Золотой

— Значит… полчища демонов вылезут из Ада? — повторил слова гостя повелитель нагов, Хешшан. Гость кивнул, с каким-то благоговением глядя на движение мышц под золотистой чешуёй, и так ему хотелось коснуться хвоста, что руки чесались. — Вся проблема в том, что прорыв случится совсем близко к вашим границам, — продолжил дипломатичную беседу Нуар, стоически игнорируя заманчивые чешуйчатые кольца, заполонившие часть пространства зала — такого длинного змея он в жизни своей не видел, а уж такого красивого и подавно. О, как эта чешуя напоминала собственные глаза и глаза братьев, и как прекрасно сочеталась с тёмной кожей нага и пшеничными, нет, тоже золотыми волосами! Он едва сдерживал визг восторга, крепко держа руки на подлокотниках кресла. — Нам придётся сражаться с демонами? Казалось ли, но нага новость несколько пугала. Верить или нет — тоже вопрос, но разве есть дракону смысл клясться именем своего народа и врать? Юноша, сидящий перед ним, с первого взгляда вызвал интерес, но вести, им принесённые, заставляли поминать богов. — Нет, — выдохнул Нуар, ероша короткие синие волосы. И обрадовался, когда Хешшан облегчённо выдохнул. — Их нужно будет направить к людям. Поставить сильный и огромный барьер, что оставит им лишь один путь — к человеческим городам. — И чем же люди так провинились? — задался скорее риторическим вопросом наг, несколько успокаиваясь. Сначала вся эта история с пророчеством не вызвала в нём доверия, но юноша доказал, что действительно дракон, поклялся своей душой, что тот, за кого себя выдаёт, и Хешшану осталось лишь поверить. Потому что драконы не лгут. Картина вырисовывалась удручающая, но Нуар просил немного: барьер и парочку воинов, а после — готовность идти на компромиссы. Как с драконами, так и с другими разумными континента. И, просто для себя, просил ещё одно, на что Хешшан взвился зло и, очень шепелявя, прогнал его, бросив напоследок: — Барьер будет, как и обещал, и нужных воинов ждите возле него. *** Когда Нуар пришёл за выполнением обещания Хешшана, его объяла злость, вскипятившая мозги — сам князь даже не подумал выйти к нему. Несколько десятков нагов стояли, неуверенно осматриваясь, позади дракона мялись вампиры, тоже оглядывающие «поле действий», а точнее свой будущий корм. И решение вызрело в обиженном разуме само: украсть. Золотце… — Так, — громыхнул он злым басом, стараясь взять эмоции под контроль. — Сейчас я отправлю нескольких из вас к оборотням, мой брат введёт в курс дела, одного на север к вампирам, есть кто-то способный согревать себя магией долгое время? Отлично, ты и отправишься к кровососам. Огневики или боевые дальнего действия есть? Вот вы трое к эльфам, там тоже всё узнаете, и ты тоже туда, будешь наблюдать, а потом к оборотням, там война грядёт. Та-ак, к Рагнару с дроу пойдёте вы двое, после возвращения — к барьеру, а остальные… Оставалось навскидку около тридцати, может, на пару голов больше, и их бы следовало подготовить основательнее, но злость уже кипела, превращая кровь в кипяток, поэтому Нуар только бросил: — Вы общаетесь с вампирами, готовитесь растягивать барьер, кровососы — на вас узы крови, усиление по максимуму, варитесь, а у меня дело. Но прежде чем уйти, он открыл разом четыре портала и поочерёдно указал на них: — Оборотни, вампиры, дроу, эльфы. Пошли. А сам уже шёл быстрым шагом к двери в домище князя, провожаемый удивлёнными взглядами змеев. И уже закрывая дверь, услышал голос одного из вампиров: — Личную жизнь, судя по взгляду, идёт устраивать. Что там они дальше обсуждали — не слушал, да только через каких-то пару минут из окна брызнуло стекло, оттуда вывалился сначала крупный наг с золотым хвостом, за ним и уступающий ему комплекцией юноша, недолго пробывший человеком. И вскоре здоровый синий дракон, держащий в лапах разные концы извивающегося змея, тащил его, тяжело разрезая крыльями воздух, куда-то явно далеко… Едва слышно кричал наг, оплетая кольцами крылатую зверюгу, и не понятно было со стороны что он пытается сделать: закрепиться покрепче, чтобы не упасть, или всё же придушить дракона, чтобы рухнуть вместе с ним вниз… — А красиво, — заметил кто-то, и пара нагов согласно хмыкнула, а один и высказался: — Дракон ещё не худший вариант. — Тем более королевской крови, — поддакнул другой. — Только дело бросили… Огромный портал скрыл пару в небе и один из вампиров высказался за всех: — Какой здоровенный… Портал. *** Хешшан валялся на белых простынях, не чувствуя кончика хвоста. Да и не только его, но обычно кончик — самая чувствительная часть, самая защищённая — острыми толстыми чешуйками, и самая гибкая. И если ты не в состояние пошевелить им — всё действительно плохо… Ох, ему нехорошо становилось уже от мыслей — голова раскалывалась, болела невыносимо, так, что хотелось уже оставить мозги где-то на подступах к… Этому дому? Он его плохо рассмотрел. Да и разве можно что-то разглядеть, когда тебя мотает туда-сюда, ветер постоянно кидает твои же волосы на глаза, в рот, путает в руках, которыми держишься изо всех сил, впервые осознавая себя настолько… тяжёлым. Таким тяжеленным, что дракону сложно лететь! И от него только и слышится: — Не вертись, пожалуйста, и так еле держусь… Рухнуть с высоты полёта ой как не хотелось, так что в какой-то момент Хешшан забыл об обидах и злости, сосредоточившись только на желание выжить… Приземлялись они вообще интересно… Именно из-за подобного приземления больше летать он, наверное, никогда не решится. Этот припадочный дракон решил обратиться ещё в воздухе, прямо над балконом! Обратился он, значит, падают они вместе, у него, Хешшана, сердца в кончике хвоста трепещут, а этот «держит» его на руках, пытаясь поместить там не только тело выше хвоста, но и пару колец последнего, и падает… падает… Оказывается, тварь, использовал магию. И хвост, включая кончик, мягко шлёпнулся на балкон, Хешшан даже боли не ощутил. Правда в тот момент ему было не до удивления — со всей силы вцепившись и сжав в объятьях того, кем планировал смягчить своё приземление, он с трудом открыл глаза и… сильно изумился. Там, за балконом, хлестала вода. И вода. И ещё много воды — куда ни глянь. Крохотный островок, на котором толстая такая башня, не очень высокая, но всё же… в ней хватало места на дракона в полную величину, в каждом из этажей. И Хешшану места хватило, как выяснилось. Так хватило, что… От первых ударов Нуар увернулся, на следующих подло приблизился, полез обниматься и целоваться, и это не смотря на то, что вновь разозлённый наг кусался. И кусался. И даже царапался! Поэтому уходящий в портал парень был окровавленным, но счастливым. Следующим, что выяснил Хешшан — везде и правда вода. Больше того, вокруг башни земли не хватит и чтобы на пальчиках ног пройти. Где-то там вдалеке видно и другие башни, зелёные острова, но до них ни доплыть, ни… Да только долететь! Он ещё попытал счастье «поймать попутного дракона», но те почему-то смотрели на него, некоторые останавливались поболтать и улетали. И никто не хотел помочь. Последний только оказался намно-ого разговорчивее. Он не только приземлился на балкон, но и вошёл в башню, как к себе домой, заварил чай, нашёл еду, показал и рассказал, как чем пользоваться, пожелал удачи «новому родственнику» и исчез. Тоже порталом. Вскоре выяснилось, что драконы здесь летают как птицы, даже чаще самих пернатых. Вот летит что-то мелкое, думаешь, чайка, ан-нет, дракон… К тому моменту как вернулся Нуар, Хешшан успел успокоиться, похозяйничать в чужом доме и вновь разозлиться, стать в позу, устать от этой позы, поэтому Нуар нашёл его в спальне… Золотые кольца расположились прямо так, чтобы ловить солнце, головы нигде не виднелось, а простое человеческое тело Нуара среди змеиного царства выглядело таким маленьким, что тот решил обернуться… Дико злое шипение тут же показало, где искать голову, да та и сама уже не пряталась: — Ты мне на хвост встал! — Прости, — смутился Нуар, аккуратно переступая через движущиеся кольца. — Да просто остановись! Замри! Нуар послушно стал, хвост вился, скользя везде одновременно, пока не оказался почти полностью в одном углу, где и сидел… стоял? покачивался Хешшан. Тот оценивающе осмотрел блестящую чешую, общий вид «животного», даже приблизился. Нуар от этого ещё больше смутился, присел аккуратно, по-кошачьи обвил хвостом лапы, сложил крылья, тоже не сводя взгляд со своего сокровища. — Так зачем ты меня украл? — прямо спросил Хешшан, придя к выводу, что дракон в целом симпатичный, да ещё и не самый огромный. Ну и в человеческом обличье вполне… привлекателен. И пахнет морем, ещё при первой встрече заметил, что рядом с ним как на берегу. — Импульсивный поступок, — промямлил Нуар. — Думал, вот украду, заберу себе и… — И? — Не придумал, — признался, ещё больше робея. Хешшан оказался несколько больше, чем он себе представлял. Мало того, что его человеческая часть была раза так в полтора больше обычной, так ещё и этот длиннющий хвост намного не компактнее предположений. — Кажется, ты разочарован, — не укрылось от Хешшана его замешательство. — Нет, просто… Я, конечно, не очень люблю двуногую форму, но не думал, что в этой смогу общаться с тобой на одном… уровне… росте… э-э-э…. Хешшан хмыкнул, но не обидчиво, скорее смешливо. Словно его эти слова позабавили. И предложил компромисс: — Вы же можете и совмещать. Нуар кивнул и, когда обращение окончилось, всё равно ощутил себя меньше оппонента. Но Хешшана, кажется, всё устраивало, по крайней мере в глазах светилось восхищение, когда трогал пальцами твёрдую чешую полугуманоидной формы. — Хоть губы есть, — проронил, и Нуар подавился воздухом. — Интересно, а что у тебя… И на этом что-то пошло не так… Настолько не так, что Хешшан не сразу вспомнил, что вообще-то собирался как-то вернуться домой, а никак не задерживаться в башне. Настолько не так, что успел познать реальную тяжесть драконьей тушки, её необузданность и… Теперь болит хвост. — Водички? — сочувствующе спросил Нуар, успевший отоспаться, сгонять за едой, приготовить её и вернуться. Хешшан тяжело повернул голову, уловил запах печёной рыбы и уже более заинтересованно зашевелился, а Нуар вновь залюбовался великолепием золотой чешуи. Он стоял на обычных человеческих ногах, тележку с блюдами держал человеческими же руками — почему-то обращаться он стеснялся после вчерашнего. — А… помыться где можно? И когда ты вернёшь меня обратно? Я вообще-то не простой наг, если ещё помнишь, у меня есть обязательства… О которых позабыл в пламени… борьбы… *** — Так должно быть? — уточнил Хешшан, следя за тем, как вампиры лапают всех нагов подряд, пока те буквально держат сверкающую магией стену руками. Этакой живой изгородью растянулись. — Ну да… Вообще впервые такое вижу, но вроде всё в порядке, — кивнул Нуар, бдительно отслеживая магические колебания и сглаживая их. И исключительно бездумно помахал рукой парню по ту сторону стены. Тот махнул в ответ и скрылся, позволяя людям завершить ритуал призыва. Хешшан бы спросил, но вовремя увидел золотые глаза человека за стеной, поэтому вопрос прозвучал совсем иной: — Вы и в Аду подсуетились? — Конечно. Фагор разобрался. И ещё одно беспокоило Хешшана, пожалуй, больше надвигающегося несчастья: — Так ты уверен, что хочешь остаться? Без братьев, не в своей башне, без моря под окнами. Нуар пожал плечами: — Да. Море здесь недалеко, я же не рыба, которая не может жить без воды. А если… ну, я могу помогать тебе. Пока твоя кладка не вылупится, пока они не станут достойными… Я ведь всё понимаю. — А что на счёт твоего положения? — уточнил, присаживаясь на хвост рядом с границей барьера. — Ах, это… Ну, статус короля весьма условен… Просто сильнейший из водных драконов. Они не правят, каждый дракон сам себе хозяин, но когда дело касается чего-то масштабного — выражают общую волю. Отец прожил так долго и проживёт ещё не меньше, я не сомневаюсь. — Конечно, проживёт, — поддержал его внезапно появившийся рядом огненный брат — Аронас. — Рагнар говорил, но я решил уточнить, ты не возвращаешься? — Нет, — подтвердил Нуар, и тот понятливо кивнул, с улыбочкой предупредив: — Спальню побольше делайте, а то всякое бывает. Хешшан улыбнулся, про себя беря на заметку важную идею, а Нуар невозмутимо фыркнул: — За собой следи. — А что мне-то? Моя лапушка слишком нежная и тонкая, так что увы, — развёл руками, полностью отказавшись от подобных вариантов. — Да и вспомни насколько я тебя больше. О, идут. Первая едва заметная дрожь прокатилась по земле, за ней другая, более ощутимая, за деревьями вспыхнули огни, чужие голоса там, за барьером, взвыли все одновременно, завершая ритуал, и враз стало жарче. На дереве впереди появилось ещё одно драконье тело, шуганулось от жаркой волны и перебралось к ним, на что Нуар только кивнул: — Здоров. А вот Аронас проявил больше интереса к брату: — Что там твой дроу? — Привыкает, — улыбнулся третий — Рагнар, небесный дракон. — Познакомил его с отцом. Теперь вот общаются, я второй день один сижу. — Смотри, а то наобщаются. — Да он что-то там изучает… Какое-то влияние переизбытка воздуха в магической матрице дракона, что-то там про колебания температур в зависимости от настроения… Короче ерундой мается. — Изменчивость температур из-за настроения? — переспросил Хешшан, почуяв в этом намёк на важность. — Да, — подтвердил Рагнар. — Вроде как если переводить энергию воздуха в физическое проявление — воздух, то от характера меняется… настроение. — Как это? — Горячая вода — психи берут, холодная — спать хочется, — перевёл Нуар в более простое. — У брата ветреный характер, но воздух — это ещё и ураганы, зной и… Ну, всё в том же духе. — Не знаю, что он пытается понять, — пожал плечами Рагнар. — Я же спокойный. — Когда не рыдаешь. — Сам-то? Вы вместе с Фагором вечно то в депрессии, то в разносе, — вернул шпильку тот, а Аронас хмыкнул: — Один я, как ни верти, горячий. — Главное не сожги! Хешшан улыбнулся, поглядывая на похожих, но в тоже время отличных друг от друга братьев. Нуар уже рассказал, что они рождены от одной матери, но разных отцов, но это всё равно удивляло. Хотя ему сейчас всё казалось странным, как и готовность Нуара отказаться от всего, уйти с кем-то, недавно совсем незнакомым. Что-то он слышал про это запечатление, если вдруг встречаются «достойные пары», правда, как они их отбирают — непонятно, но именно поэтому молодых драконов не отпускают никуда с островов. Хотя молодость для них весьма… условна. Когда запахло кровью — разговоры прекратились, как раз на выяснение состояния Дара, кажется, он пострадал от врагов. Демоны ломанулись как стая овец — в одну сторону, другую, третью, наги едва сдержались, чтобы не отпустить стену. Жуткие красные, чёрные, зелёные и коричневые рожи бились сквозь преграду, наги сжимали зубы, поддерживая огромный в длину щит, и когда в толпе показались раскрытые крылья, — демоны поняли, что надо перелетать преграду, — появился, видимо, главарь, быстро взявший под контроль дикую, запачканную кровью толпу. И вампиры облегчённо выдохнули, падая под барьером, магия пошла рябью, а Нуар хмыкнул: — Говорил же, Фагор всё решил. — Пойду, посмотрю на это, — рванулся за исчезнувшими демонами Аронас, а Рагнар показательно вздрогнул от отвращения и открыл портал, махнув на прощание рукой: — Любви, удачи и так далее, весь набор благ, брат. Залетай, если будет скучно. Когда портал за ним закрылся, кто-то из наблюдателей удивлённо уточнил: — Это всё? На что Нуар открыл новую дыру в пространстве и махнул в неё: — Идите, смотрите. Все! Даже Хешшана пустил, замкнув цепь, а с той стороны перехода, внизу, под башней, в которой устроились, демоны убивали, крушили, убивали, убивали и убивали… — Вот и конец… человеческой цивилизации.