А ну-ка, практиканты!

Первое сентября. Десятый класс. Старшая школа. Честно, я безумно соскучилась по ней за лето. Вообще не очень люблю эту пору: все куда-то уезжают, а я одна торчу дома в эту жару. Но уже всё позади. Бегу в родные края! Вижу, как мои подруженьки машут мне ручкой, заждавшись меня, а я бегу к ним, в мой новый, но уже такой родной класс, но меня останавливает табличка «10-В», встала прям наперекор. И что это означает, собственно? Или химине не нравится, что я бегаю? Камон, первое сентября, чего ей надо? Смотрю на неё непонимающим взглядом. — Светлана Алексеевна, вы чего? — пытаюсь проскользнуть всеми возможными способами, но кто же меня пустит. — И тебе здравствуй, Саша. Как чего? У нас линейка, а ты куда идёшь? — я хлопала глазками. Что за дебильные вопросы? — Как куда? К классу своему…— я, словно котенок со слезами из мема, посмотрела в сторону своего, как я тогда считала, гуманитарного класса. — К какому своему классу? Ты у меня в медицинском в списке, — чё, простите? Я и медицинский класс? Светусик, ты ничего не перепутала? А? — Чего-чего? — пять стадий принятия неизбежного. Первая: отрицание. — Я же в гуманитарном классе… — Ну как в гуманитарном, если в медицинском! — не надо мне тут зубы заговаривать! Или вы без моего же ведома решили переманить меня на темную сторону? Э?! Вторая стадия: гнев. — Слушайте, я к вам не записывалась, так что я пошла, да? — вот он: торг. Да какого хера, я ничего не понимаю! — Тебя бабушка записала в мед, она разве тебе не говорила? — Что за цыганские нахрен фокусы?! Светлана Алексеевна пыталась быть спокойной, но я уже была на пределе. Ага, теперь что? Депрессия? Ну это пиздец, господа! Я четко и ясно сказала, что пойду только в гум! Произношу по буквам, Г У М А Н И Т А Р Н Ы Й класс! Спасибо, бабуль. Вот скажите, зачем лезть и выбирать за меня, когда я озвучила свою позицию? Или зачем тогда спрашивать? Меня сейчас вырвет от осознания того, куда меня сплавили. Тюрьма для самых страшных преступников — вот, что из себя представляет медицинский класс. Вечная математика, химия, биология, дурацкие дополнительные занятия, всякие курсы… К черту оно мне надо?! Подошли мои девчули — Женя и Маша, кое-как отпросившись у классухи, которая должна была стать и моей. — Сань, чо происходит? — Женёк стояла в ахуе. Меня разлучили с самой близкой подругой! От этого меня ещё больше пробивала злоба. Как можно дружить с человеком, как прежде, когда он учится в другом классе? Правильно: никак. — Да меня походу бабульчик к этим ботаникам лупоглазым записала, — кивнула в сторону своего нового класса. Боже, как же горит очко! — Тебе пизда, — произнесла Маша, с прищуром смотря на Вэшек. Они прямо-таки были пропитаны этой заучностью, от чего и хотелось им врезать. А так я бы могла вдвоем с Марией пиздить ботаников, но сейчас я числюсь в их кругу… — Ладно, ничего. Пару деньков протужить смогу точно, а там я к вам переведусь, — сейчас идёт пятая стадия: принятие, но это ненадолго. — Скажите только Таньку, чтобы меня взяла, окей? — Танёк, милый мой Танёк — завуч и по совместительству учительница общаги и истории. Прекрасная женщина взяла наш, а точнее уже не касающийся меня гум под своё теплое крылышко завуча. Классуха-завуч — это вообще полная круть, она в случае чего и отмазать может, и примазать, и всё, что твоей душе угодно. А вот с классухой-химичкой далеко не разбежишься: твоя площадь метр на метр, и ты привязан к ней на короткий поводок. Это я сейчас про парту у неё в кабинете, где мне теперь надо коротать дни. Дней, конечно, будет немного, ведь я обязательно переведусь из этого адского класса, но всё же мне придется какое-то время терпеть это всё. А бабушке я разнос устрою, клянусь. Она же вроде хотела, чтобы я переводчицей стала, не? Это что за выкидоны? — Ладушки, мы к своим пойдем, — девочки слегка посмеивались. — Желаем тебе не превратиться в химическую жабёнку, — и они скрылись. Ну что, каждый сам за себя? Вот он мой девиз на эти дни: выжить любой ценой. Либо ты, либо тебя. Не на жизнь, а на смерть. Я подошла к Светлане Алексеевне, новой классной, и стала ждать, когда соберутся все в этом врачебном штабе. По правде говоря, Светлана Алексеевна офигенная. Я как-то забыла это упомянуть. Знаете, химички обычно такие странные, злые, противные, старые, а она очень добрая и вообще прогрессивный педагог. Ну не сдал ты во время домашку, она поймет, даст на следующий день принести. Да и просто иногда рассказывала интересные факты из своей жизни, из практики. Можно сказать, она один из моих самых любимых учителей, несмотря на то что ведёт такой предмет, как химия. Химия, химия, вся залупа синяя. Кажется, так говорили пацаны моего класса. Предмет вообще нормальный, довольно интересный, я даже сдавала его. Ну да, сама согрешила, вот меня бабушка туда и запихнула с этой химией… Ну, а что мне ещё надо было сдавать? Географию я не знаю от слова совсем, хотя у меня по ней пять, общага слишком лёгкая, а это неинтересно, физика слишком сложная. А вот химия в самый раз. Но это же не означало, что я пойду в медики?! Я шла в гуманитарный класс, английский же не просто так сдавала. Конечно, не подозревала, что это мне так боком выйдет. Ну ничего, задам им жару. Ой, а где все? Ушли, что ли? Без меня? Твари продажные, зазнайки! А может, оно и к лучшему. Жопе моей досталось место на первой парте. Ну кто же знал, что сидеть там никто не хочет? Но в принципе это место я люблю. Сижу я тут сейчас одна, потому что все лягушки расселись по знакомым. Тьфу ты, блин, ну и больно надо. Одной даже лучше, можно хоть на два стула задницей сесть, разложить учебников на весь стол. Шикарно. Светик что-то рассказывала. — Дорогие мои, вы избрали путь медика, — меня сейчас стошнит. Нет, я не говорю, что это плохая профессия. Быть врачём — дело благородное, поистине светлое. Но не для меня, простите, не для меня, — поэтому сейчас вы учитесь в этом прекрасном медицинском классе, — как бы не заржать, ей Богу! Я сижу сейчас тут только потому, что мою бабушку слегка взял старческий маразм, за что она после уроков поплатится. Нет, убивать её, как Раскольников старуху-процентщицу, я не буду, но заставлю пойти со мной и перевести в нормальный класс, а не для отсталых очкастиков. Спросите, наверное, почему я так жестоко к ним? Ну вы просто посмотрите на их физиономии: рожи противные, какие-то скошенные, вечно недовольные, что-то зубрят там постоянно, даже поговорить не о чем. Ну и вообще тухляк, где мои шесть часов английского в неделю? Так-так, что там химинька говорит, а ну… — Так, ну кратенько вы поняли, что мы тут не дурака пришли валять, — разве? Ну это мы ещё посмотрим. О, кто-то что-то вякнул сзади. — А кто будет вести биологию у нас? — чувак, а ты подал хороший клич. Это уже интересненько. Кто это там? Етить-колотить, так это ж Геворг, мы с ним учились когда-то. По моим воспоминаниям, он лишь гонял балду, ну с инглишем у него всегда была беда, а тут он прямо мозговитым стал. Уважаю. Надо спросить у него, что как. Если что, можно будет катать пару дней у него, пока не свалю. Ну Светок, чего ты медлишь, а? Отвечай, кто будет биологию вести в этом подземелье медицинском, надо ж знать, кто мозг выносить недельку будет. Ну и куда она пошла? Хочет наглядно нам показать эту несчастную, что будет преподавать? Стоп, а зачем она пошла в лаборантскую, нормальные биологички же с другой стороны, а туда, куда Алексеевна пошла, только моя бывшая биолигичка обитает. Так, погодите… СЕРЬЕЗНО ОНА?! — Думаю, многие из вас знают Викторию Викторовну, — Светка, ты ку-ку? Ты зачем сюда «В в квадрате» привела? Убери её отсюда!!! — Здравствуйте, десятый «В», — рот можно было бы и не открывать, дорогая. Просто стой и молчи, так будет лучше. Ну что, а сейчас поведаю, кто ж такая ВВ (к сожалению, не Путин). Виктория Викторовна а-ка ВВ а-ка «В в квадрате» а-ка змея — моя дьявольская биолигичка со времен средней школы. А если быть честной, торчу у этой дьяволицы уже пять лет, и кого кого, а её я не ожидала увидеть. Скажу прямо: я её просто не переношу. Такую змею ещё поискать надо. Не было свободных нормальных учителей биологии? Есть чудесная Ирина Германовна, через кабинет сидит, её что не поставили? У нее и олимпиадники, и ЕГЭ сдают хорошо. Впрочем, мне-то плевать, кто тут ведёт, но вот за этих обезьян страшно, хотя было бы весело посмотреть на их мучения. Объясняю, короче, а то так не особо понятно: вот если Светлана Алексеевна добрая душа, понимающая, открытая, то Виктория Викторовна её полная противоположность. Это не просто демон, это само исчадие ада. А я сейчас сижу за первой партой, а она ещё взгляд на меня свой кинула. Леденящий. Такого убийственного взгляда нет ни у кого, я серьезно. Слышали бы вы, как она про трупаков нам однажды заливала. Вот тогда у нее глаза аж светились, представляете? У всех нормальных людей радости приносят обычные мелочи жизни, а ей — трупы! Так ещё нацепила на себя халатик медицинский, думаешь, что соблазнишь тут всех, смерть костяная? Пора пиздовать отсюда, я серьезно. Не дай Бог ещё у нее на уроке засветиться, это же будет кошмарище. Ой, какой флешбек мне в голову ударил, когда я на нее посмотрела: в классе седьмом эта ведьма поставила мне три на тот день, когда меня не было, и даже через месяц разборок она не убрала оценку. Вот вам и Викусик. — Надеюсь, мы с вами поладим, — Викторик улыбнулась, улыбнулась! Вот это да. А я думала, у неё нерв защемило на грустном смайлике. В данный момент я вообще не могу понять, где реальность. Ещё полчаса назад я бежала вприпрыжку к Женьку и Машке, а сейчас сижу в потайной комнате химини, где на меня пялит злоебучая биологичка из моего прошлого и тридцать пар лягушачьих глаз. Кланяюсь в ножки всем Богам, чтобы побыстрее сбежать отсюда! — Думаю, мы все моменты обсудили, так что можете быть свободны, дети, — заявила Светлана Алексеевна. Спасибо, мадам, потому что находиться здесь мне всё страшнее и страшнее. А биологичка ещё провожала нас всех своим испепеляющим взглядом. Кошмар… Быстрее бегу, а то мало ли, затянет к себе в логово и съест. Ужас, так они ещё о чем-то разговаривают со Светланой Алексеевной, че-т лыбится опять. Смешинка в рот попала, что ли? Не к добру. Ноги в руки — и домой. Только сначала сменка. А ты, бабуля, у меня вечером попляшешь!.. На выходе из школы стояли Женя и Махан. Ну, так уж лучше, чем идти одной. — Рассказывай, что там у тебя было? — накинулись они. — Давайте сначала вы, — говорю я, пытаясь переварить всё произошедшее. — Да короче, ничего особого там не было. Как говорили, все так и оказалось. Только информатичку новую поставили какую-то, вот и все, — Евгения пожала плечами. — У тебя-то что? — У меня просто полный пиздец, — неверно улыбнувшись, сказала я. Ну, а как это ещё описать, а? — Хотите узнать, кто в этом меде биологичка? — Ну? — «В в квадрате», блять! — и тут охуели уже все и разом. Но через пару секунд они взорвались от смеха. — Ха! Лох! — закричала в голосину Женя, и я сразу дала ей по макушке. Ты ещё над самой Санькой ржать будешь? — А это не она там идёт? — тыкнула пальцем куда-то вперёд Маша. Вдали кралась биологичка, неся в руках какой-то чёрный пакет. Может, у нее там трупы? — Бляя, — завизжала, словно свинья, я, — и куда она прёт? — Домой, наверное, — Женя сделала очень умное лицо. — Без тебя будто не знаю. Интересно, в какую сторону она пойдет просто. Кстати, вы не спросили у Танюшки, есть ли свободные места ещё? — Блин, я забыла, сорян, — Маша почесала репу. Чесать-то нечего: пусто! — Ай, ладно, завтра сама узнаю, — ветер долбал в лицо, приятно охлаждая. Чувствовала себя как в рекламе шампуня для волос. — Гулять-то пойдем? — спросила Женя. — Лень, — застонала я. Такой стресс пережила, какой гулять? Нужно придумывать план побега! — Вот он, первый признак отдаления. Один день в другом классе и всё, даже гулять не хочешь! — сказала та. — Мне просто впадлу. Пока, короче, — я хмыкнула, и мы разошлись в разные стороны. Интересно, что сегодня будет на обед? Надеюсь, бабушка испекла пирожков или сделала плов, потому что в последнее время были лишь сваренные чёртовы пельмени из «Пятерочки». Блин, автобус, не уезжай, твою мать! Бегу как гепард за ним, чтобы не тащиться полчаса домой. Фух, успела. Мой попик нашёл свободное место в заполненном автобусе и приземлился туда. Рядом сидела какая-то девушка. Повернув голову, я увидела черный пакет… Как она попала в автобус раньше меня, ебаное привидение?! Она посмотрела на меня, о божечки. Что за день такой? — Здравствуй, Саша, — сказала она мне, сразу же отвернувшись обратно. Она сама и поздоровались? Никогда в жизни не здоровалась, а тут те на! Может, её впечатлило, что я в медицинском классе? Не бойся, это скоро закончится. Но все же ни один мускул на её лице не двинулся, когда она это говорила. Губы так же стояли ровной полоской. Да она выглядит, словно кукла, манекен, статуя! Она хоть дышит? — Здравствуйте, Виктория Викторовна, — дрожащим голосом произнесла я. Она даже не повернула голову на звук. Чертовка. Ух, страшно. Зашла какая-то бабушка, и у меня появился шанс встать, чтобы ей уступить. На это биологичка хмыкнула. А ты чо думала, я быдло? Интеллигенция, фиг ли. И мне комфортно, и бабуле хорошо. Как раз скоро выходить. Слава Богу. Сколько же раз за сегодня я вспомнила Бога, мне даже не по себе стало. Выходя из автобуса, я решила обернуться в ее сторону. Ну просто так, интересно вдруг стало. Черт, она же на меня смотрит… Я-то чувствую, что-то некомфортно, будто кто-то дырку во мне просверлил. Побыстрее отвернулась и поскакала домой. Бабушки нет, лишь кот начал активно мяукать, когда я пришла. Есть хочет, наверное. Я тоже безумно проголодалась. А на столе лежали пельмени. Всё как и раньше.