Upon a Night So Dreary

Шин возвращался домой после смены в круглосуточном магазине и, честно говоря, просто хотел упасть замертво. После целого дня, проведенного в школе (окончания которого он ждал не дождался) и общения с кучкой самодовольных нытиков-взрослых, он совсем выбился из сил. Он, вероятно, не будет есть сегодняшним вечером, вместо этого жуя батончик мюсли, который стащил с работы. «Простите, босс», — подумал Шин, подходя к двери своей квартиры. Формально он всё ещё жил со своей мамой, но из-за её многочасовой работы вдали от дома, она обычно снимала комнату рядом со своим рабочим местом, оставляя его одного заботиться о квартире. Именно поэтому, когда он приблизился, Шину показалось странным, что дверь была слегка приоткрыта. При всей своей безобидности это было пугающее зрелище. Чем ближе он подходил к ней, тем больше это казалось бессмысленным. «Я всегда запираю дверь. Клянусь, я сделал это сегодня утром», — думал он про себя. И это не говоря уже о пугающем и слишком знакомом запахе, который он заметил по мере приближения. «Я просто ношу этот дурацкий шарф, вот и всё». Он попытался успокоиться настолько, насколько это было возможно, но ничего не вышло. Его разум начал судорожно придумывать причину, по которой дверь может быть открыта. «Грабитель?», — первая мысль. «Надеюсь, что нет». «Может быть, мама дома?» — с облегчением подумал он, но быстро отмел эти мысли, заметив, что весь свет в доме выключен. «Наверное, я просто забыл закрыть её полностью, когда уходил сегодня утром», — это был самый логичный вывод, — «Да, сегодня утром я спешил и забыл проверить, закрыл ли я дверь». Он решил, что это и есть ответ на его текущую дилемму, хоть он и относился к тому типу людей, которые проверяют замки несколько раз, прежде чем уйти, и несколько раз пытаются открыть их, до того, как почувствовать себя достаточно уверенными в том, чтобы просто оставить дверь позади. Любой другой ответ на то, что дверь оказалась приоткрыта, был для Шина непосильным в данный момент. Он простоял там ещё несколько секунд, тело отказывалось ближе подходить к двери. По какой-то причине он не мог заставить себя дотронуться до ручки. Инстинкты твердили, будто, стоит коснуться ручки, как его обожжёт. Наконец, Тсукими толкнул дверь и вошёл внутрь. Разум и тело продолжали кричать, чтобы он убирался отсюда, но тот лишь повторял самому себе: «Куда ещё мне пойти?». Десять часов вечера буднего дня и он понятия не имеет, с кем мог бы провести ночь. «Я просто устал», — твердил он про себя, — «Я пойду спать и проснусь завтра, как всегда». Было темно, но Шин знал свой дом достаточно хорошо, чтобы распознать те или иные объекты по смутным силуэтам. Всё было в точности так, как он оставил утром. Ничего не было взято или перемещено. Но это никак не поспособствовало его спокойствию. По какой-то причине он почувствовал даже большую тревогу, чем будучи вне квартиры. Тсукими ощутил на себе чей-то взгляд, а по коже побежали мурашки, ведь никого не должно было быть здесь, но— БАМ Шина толкают к стене, удар головой об которую дезориентирует его настолько, что он не успевает среагировать на надвигающиеся руки. Одна ладонь зажала ему рот, а другая…тисками обхватила горло. Хватка была не столь сильна, чтобы перекрыть ему кислород, но Шин всё равно стал дышать быстрее и тяжелее, будучи вплотную прижатым к стене. «Тш-ш-ш», — произнёс его обидчик из тени, — «Не кричи». Он убрал руку ото рта Шина. Тсукими не был уверен, что смог бы сделать это, даже если бы захотел. Всё его тело парализовал страх, от ног до голосовых связок. Ноги держали его только благодаря тому, что тот стоял, прижатый к стенке. Он был лёгкой добычей, полностью находящейся во власти человека перед ним. Лицо Шина побледнело от осознания, пока на глаза наворачивались слёзы. Его прижимают к стене за ГОРЛО. Никого нет дома и он даже не в силах закричать. Он не знает, чего хочет незнакомец, и не может сказать, вооружён ли он, но страх перед ситуацией не давал ему покоя: собирается ли он похитить его или просто пришел убить. «Это будет быстро? Прошу, пусть это будет быстро, я не хочу страдать». Его слёзы, наконец, покатились, когда он представил себе сцену, на которую его мама наткнётся на следующий день. «Вот он. Вот этот взгляд», — с этими словами голос напавшего на него человека приобрёл нежный оттенок. Шин не успел и секунды подумать об этом, как включился свет, оставляя его ненадолго ослеплённым внезапной вспышкой. Когда же его глаза окончательно привыкли к свету, то он осмелился поднять взгляд, чтобы увидеть, кто, всё-таки, проявил к нему милосердие. И этим взглядом Тсукими повстречался ни с кем иным, как с Соу Хиёри, его другом (за неимением более подходящего выражения) из школы. Свободной рукой Соу дотянулся до выключателя, а затем мигом вернул её обратно. На его лице красовалась привычная ехидная ухмылка, вот только на этот раз она носила определённый характер. Как будто Соу только что нашёл новую игрушку и не мог дождаться того момента, когда будет возможность поразвлекаться с ней. Когда Шин только понял, кто так грубо обошелся с ним немногим ранее, он тут же оказался в объятиях Соу. Соу обнимает Шина, словно свою любимую куклу. Шин невольно прильнул к нему сильнее, чем ему хотелось бы, лишь потому, что по-прежнему нуждался в опоре, чтобы удержаться на ногах и отказывался просто падать перед Соу на колени. «Знаешь, ты такой милый», — сказал он, целуя Шина в лоб, — «Я просто не могу забыть этот взгляд твоих глаз». Соу, по всей видимости, не ожидал от него какого-либо ответа. Что его вполне устраивало, ведь тело Шина всё ещё не оправилось (не могло) от сильнейшего страха, в котором он пребывал всего несколько мгновений назад (всё ещё находился). Всё, что Шин мог сделать — смотреть в пол, пока Соу уткнулся в изгиб его шеи и продолжал говорить. «Я видел тебя, когда ты вошёл. Ты был так напуган и нервничал, что я удивлён тому, как ты не убежал. Любой в здравом уме так бы и поступил.» Манера речи Соу ощущалась Шином, словно физический удар. «Но ты настолько глуп и наивен, что даже не подумал дважды, перед тем как войти?» — на этот раз, как казалось Шину, фраза действительно требовала ответа. Не способный говорить, он только кивнул в ответ и это, кажется, понравилось Соу в данный момент. «Тебе так повезло, что здесь был я, а не кто-то другой». Соу расплылся в хищной улыбке, от которой Шин никак не мог сбежать, пока Хиёри принялся теребить его щёки, словно он собака. «Я имею в виду, что бы ты вообще делал? У тебя недостаточно силёнок, чтобы дать кому-то отпор». Он прав. Шин знает, что он прав, но он не хочет слышать, как Соу говорит об этом. Соу щипает его щёки до боли, но Шин знает, что у него нет ни силы духа, ни мышц, чтобы оттащить его от себя. «Тебя бы и съели прямо тут!» — хихикает Соу, произнося это, пока странное возбуждение просачивается в его голос: «Но тебе не нужно беспокоиться. Потому что ты мой, верно?», Шин кивает, «И я никому не позволю, — с этими словами объятия Соу превращаются в мучительную, сдавливающую хватку, — прикоснуться к тому, что принадлежит мне. Хорошо?». Он приподнимает подбородок Шина, чтобы тот на него посмотрел, прежде чем снова поцеловать его в лоб. «Я буду в гостиной, а тебе стоит прийти в себя». Соу улыбнулся в последний раз, перед тем, как взъерошил волосы Шина и направился вглубь квартиры. Шин остался стоять на месте, опираясь о стену, чтобы хоть как-то удержаться на слабых ногах, до тех пор пока все-таки не свалился на пол. Затем он свернулся калачиком в смехотворной попытке почувствовать себя защищённым, и заплакал. Он старался быть тихим, чтобы Соу не смог услышать его плач. Последнее, чего хотелось Шину, так это чтобы Соу увидел, насколько он действительно слаб.