Femboy

      В этой неловкой ситуации виноват был не только Тадаши. Вернее всего сказать, что виноват был совсем не Тадаши. Виной и катализатором всех дальнейших происшествий был Тик-Ток, великий и ужасный.       Одним солнечным августовским утром Цукишима Кей вскользь бросил за завтраком: "Ямагучи, сегодня я иду на рабочую вечеринку, так что ужин готовь только на себя." - Хорошо, Цукки. Сегодня я тебя не жду, - Тадаши отрывается от пудинга и солнечно улыбается.

***

      Они познакомились будучи первокурсниками, учась в одном университете, но на разных специальностях. Парни быстро нашли общий язык, болтая об астрономии на студенческой тусовке после третьей бутылки пива, а после, незаметно для себя, перешли к обсуждению квартирного вопроса. Сосед, снимавший тогда с Цукишимой жильё, сбежал, не выдержав его дурного характера, и Ямагучи, ненавидящий общажную жизнь, предложил свою кандидатуру. Так они и съехались. Им было довольно комфортно вместе: Цукишима терпеть не мог шум и тупость других людей, и Тадаши полностью соответствовал его критериям идеального соседа. Парней можно было даже назвать друзьями: Ямагучи и Кей вместе проводили время, смотря на общем мягком диване новинки сериалов или же прогуливаясь на улице. Тадаши вскоре начал замечать, что ему слишком нравится общаться с Цукишимой. Что ж, чего и следовало ожидать. Устраиваясь впоследствии на работу (он увидел объявление о приёме работников в новую кофейню, открывшуюся неподалёку от их дома, в почтовом ящике и понял, что это судьба), он надеялся, что его симпатия пропадёт сама собой, ведь они с также работающим Кеем будут меньше видеться. Виделись они и правда редко: только за завтраком и ужином и иногда в выходные. Но чувства никуда отчего-то не пропадали; Кей же со своими редкими приступами пассивно-агрессивной заботы умилял: как-то раз Ямагучи взял несколько смен подряд, и там же, на работе, свалился в обморок от переутомления, и Цукишима примчался на такси, забрал его, переодел и уложил спать. Правда, на следующий день наорал, запретив показываться на работе, но питательный супчик всё же сварил, жаль, что с ложечки не удосужился покормить. Поэтому Ямагучи поступил с этим так же, как и с другими проблемами, не доставляющими ему особого дискомфорта: он просто забил, затолкал нежные чувства куда подальше, лишь во время неловкой мастурбации представляя Цукишиму. А что? У него тоже есть потребности. Будете осуждать? Он и сам превосходно с этим справляется. А затем Ячи посоветовала ему скачать Тик-Ток, чтобы отвлечься. Да. Спасибо ей огромное.       Поначалу он даже не понял прикола. То есть рекомендации были забиты каким-то сюром, на который смотреть, даже закрыв глаза и заткнув уши, стыдно. Но после он увидел действительно хороший косплей на персонажа из любимого аниме, несколько жизненных видео, пару туториалов по рисованию и кучу роликов с милыми животными. Так что к концу второй недели пребывания в данном приложении, он знал все тренды, звуки и выучил даже парочку танцев, но самостоятельно снимать ничего не решался из-за стеснения, да и убивать кучу времени на то, что увидит максимум пять человек, особой мотивации не добавляло. Но и было здесь кое-что, что дёргало доселе неизвестные струнки его души, можно даже сказать, извращённые. Однажды он наткнулся на профиль одного парня и, посмотрев первое видео, был чертовски шокирован: он был одет в мешковатую толстовку, подчёркивающую худощавое телосложение, руки его были усыпаны кольцами, на лице угадывался лёгкий макияж и самое неожиданное: открывая несомненно мужские, волосатые ноги с сильными, подтянутыми икрами, на бёдрах сидела юбка - короткая такая, чёрная, в симпатичный белый горошек. Тадаши пересмотрел видео ещё дважды: в движениях парня не было ничего вызывающего или смущающего, но щёки отчего-то горели алым пламенем. А после он заметил хештег "femboy"... Что ж, после пары часов, проведённых за просмотром подобных роликов, Ямагучи осознал, что жизнь его больше никогда не станет прежней.

***

      Тадаши был рад, что сегодня наконец-то это попробует; он уже давно закупился всем необходимым и ждал лишь того, когда подвернётся удобный момент. Ямагучи думал, что весь день проведёт в нетерпении, но, неожиданно, время пролетело незаметно: они с Цукишимой смотрели "Стартрек" и объедались попкорном. Парни сидели довольно близко друг к другу и пару раз сталкивались пальцами. В эти моменты всё тело Тадаши прошибал электрический разряд, а сам он на несколько секунд впадал в ступор. Хоть это были далеко не первые их подобные посиделки, Ямагучи снова приходилось привыкать к близости Кея, и окончательно расслабиться ему удалось лишь под конец первого фильма. И вот в шесть часов вечера он стоит на пороге квартиры позади обувающегося Кея и конечно же не пялится на его задницу, так классно обтягиваемую узкими светлыми джинсами. Цукишима распрямляется и, прощаясь, выходит за дверь, оборачиваясь с тенью улыбки на губах. Тадаши машет в ответ, закрывает дверь на два оборота и ждет пять минут, чтобы удостовериться, что Кей действительно ушёл. Он неспешно проходит в собственную комнату, открывает верхний ящик комода и, выдохнув, сгребает содержимое, что впоследствии раскладывает на кровати. Он решает начать с самого сложного - макияжа. Пару дней назад он сохранил довольно простенький туториал, а Ячи сходила с ним в магазин, чтобы помочь с выбором косметики, не задавая особых вопросов, за что Ямагучи был ей безмерно благодарен. Но простенький на вид туториал оказался практически невыполнимой задачей: если с тональным и тенями он хоть как-то справился, да впрочем и на веки не стоит смотреть дольше трёх секунд, чтобы вконец не разочароваться в собственном первом опыте, то нарисовать стрелки - было сложнейшим уровнем. То подводка растекалась, то сами стрелки выходили разного размера, формы и направления, то он случайно попадал аппликатором в глаз, но в конце концов, израсходовав треть бутылочки с мицеллярной водой и с десяток ватных палочек и истратив половину нервных клеток, у него получилось нарисовать что-то более-менее приемлемое. Не идеальное, но нормальное. Накрасить ресницы по сравнению с этим было проще простого, хоть он и тыкнул в глаз пару раз щёточкой. Для эффекта зацелованных губ Тадаши выбрал помаду сочно-красного оттенка и не прогадал: губы выглядели очень хорошо, а мягкий градиент показывал их чувственность. Ямагучи, закончив, заглядывает в зеркало, чтобы оценить результат и шокированно раскрывает рот. Он не узнаёт самого себя: цвет глаз выгодно подчёркивается чёрными матовыми стрелками, все несовершенства кожи скрыты под слоем тональника, но веснушки всё же каким-то образом проглядываются, а губы выглядят, ну, по-блядски. Ему чертовски идёт этот образ.       Тадаши вновь нависает над разложенными на кровати вещами и собирается с духом, чтобы одеться. Возможно, его многие назовут извращенцем, но Ямагучи уже долгое время давит в себе это желание, поэтому теперь ему плевать. Он быстро снимает с себя домашнюю одежду, оголяя сантиметр за сантиметром оливковой мягкой кожи, кое-где покрытой бледными веснушками и темными точками родинок. Как последний рубеж - он стягивает с себя серые брифы, оставаясь полностью обнажённым. Тадаши аккуратно подцепляет указательным и большим пальцами молочного цвета атласные трусики с кружевными вставками, ведёт пальцами, задевая игривый бантик на задней части, и натягивает их. Конечно, они оказываются маловаты, ведь женское бельё не предназначено для того, чтобы умещать мужское достоинство. Парень подходит к зеркалу и видит чёткие очертания члена сквозь полупрозрачную ткань, поворачивается спиной и приходит к выводу, что его подтянутая задница выглядит безумно соблазнительно. Он не задерживается надолго, переходя к другим элементам одежды. Следующий выбор падает на пудрово-розовый кроп-топ с широкими рукавами и милым рисунком кошечки на левой стороне груди, правда, Ямагучи немного прогадал с размером, когда заказывал его в интернет-магазине, и теперь ткань слишком сильно обтягивает грудь, натирая его чувствительные соски. Следом он берёт невесомый чулок в сеточку. Тадаши бережно натягивает ткань, напоследок оттянув и шлёпнув по бедру кружевной резинкой. То же самое он проделывает со вторым. Довольно крупная сетка не скрывает тонкие тёмные волоски на ногах, но это придаёт его внешнему виду какой-то пикантности. Последняя часть образа - короткая чёрная юбка в красную клетку, Тадаши чувствует лёгкое возбуждение, держа её в руках и осознавая, что очень скоро она окажется на нём. Парень с благоговением ведёт пальцами по ложным карманам и сверкающей металлической застёжке. Мгновение - и юбка оказывается на бёдрах Ямагучи. Он оглаживает себя и оборачивается, чтобы глянуть в зеркало. Юбку можно даже назвать неприличной: она едва прикрывает все стратегические места, так что между подолом и краем чулок открывается полоска голой кожи. Абсолютная область. Финальным завершением образа становится чокер с подвеской "кошачья лапка". Наконец-то закончил. Тадаши глядит на настенные часы: полдевятого вечера, он возился чересчур долго, ему нужно поскорее смыть косметику с лица и вновь переодеться, а то вдруг Цукишима скоро вернётся.       Ямагучи опять смотрится в зеркало, и ему определённо нравится его нынешний внешний вид. Он крутит аппетитной попкой, приподнимая юбку, любуется кружевом трусиков, подмигивает накрашенным глазом и посылает воздушный поцелуй. Парень берёт телефон и собирается сделать несколько фотографий на память, как вдруг щёлкает дверной замок, дверь открывается и чёрт, чёрт, чёрт... - Ямагучи, я пришёл, - раздаётся слишком громко. Почему он решил не закрывать дверь в свою комнату? Почему дверь его комнаты находится прямо напротив входной? Почему Цукишима припёрся домой так рано? Эти и многие другие вопросы крутятся в голове Тадаши, но, к сожалению, у него нет ответа ни на один из них. Кей пялится на него, приоткрыв рот, буквально пожирает взглядом, а Ямагучи, выйдя из ступора, подрывается и громко захлопывает дверь. Дерьмо, он проклинает себя последними словами, сейчас его любовный интерес назовёт его отвратительным извращенцем и выставит вон или... Что "или" Тадаши додумать не успевает: Цукишима настойчиво стучится, а следом почти кричит дрожащим голосом: "Ямагучи, я вхожу." "Н-не..." - Тадаши даже не успевает договорить, как дверь резко открывается, и решительный, но отчего-то красный Кей стоит на пороге его комнаты. А Ямагучи не в силах и слова вымолвить, раскрывает рот, словно выброшенная на берег рыба.       Цукишима подходит к нему вплотную и нежно кладёт холодную влажную ладонь на полоску открытой кожи бедра Ямагучи. Он, что, успел даже руки вымыть? - Если ты против, то сейчас же скажи, иначе я собираюсь продолжить,- и ведёт рукой выше, забираясь под юбку и оглаживая тазовую косточку. - Н-нет, Цукки, я не против, - Кей облегчённо выдыхает, а Ямагучи сам тычется в его губы поцелуем. Цукишима яростно отвечает, прикусывая нижнюю губу Тадаши, следом зализывая это место, а в поцелуе отчётливо чувствуется запах алкоголя. Ямагучи отрывается от губ напротив и шепчет: "Ты, пьян, Цукки, завтра ты можешь пожалеть об этом". - Тадаши, ты такой глупый, не неси ерунды, я выпил всего лишь бутылку пива. Да и когда я напивался, м? - с придыханием тянет Кей и вновь присасывается к губам Ямагучи. Цукишима ужасно напорист: он хозяйничает языком во рту Тадаши, не давая тому сделать и вдоха, а руками параллельно шарится под короткой юбочкой, лапая упругую задницу. Ямагучи разрывает поцелуй, носом трёт скулу Кея, виском задевая оправу очков, а после совершенно неожиданно прикусывает его кадык, втягивая кожу с намерением оставить там засос. Цукишима коротко рычит сквозь зубы и принимает правила игры, впиваясь в местечко над ключицей Тадаши, скользит ладонями по его бёдрам, кончиками пальцев пробираясь под узкие трусики. Ямагучи громко выстанывает его имя, сжимая в кулаках ткань рубашки Кея. Он начинает расстёгивать её пуговицы, оголяя офигенно горячее тело, и, дойдя до конца, разводит полы в стороны, чтобы ноготками пройтись от груди до пояса джинсов, оставляя бледно-красные полосы.       Тадаши надоедает стоять посреди комнаты, поэтому он теснит Цукишиму к своей кровати и мягко толкает, призывая устроиться поудобнее, а сам садится верхом прямо на пах Кея. Он склоняется к его губам, вновь утягивая парня в головокружительный поцелуй, и осторожно начинает потираться бёдрами. Странно ощущается голая кожа, прижатая к грубой джинсе, а мокрому члену, стиснутому нижним бельём, практически больно, так ещё и Кей не делает легче, оглаживая горячими ладонями всё, до чего может дотянуться. Он разводит в стороны ягодицы Тадаши, оттягивает резинку чулков, чтобы звонко шлёпнуть ею по бедру, и стискивает готовое взорваться достоинство через юбку. - Ах, Цукки, - Ямагучи стонет так громко, что скорее всего теперь ему будет стыдно смотреть в глаза соседям, и ускоряет движения бёдер, сбиваясь с темпа, попутно вылизывая шею Цукишимы. Тот сгребает в кулак волосы Тадаши и кончает с шумным выдохом, так и не раздевшись до конца. Ямагучи в свою очередь, желая достичь долгожданной разрядки, пытается приспустить трусы, но оказывается остановлен Цукишимой, что переворачивает его на спину, нависая сверху. Кей стягивает с себя мокрые джинсы, кусает Ямагучи за подбородок и, забираясь под юбку, припадает губами к члену, скрытому бельём, нарочито медленно его вылизывая. Ямагучи и так на пределе, поэтому он финиширует, пачкая свою новую одежду, едва тонкая ладонь Цукишимы заменяет язык, делая всего пару движений. Кей давит крик Тадаши страстным, напористым поцелуем, после чего валится рядом и, приобнимая, шепчет: "Как насчёт свидания завтра вечером?" - Отложим до следующих выходных. Я работаю, Цукки, - едва отдышавшись, так же тихо отвечает Ямагучи.