Бессмертный гений

После того как Наруто исчез в спышке, Минато немного напрягся и телепортировался домой. —Дорогой, а где Наруто?—Спросила Кушина. —Дети, милая, я должен рассказать вам кое-что... —Сказал Минато и присел на диван. —10-ого октября, 12 лет назад, напал девятихвостый демон лис, которого освободил из Кушины, человек в маске. После сражения с ним оказалось, что это был мой давно умерший ученик Обито Учиха, дальше я телепортировался к лису и после длительного сражения, решил запечатать лиса в своего сына. — Говорил Минато. —Стоп! Я что Джинчурики!? (Закон про то что нельзя говорить детям, кто джинчурики сущевствовал и в этом мире, но Данзо слухи протекли через АНБУ) —Удивлялся Менма. —А ты помолчи! Мне ещё с тобой нужно немного поболтать, а то совсем потерялся! Так вот, в тот день у нас родилась двойня. Первого звали Наруто, а второго тоесть тебя, Менма. Наруто вышел раньше, да и выгледел по бодрее, поэтому я решил запечатать лиса в нем. Я телепортировался обратно к Кьюби и Данзо пожертвовал собой, что бы запечатать хвостатого в моего сына, после чего он умер.— Сказал Минато печальным взглядом, вспоминая те самые ужасные минуты. —Дорогой, к чему это всё? Ты просто хотел рассказать, что у них был старший брат?—Недоумевала Кушина. —Так к тому и веду, что у них есть старший брат...— Сказал Намикадзе и опустил голову. — Батя что ты такое говоришь! Наруто ведь...Стоп Наруто? Неужели Узумаки мой...— уже понемногу догадываясь, о чём говорил его отец, сказал Менма. — Минато, скажи что ты не знал!—Грозно Сказала Кушина. —Я..я..— Не мог ничего сказать Минато. — Он не знал, из за того что Кьюби был запечатан во мне, мой пульс ослаб, и мое тело забрал Хирузен, подложив в могилу поддельный труп, после сказал что Кьюби перезапечатали в нового ребенка, а узнал он об этом, только что, на крыше. — Сказал Наруто, появившись в спышке. У Кушины же сейчас играли разные эмоции: гнев, радость, жалость. Но даже так она с улыбкой и со слезами на глазах прокричала имя сереброволосого, и прыгнула к нему обниматься. Тот не стал сопротивляться. —Эй малец... лучше не злить эту женщину, а ещё наигрывай эмоции, хоть какие, если хочешь наложи самогендзюцу, эмоций и любви к семье. —Сказал в подсознании Курама. Но этого и не понадобилось, Наруто плакал, улыбался и был счастлив, что чувствовал обьятия мамы. Он отдал бы все, чтобы продлить этот момент на еще веков так пять. Сейчас он был счастлив по настоящему.