Лучший друг в беде не бросит. И от спора не откажется

      Когда Питер только познакомился с Локи, он был нервным, неуверенным в себе подростком, который свято верил в чёрно-белый мир без даже намёка на серый цвет. Когда через год его учителя объявили, что завтра будет родительское собрание, он был жутко самоуверенным, безгранично спокойным, но в тоже время довольно весёлым подростком, который был буквально олицетворением этого серого цвета. Светло-серого. Прямо очень светло, но серого. И вдобавок к этому он был чуть ли не названным братом самого Бога Обмана.       Эта дружба безумно сильно изменила паренька из Квинса. Он стал сумасшедшей смесью своего лучшего друга и по совместительству парня, который почти что захватил мир, и Тони Старка, с которым за этот год сблизился едва ли не до уровня «отец-сын». Хотя нет, уже до этого уровня.       Но, в общем-то, не важно. А важно то, что Питеру завтра надо будет предъявить учителю своего опекуна, что являлось невыполнимой задачей. Тони, как его главный опекун, не сможет прийти из-за такой мелочи, как очень важная, секретная миссия команды Мстители. И Питер правда пытался уговорить его, доказывая потом и кровью, что он может пропустить одну миссию ради своего единственного сына. Старк не согласился. Ну что ж, печально.       Мэй, как второй опекун, не сможет тоже из-за мелочи. Нахождения в другой стране. С ней Питер даже договариваться не стал, знал, что эта страшная женщина может с ним сделать. Следующей в списке на смертную казнь поход в школу была Пеппер. Она тоже была занята, но уже не мелочью. Она исправляла все косяки в отчёте младших стажёров компании. Питер её за это очень ценил и уважал, потому как когда он один раз попробовал это сделать, то потом ещё пару дней не мог нормально спать, в кошмарах вспоминая этот ужас. Поистине страшное зрелище.       Локи же, как человек в принципе не являющийся его опекуном, лишь тихо посмеивался над каждым его жалобным стоном о том, что его учителя с него кожу сдерут, если он придёт без опекуна. Тихо посмеивался, но потом всё же не сдерживался, открыто смеясь над человеком в экзистенциальном кризисе. Гад, одним словом. Или лучший друг, двумя. В общем человек, негативно о вас отзывающийся, но настроенный предельно положительно.       И в конце концов Питер не выдержал. — Слушай, а давай поспорим? — хитро ухмыльнувшись, предложил тот. Локи вообще на него влияет плохо. Вот Питер уже и спорить первый предлагает. Ужас. — Если ты сможешь притвориться моим опекуном и нормально просидеть на родительском собрании, то я при всех признаю, что ты лучше мухлюешь в покер. Если нет, то это должен будешь сделать ты.       Да, Питер нагло пользуется самолюбием Локи в своих корыстных целях. Нет, он не жалеет об этом. И вообще, кто ему что за это сделает? Разве что сам Локи, но только после того, как сначала выполнит условие спора. Ну, а ещё он пользуется тем, что никто из Мстителей не в курсе, что он умеет, и, главное, активно мухлюет. Тоже, кстати, благодаря Локи. — Ого, ставки высоки, — довольно спокойно удивился тот, почти не выражая эмоций. Серьёзно, на его лице не дрогнула ни мышца. И да, удивился он искренне. Питер над этим работает. — И хоть я и понимаю, что ты меня таким образом нагло разводишь, я всё же соглашусь. Не боишься продуть богу Лжи и самому могущественному существу во всех девяти мирах? — Ну, богу не боюсь, а вот самого могущественного существа я что-то не вижу. Где же ты его нашёл? — едко спрашивает Паркер-Старк, улыбаясь открытой возможности не получить нагоняй от директора. — Нарываешься ведь, — комментирует бог, прищуриваясь и, видя его нахальную усмешку, выносит новый вердикт. — А, нет, провоцируешь.       И откидывается на спинку дивана, из-под ресниц глядя на парня. На что слышит приглушённый смех.

***

— Ну так что, скоро мы уже подойдём? — в который раз хнычет Локи. — Мы вышли только пять минут назад. Терпи, — отмахивается Питер, спокойно идя вдоль улицы. — Почему мы не могли воспользоваться машинами Старка? — в такие моменты Локи уж очень сильно похож на маленького ребёнка, который только что увидел игрушку своей мечты. Таким маленьким ребёнком, кстати, он позволяет себе быть только с Питером. Знает, что тот не высмеет. Да и вообще с ним он намного открытее, чем с другими. Всё же только ему он настолько доверяет. — Потому что мы должны казаться нормальными, а дорогая машина, за пару-тройку миллионов долларов явно не подходит под это описание.       Казаться нормальным, кстати, поистине сложное задание, когда ты буквально Человек-паук, сын самого влиятельного человека, миллиардера и владельца популярной компании и, к тому же, друг самого Бога Лжи и Коварства, который несколько лет назад чуть было не захватил мир. Теперь-то вы понимаете, как Питеру трудно живётся?       Хотя, вполне возможно, что ему нравится такая жизнь. Ладно, кого он обманывает? Он безумно благодарен судьбе за всё то, что он сейчас имеет. За всех тех людей, которые готовы ради него поработить все девять миров. За всю ту радость, которую он видит в их глазах. За все те моменты, которые он проводит вместе с ними. Иногда ему кажется, что он не заслуживает такого счастья. — Пришли, — оповещает Паркер, когда перед ними уже видно здание школы. — И как же ты планируешь выкрутиться?       На лице бога тут же исказилась едкая усмешка, как бы показывая, что Питеру уже стоит начать готовиться к трудному разговору со Мстителями. Его одежда тут же сменилась на чёрный деловой костюм, а в руках появилась тонкая папка. — Иллюзии, друг мой, только иллюзии, — мстительно протянул он. Глаза сверкали от азарта, как и у Питера, а походка становилась с каждым шагом всё увереннее.       Они зашли в школу, уже со входа встречая удивлённые взгляды с примесью отвращения и страха к, непосредственно, Локи. Сам Лафейсон же, кстати, игнорировал их просто мастерски. Серьёзно, было такое ощущение, что он просто не замечал эти взгляды, но Питер-то видел, как еле заметно дрожала его улыбка, когда кто-то в очередной раз говорил про него что-то плохое. — Ну, куда идти? — скучающе спросил бог, вопросом пытаясь отвлечь Питеровскую проницательность. Тот же сделал вид, будто ничего не понял, про себя ставя пункт в своём коротком мысленном списке дел о том, чтобы дома как-нибудь незаметно и как бы невзначай напомнить Локи, что всё уже позади, и что он уже несколько раз перечеркнул всё то плохое своими добрыми поступками. — На второй этаж в 24 кабинет.       Они быстро прошли к нужному помещению, стараясь как можно скорее избавиться от взглядов. Да, делали вид они очень даже хорошо, но дискомфорт от излишнего внимания всё же ощущали. И вот сейчас, стоя перед 60 новыми ошарашенными взглядами, Питер решил, что в коридоре было не так уж и плохо. — Здравствуйте, — слегка скованно поздоровался он с учителем, за что получил тычок в рёбра от друга. А за что он и сам знал.       Ещё пару месяцев назад Питер попросил Локи научить его гордо и мастерски скрывая эмоции выходить из любых перепалок. Это он сделал исключительно из-за Флэша. И теперь Лафейсон, на правах учителя, указывает парню на его ошибки и направляет, как он сам говорит, «в благое русло». — Мистер Паркер?! — пожилая женщина, которая по-умолчанию занимала место классного руководителя в классе Питера, испуганно округлила глаза. — Немедленно отойдите от этого человека! Он опасен!       Она во все глаза смотрела на бога. Тот же лишь раздражённо закатил глаза. — Успокойтесь, я его опекун, — снисходительно оповестил он, небрежно бросая папку на её стол.       Пройдя до нужной парты, Локи вальяжно уселся на стул, скучающим взглядом окинув кабинет. — Мы начнём? — раздражение в его голосе было более, чем заметно, поэтому Миссис Родвигер поспешила начать собрание.       Уже через двадцать минут Локи мог со стопроцентной уверенностью заявить, что детей он не будет заводить даже под прицелом пистолета. Потому что слушать всё это и сдерживать себя от порыва заменить своё тело иллюзией сравнимо с пыткой. А ещё он жутко завидовал Питеру. Парень-то заснул ещё в первые десять минут, не особо нуждаясь в той информации, которую учительница пыталась донести до родителей. А уйти Лафейсон не сможет из-за грёбанного паучьего чутья, которое обязательно разбудит своего хозяина. Остаётся только терпеть и с поистине большими надеждами ожидать окончания.       И вот, вдоволь натерпевшись всех девяти кругов ада, Локи слышит спасительный звонок. Да уж, давно он так не радовался простому звону. Ещё со времён школы, лет так девятьсот назад. — До свидания, удачного дня, — выходя из кабинета, слышит Лафейсон.       Ну, что ж, свою часть спора он выполнил, теперь очередь Питера.

***

      Паркер, стоя перед всеми Мстителями в общей гостиной, про себя зарёкся больше никогда не спорить с кем бы то ни было. А в особенности с Лафейсоном. Который, кстати, вместо того, чтобы поддержать любимого друга, лишь нагло смотрит на него, кривя губы в едкой ухмылке. — Я собрал вас всех здесь, чтобы сообщить о кое-чем очень важном, — издалека начал проигравший. На этих словах все Мстители напряглись, а Старк уже даже был готов облачиться в костюм. — Как вы все знаете, по воскресеньям, вечером, мы обычно играем в покер, — на это заявление все кивнули, вспоминая эти моменты. — И, как вы знаете, чаще всего в них выигрываем мы с Локи, — снова и кивок. Только теперь он дополнился обиженными взглядами. — Так вот, сегодня я хочу прояснить ситуацию в нашей с ним борьбе за право чемпиона, — Локи усмехнулся, махнул рукой, мол, продолжай. — Я веду к тому, что принял своё поражение и при всех заявляю, что Локи Лафейсон официально мухлюет лучше меня.       На последнем предложении послышался смех самого бога, кашель от того, что кто-то подавился воздухом и удивлённые выдохи. Да уж, Питера ждёт весёлый вечер.