил обещанную песню и, пока Вонын слушала и вникала в слова, мягко гладил её немного влажные волосы и рассматривал расслабленное лицо. Шин открыла глаза и посмотрела на парня, который улыбнулся и поднял брови, словно спрашивая, хорошо ли вышло, на что получил кивок и улыбку.       — Замечательно.       — Ты выйдешь за меня, Шин Вонын? – она удивлённо подняла брови, поднялась на локтях и с замершим дыханием посмотрела на молодого человека, который прокашлялся, слез с кровати и встал на колено, складывая ладони так, будто они были коробочкой, которая открылась. – Кольца нет, но зато есть моя любовь к тебе и жуткое желание создать семью. Ты согласна?       — Да, – заулыбалась девушка, дождалась, когда Ким вернётся в постель, и нежно поцеловала его в губы.