Людям следует меняться: II том

Наступало раннее утро нового дня, однако началось оно с не с самого хорошего события. Абсолем специально пришёл так рано, чтобы особо никого не застать из их клиентов. А именно он пришёл на чёрный рынок. На самом деле он никогда за тысячу лет к ним не заглядывал и не заглянул бы, но надо было кое-что у них забрать. Он не обратил внимание на одну девушку, сидящую за круглым столом с картами, а сразу подошёл к парню, что, судя по взгляду, ждал этого. — Надо же, кто почтил нас присутствием, — сказал он. — В такую рань обычно к нам никто не приходит. Похоже Вас интересует что-то серьезное. — Мне нужны два клинка усмиряющего грома, — сразу ответил тот. — Я знаю, что они у вас. — Они, возможно, не на этой станции, поэтому придётся подождать. — Не страшно. — Пойду посмотрю, может они у нас лежат, — он немного глянул назад, а потом развернулся к Абсолему. — Если Вам интересно, то предсказания на сто процентов верные. Можете занять время. — Я не очень верю подобной магии. На самом деле она верна всегда только на восемьдесят процентов, один из законов магии, установленных Драконом — О, милашка, так ты мне не веришь?.. Милашка? Ну ладно… Девушка, не глядя, взяла колоду, начиная её перемешивать, смотря вперёд, но не на собеседника. — Мечи нужны не тебе, а девочке, что ты вернул из мира мёртвых. — Достаточно услышать название мечей, чтобы понять, о ком я говорю, — скептически отнёсся к этому маг. — Заюшь, не думай, что я врушка, — она протянула к нему всего одну карту, лицевой стороной, по прежнему несмотря. — Ты этого ждёшь, да, мой хороший? Там было написано всего одно слово, изображение было не так важно, как это слово — «Цикл». Вот теперь уже Абсолем полноценно к ней развернулся, а этот парень ушёл от них подальше. — Интересно, — признал он. — Ты всезнающая? — Нет, я даже не вижу, что там написано, — она вернула её назад к колоду. — Я продала Фениксу зрение в обмен на дар точного предсказания. Ни о чём не жалею, я вижу больше, чем обычные люди. — А, ясно, — он медленно сел напротив неё, смотря в глаза, что не были способны видеть. — Тогда погадай мне насчёт ближних ко мне существ. Что будет? Она лишь ухмыльнулась подобному, начиная использовать магию. Карты летали в воздухе, не показываясь лицом Абсолему. А потом на стол упала лишь одна, где Абсолем прочитал тоже только одно слово — «Игрок». — Если карта не понятна, то можешь говорить мне название, и я всё объясню тебе, сладкий. — Игрок, — сразу сказал тот. — Кто-то играет в свою игру, притворяясь, что всё идёт по твоему плану. Затем с карт в воздухе упала ещё одна, где было написано «Правда». На это у Абсолема были свои мысли, но всё же он решил уточнить: — Правда. — В ближайшее время прозвучят слова правды, будет это плохо или нет не понятно, однако они быдут очень значимы. Теперь на стол упала последняя карта, где было написано нечто другое — «Украденая магия». Так, вот тут он уже точно всё понял. Здесь уже ему было понятно. Похоже магия предсказания, касающаяся именно этой девушки, крайне верна. — Ты знаешь о заклинании предсказания на месяц, в виде стиха на бумаге? — спросил он. — Да, для тебя хоть звезду с неба. — В моём окружении никто не владеет этой магией, а самому себе писать нельзя. Напишешь? — За дополнительную плату, — она на ощупь выдвинула ящик в столе, доставая листок с ручкой. — Подожди, нужна ведь точная дата рождения. Тебя ведь нашли у ворот храма монахи, этот день может быть не днём самого рождения. — Я знаю, поэтому мы напишем другую дату, — ответил тот. — Я ведь был мёртв, а потом меня снова одарили жизнью, подарив рождение заново. — Ты помнишь этот день? — Я никогда его не забуду, ведь этот день своеобразное событие в волшебном измерении — проводы Великого Дракона. Каждый год его провожают в сон, как тут можно забыть? Ясно, для него это не самый приятный день. В любом случае, это не единственное, что нужно знать: полное имя, группу крови, основной тип магии. В последнем он написал чародейство. Заполнил все пункты Абсолем, по понятным причинам, а потом передал этой девушке листок, положив на него ручку. — О, время, — произнесла девушка, а ручка начала подниматься. — Мольбою стою пред тобой. Тайное знанье своё мне открой… Голос открой. Свыше приди. Помоги избежать ужасной судьбы. Ручка легко опустилась, начиная писать текст. Правила магии очень просто — прочитать стих может только тот, кому предсказывает. Если другой узнает хоть что-то из стиха, то бумага самоуничтожиться, а потом всё попадёт из памяти. Когда ручка поставила последнюю точку, упав на стол, Абсолем снова забрал листок, прочитав предсказание глазами: «Защитный купол рухнет, как стекло И башня следом упадёт во тьму. Однако стоит выбрать между чашами весов Иначе четверо людей вернуться в землю под ногами. О десяти углах узнают все на свете. Спустя года, настало время всё своё забрать. Ты хочешь разыграть спектакль перед всеми Взамен получишь ты двойную дозу приза… Не думай, что так просто будет всё в конце, Ведь тридцать первого числа Закончиться всё может для тебя» Предсказание охватывает месяц, поэтому и прошлые события тоже рассказывает. Однако что-то здесь не так. Абсолем долго вчитывался, а потом понял: «Есть Тендор и Обливион… Но не слова про Светлый Камень.» Это шло вразрез с его личными планами. Если сложить это, а также карту игрок, то… Тридцать первого числа всё может закончиться. Интересно, что именно он хочет?.. — Простите, если сейчас отвлекаю, — вернулся тот парень, поймав на себе взгляд Абсолема. — Их здесь нет. Доставят к вечеру или завтра утром. — Ладно, спасибо на этом. Он встал из-за стола, направляясь к выходу. Продолжая рассуждать над этими последними строчками. Однако, буквально через секунду, он услышал слова той девушки, на которые слегка обернулся. — Приходи в следующем месяце, малыш… Погадаю снова… — Обязательно.

***

Планов на сегодня было много и у каждой стороны. Абсолем намеревался все закончить, а другие об этом даже не подозревали. Сегодня у хранителей Огня Дракона было много дел, в особенности у Валтора, который зашел домой раньше обычного времени, когда приходил к Эрвину. Макс вчера его попросила помочь, почему бы и нет? Сейчас он, Рен, Джун, Макс и Сайвен стояли за дверью, что вела в комнату. Эрвин знал, что последний тест будет сейчас, поэтому, сидя в комнате, очень волновался. — Пожалуй ты, — маг протянул руку к Джун. — Ничего не бойся, это как сон на яву. Он наложил на не свою печать и они все зашли в комнату к Эрвину. Парень не долго всматривался в них всех, почти сразу сказав: — На Джун. Валтор махнул рукой вверх, сняв заклинание. Это невероятно, теперь уже есть на сто процентов уверенность в том, что у него есть глаза истины. Они не легенда. Но как он смог их получить? Почему именно он? — Эрвин, как давно они у тебя? — спросил Валтор. — Примерно с того момента, когда Абсолем напал на Синий Двор, — припомнил парень. — Но это не точно, по крайней мере видеть то, что не видят другие я начал тогда. — Ясно. — Кстати, я сейчас кое-что понял, — Эрвин сделал паузу, словно собираясь с мыслями. — Сейчас я увидел магию подчинения и понял, что нечто подобное уже видел на кое-ком… — На ком именно, можешь сказать? — переспросил его маг. — Я не уверен, но…это был глава Светлого Камня. Но может ли он находиться под заклинанием подчинения? — Конечно может… и это многое объясняет. В комнате произошла минута молчания. Все всерьез задумались над его словами. Глаза истин видят только истину, но было ли то заклинание подчинения? — Эрвин, я сегодня вечером прийду к тебе, — начал Валтор. — Расскажешь по подробней? — А почему не сейчас? — поинтересовался Сайвен. — Мне нужно уйти в главный центр Обливиона. Поскольку их позвали для прояснения и подтверждения, то отказаться нет смысла. Его и Блум туда проведет Лейла, поскольку они оба не должны знать местонахождение здания. Валтор собирался уходить, однако его остановил Рен. — Простите, могу я кое-что одолжить у Вас? — спросил парень. — Чего тебе, Рен? — Мне нужно полное собрание записей об монстрах в соседнем измерении, составленных искателями, — он заметил, как маг очень долго смотрел на верх. — Что-то не так? — Всё хорошо, просто мне уже не первый год кажется, что я для всех ходячая библиотека, — Валтор глянул на парня. — Зачем она тебе? — После завтра я иду в соседние измерения, в качестве заказа, на просмотр ископаемых, от компании… — начал он быстро говорить. — Рен! Спокойно. Вдохни и выдохни. — Простите, у меня это само получается, я почти не контролирую подобное… — Всё нормально, давай ближе к сути. Тебе она нужна для безопасности себя? — Да, — признал Рен. Валтор кивнул ему в сторону коридора, в который они вышли, направляясь в их общий с Блум кабинет. Для двух людей он был в самый раз, особенно выделялось большое окно. Маг сразу же достал нужную, развернувшись к нему. — Рен, сделай себе уже золотую карту, — попросил маг. — Потом заморачиваться меньше надо. — Мне не так часто что-то нужно взять за золотыми воротами, но может когда-нибудь я решусь поговорить с людьми важной внешности, — ответил тот. — Кстати, к нам вчера заходило одно из магических предзнаменований — марш Тореадора. — О, с чего вдруг? — Валтор немного призадумался над этим. — Спасибо, что сказал. — Обращайтесь, и спасибо за помощь. Про то, что случилось между Макс и Сайвеном он взял слово молчать, поэтому и не рассказал. Однако если этот парень снова что-то вкинет подобное, то язык у мага точно развяжется. Рен пошел назад к друзьям, пока Валтор остался в кабинете. Он намеревался открыть портал прямо отсюда, но… — Надо же, насколько ты вырос, — послышался знакомый голос сзади, от чего у Валтора пробежал холод по спине. — Настолько, что даже смог изучить почти всех созданий в соседнем измерении. Валтор легко узнал этот голос, от чего его обуял страх. И не только его, Ведьмы тоже это почувствовали. Им сейчас было даже страшнее, чем магу. По спине продолжали бегать мурашки, а в горле что-то задрожало. Однако маг все же обернулся, произнеся лишь одно: — Ты… — он и вправду увидел его, стоящего прямо спиной к окну. — Даркар… — Давно не виделись, Валтор, — напряжение между ними росло, однако это Феникс так сильно давил на всё. — Без обид, но я пришел не лично к тебе. Больше всего меня интересует амулет, висящий на твоей шее. Понятное дело почему, именно поэтому сейчас эти трое затихли. Вновь забрав себе всю магию, они просто исчезнут с этого мира. — Зачем тебе все это нужно? — спросил маг. — С нашей последней встречи у тебя кое-что появилось, я даже завидую такой удаче, — продолжил тот. — Эти дары…рентгеновский и истинный глаз, в окружении союзников. Я бы тоже хотел иметь таких под боком. — Зачем ты явился сюда сейчас? — Понимаешь, глаза способные видеть одну лишь истину, мой необычайный дар, — решил он немного рассказать. — Я их создал. Думаю, тебе все понятно и без лишних слов. — Опять твои злосчастные амбиции? — Ну да, конечно, как всегда, — на лице Феникса появилась улыбка. — Но чтобы доиграть партию, которую я начал ещё давно, мне нужны фигуры на доске. Они будут выполнять мою волю, подозревают они этого или нет. Ну, а ты знаешь, как бывает в шахматах… — Значит, Абсолем тоже твоя очередная пешка? — Нет, он фигура куда большего масштаба. Далеко не пешка… А сейчас я спокойно попрошу… Он вытянул вперёд руку, явно намекая на амулет, продолжая глядеть с улыбкой. Однако на это Валтор никак не реагировал, поэтому Феникс начал медленно подходить к нему. Шаг за шагом он приближался к нему, по прежнему с протянутой рукой. Медленно, тихо, так сильно давя на атмосферу вокруг. Между ними оставалось чуть больше метра, когда Феникс сделал последний шаг, ведь наконец-то Валтор отреагировал: — Ни шагу дальше! — в его ладонях загорелась чёрная магия пламени. — Сделаешь еще хоть один, и один из нас уйдет в небытие. В ответ на это Феникс разразился нарастающим смехом. Он был то ли сумасшедшим, то ли искреннем, а продолжался он очень долго. Никто его не слышал в доме, но это даже к лучшему. Когда он закончил, то взглянул на мага с максимальной высоты самооценки, но с какой-то жалостью, словно на инвалида или болеющего… — Валтор, ты забыл? Для меня смерть ничего не значит, я возрожусь через несколько лет или даже дней. Это только все зависит от тяжести смерти. — Тогда подходи ближе. — Не очень хочется умереть именно сейчас. Знаешь ли, есть свои дела, — ответил Феникс. — Все, что ты и твои друзья делают сейчас — впустую. Ты думаешь, что его человек, среди ваших, ничего не оставит после себя? Ты думаешь, что он уйдет, ничего не оставив? Я знаю этого человека лучше, чем ты. Он конченый псих. Однажды этот человек уйдет от вас, оставив многим надломанное сознание. Сейчас он… Он полностью подтвердил, что среди них есть человек с другой точкой зрения, касательно Абсолема. Но вот что странно — он не говорит о нём, как о своем союзнике или об их союзнике, он говорит об его союзнике, а это значит, что кем бы не являлся этот человек, он работает только на Абсолема. — Однако я могу прямо сейчас назвать его имя, — продолжил тот. — В обмен на амулет. — Катись к черту! — Не хочешь выгодной сделки, какой же ты глупый, — он поднял вверх руку, которую протягивал. — Ладно, заберу его, когда доиграю один из ходов своей партии. Он просто исчез, даже не трансгрессировал, а просто исчез. От всего это Валтор просто упал на рядом стоящий стул, тяжело вздохнув «Один из нас умрет, ты совсем рехнулся? — спросили его Ведьмы в голове. — Он существо, способное тягаться с Драконом» — Я знаю, но что я еще должен был ему сказал? «Ах да, это… Спасибо, что не отдал нас» — Пожалуйста, — вдохнув еще раз, он встал на ноги, прекратив переосмысливать все, что было — Ладно, пора в Обливион зайти. Теперь ему уже точно ничего не помешает. Визит этого существа был крайне неожиданным и неприятным. Значит он знает, где они живут. Это довольно плохо. Однако маг открыл портал на согласованную местность, где уже были Блум с Лейлой. — Как всё прошло? — сразу спросила Блум. — У Эрина точно Глаз Истины, — ответил маг. — А еще меня навестил Даркар. — Кто?! — отреагировали обе. — Ничего не произошло, но он еще вернется. Потом все расскажу. — В любом случае, он знает, где мы живем, — подметила Блум. — Это же Феникс, ожидала от него чего-то меньшего? — он глянул на Лейлу. — А можно как-то провести Эрвина к главе Светлого Камня? Он кое-что мне рассказал. — Он низкого роста, да? — переспросила та, на что маг кивнул. — Будет сложно, но возможно… После этого она всё же открыла портал в нужное место. Только через неё они могли попасть туда, однако и так были вкурсе всех дел. Они знали, что вчера у главного центра Абсолем…проиграл? Это было что-то… Неописуемо странное… Это было возможно, но всё это произошло так резко, что было так пусто от всего этого. Они оказались в коридоре у выхода из здания. Надо же, посетить главный центр управления Обливиона… Даже мечтать об этом было сложно, а тут вдруг раз и они тут. И теперь перед ними тремя стояла сама Мей, глава Обливиона, которая задала сразу вопрос: — Сразу двое? — Элисон сказал, что будет интересно посмотреть на реакцию копья Гларин, в качестве присутствия магии света и тьмы, — быстро пояснила Лейла. — Я так понимаю, он прямо там нас ждёт? — А можно вместе с вами посмотреть на копьё? — раздался знакомый женский голос сзади. — Чисто ради интереса, ничего больше. Этот голос… Такой до жути спокойный, но саркастичный голос, словно вот-вот разрежет тебя на части. Это голос Ён! Но что она?.. Они все обернулись к ней, с вопросительными и удивлёнными взглядами. Она стояла у выхода, с рюкзаком на одно плечо. — Ён, откуда ты знаешь дорогу сюда? — сразу спросил Валтор. — Разве не ясно, я навещала семью, очевидно, — она саркастично смотрела на Мей, которая пробирала её вопросом, а потом резко подняла брови, всё осознав. — Привет, Мей! На это приветствие удивились все. Оно было таким простым, словно они лучшие друзья. Тем более после этого Мей быстро подошла к ней, развернув ото всех, чтобы переговорить. Это ещё больше повергло всех в шок. — Ты знала, что у неё есть дети? — спросила Блум Лейлу, на что та помотала головой. — Мы тоже. — А что это за девушка? — спросила та. — Она выпускница Облачной Башни, — ответил Валтор. — Что ж, это определённо самая неожиданная новость из всех. Пока они вот так переговорились, продолжая смотреть на этих двух дам, между теми завязался диаметральный диалог. — Слушай сюда, Ирин… — хотела начать Мей. — Меня зовут Ённари, — перебила она. — Как? — Можно просто Ён. Не первый день с тобой знакомы. — Что ты здесь делаешь? — озлобленным тоном, но тихо спросила Мей. — К кому ты приходила? — Простите, мы не разрешаем информацию о наших клиентах, — по деловому, но с надменной улыбкой ответила Ён. — Даже другим клиентам… Даже за круглую сумму. — А ты осмелела за эти пять лет. — Ну, знаешь, когда твои документы у другого человека, а ещё тебя постоянно передают туда сюда за деньги, то даже в подростковом состоянии ты будешь тихим. — Тихим? Ты по нескольку раз в неделю спрашивала «А когда Вы меня вернёте?»… Я словно относилась к тебе как-то ужасно. — Я не спорю, тихо жить с тобой было намного лучше, чем быть в рабстве домашнего хозяйства или рабочей силы, но всё же на чёрном рынке мне было спокойней. Там хоть мясо иногда давали. — Если кто-нибудь узнает о такой связи между мной и тобой… — Мы не распространяем информацию о своих клиентах, — повторила ведьма. — Я так понимаю посмотреть на копьё ты не позволишь мне даже по старой дружбе? — в ответ на это было молчание. — Ну и ладно, тогда я ухожу. Она действительно легко и просто пошла к выходу, гордо подняв голову. Вот любит же она оставлять людей с пустотой и раздраженностью внутри. Мей выдохнула, смотря как девушка вышла из здания, надеясь больше никогда не увидеть её. Она развернулась к остальным, понимая, что они могли всё не так понять. Хотя те трое виду не подавали, словно ничего и не предполагали по поводу их связей. — Забудьте обо всём, чтобы сейчас увидели, — утвердила для них Мей. — Это будет сложно, — призналась Блум. — Пройдёмте уже? У них тоже были свои дела, не хотелось здесь долго задерживаться, тем более, формально, им здесь не рады. Подняв глаза от нервов, Мей повела всех троих в ту самую комнату, где копьё продолжало не сильно ярко сверкать. Там уже и был Элисон, с остальными из его компании. Историк сразу похрустел шеей, когда они вошли. — Привет, Элисон, — сразу позвала его Лейла. — Снова заело? — Да, как обычно, — ответил парень. — Как жизнь, Вайс? Тот самый парень, что предпочитал молчание, заместо разговоров, просто кивнул. — Ты, как всегда, красноречив, — сарказмом подметила та. — Не могли бы вы сначала выпустить магию? — решил перейти к теме Элисон. — А уже потом я расскажу вам теорию. И, кстати, можно я так же с ними переговорю, вслух конечно же… Он имел ввиду Ведьм, чётко смотря на амулет. Валтор на этот счёт кивнул, было ясно, что он хочет переговорить насчёт истории. Просто выделить в магию в окружение было крайне просто, любой, кто хоть немного изучил магию, справиться с этим. Во время этого процесса, кое-что всё же произошло — камень на копье перестал сиять. Это было даже в какой-то степени странно. А потом, уже после того, как Блум и Валтор прекратили выделять магию, копьё вновь засверкало через какое-то время. — Это и вправду так, — почти под нос проговорил Элисон. — Что так? — услышала его Лейла. — Что моя теория может быть верна на восемьдесят процентов, — продолжил парень. — В общем, если мы будем судить об этом свечении, как о предупреждении, что рядом ходит Абсолем, то всё становится логично. Копьё — артефакт, подаренный Великим Драконом нам, на его магию оно будет реагировать соответствующее тому, что мы увидели сейчас. Чувствуя своего хозяина, оно успокаивается… Я правильно рассуждаю, да? «Пока да, — ответили ему Ведьмы. — Но по твоей логике, оно должно и нас чувствовать» — Я думаю, магия Абсолема всё же нанесла Дракону больший урон, чем магия Феникса, не в обиду вам сказано, — ответил историк. — История копья уникальна, и вот что я скажу, ни один из нас не сможет воспользоваться его магией, не теряя контроль. — Почему? — переспросила Мей. — История копья берёт начало в далёкой древности. До точности его ранние обладатели неизвестны, однако потом Вильям собирает все артефакты оставленные Драконом и распределяет их сам, куда ему душе угодно. Изначально это копьё было у планеты расслабления, у одного монаха. Однако его сила открыла в душе нового хозяина темную сторону. Ради блага волшебного измерения, Вильям отнял копьё и передал его на планету джунглей, девушке по имени Сайя. Но потеря огромной силы не давала покоя тому монаху, когда Сайя отказалась передать ему копьё назад, то он убил её. Однако Вильям всё же забрал копьё и некоторое время оно хранилось на Домино. Некоторые его пользователи и так же сходили с ума, а некоторые нет. Затем, уже Бронвин, передала копьё своему другу, который был девятым главой Обливиона, так оно оказалось здесь. — К чему ты всё это? — Если проследить параллель и узнать больше о людях, владевших копьём, то некоторые из них не владели магией, некоторые неизвестно владели или нет, а некоторые мало владели магией… Вот поэтому ни один из нас не сможет взять копьё, как и Абсолем — он снова похрустел шеей. — Уже по двум пунктам. — Да мы уже поняли, что он съехал назад в дедуктивном плане, — подметила Мей, подойдя к копью. — Насколько ты уверен в этой теории? — Восемьдесят процентов, — ответил Элисон. — Что на этот счёт думают существа, прожившие больше тысячи лет? «Знаешь, очень сложно, составить параллель между всеми пользователями. Однако история с передачей копья правильная» — Слышать от вас похвалу — лестно. — Ты ошибся лишь в одном, — заявила Мей. — Ты сказал, что из всех нас никто не сможет им воспользоваться, — она спокойно взяла его в руки, развернувшись к парню. — Но ты можешь. — Я?! — удивлённо крикнул он. — Я не боевой тип, я — историк. Я просто мозги памяти. У меня нет магии. — Именно поэтому ты подходишь на эту роль, — она начала подходить с ним ближе. — А Вы уверены? — напоследок спросила Блум. — Я — сенсор. Я чувствую огромную магию в этом копье. Вы уверены, что хотите отдать его? Есть и другие артефакты Дракона, с которыми можно одолеть Абсолема. — Одолеть Абсолема можно, будучи полностью готовы, тем более, он не сильно отличается тактикой боя от обычных чародеев, — в этот момент Блум и Валтор переглянулись, задумавшись над чем-то, но было слишком поздно. — Я уверена абсолютно. Магию копья может без повреждений использовать лишь человек, что магию не имеет в принципе, — она остановилась перед парнем, протягивая копье ближе. — На эту роль подходишь ты. Ты больше всех нас знаешь об этом копье — О, да… намного больше… — Я отдам тебе его магию, только если ты готов принять его от меня. Ты готов? — Да, конечно, — парень медленно, дрожащими руками, потянулся к копью, взяв его в руки. — Что угодно, ведь оно по праву… МОЁ! Он ногой оттолкнул от себя Мей, уверенно схватив копье. Все даже ничего не успели сообразить, как парень взмахнул им, принимая свой истинный облик. Его волосы начали расти, завернувшись в хвост, а на лице появились уродливые шрамы. Его тело, черты лица — полностью изменились. Да, это был Абсолем. Он сразу засмеялся, пока все стояли в шоке. Они никогда не видели, чтобы он вообще смеялся настолько сильно, даже его союзники, но сейчас был особенный момент. Он прекратил смеяться, оставив на лице ухмылку, смотря на Мей, которая немного втянула ладони. Она, очевидно, что-то хотела сделать, но не могла. — Сила копья, — на опустила руки. — Что ты с ней сделал? — Ты только что сама мне отдала его, отказавшись от его силы. Не слышала о правилах добровольной передачи магии? — спросил он в ответ. — Одно дело, если бы ты просто дала мне разрешение, хотя, я бы сразу убил тебя с близкого расстояния. Однако, ты отказалась от его сил, полностью передав его мне. — Даже так, оно должно обжигать тебя! Это один из артефактов Дракона. — Да не является оно артефактом Дракона, оно никогда им не являлось! — наконец раскрыл он правду. — Это все придумали люди, поскольку в нём действительно была его магия. На самом деле, почти тысячу лет назад, оно было моим магическим посохом. Он служил мне не долгое, но счастливое время. В бою с этой ящерицей я зачерпнул часть его магии посохом, от чего больше не мог к нему прикоснуться. Поэтому я дал ему последний приказ, перед тем, как отказаться от него: впитывать в себя магию окружения, чтобы побороть магию огня внутри. А потом я отказался от него, смиренно ожидая этого дня. И он наконец наступил! Недавно копье начало сверкать - все правильно, ведь оно напиталось. Это был знак мне, а не вам. Это означало, что время пришло, оно выполнило своё задание. Оставалось лишь снова вернуть его, заставив тебя отказаться от него или дать мне разрешение… Поэтому я немного поэкспериментировал с его историей для вас. Абсолем не стал больше разговаривать, прокрутив посох в одной руке, резко поставив его на пол рядом с собой, а потом он и вовсе растворился в воздухе. Однако это было не столь важно, как кое-что другое. Оставшиеся ребята, оставшиеся СООК, тоже приняли своё обличие. Как и ожидалось, они были его союзниками, всеми, с которыми они сражались ещё день назад. — Но вчера… — не поняла Мей. — О, обычные идеальное копии. Кайдол любитель такими пользоваться, — Абсолем бросил на пол книжку, что забирал с самого начала, при помощи тех троих. — Спасибо, что помогли вжиться в роль, обычно шею я не разминаю так часто. — Что случилось с настоящими? — наконец спросила его Лейла. — А? Да ничего особенного, я просто вырубил их, и закинул их во второе измеренье, закрыв на четыре дня, пока эта развалистая команда из трех человек делала свою работу здесь, — ответил он. — Хотя, некоторые меня всерьез заинтересовали. Должен признать, они отличная команда. Если всё припомнить, то они не особо старались показывать свои способности, наверняка, чтобы не заподозрили неладное. К тому же именно Абсолем стал историком, поскольку лучше всех ее знает. Весьма спланированной план. Конечно, если бы Лейла провела с ними больше времени, то заметила бы разницу, но он и не собирался здесь долго находиться. У Абсолема остался ещё один незаконченный пункт. Да, конечно крепость разрушена магически, а так же морально. Магия, что оберегала и защищала это место, теперь исчезла, только вот остался еще один пункт. Сейчас и он вступил в действие. Для начала Мей атаковала его с двух разных сторон магией, даже не взмахивая рукой. Однако Абсолем даже не моргнул, а просто заблокировал себя каменным куполом. Затем, из этого купола, он поднялся вверх на каменном столбе, поскольку прямо в купле начала расти колючая лоза. При этом парень оставался в той же позе, ни разу не шелохнувшись. Потом он, так же не задумываясь и не шелохнувшись, опустился, спрыгнув, замедляя себя воздухом. Все это было лишь показушничеством, чтобы довести ее до одного конкретного состояния. Она и вправду смотрела на него слегка удивленно и с вопросом. — Что? Ты правда думаешь, что проживя тысячу лет, я похож на обычного чародея? Ты думаешь, что я задумываюсь над такими простыми изменениями формы? — спросил он напрямую. — Признаться, самая сложная часть плана была даже не в том, чтоб назвать эту ящерицу великим существом, а скорее в том, чтобы подстраиваться под твои атаки. Ведь, по честному, никто из здесь стоящих не видел и половины, на что я способен. — Да мы поняли тебя, показушник! — прокричала ему Лейла, закатив глаза. — Пожалуй я продемонстрирую вам, что будет, если я задумаюсь над чародейством, — не обратил он внимание. Это все произошло очень быстро, он быстро закрыл глаза, поднимаясь в воздух. Он него начало веять очень сильной магией. Пол начал дрожать. Трещины начали разрастаться, становясь больше. Он рушил здание! Когда они захотели помешать ему, то начал обваливаться потолок, конечно, Абсолем не трогал своих, но и они тоже сейчас испугались такого могущества. Множество обломков, больших и маленьких, просто падали, стены так-же рушились, а говорят, что чародейство слабейшая магия… Ее уже давно даже перестали считать отдельным подтипом магии, как свет, тьму, нейтральность или на данный момент ашироги. Через пару минут всё это прекратилось, здание окончательно было разрушено, а Абсолем просто опустился на уцелевшую часть пола среди обломков. При этом он не выглядел уставшим, а совсем наоборот… Все, к счастью, выжили, но такого теперь они точно никогда не забудут. — О, я окончательно добил тебе главное здание, — обратился к Мей Абсолем. — Я представляю, что вы сейчас испытываете. Думаете, что все идет по вашему плану, но на самом деле эта партия стоит за другим игроком. Я вас благодарю, за отличное участие в этом плане, — в один момент он почувствовал ее злость по отношению к нему. — Я здесь не причем, всё твоя гордыня. Ты убедила себя, что какой-бы противник не стоял перед тобой, он будет тебе по плечу. Это самая большая брешь в твоей душе, даже если твой противник инвалид или ребенок, не стоит сразу судить о его способностях. Злящаяся на меня, не в силах признать собственный проигрыш, какое жалкое зрелище. Он вытянул руку, используя магию, от чего Мей почувствовала боль в голове. Ее тело начало гореть, сменяя цвет кожи. — Нет! — крикнула Блум. Они все хотели побежать на Абсолема, но дорогу им преградила стена красного песка, чьи песчинки крайне быстро носились туда-сюда. Настолько быстро, что вполне могли проложить череп. — Отныне, ты будешь работать на меня, — продолжил Абсолем. — Я обещаю тебе чёткий выигрышный план, Мей, но ты будешь лишь пешкой в нем. После всего, он подождал еще стоять так пять секунд, после чего маг опустил руку, кивнув Яксу. Песок легко спал, после чего все лицезрели его нового союзника. На лице Абсолема была ухмылка, что позже превратилась в самую искреннюю улыбку. На этих троих сразу начали лететь разные виды магии, от которой они защищались. Восемь против троих, почти как два на одного. Этот бой заранее был проигран. Они с самого начала велись на его удочку. Именно из-за этих фактов Лейла открыла портал под их ногами, который мигом закрылся. Вот и все, Обливион пал, осталась лишь одна крепость — сама сложная из всех. Абсолем забрал всё, что ему было нужно. Он получил двойной приз. Что же будет с самим Обливионом в океане? Магия копья поддерживала магию воспоминаний. Существа там вспомнят все через месяц или два, а вот выберуться или нет из самой зоны — это уже их проблема. Абсолем, как и все остальные, вернулись к себе, разойдясь по разным углам. Маг же на самом деле пошёл погружаться в долгий сон, снова используя магию.

***

В те дни, в Облачной Башне, раздавались громкие крики от боли. Магия возвращения конечностей очень болезненная, а чем больше возвращённых конечностей, тем сильнее боль. Прошло пять дней, с тех пор, как Абсолем вернулся к жизни, и все эти пять дней были наполнены болями для него, а ведь так будет ещё долгое время. Ему приходилось заново развивать тело, поэтому, когда Феникс зашёл к нему, парень передавал шарик из одной руки в другую. Его новые руки дрожали, а пальцы еле сжимались. При этом он продолжал лежать на том же твердом подобии кровати, мучаясь от боли, которая накрывала волнами. Иногда можно перетерпеть, а иногда она просто начинает рвать тебя изнутри. Феникс уже привык не обращать внимание на этот крик. Он просто оставил рядом с магом, на тумбочку, поднос с едой, в основном он приносил что-то объёмное, что легко взять в руку, проговорив: — С такой хваткой голоса тебе надо было в вокал идти, а не в магию. — Ну извини, что меня рвёт на части, — отходя от той боли ответил Абсолем. — Я от боя с Драконом тоже так отходил. — Что тебе от меня нужно, Феникс? Зачем вернул к жизни? — Ты всё же вышел в ничью с Драконом, даже я такого удовольствия не получил, — пояснил он. — Будет жалко, если ты умрёшь вот так, не совсем красиво. Ты усыпил Дракона, но не выполнил главную задачу. Я даю тебе второй шанс всё начать с самого начала. — Что тебе нужно? В чём твоя выгода? После этих слов, парень снова закричал от боли. Она была несравнимо адской, пронизывающая всё тело. После криков, дыхание мага было очень частым, как и сейчас. Феникс специально подождал, пока тот закончит кричать, чтобы продолжить: — Мы оба ненавидим это существо, желая ему полной смерти. Слышал поговорку: враг моего врага — мой друг? — Не хочешь значит говорить, ну и ладно, — Абсолем повернул к нему голову. — Тогда отвечай на другой вопрос: что ты сделал с моим телом? — Какой же ты наглый, Абсолем. Я вытащил тебя с того света, заменил твои конечности, что просто стали углями, ухаживаю за тобой, пока ты в таком состоянии, а тебе ещё что-то не нравиться? — Почему я не могу уснуть? — конкретнее выразился он. — Не можешь уснуть? Как ты себя вообще чувствуешь, ведь прошло уже четыре ночи? — Я не сошёл с ума, поскольку проваливался в бессознание от боли в первые две. Ни тогда, ни сейчас, я не могу уснуть самостоятельно. Я думал, что это из-за боли, но под таким давлением усталости тела от соединения конечностей - я уже должен был давно уснуть. Однако я не могу этого сделать. Поэтому я спрашиваю: что ты сделал с моим телом? — Вытащил твоё сердце и дал новые части, — он наклонился ближе. — Больше ничего. Я без понятия почему ты не спишь. Тут либо с тобой что-то не так, либо Дракон проклял тебя во время битвы. А может от меня передалось, в тебе же часть моей магии. — И что мне делать? Ты в курсе, что больше недели без сна выворачивает психику наизнанку? Я видел, как люди вскрывали себе животы, доставая от туда кишки! И даже не спрашивай при каких условиях! — Ну… Одно из заклинаний тридцати шести путей — принудительно засыпание. Его вообще надо использовать на других, но можно и на себе. Оно поможет тебе заснуть, только вот магия во время сна будет тратиться, но зато сможешь уснуть и проснуться, когда захочешь. — Прекрасно! — крикнул Абсолем сарказмом. — Я за пять дней еле до еды дотягиваюсь, а ты предлагаешь мне учиться магии! После этого он снова закричал от боли, а Феникс снова подождал его. — Ладно, я могу тебе раз в два-три дня делать сонное зелье, но знай, любое зелье вырабатывает иммунитет, поэтому и на него у тебя он выработается. Как только сможешь встать на ноги — я перестану его делать. — Ты очень жестокий… — Через боль, страх, отчаяние и прочие негативные эмоции, существа достигают высот и радуются приобретённому опыту. С каждой пройденной ступенькой, появляется новая, и существо снова делает всё, чтобы побороть её и стать сильнее. Для этого и существуют трудности, — выдал он. — Это моя идея, она отличается от идеи Дракона, поэтому мы и конфликтуем с ним. — Почему ты просто сам не используешь на мне эту магию? — Тратить ради твоего сна мой собственный запас — не моя прерогатива. Это твои проблемы, Абсолем, поэтому решай их сам. — Свой запас? Разве ты не олицетворение бесконечности? — Я ограничен, в данный промежуток времени, — пояснил он, что Абсолем взял на ум. — Но зелье я тебе сделаю, это тебе фора на будущее. Тем более жалко мне тебя, ты ещё долго не сможешь выйти отсюда, а там, за стенами, у тебя осталась семья, где есть больной ребёнок… — Что тебе о ней известно? — сразу понял тот к чему это. — Она жива, но я бы не сказал, что здорова. Думаю, что через год, она точно отдаст душу, — Феникс заметил, как лицо мага стало злым. — О, ты бы и сам не смог дальше жить, если бы увидел, как она плакала, поняв то, что ты больше никогда не придёшь. Невинное, не испорченное взрослой жизнью лицо, полное отчаяние от сложившейся ситуации... Абсолем злобно дёрнулся на него, даже не почувствовав боли. Однако Феникс остановил его пыл магией, подняв руку, но гнев на лице парня остался: — Хорошо, — произнёс Феникс. — Оставь эту ярость в качестве цели. Изучи магию заново. Теперь у него уже была явная причина теперь всё это. Она была и раньше, но теперь она только усилилась этим фактом. Проходили недели, Абсолем считал дни у себя в голове. Двадцать один, двадцать два, двадцать три. Прошёл почти месяц, как он снова смог вдохнуть воздух. Он перестал кричать от боли, поскольку она становилась слабее, однако даже спустя столько дней продолжала быть. Руки Абсолем почти освоил, но шевелить кистями, а также сжимать и разжимать что-то по прежнему было трудно. По крайней мере теперь он может держать письменное перо или ложку. Самое сложное было с ногами. Ему приходилось заново учиться ходить, что он мог делать только оперевшись на что-то, и то недолго. Сейчас для него сделать десять шагов было сложнее, чем использовать магию. Однажды Феникс снова зашёл к нему, как обычно поставив еду, но что-то было не так. Её было намного больше, чем обычно. — Почему так много? — сразу спросил Абсолем. — Я ухожу примерно на неделю, может больше. — Уходишь? — Вставать ты можешь сам, так что не пропадёшь, — ответил он. — Зелье я тебе не сделал, так что, если не хочешь сойти с ума, обучись пути принудительного засыпания. — Хотя бы намекни, как его использовать, — попросил тот. В ответ на это, Феникс поднял руку с бумажкой, которую швырнул в парня. А затем он оставил его совсем одного в огромной башне, где Абсолем знал только свою комнату. Что взять с существа, что призывает вечную тьму? На листке была написана формула магических колебаний, так будет значительно легче. Магу потребовалось около двух дней, чтоб поспать хотя бы три часа. Его магия значительно урезалось с тех пор, как он был раньше жив. У него было много причин снова жить — Декагон, семья, а теперь к ним прибавилось и это существо. Однако то, с чем он остался сейчас — сожаление и боль. Все имеют право на ошибку, но боль всегда отдается ранах, что раньше нанесли. К концу недели Абсолем овладел этой магией. Наконец-то он сможет спать каждую ночь, однако, если парень спал порядка шести часов, то просыпался с магическим истощением. Спустя еще три дня вернулся Феникс с небольшим подарком, но для начала Абсолем решил кое-что обсудить: — Почему у меня так мало магии? — сразу спросил Абсолем. — А чего ты ожидал? Ты вообще-то умер, не забывай об этом. Радуйся, что хоть такая малая часть есть… — Что мне делать? — Восстанавливай, можешь каждый год ждать хэллоуин, а можешь красть у только что умерших. Однако последнем надо быть очень быстрым, — предложил он — Магия покидает мертвое тело мгновенно, развеиваясь в воздухе. Даже я смог ухватить только часть твоей. — Сделать бы магнит, куда она бы стремилась и сохранялась… — задумался маг. — Спроектируй, ты же от части артефактор, — напомнил Феникс. — Кстати, ты не сможешь получать сто процентов магии. В тебе находится часть моей и пламенной силы. Пусть ты и не сможешь ими пользоваться, но все же они конфликтуют между собой, поэтому и будут забирать большую часть. — И сколько они забирают? — Я посчитал… примерно процентов девяносто пять… — Сколько?! Это сколько мне придется ждать? — Примерно тысячу лет, но тебе то уже все равно, ты теперь бессмертный, — судя по его лицу, парня это не обрадовало. — Ладно, у меня есть для тебя подарок… Я так понимаю, это твое? За ним в комнату влетел посох Абсолема, от чего парень раскрыл глаза. Копье левитировало в воздухе, но он не задался этим вопросом. Он думал, что больше никогда его не увидит, а еще, что подарок будет другим. Почему-то он уже был готов увидеть головы членов семьи. У него было такое предчувствие, что Феникс даст еще один мотив, но Абсолем выдохнул с облегчением, увидев свое оружие. — Не советую его брать в руки, — предупредил Феникс. — Оно пропитанно магией вечного исцеляющего пламени, в тебе есть часть моих сил, поэтому оно будет обжигать тебя, как и меня. Что собираешься делать? — Оставь его, я придумаю что-то… Именно так это оружие вернулось к нему в первый раз, однако в будущем он всё же должен будет снова попрощаться с ним, оставив его на долгие тысячу лет без настоящего хозяина.