Попробуйте вы, сэр

      В новой мантии, чёрной с серебряным шитьём, Северус даже красивее, чем был сегодня утром — в одной простыне, с маггловской сигаретой и чашкой кофе. Когда-то Гарри искренне ненавидел эту его вычурную манеру одеваться во всё чёрное, словно Снейп не учитель, а священник со своим приходом. Теперь же от одного вида Северуса в этом мрачном великолепии сердце сладко сжимается, а в животе бабочки… нет, не трепыхаются, а устраивают дикие танцы. Кстати о танцах…       — Мы не для того туда идём, чтобы ты меня позорил этими глупостями, — резко отвечает Северус.       Нет, он не будет танцевать с Гарри на официальном мероприятии. И вообще не будет, ни там, ни дома! Мужчины не танцуют друг с другом. Он не танцует вообще.       — Но… — Гарри недовольно смотрит на него через отражение в зеркале. На мальчишке никакой мантии, едва согласился надеть приличный сюртук. Это не маггловская вечеринка, чёрт возьми, а министерское мероприятие!       — Ты можешь танцевать с кем хочешь. Твои поклонницы, Поттер, будут счастливы, если ты оттопчешь им ноги. И причешись наконец!       Гарри пытается расчесаться. Честно, пытается, но зубчики расчёски застревают в волосах. Нет, не волосы в зубчиках, а именно зубчики в этой гриве! Тогда он брызгает на расчёску водой, так дело идет чуть легче, но влажные кудри всё равно топорщатся в разные стороны и отказываются лежать ровно.       Северус бросает на него разочарованный взгляд, первым шагая в камин.

***

      — Попробуйте вы, сэр! Вы, профессор, знаете всё лучше всех, всё умеете! Так давайте, раз это так просто! — Когда Гарри злится, то называет Снейпа «сэр», «профессор» и даже «ваше высочество».       Северус в очередной раз сделал ему замечание. А это даже не приём, не бал, не ужин с коллегами прославленного и великого зельевара! Так, в гости к МакГонагалл собирались!       Гарри кладёт на стол расчёску, гребешок, баночку с гелем для волос и даже ножницы. Пусть сделает это, пусть покажет несмышлёному мальчишке, как ухаживать за волосами! А не сможет, так пускай прекратит придирки хотя бы по этому поводу.       — Причешите меня, профессор. Я всю жизнь пытаюсь, и у меня не выходит. Тётя мучилась, даже пыталась стричь меня под ноль! Раз вы такой умный, сэр, то возьмите и причешите меня. И если у вас что-то выйдет, в чём я сомневаюсь, то я… буду вам должен. И безгранично благодарен, в этом уж не сомневайтесь! — Гарри рычит всё это ему в лицо, пока Северус лишь недовольно морщится.       — Прекрати истерику. Если тебе нужна помощь с расчёской, мог бы попросить об этом раньше.       Да как он смеет?! Помощь с расчёской? Попросить помощи с расчёской? Задыхаясь от злости, Гарри поворачивается к Снейпу спиной. Нечего болтать с этим злюкой, пусть «помогает», раз уж решил проявлять милость.       Снейп морщится, трансфигурирует ножницы в металлическую чашку, с помощью Агуаменти плескает в неё воды, окунает туда гребень, и, на мгновение задержав руки над головой Гарри, проводит по волосам, начиная с середины длины. Затем, зачерпнув мизинцем гель из баночки, распределяет его по зубчикам и начинает расчёсывать влажные кудри с кончиков, постепенно забираясь выше и выше.       Гарри стоит смирно, по его шее и затылку бегают мурашки. Прикосновения пальцев Снейпа приятны и нежны, но слишком сдержанны. Гарри едва может удержать себя от того, чтобы податься головой назад и приласкаться к трепетным рукам. Злость давно отступила, остались только азарт и желание, чтобы эта сладкая пытка никогда не кончалась.       Тем временем Северус зачерпывает из баночки ещё немного. Судя по звуку, он растирает гель между ладонями и осторожными движениями взбивает уже ставшие жёсткими кудри. Затем он разделяет копну волос на пряди, приятно тянет за каждую, накручивает на указательный палец и укладывает их по направлению натурального завитка.       Гарри уже готов пойти к зеркалу, но вдруг чувствует тёплое дыхание на своей макушке. Северус утыкается носом ему в кудри, касается их губами, а в следующий миг притягивает его к себе, обнимает за плечи, на ощупь проводит кончиками пальцев по его щеке. Подбородок Гарри шершавый и колкий.       — Не побрился… — неопределённо выдыхает Северус ему в волосы и, всё же не устояв перед этим соблазном, зарывается в них лицом.       — Ага… Побреюсь сейчас. Да… — неопределённо бормочет тот, понимая, что сейчас он точно никуда не пойдёт. В ближайшие минут пять точно.       — Теперь ты мой должник, Поттер, — спустя, кажется, целую вечность, Северус вспоминает, что им вообще-то пора. — И будешь мне очень благодарен, верно?       — Ага. Только побреюсь сначала, а потом буду отдавать долги. Или ты хочешь мне и с этим помочь?       Из зеркала на Гарри смотрит кто-то смущённый, румяный и красиво (а главное — аккуратно) причёсанный, а потому малознакомый.