Перья Голодной Луны

Ходят легенды о том, что когда-то некоторые из рас Альянса собрались в некий культ, ведомые ненавистью и желанием отомстить Орде. Этот рассказ известен немногим и ещё меньше людей верят в него. Он всегда, как и все легенды, меняется в зависимости от рассказчика, но одна часть остаётся практически неизменной. Вот она: "...Началась битва. Перья Стали шли в авангарде, надвигаясь грохочущим цунами. Боевые барабаны звучали со всех сторон - у Орды это была традиция, а Голодная Луна использовала их чтобы ввести себя в боевой транс. В этом они были схожи, как и в жажде крови, от рождения заложенной в орках. На отдалении от авангарда Альянса двигались маги в чёрных, красных и фиолетовых мантиях. Расстояние между ними было слишком большим, и некоторые бойцы Орды замедлили ход, таким образом рассредоточив свою армию и закрыв тыл. Это было хорошим решением, но стоит понимать, что большое расстояние между солдатами делает весь отряд более уязвимым для тех, кто двигается скрытно, например разбойников, охотников и друидов. Шаггор, командир ордынской армии, предвидел и это, послав разведчиков вперёд, через лес, который малахитовой каймой обрамлял поле брани. Авангарды обеих армий столкнулись. Каждый сражался насмерть, полностью отдаваясь своим чувствам. Рыцари смерти из Ордена представляли одну из самых больших угроз, ведь их нельзя победить как обычного воина - каждый из них мог вытягивать жизненные силы из нескольких целей. По этой причине они и составляли первую шеренгу Альянса, когда у Орды её составляли воины-ветераны, которые должны были сокрушить защиту. Отчасти у них это получилось, некоторым бойцам пришлось отступить в третью шеренгу чтобы восстановить свои силы. Во второй шеренге Альянса шли по-настоящему закалённые воины, посвятившие всю свою жизнь битвам и тренировкам навыков. Расчётливые, яростные, беспощадные и ничем не уступающие оркам по силе. Силы сравнялись, образовался фронт, дальше которого обе армии не могли продвинуться. Разведчики Орды начали возвращаться, услышав горн арьергарда, готовые к бою. И это стало главной ошибкой армии под красным знаменем. Не прошло и пяти минут, как из леса начала выходить целая толпа бойцов Голодной Луны - Перья Полуночи. Друиды, сумевшие объединить форму воргена и медведя в результате безостановочных тренировок имели все лучшие качества: силу и живучесть Урсока и ярость и скорость Голдринна. Они рвались в бой первыми, одним своим весом, обрушенным в невозможном прыжке, убивая тех кто был недостаточно силён или ловок. Остальные же разрывались когтями и клыками. Когда друиды пробили себе коридор, ордынский лидер пошёл на смелое решение: окружить друидов, поставить щитоносцев как стены арены, когда шаманы должны были со средних рядов испепелять огнём и молниями кошмарных созданий Изумрудного Сна. Это было предусмотрено наперёд Голодной Луной. Маги, прежде державшиеся на значительном расстоянии, оказались достаточно близко, чтобы начать применять свои заклинания. Однако, будь там только маги, поражение было бы неизбежно. А Перья Заката были главными умами всей Голодной Луны, не считая их предводителя, который мог быть где угодно - в том числе и сидеть в тылу. Поэтому среди них были и чернокнижники, которые начали сбрасывать абиссалов в средние ряды Орды, а шаманы, в то же время, заряжали их силой огня и земли, делая практически неуязвимыми для физических атак и в то же время живыми бомбами, разрывающимися ошмётками лавы. Трёх было более чем достаточно, чтобы значительно понизить боевой дух Орды. Большее и не требовалось. Перья Заката начали готовиться к точечной атаке, уже находясь за спинами своего авангарда, который неумолимо шёл вперёд. Зазвучал огромный горн, настолько мощный, что сотрясал землю своим звуком. Это был знак рыцарям смерти. Они остановились и начали вытягивать кровь из умирающих бойцов, после чего маги льда замораживали её, превращая в стрелы из льда и стали, которые, подобно снарядам баллисты, взметнулись в воздух от заклинаний шаманов и тайных магов для того чтобы обрушиться на тех, кто до сих пор не решался убежать. Закончив свои заклинания, они присоединились к оркестру: большая часть играла на скрипках тонкую и тревожную мелодию, способную свести с ума под тем усилением звука, которым занимались тайные маги. Это привело к тому, что обе армии практически вышли из под контроля: Голодная Луна перестала сдерживаться, а новички в армии Орды бросились бежать, не понимая как могла оказаться заведомо победная битва двух тысяч бойцов против пяти сотен слабых людей и брезгливых эльфов проигранной и более того - всё начинало выглядеть как спектакль, просто постановка, представление. Смертельное представление. Так как щитоносцами часто становились неопытные воины, а не все шаманы Орды были готовы к такому повороту событий, арена начала расступаться, тут же становясь добычей охотников, пробивающих своим врагам голову всего одной зачарованной стрелой, и разбойников, незаметно оказывающихся за спиной именно тогда, когда этого никто не ждёт. Строй Орды распался и оказался между молотом Перьев Ночи и наковальней Перьев Стали. Причём там, где недавно была арена, вновь образовался коридор, который мог оказаться фатальным. Шаггор, в тот момент сражавшийся с авангардом и прикрываясь павшими бойцами Альянса как щитами, понял к чему всё идёт. Коридор разрезал их армию пополам, что могло бы оказаться фатальным. Действовать нужно было быстро и решительно, пусть и не все слушались приказов, громогласный голос смирял даже самых боязливых. Орк побежал к коридору и, издав боевой клич, взмахнул семикилограммовым молотом как игрушкой, разбив череп одного из друидов. Перья Ночи стали отступать, будто спасаясь бегством. Друиды вернулись в свою "человеческую" форму, сняли щиты со спины и воткнули их в землю, а после их активации создали магический барьер из трёх шеренг. Однако, за их спинами было видно, что они задние ряды расступаются и образуют коридор. Воины Орды были наготове. Наконец, авангард щитоносцев Альянса расступился и показал фигуру в широкой мантии цвета чешуи сумеречных драконов. Когда фигура откинула капюшон, стали видны длинные эльфийские уши и большой хвост из платиновых ухоженных волос. На лице была маска с длинным переливающимся рогом в центре лба и одним закрытым глазом. Из под маски раздался голос: — Я не хочу, чтобы эта битва была нечестной. Предлагаю закончить всё здесь и сейчас. Только ты — фигура на секунду замолчала — и я. Наши щитоносцы создадут арену, какого хочешь размера. Твои будут на твоей половине, мои - на моей. Что скажешь? Орк осмотрел остатки своего отряда, начавшего падать под давлением Перьев Стали и выкрикнул: — Хорошо! Мак'гора! Здесь и сейчас! Отзови своих людей! Фигура скинула с себя мантию, обнажив идеально подогнанные под стройную женскую фигуру изящные доспехи со светящимся красным орнаментом в виде лоз на чёрном, как конец времён, фоне. Из явно эльфийских ножен она достала полуторный меч, который выглядел как небольшой нож, в сравнении с молотом орка. Её меч взметнулся в небо, создав успокаивающую ауру. Обе армии перестали сражаться. Лишь щитоносцы сошлись в арену после соответствующих приказов. — Ну, вперёд, раз такой смелый. Орк взревел и помчался прямо на эльфийку, готовый размозжить ей голову одним ударом. Даже когда молот уже опускался, она не сдвинулась с места, лишь хмыкнув. Молот ударился об землю, всколыхнув облако теней, оставшееся от высокомерной воительницы. — Меня ищешь? Ну, удачи с этим. Молись своим богам пока можешь — эльфийка начала размываться, как если бы у человека, который на неё смотрел, двоилось в глазах. Пытаясь понять, что делает эльфийка, командир застыл в нерешительности. Через секунду эльфиек стало пять. Все они начали наступать на орка, прижимая к щитоносцам Альянса, строго следившими за тем, чтобы бой был честным. Все иллюзии, вместе с оригиналом, разом засмеялись, совершенно одинаково, начав бежать прямо на орка. — Это нечестно! Ну ничего, я со всеми твоими копиями разделаюсь, синекожая! Шаггор — а именно так звали этого орка — рванул на ту, что была в середине и дальше всех. Взмах молотом - иллюзия рассыпалась в голубую пыль, которая медленно испарилась. Четыре эльфийки вновь засмеялись, одинаково прикрывая рот так, будто им рассказали анекдот. Совершенно одинаково. Всё ещё не уставший орк начал размахивать молотом по кругу, как смертоносный вихрь, но все копии проскользнули без повреждений, ударив его в лоб, колено, живот и спину навершиями своих клинков. Затем они разошлись на одинаковое расстояние для следующей атаки. Шаггор уже был готов, и когда его собирались насадить на лезвие, он разрушил одну иллюзию молотом, вторую его навершием, третью мощным пинком в живот, после чего заблокировал удар оставшейся эльфийки, рыча. — Ну наконец-то, а то я думала, что ты совсем скучный. Орк откинул её, рванул вперёд, но даже не успел занести молот, как его пронзила жуткая боль, а в глазах всё поплыло, становясь каким-то полупрозрачным, эфемерным, как дух и сияние вокруг эльфийки, которая стояла и смотрела на него, опустив руки. — Я - Перо Затмения. Я - отмщение за всё, что твой мерзкий народ причинил моей расе и всему Альянсу. Мне даже не нужно ранить тебя и убивать, ведь есть наказание даже более жёсткое, чем то, которое испытал на себе Иллидан. Мы - ненависть — её голос раздваивался, а у духа появился клинок и в левой руке. — Мы - Голодная Луна. Перед тем как веки Шаггора опустились, дух провёл перекрёстный удар прямо по голове орка, прорезав её насквозь, но не оставив даже царапины. Эльфийка воткнула свой меч в спину поверженного и громко и твёрдо произнесла: — Убирайтесь из нашего мира. Вы сами сделали себя рабами, доверившись Гул'дану. Так продолжайте быть прислугой Пылающего Легиона, если не хотите чтобы и я сделала это с вами — в рядах щитоносцев Голодной Луны послышалось кровожадное урчание друидов, вновь принявших свои зверинные облики. Один самоуверенный орк с криком "Лок'тар Огар!", означающим "Победа или Смерть" кинулся на эльфийку, тут же исчезнувшую в сиянии межзвёздной бездны, также взяв с собой и поверженного командира. Клинок, бывший в его спине, упал на землю, как и доспехи, а выскочку растерзали друиды, давшие волю своим инстинктам, за ними пошли и все остальные, желая добить оставшуюся кучку из сотни орков, троллей и тауренов. Шаггор очнулся в неизвестном ему месте. Всюду парили осколки планет, затягиваемые в абсолютную тьму мёртвых звёзд, где-то виднелись далёкие вспышки. Увидев, что он левитирует на куске земли с какими-то руинами, Шаггор догадался встать на землю. Осмотрев небольшой островок, он крикнул "Выходи!", но не услышал себя. Пустота поглощала звук. Внезапно раздался смех тысяч голосов. Смех, сводящий с ума, периодически сменяющийся плачем. В небе виднелись воспоминания о легендарных сражениях, похожие на северные сияния Нордскола. Многие из этих битв никогда не случались ни на Азероте, ни на Дреноре, ни даже на Аргусе. Орк понял, что сходит с ума. Раздался голос, слышимый будто отовсюду и в то же время из ниоткуда: — Ну что, теперь ты понял, каково это, бояться всего вокруг? Переживать о судьбах дорогих тебе товарищей и тех, кого ты любишь? Ты понял, частью какого ужаса являешься? Не говори ни слова - их не слышно. Сосредоточь свои мысли, и я услышу тебя, как ты - меня. Шаггор попытался сделать это, но хаос в голове на грани психоделики сильно мешал. Наконец, он смог успокоить себя. — Где я? Кто ты? Покажись мне! Он услышал многозначительное "Хм". — Я же говорила. Я - Перо Затмения. И сейчас ты там, откуда нельзя сбежать — Шанлисэль, уже без маски, материализовалась на противоположном конце островка — и здесь ты будешь всегда. Наблюдать за тем, что сделал своими руками. Для тех, кто не делал зла - это рай и покой. Но для таких как ты - это бесконечная пытка. — Нет, невозможно... Я просто убью тебя! — Ты уже проиграл мне однажды — парировала эльфийка — а здесь я гораздо сильнее. Этот мир контролирую я, и здесь нет ничего невозможного. Эльфийка вновь засияла, будто разрывая пространство вокруг себя, её дух, невероятно красивый и столь же ужасающий, появился вновь, но теперь как материальная сущность, а не призрак. — Каждая рана, которую я нанесу тебе здесь, не заживёт никогда. Ты никогда не умрёшь в этом месте, что бы с тобой не случилось. Шаггор рванул на эльфийку в надежде убить её голыми руками. — Я предупреждала. Смерть Орде. Слава Голодной Луне, слава кал'дорай! — затем лицо Шанлисэль стало хмурым, отражая стальную решимость с долей печали — Во имя Элуны. Дух вырвался вперёд и мимолётным касанием разрезал бок орка, задев и сердце. — Нет тебе пощады. Страдай! Дух ударил в спину, пробив оба лёгких, а затем одним рассекающим ударом разрезал позвоночник. — Все мы вольны выбирать свою судьбу. Эльфийка растворилась, пока орк захлёбывался истерическим смехом от мучительной боли, пронизывавшей всё его нутро и сводя бывшего командира с ума." — Необычные легенды Азерота. Том пятый, глава шестнадцатая