L'amour c'est ma guerre

они оба запутались. под небесными огнями по ночам в мире вырывают из себя остатки души миллионы людей, но эти двое были особенными. один из них был мечтателем. как только солнце скрывалось за линией горизонта – ли минхо убегал в мир своих фантазий, где строил собственные воздушные, но наполненные счастьем и любовью замки, за стенами которых его одиночеству не было места. за стенами которого он мог держать тёплую большую ладошку в своей. эти короткие мгновения оставляли в его душе теплиться совсем крошечные остатки призрачной надежды на то, что он сможет ощутить чужие прикосновения наяву, касаться мягких прядей спутанных волос, в которых игрались солнечные зайчики и зарываться носом в ямочку между шеей и ключицей, вдыхая, наполняя свои лёгкие терпким запахом ранней весны. просыпаться от сладких фантазий с каждым разом было все сложнее, особенно когда в груди совсем недавно поселилось давящее чувство ненужности и стойкого желания как можно скорее затянуть на своей шее дорогой кожаный ремень, подаренный кем-то из родственников на день рождения. в маленькой коробочке, что приютилась в углу письменного стола уже с какой-то противной до кома в горле обыденностью ждали своего часа лезвия, что в самые тяжёлые минуты разрезали тонкую кожу на самых разных частях тела, совсем чуть-чуть и совсем ненадолго снимая верхний пласт переживаний и удушающей ненависти с уже довольно покалеченной души. ли минхо не выбирал в кого влюбляться, потому что на расстоянии – тяжело и юноша никогда бы не выбрал себе такую участь, считая это огромной глупостью и совершенно невозможной вещью. но все было решено за него и он точно сделал бы это ещё миллион раз, потому что любовь дарит намного больше, нежели отнимает. хан джисон никогда не получал должного тепла и отношения были для него чуждым понятием, потому как за всю свою недолгую жизнь не побывал ни в одних. как его угораздило вот так вот, первый раз и настолько сложно – не знает даже он сам. мнимая гетеросексуальность просто испарилась, стоило ему познакомиться с очаровательным и располагающим к себе юношей на два года старше его, что в слишком скором времени привело к тому, что они решили попробовать. хан и сам не понимал, зачем ему это, готов ли он к такому и уверен ли в своих чувствах и ощущениях. но пробовал, интересовался и продолжал. конфетно-букетный период прошёл даже раньше, чем это обычно бывает и спустя некоторое время начались сложности. он запутался. не очень привыкший к таким резким поворотам судьбы младший решил отстраниться, не обрекая на уже заведомо ждущую их отношения ложь минхо. если до этого было тяжело, то сейчас все стало просто невыносимым, потому что оборванные нити хрупких душ не завязываются в узел и не скрепляются с новыми, продолжая каждое мгновение напоминать об этом неровными концами. долгое время принятия и сдавливающая грудную клетку боль отрезвляют, но не настолько, чтобы позволить себе исчезнуть и все так просто оставить, недосказанностью повиснув между ежедневными переписками. минхо тонет в накрывшей с головой пустоте и снова прячется в своих фантазиях, доставая позабывшие тепло его кожи лезвия. джисон теряется в чувстве вины, потому что разобраться в себе оказалось сложнее и старается помочь старшему не упасть на дно с концами. никто из них не смог отпустить, потому что слишком много, слишком сильно. проходит довольно большой промежуток, наполненный взаимными обидами, что чаще всего были беспочвенными и громкими ссорами с резкими высказываниями и обещаниями самому себе наконец-то все это закончить, прижечь кончик рваной нитки и оставить этот эпизод жизни за экраном телефона, закрывая свое сердце ещё на длительный срок, но все по итогу принимает тот оборот, которого ждали все, кроме этих двоих. джисон понял, что готов жертвовать. снова попытка быть рядом, снова через несколько тысяч удушающих и ненавистных километров, снова падение в эфемерное прозрачное счастье, которое можно было спугнуть слабым дуновением чужого дыхания. конфетно-букетный уже пройден, а за плечами кроме него огромное количество потраченных нервов и опыта, поэтому следующая ошибка будет последней. но они старательно обходят все возможные такие стороной, вместе продолжают учиться быть в сложных, для большинства людей нереальных отношениях, даже когда кажется, что вера совсем угасла и им остаётся только сдаться, похоронив свои необъятные чувства друг к другу в сырой земле тошнотворной обыденности, разрушаясь во взаимном одиночестве. как бы сильно не опускались руки, каждый из них в глубине души хранит все ещё крошечную, но уже окрепшую и неразрушимую надежду на то, что они смогут коснуться друг друга кончиками пальцев и это будет маленьким концом с большим началом для двух любящих сердец. «потому что настоящая любовь никогда не умирает»